Встать на ноги

      Мидория без проблем проспал всю ночь, хотя обычно просыпался каждый час или два, что точно отслеживал на стоящих напротив его взора часах. И вот, подорвавшийся в 9 и с помощью матери погрузившийся в коляску, Изуку провёл добрую половину дня около своего книжного стеллажа, где с увлечением читал книгу в жанре приключений, следил за тем, как главный герой отважно прыгал по крышам высоток, сбегал от врагов и вытворял такие приёмы, о которых мальчишка на тот момент не мог и мечтать.       Когда Изуку услышал приглушенные стенами слова матери «я в больницу, скоро вернусь», в его глазах загорелся азартный огонёк. Разгорячённый описанными в книге событиями, он подкатился к своему излюбленному месту тренировок – пространству между краем стола и кроватью, где часто проводил время, пока был один дома, ведь любые физические нагрузки ему строго-настрого запрещали. И вот, ухватившись за изголовье и ближний к стене угол, Мидория приподнялся и медленно поставил ноги на землю, всё ещё удерживая основную массу тела руками. Взволнованно сглотнув, он начал понемногу ослаблять хватку, но вот только он попытался опереться на нижние конечности, как они предательски подкосились и Изуку с грохотом упал на пол, потревожив многочисленные вазы и рамки, расположенные по его комнате.       - Чёрт! Почему?! – не теряя решимости и ещё храня в голове мысль о том, что просто так ничего не произойдёт, парень с трудом заполз на исходную позицию и попробовал ещё раз.       Лучше не стало – Мидория только больнее ударился локтем об кровать и, разглядывая пораненное место, с ужасом обнаружил там разодранный участок. Больше всего теперь его беспокоило, как скрыть это от матери, и на всякий случай надел вместо футболки кофту с длинными рукавами, после чего решил попытаться в последний раз, собирая в себе все силы и снова вставая на ноги. Нет, лучше бы он этого не делал – руки уже не могли долго удерживать его вес и в процессе сами по себе отпустили опору, отправляя несчастного Изуку прямо навстречу полу.       Мидория в отчаянии начал бить кулаком и буквально рвать ногтями ковёр, не находя в себе сил подняться и снова сесть в так осточертевшую ему коляску. Но другого выхода не было.       Веснушчатый благополучно разместился в сидении и подобрался к зеркалу, чтобы осмотреть себя на наличие нежелательных травм. К счастью, кроме уже закрытой раны на локте видимых повреждений не было, поэтому Изуку вернулся к книжному стеллажу, уже примерно понимая, что Инко скоро должна прийти.       Сам того не осознавая, он загляделся куда-то за пределы книжных строк, а именно в окно, где за изредка проезжавшими машинами на площадке играли маленькие дети, и задумался о том, позовёт ли его как-нибудь ещё Урарака.       - Изуку, я дома, – раздалось откуда-то из коридора, а затем, спустя несколько секунд, заполненных звуками шагов, дверь в комнату открылась, и внутрь вошла Инко. – Завтра утром пойдём к твоему врачу и он тебя посмотрит.       Глаза мальчика чуть не выдали горесть его сегодняшнего опыта, но он вовремя успел собраться и улыбнуться, чтобы не беспокоить мать:       - Ага.       Женщина заботливо потрепала волосы сына и хотела уйти, как вдруг Изуку спросил:       - Мам, можешь дать мне мою медицинскую книжку?       - Зачем тебе? – насторожилась Инко, но ответа не последовало: мальчик лишь опустил взгляд в пол и слегка отвернул голову. – Хорошо, сейчас принесу копию.       Изуку проговорил сухое «спасибо», боясь выражать какие-либо эмоции, ведь если бы он дал себе слабину, то непременно разревелся на глазах матери, что едва ли её бы обрадовало.       Вскоре в его руках оказалась чёрно-белая версия его медицинской истории, которую Инко хранила где-то у себя в комнате наверху, куда Изуку, конечно, было не добраться.       - Мидория Изуку… повреждение спинного мозга… - зеленоволосый стал бегло читать мелко написанные фразы. – Подождите-ка… - Мидория поднял листок, направив его на свет. - Замазано? Уже на копии. Вроде бы и не такой большой участок, но... ошибка, наверное, - неуверенно пробубнил он, продолжая читать. – И ни слова про реабилитационные курсы.       Из груди Изуку вышел тяжёлый вздох. Теперь Мидория совершенно запутался и даже начал сомневаться, не делал ли он только хуже, стремясь снова встать. Что ж, в конце концов, теперь-то он точно не будет робеть и заставит сказать доктора всё так, как есть, даже если правда будет жестокой. Он просто устал от этих мыслей, незатихающим роем кружившихся у него в голове.       Медицинская книжка тут же была небрежно брошена на стол.

***

      Около четырёх часов дня раздался звон со стороны входной двери. Мидория часто слышал его, когда к матери приходили подруги, поэтому не обратил на него должного внимания (при каждом удобном случае он в принципе избегал возможности показываться людям в таком положении, а в таком расположении духа).       - Эй, Изуку! – конечно, с голосом Инко он поспорить не мог, поэтому неохотно потянул дверную ручку и выкатился в коридор, медленно поднимая голову и обнаруживая у входа… Урараку.       Младший Мидория вдруг начал вертеть головой из стороны в сторону в попытках спрятать взгляд от фигуры пришедшей девушки, и то ли от неловкости, то ли от неожиданности запустил руки в свои волосы и начал лихорадочно вытворять с ними странные манипуляции: приглаживать или, наоборот, взъерошивать.       - Т-ты так неожиданно пришла, я-я, в общем-то…       - Я пойду поставлю чайник, а ты можешь посидеть в комнате Изуку, - предложила шатенке Инко.       - Большое спасибо, - поблагодарила Урарака уже уходившую на кухню женщину и снова повернулась к паникующему парню. – Позволишь зайти?       На какую-то секунду глаза Мидории остановились прямо на Очако: на её лице, распахнутых круглых глазах, поднятых бровях и широкой улыбке. В то время сам Изуку сплошь покрывался краской, и, осознав это, он поспешил спрятаться в своей комнате, бросив что-то вроде «Сейчас вернусь».       - Да что это со мной? – дрожащим голосом пробормотал он, смотря на себя в зеркало. – Что-то… нехорошо…

***

      - Мидория-кун!       - Изуку!       Парень приподнял веки и увидел перед собой два расплывчатых силуэта, хозяев которых распознал не сразу, и то по голосам: такая нечеткая была представлена перед ним картина. Он не лежал, нет, он по-прежнему сидел, только голова, похоже, долго пробыла в неудобном положении, отчего сейчас сильно болела шея.       - Что произошло? – слабым голосом спросил он, всё ещё плохо помня последние двадцать минут своей жизни, после чего в его руках оказалась наполненная прохладной водой кружка. – Голова кружится, - сообщил он, опустошив сосуд и вернув его матери.       - Ты же весь горишь, - Инко приложила ладонь ко лбу сына. – Но от таблетки сейчас должно полегчать. Урарака-чан, думаю, ты можешь идти домой.       Очако ответила не сразу, внимательно наблюдая за состоянием Мидории, вот-вот готового снова потерять сознание.       - Да… Да, наверное. Я скажу ребятам, что сегодня тебя не будет. Поправляйся, - напоследок сказала она, закрывая дверь в комнату и оставляя мать и сына наедине.       «Сердце… так стучит», - думала Урарака, приложив руку к груди и пока не отходя от стены, за которой сейчас находился Мидория. - «Я бы хотела остаться с ним». Тем не менее, Очако понимала, что не может позволять себе подобного, и ей оставалось только пойти домой.       - Урарака-кун, - так к ней обращался только один человек, поэтому девушка без проблем поняла, что её звал Иида, ещё один парень из их школы, отличавшийся довольно высоким ростом и прямоугольными очками.       Очако остановилась и подняла голову, чтобы услышать, о чём хотел с ней поговорить одноклассник.       - Всё в порядке? – встревоженно спросил он, когда подошёл.       - Вроде того. А не похоже?       - Нет. Вообще-то, обычно ты махаешь рукой, говоришь «О, Иида-кун, это ты!» или «Надо же, не ожидала», а сегодня промолчала, и из этого я сделал вывод, что что-то не так.       На лице Урараки появилась лёгкая ностальгическая улыбка, которая вряд ли бы возникла, будь она одна: всё-таки, нужно было как-то заставить парня подумать, что ничего на самом деле не случилось.       - Ты думаешь, мы снова попадём в один класс? – поинтересовалась девушка, желая как-то замять неловкую паузу.       - Вполне возможно, - согласился Иида. – Хотя ещё рано выдавать какие-либо предположения, - возразил он своим же словам и задумчиво поправил очки.       Урарака издала смешок. Она никогда не могла привыкнуть к тому, что Иида ко всему относился с такой серьёзностью, хотя сейчас это шло ей даже на пользу, ведь она могла отвлечься от мыслей о Мидории. Так она думала.       На этом встреча с Иидой не закончилась, ведь он направлялся в библиотеку, находившуюся прямо за домом Очако, что её радовало не особо: держать улыбку на улице было всё сложнее и сложнее.       Поймав на себе вопросительный взгляд парня, Урарака поняла, что не слушала чего-то, о чём он говорил.       - Прости, ты не мог бы повторить?       - Урарака-кун?.. – ещё более непонимающе взглянул на неё Иида. – Я говорил о том, что в этом году нужно будет приложить все усилия.       - ...Ага, наверное, - без особого энтузиазма кивнула Очако.       От очередного допроса Ииды её спасло только одно: из-за угла уже виднелся её дом, поэтому она быстро попрощалась с парнем и, отделившись от него, поспешила добраться до своей комнаты, чтобы наконец-то побыть в одиночестве.       Разговор с родителями по возвращении тоже получился примитивный, на уровне ответов «да», «хорошо» и прочих. Что бы не происходило вокруг неё, Урарака не могла перестать беспокоиться за Мидорию и даже пожалела о том, что не осталась хоть ещё немного последить за его состоянием.       - Не надо так переживать, думаю, он просто устал, - попыталась поддержать её Мина во время телефонного разговора. – Да даже если заболел, то ничего сверхъестественного в этом нет.       - Может и так, но выглядел он совсем уж неважно, - заявила Очако, тревожно накручивая на пальце пряди своих волос. – Он начал вести себя странно, когда я пришла, но, кажется, ранее случилось что-то поважнее…       - Ну и ну, неужто… - послышалось с другого конца трубки язвительное хихиканье.       - Дурочка ты, - хмыкнула Урарака. – Я тут о серьёзных вещах говорю.       - Да ладно тебе, - тут же успокоившись, сказала Ашидо. – Можешь вечером его проведать, когда к нам пойдёшь. Ты же пойдёшь?       Каштановолосая бросила взгляд в окно, словно надеясь увидеть там дом Мидории.       - Как-то неловко будет снова к нему приходить, - неуверенно проговорила она.       - Тебе же спокойнее будет.       - Да?.. Может быть. Ладно, я ещё позвоню, - Очако нажала на красную кнопку телефона, заканчивая разговор, и уткнулась лицом в колени, тяжело вздыхая и набираясь духу снова пойти домой к Мидории.