Новый свет
31 декабря 2025 г., 21:46
***
Свет был первым, что увидел Старфаер придя в онлайн. Яркий, практически ослепительный после той, казавшейся всепоглощающей, темноты пещеры. А потом ударило осознание — он смотрел на небо. Небо, которое должно было быть как минимум над несколькими слоями земли и камня. Резко поднявшись, мех огляделся и понял, что… и правда находится на поверхности, только уже в каком-то овраге. Реальность ощущалась как-то странно, но в то же время смутно знакомо. Однако бывший ассасин не успел толком об этом задуматься. Шагнув в сторону, правый супинатор со звонким стуком чуть не споткнулся обо что-то, что в действительности оказалось молотом Солус Прайм. Тот "безжизненно" лежал, опустошённый до последней капли. И даже если бы древний артефакт и обладал разумом, чтобы поругать экс-десептикона за опрометчивый и эгоистичный поступок, самому сикеру было всё равно. Ну или почти всё равно. Потому что мех тут же начал озираться по сторонам в поисках старшего, пока резко не замер, стоило сделать пару-тройку мелких шагов. Он чувствовал себя… странно. Нахмурившись, Старфаер стал прислушиваться к собственным ощущениям. Нет, даже не так, странно хорошо. Раньше при столь резком вскакивании он точно бы на пару мучительно долгих мгновение почувствовал тяжесть собственного корпуса, отдающую вниз по поршням и тянущую в повреждённом много ворнов назад Оптимусом коленном шарнире. Но этого не было. Старфаер быстро запустил поверхностную диагностику системы, пока сам прислушивался к собственным ощущениям. Такую лёгкость он ощущал лишь перед самым выходом в онлайн, когда только-только переходишь грань яви, а ещё в спарковстве, когда можно было бежать и бежать, не чувствуя усталости. Опустившись взглядом вниз, бывший ассасин сразу же заметил, что цвет его корпуса стал другим. Под светом солнца чётко различался дополнительный глянец золота и основной матовый тёмно-синий оттенок. Старфаер тут же потрогал левый манипулятор-протез, утвердившись в мягкой текстуре краски. Ровный и, что самое главное, тонкий слой, будто родной, слишком хорошо пропускал тепло и холод. Стоп. Дёрнувшись, джет ещё раз провёл по тому, что должно было быть протезом, и опять почувствовал тепло прикосновения. — Что?.. — тихо сорвалось с его губ, прежде чем наконец пришёл результат поверхностной диагностики систем. - РЕЗУЛЬТАТЫ СКАНИРОВАНИЯ - ОБЩЕЕ СОСТОЯНИЕ СИСТЕМЫ: 100% УРОВЕНЬ ЭНЕРГОНА: 100% ПОВРЕЖДЕНИЯ: ОТСУТСВУЮТ СОСТОЯНИЕ ДОП.ФУНКЦИЙ: * ПОДКЛЮЧЕНИЕ ДВИГАТЕЛЕЙ В ОСНОВНОМ РЕЖИМЕ = ВКЛ * ОБЩАЯ НЕВИДИМОСТЬ = ВКЛ * СТАБИЛИЗАТОРЫ = ВКЛ ** МАНИПУЛЯТОРЫ = ПОЛНОСТЬЮ ФУНКЦИОНАЛЬНЫ ** СЕРВОПРИВОДЫ = ПОЛНОСТЬЮ ФУНКЦИОНАЛЬНЫ * УСИЛЕННАЯ СИСТЕМА ФИЛЬТРАЦИИ = ВКЛ - ВНИМАНИЕ! - ПРОИЗОШЛИ НЕДИАГНОСТИРУЕМЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В СИСТЕМЕ АКТИВАЦИИ ФУНКЦИИ НЕВИДИМОСТИ. РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА. - ВНИМАНИЕ! - СБРОС ВСЕХ АВТОМАТИЧЕСКИХ НАСТРОЕК. ТРЕБУЕТСЯ ВЫБОР НОВЫХ АВТОМАТИЧЕСКИХ НАСТРОЕК КАК МОЖНО СКОРЕЕ! - ВНИМАНИЕ! - ЗАРЕГИСТРИРОВАНЫ НЕПОДТВЕРЖДЁННЫЕ КОНЕЧНОСТИ! Неподтверждённые конечности?.. Общее состояние системы сто процентов, повреждения отсутствуют… Неверяще, Старфаер перезагрузил оптику пару раз, а затем снова прочитал высвечивающиеся друг за другом строчки и спустя пару мгновений пошевелил левым манипулятором. Никакой задержки, никакого скрипа. Это и правда… Внезапно подул сухой тёплый ветер, и мех откинул шлем, чуть прикрыв оптику. По всему корпусу прошла заметная статика, заставляя крылья подрагивать от порывов. Он. Чувствовал. Всё. Каждый перепад температур, каждый малейший поток свежего ветра, под который тут же подстраивались закрылки, желая оседлать стихию свободы. Праймус… он, наверное, даже выдал какой-то нечленораздельный звук, учитывая, что чувствительные датчики уловили даже такую лёгкую вибрацию в воздухе. Наконец сконцентрировавшись на своих сенсорах, Старфаер осознал, что ещё никогда не чувствовал себя так, так… ново. Провентилировав, джет развёл плечевые сегменты в стороны, а затем активировал оптику. Взгляд тут же нашел молот Солус Прайм, лежащий в тени оврага, после чего вновь вернулся к собственному корпусу, внимательно осматривая. Интересно, ему кажется или он на самом деле стал выше? Немного покружившись, чтобы ещё раз разведать обстановку вокруг, сикер не увидел каких-либо еще следов на светло-песчаных скалах. Задумавшись, где мог бы сейчас находиться тот, ради которого пришлось пожертвовать целым артефактом, мех на автопилоте потёр мягкий металл левой щеки. И замер. Медленно когтистая кисть провела по лицевой пластине вверх, пока формер не увидел край когтя. Немного истеричный смешок сорвался с губ джета, прежде чем он полностью не провёл по углублению левого окуляра. Он был там. Он им видел! И лицевой металл… тоже был цел! Уже обоими чуть дрожащими манипуляторами Старфаер провёл по шлему от подбородка до надлинзовых щитков, с каждым прочувствованным микроном улыбаясь всё больше и больше. Вентиляция сбилась, и пару смешков сорвалось с улыбающихся губ. Он был не просто цел, он был полностью восстановлен! Никаких больше протезов и разрушенных частей корпуса, никаких долгих и подвисающих перезагрузок, никакой секундной слабости в самые неподходящие моменты, никаких сбоев. Он еще раз сверился с первичной диагностикой. И никакого Токс-Эна в организме… Всё вернулось в норму… Резко убрав манипуляторы с лицевой, Старфаер обнял ими себя же и, не сдержавшись, покружился. Он ещё никогда не чувствовал себя настолько живым! Успокоившись спустя пару мгновений мимолетной эйфории, мех ещё раз огляделся в поисках Оптимуса, который должен был быть рядом. Скорее всего. Просканировав близлежащие окрестности, Старфаер не нашёл никаких следов, кроме все еще лежащего рядом молота Солус. Тут же в процессор закралась мысль, что Праймус-таки сделал его своим посланником несмотря на то, что бывший десептикон был явно против. Холодок страха сразу же распространился по корпусу. Старфаер резко юркнул в тень оврага и чуть раскрыл створки искровой камеры, просунув туда манипулятор. Быстрый осмотр нежных систем не обнаружил никакого дополнительного куска металла. Тут же джет провентилировал и, вытащив ладонь, сдвинул пластины на место. Если у него нет Матрицы, то она осталась у изначального владельца, который наверняка был жив, учитывая, как хорошо восстановился сам Старфаер. Выйдя на свет, сикер в который раз глянул на молот Солус и сделал к нему пару шагов, прежде чем положить ладонь на прохладный металл. — Спасибо, — куда точно следовало отправлять эту благодарность, Праймусу или самой Солус, Старфаер не знал, но даже если никто её не услышит, хотелось это сказать. По-настоящему хотелось. Внезапно раздался шум взрыва. Мех тут же развернулся в сторону Даркмаунта. Крепость резко ожила, словно кто-то разворошил гнездо скраплетов, и множество мелких точек взмыли в небо вокруг её тёмных шпилей, пронзающих небо словно столбы дыма от фабрик Тарна. — Что за?.. — сикер активировал маску, дабы через зум посмотреть, что творилось около Даркмаунта. А происходило два крушителя, которые решили пошатнуть уверенность десептиконов в завтрашнем дне посредством подрыва их нынешней главной гордости. — Они либо что-то планируют, либо самоубийцы, — пробормотал Старфаер, прежде чем задумался о том, а делала ли его маска такое хорошее увеличение до этого. Сколько еще сюрпризов готовил его новый апгрейд? Внезапно с увеличивающимся гулом прямо над ним пролетел синий корабль, в котором Старфаер узнал автоботскую модель. Такая обычно предназначалась офицерам, реже капитанам, что на самом деле не особо сужало выборку их новых союзников. Так или иначе, автоботы решились на штурм и не следовало оставлять их одних. Проверив старую частоту и убедившись, что на ней больше не разговаривают, — что логично, так как без защиты канал могут прослушивать — Старфаер сделал два больших разгоночных шага и попытался трансформироваться. Однако вместо ожидаемой трансформации какой-то напор энергии прямиком из сервоприводов понёс его вперёд. Быстро соображая, бывший ассасин понял, что эта сила была турбинами, что замещали «каблучки» на его педах. Те отключились практически вечность назад из-за избыточного сжигания топлива, которое уходило на другие подсистемы поддержания актива, установленные когда-то Шоквейвом. Но теперь, когда его корпус буквально жаждал двигаться и пел от этой возможности, Старфаер быстро вернул себе равновесие, вспоминая ранние ворны на Кибертроне, и как Дани учила его балансировать на этих самых каблучках. Подстраиваясь под ново-привычные ощущения, он попетлял в воздухе над верхушками скал, к сожалению, не заметив, как тем самым привлек внимание увязавшегося за автоботским кораблем хвоста в виде небольшого отряда вехиконов. Ловко увернувшись от приветственных выстрелов, сикер трансформировался и на мгновение растерялся. Он был быстрый! Праймус! Он чуть не врезался в этих вехиконов, прежде чем трансформироваться налету, хватаясь за них когтями и на инерции утаскивая за собой вперёд. Снова включив турбины в педах, Старфаер резко начал тормозить, воспользовавшись маневром и кинув несчастных вперёд друг в друга. Взрыв озарил ухмыляющуюся лицевую меха, пока тот, не обращая внимания на развернувшуюся в небе анархию, смотрел на свои манипуляторы — он так легко их кинул! Тряхнув шлемом, экс-десептикон собрался с мыслями и, снова трансформировавшись, направился напрямую к Дракмаунту. В процессоре зудела назойливая мысль, что нельзя было оставлять место последнего пребывания Оптимуса, однако он не мог привлекать лишнего внимания к тем координатам. Запрятать молот между скал не вызвало проблем, но затяжное рысканье вокруг в поисках своего Лидера могло привлечь нежелательное внимание очередного отряда. Или кого похуже. В любом случае, он найдет его. Старфаер обещал, что достанет формера из-под земли, из самих чертогов Юникрона, если придется. А пока самым эффективным способом оставалась проверка личного канала связи. — Просто ответь, Оптимус. Пожалуйста. *** «Я боюсь за… сохранность Матрицы», — Оптимус Прайм стоял перед призрачной фигурой своего наставника, которая сквозь дезактив и тысячи ворнов всё так же внушала уверенность своим видом и взглядом, полным мудрости давно минувших лет. На мгновение показалось, что Альфа Трион позволил себе улыбку от фразы своего ученика, явно скрывающую понимание того, о ком его ученик действительно волновался. «Ты прекрасно знаешь, что она будет в безопасности», — несмотря на спокойный тон Оптимус чувствовал этот тёплый наставнический смешок, опытно прячущийся под словами. Старфаер сейчас там, один на один с ответственностью, которую позже возненавидит, потому что Прайм знал, что мехлинг будет винить сначала себя, а потом и саму Матрицу. Возможно даже назовёт ту паразитом, что будет очень в его стиле. Неожиданно тьму после дезактива начал наполнять тусклый свет. — «Или же… он действительно слишком вздорный для роли Прайма», — проговорил с явно довольной интонацией Альфа Трион, всё так же никак не двигая губами. «Не понимаю», — Оптимус чувствовал, что всё больше и больше теряет связь с тем местом где оказался, как и со своим учителем, который теперь провожал его тёплым взглядом. *** Оптимус почувствовал тяжесть во всём корпусе. Ту самую тяжесть, которую ты не осязаешь, даже не осознаешь, будучи практически единым со Всеискрой, но стойко ощущаешь, придя в онлайн. Он вернулся… Тьма окружения поначалу прерывалась помехами и редкими всполохами инфракрасного спектра. На экране спустя секунду вылезло множество предупреждений о настройках, будто его корпус восстанавливали с нуля, а в аудио ударили тысячи каналов связи с белым шумом. Корректировка фильтров на все внешние раздражители заняла не так много времени, так что формер попытался подняться как раньше, но тут же понял, что не может. Приподнявшись на локтевые шарниры, он опустил взгляд ниже и в настроившимся инфракрасном спектре рассмотрел свой корпус. Оптимус Прайм не просто вернулся в этот мир, но и получил в подарок мощную, пусть и намного менее подвижную броню. Будто сам Праймус хотел, чтобы его посланник больше никак не пострадал. В новом красно-синем корпусе теперь отчётливо прослеживался прямоугольник, нежели перевёрнутый треугольник как раньше. С тяжестью встав на сервоприводы и параллельно запустив полное сканирование систем, Прайм быстро осмотрелся, не обнаружив ни следа мехлинга, который вернул его из Всеискры наперекор судьбе. Воздух, казалось, сам по себе тут же прошёл через венты, стоило только об этом задуматься. Невольно Оптимус сравнил их: спарка и Альфу, когда те не соглашались с предначертанным, ставя собственные желания выше того, что нужно было сделать. Только вот Старфаер уже и так многим жертвовал, он знал эту горечь… и всё же, был ли у него в момент судьбоносного решения его взгляд? Притушив оптику, механоид поджал губы и почувствовал странный привкус на них. Он не был противным, даже наоборот, но точно не походил на новый слой только восстановленного металла, что казалось страннее всего. Как будто… чужой… Тряхнув шлемом, Прайм собрался с мыслями. Сейчас было не до этого. Проанализировав результаты сканирования окружения, Прайм закинул манипулятор за спину, доставая новое врученное ему Праймусом оружие, которое, конечно, было менее изящным, чем Звёздный меч, но тоже мощным. *** Летя в сторону Даркманута в режиме невидимости как можно ниже, чтобы его точно не обнаружили раньше времени, Старфаер на мгновение чуть накренился от раздавшегося позади грохота. Сверившись со сканером, сикер немного насторожился, хотя в глубине искры и знал, кто это может быть. — «…Оптимус?» — на пробу отправил он сообщение по внутренней связи, и мгновения тишины казались вечностью, до того как пришел ответ. — «Старфаер», — уверенный голос Прайма тут же вызвал в глубине систем невероятное облегчение. Ему следовало небольшое волнение, потому как сикер не знал, чувствовал ли Прайм на преддезактивном одре тот поцелуй, который ему подарили на избытках эмоций. — «Оптимус! Ох, ты, наверное, на меня сейчас злишься. Очень-очень злишься», — поспешно начал тараторить Старфаер. И лидер Автоботов знал, что должен был бы. В конце концов, бывший ассасин обменял его жизнь на жизнь всего Кибертрона. Но Прайм не мог. У него не возникало даже малейшего порыва на злость, пока в аудио слышался голос его сикера. Который в моментах, казалось, был… ниже? Возможные будущие слова джета прервались очередным взрывом около Даркмаунта, тут же привлёкшим внимание Прайма. — «Ситуация?» — «Автоботы начали штурм. У подножия крепости видел только Уилджека и Балкхеда», — отрапортовал Старфаер, продолжая полёт, чувствуя, как ненужная сейчас вина постепенно затапливает его сикеру. — Необходимо вывести из строя предохранительное поле, оно позволит взорвать сами пушки, а затем и дестабилизировать главный топливопровод». — «Я займусь топливопроводом», — мех хотел было спросить, как Прайм будет добираться до крепости, как тут же внутренние радары засекли в небе координаты на карте как раз в месте расположение старшего. — «А я… тогда займусь щитом, да», — фраг… он что, теперь может летать? Старфаер хмыкнул, наблюдая, как образ Оптимуса постепенно увеличивался, пусть и недостаточно, чтобы обогнать его самого. — Сердитый на меня летающий шкаф. Дожил.***
Крепость вдалеке уже походила на чёрный шип, вокруг которого скопилось тёмное облако из потревоженных десептиконов. И снизу, с самой земли, вверх постоянно выстреливали тонкие лучи-заряды из плазмы. Поняв, что это автоботы, Старфаер пошёл против желания помочь команде и направился к центру крепости, уворачиваясь от пролетавших совсем уж рядом выстрелов незамечающих его солдат и тех, кто своим корпусом мог бы сбить его на землю. Не теряя времени и сил на возможные подлянки врагам, джет подлетел прямо к посадочной площадке. Трансформировавшись в воздухе, он врезался супинаторами в одного из противников, прибив того в пол, и, сбрасывая невидимость параллельно делая сальто вперёд, выхватил клинок, встав в стойку. Четверо открыли огонь, и мех отражал каждый из выпущенных снарядов, даже не двигаясь с места, попутно активировав маску. Каждая вспышка света, каждый возможный ожог плазмы ощущался реально, слишком реально. Раньше подобные сражения происходили на автомате, контролируемые жаждой битвы и убийства той тени, что сидела где-то в тёмных уголках процессора. Но теперь её больше не было, и то ощущение полёта на автопилоте пропало. Искра наполнялась распирающим чувством свободы, осознанием того, что сейчас он может буквально опустить манипуляторы и ничего его не остановит. Правда, это окончится самым идиотским дезактивом, но факт есть факт. Удивляясь тому, как теперь все выстрелы читались столь четко и осознанно, что казалось, будто он находился в чуть замедленной съёмке, Старфаер сделал пробный шаг вперёд и, не утратив этого мироощущения, продолжил всё так же отражать легкочитаемые залпы. Шаловливая идея тут же промелькнула у него в процессоре, и, поставив клинок под нужным углом, он отразил один из снарядов плазмы в соседа стрелявшего. Легкий, почти наполненный детской шалостью смешок вырвался из вокалайзера. Ранее сикер никогда не пытался так сделать, потому что просто не мог уследить за выстрелами. Однако теперь все иначе. Отразив ещё один заряд в другого десептикона, Старфаер сделал пробный шаг вперёд. И ещё один. И ещё. Пока окончательно не перешёл на бег. Уворачиваясь от каждого потока плазмы в свою сторону, которые только слегка обжигали своим жаром пластины брони, бывший ассасин добрался до стрелков и прыгнул на одного из них, лишая актива точным разрезом по шейным проводам. После чего резким движением метнул в шлем другого тот же меч, отчего серебристый корпус сделал неуклюжий шаг назад, прежде чем упасть от вытащенного оружия из собственного процессора. Часто вентилируя, сикер провёл ладонью по маске, желая, чтобы та не закрывала его лицевую. А что, собственно, ему мешает? Отдав команду, он оглядел знакомые-незнакомые места и, хмыкнув от той энергии, что теперь переполняла каждую подсистему, направился дальше. Праймус, он не думал, что будет чувствовать себя так фрагово хорошо!***
Периодически встречая отряды сопротивления по пути коридоров, Старфаер всё также старался не тратить время на стычки, обходя большие скопления солдат через кладовые и опустелые проходы, предназначаемые для обслуживания систем Даркмаунта. Именно с последних сикер как раз и списал потайные ходы при конструировании Немезиды, лишь слегка усовершенствовав их, сделав намного более скрытными. Когда свет стал тускнеть, а шум снаружи заменился гулом механизмов под полом и над потолком, Клинок Каона понял, что был уже близко. Комнату управления щитами цитадели охраняло четверо элитных вехиконов. Запустив манипулятор в сабспейс, бывший десептикон нашёл последнюю дымовую гранату, которую бережно хранил на крайний случай. И вот этот случай настал. Если системы защиты почувствуют хоть намёк на взрыв или близлежащий бой, то открыть дверь будет невозможно. Бросив цилиндрик под сервоприводы врагам, Старфаер дождался густого облака и зашёл в него, после чего, будто в считалочке, послышались четыре ритмичных стука от падения каждого из вехиконов. Прислонив ладонь одного из солдат к панели, экс-десептикон открыл себе путь, все же не рискнув использовать собственную: мало ли, что Мегатрон вытворил с системой безопасности крепости. Система контроля щитов представляла собой огромную установку, на боковых экранах которой бесперебойно выдавались значения прочности той или иной стороны башни, позволяя нон-стоп контролировать то, откуда ведётся огонь противника. Подойдя к терминалу, сикер сразу же наткнулся на пароль с подтверждением личности через удалённый доступ. То есть Саундвейва. Значит, законным — хоть и условно — способом в систему не войти. — Если ты думаешь, что я тебя не переиграю, то ты сильно ошибаешься… — пробормотал мех, заходя за консоль и вглядываясь в хитросплетения различных кабелей и блоков питания. Он мог бы отключить их, только вот щиты от этого никуда не денутся, а наоборот, будут автоматически работать до тех пор, пока не кончится энергия. — Вот и оно! — победно выкрикнул Старфаер, обнаружив цель. В этом предохранителе и была его победа. Нужно было только поменять команду изнутри, что не представлялось возможным, пока Саундвейв находился в системе. Значит необходимо его выманить. Перебрав кабеля, Старфаер выдернул нужный, отключая связиста от дистанционного контроля системы управления щитами. Теперь единственная возможность вернуть доступ — это прийти сюда вживую, так что у сикера было минуты три-четыре. Вернувшись к терминалу, он подключил провод из запястья к системе, перебирая все команды в поисках нужной, и если бы он не был когда-то десептиконом, то ни за что бы не нашёл правильную. Вот она, простая строчка кода, в которой нужно заменить единицу на ноль. Сделав своё чёрное дело, Старфаер даже посмеялся словно нашкодивший спарклинг, чувствуя, будто совершил самую великую шалость за свой актив, а не помог товарищам. Ударив консоль напоследок в то место, где он подключался, чтобы Саундвейв не смог ничего быстро поправить, мех уже было выпрямился, чтобы уходить, как справа послышался ритмичный усиливающийся шум, будто… что-то проламывало стены… Спрятавшись за единственным укрытием — самой консолью, джет ждал, пока объект либо остановится за стенами, либо долетит до него. Когда грузный корпус пробил металл и врезался в противоположную стену, мех тут же ринулся к соседней, включая экстренную защиту части комнаты силовым полем. Да, теперь уже точно все узнают, что в этом отсеке что-то происходит, но когда сюда влетает, проламывая стену, сам Мегатрон, можно уже о подобном не беспокоиться. Огражденный от чужого взора полупрозрачной стеной защитного поля, Старфаер настороженно и даже слегка заинтересованно-внимательно следил, как его Альфа старался восстановить вентиляцию в попытке встать после столь сильного удара. Так продолжалось ровно до той секунды, пока на него не глянуло два расширившихся красных окуляра, наполненных чем-то необычным, несвойственным им, что бывший Юный Лорд смог увидеть лишь при своем недавнем "счастливом возвращении домой".***
Его и до этого умудрялись бросать формеры и другие существа больше в несколько раз, те же инсектиконы. Но ещё никто никогда не пробивал им несколько стен подряд. Возможно цитадель была из не самого крепкого металла, учитывая, что времени на её создание с помощью Замка Омеги могло и не хватить на полноценно укреплённые стены и полы. Но от этого закипающая ярость остывать никак не собиралась, а ещё больше распалялась в осквернённой тёмным энергоном искре. Схватившись за первую попавшуюся вертикальную поверхность когтями, Мегатрон сделал попытку встать и активировал оптику, перенастраивая сенсоры. Изначально, размытые помехами, пара голубых огоньков показалась принадлежащей Оптимусу или какому-то другому автоботу, но мерное постукивание приближающихся шагов отдавалось в аудио слишком знакомым характерным лязгом каблучков. И это явно был не вездесущий Старскрим или любой другой надоедливый автобот. Ни один из них не был такой расцветки. Когда передача картинки стала наконец достаточно чёткой для понимания, лидер десептиконов помедлил. А затем перезагрузил оптику ещё раз. Лишь после третьей фокусировки окуляры остановились, расширившись в неподдельном шоке. — Давненько не виделись, — чужой бархатистый голос резанул по аудиосенсорам. Он будто слышал себя, но другого. — Скучал по мне? — сосредоточенное выражение лицевой разрезала слегка кривая ухмылка. А Мегатрон все не мог перестать смотреть. Словно видел ее, но другую. И только два голубых огонька затмевали собой всю ту звериную жестокость, которая — гладиатор был уверен — таилась в глубине оптики его спарка каждый раз, когда они встречались вот так, лицом к лицу. Уж после столь пламенной речи в пустыне Лорд десептиконов никогда этого не забудет. Однако… казалось, что сейчас на мгновение можно было забыть. Хотелось забыть. Дневное освещение, пробивавшееся из сделанной им дыры, идеально оглаживало ровный серебристый металл лицевой пластины, а редкие солнечные лучи мягким тёплом очерчивали контуры корпуса сикера, демонстрируя не только отсутствие протеза, но и главное, что бросалось в оптику — практически незаметные по отдельности части корпуса и мелкие детали, что вкупе делали внешность фейсплейта и самого Старфаера… старше. И чем дольше формер вглядывался, тем больше понимал, насколько разительно старше стоящий перед ним мех был того спарка, которого Мегатрон когда-то знал. — Что, скраплет глоссу откусил? — не получив никакого ответа и прекрасно видя замешательство Альфы, насмешливо протянул бывший ассасин и улыбнулся сильнее, сверкнув клыками. Даже если Лорд Десептиконов и хотел что-то ответить, то попросту не успел. В помещении, недалеко от него, по другую сторону защитного поля где был Старфаер, открылся мост, из которого появился тот, кого бывший Юный Лорд явно не ожидал больше увидеть актив. Шоквейв. Будучи введенным в курс дел по прибытие, он уже получил уведомление, что Старфаер находился где-то в Даркмаунте, как только датчики засекли его проникновение. Ученый не был сильно удивлен тому, что бывший Юный Лорд остался актив: в конце концов, именно он улучшал его корпус, чтобы тот мог нормально передвигаться после отравления Токс-Эном и выздоравливания от Киберчумы. Конечно, десептикон не знал точных координат, что-то постоянно сбивало сигнал, но, учитывая данные, полученные от Саундвейва, и прошлые личные наблюдения за поведением и работой юнца, логично было предположить, что именно бывший наследник сейчас устраивал столь наглую диверсию прямо в искре крепости. Однако… учёный ожидал увидеть мехлинга, побитого активом. Никак не уверенно стоящего формера, который смотрел прямо на него. Что-то в быстро работающем процессоре Шоквейва плохо сходилось, потому что сравнивая того спарклинга, которого ему впервые показали ещё на Кибертроне, записи плененного, практически полуразобранного мехлинга и то, что он видел сейчас своим собственным окуляром, можно было сравнить только с тремя различными несмешивающимися компонентами, каким-то образом являющимися составляющими формулы одного и того же вещества. Что было просто невозможно. Нелогично. Однако оно есть. Старфаер внимательно наблюдал за изучающим взглядом фиолетовозначного. Прошлая ухмылка тут же спала с лицевой, сменившись минутным удивлением. Уж кто-кто, а Шоквейв явно сейчас был не кстати, да и то, что он в принципе выжил и вернулся в ряды десептиконов, ничего хорошо не несло. Он помнил его только со спарковства и когда стал юнлингом. Тогда ученый казался каким-то волшебником, способным найти решение любой проблем. Кем-то невероятно умным… И ужасно опасным. Хладнокровным, поддающимся лишь голосу вычислений и логики и не брезгающим пустить в ход все, что потребуется. Сикер не знал, как сильно тот изменился, но стоило быть наготове. — Вы все-таки смогли сохранить свой актив, — первым нарушил тишину Шоквейв, с непривычки обратившись к Старфаеру в былой уважительной манере, отчего антеннки на шлеме резво дернулись. Помедлив, он огляделся, сканируя ситуацию и подмечая своего Лорда за защитным полем. — …Аналогично, — бросил в кратком смешке ему джет, удивлённо. вскинув надлинзовые щитки и все же позволив себе некое подобие ухмылки. Его до сих пор неподдельно поражало, как этот механоид мог оставаться таким спокойным. Однако, будучи теперь достаточно опытным, бывший ассасин не мог не подметить, как его фраза вызвала перефокусировку чужого окуляра и мелкую дрожь когтей. В следующую секунду из второго портала, открывшегося рядом с Шокаейаом, вышел и Саундвейв, пришедший лично разобраться с нарушителем системы поддержания щитов. И так же замерший от того, как теперь выглядел его бывший подопечный. — Оу… И ты тут, Саундвейв… — сикер переводил взгляд то на одного меха, то на другого. Шлак. Ситуация развивалась явно не в его пользу, хотя общее замешательство фиолетовозначных могло сыграть ему на манипулятор. Только Старфаер хотел было рвануть к ближайшему выходу, как голос отошедшего от шока Альфы сотряс помещение. — Немедленно отключить этот защитный барьер! — серебристый кулак с силой врезался в рядом стоящую консоль. Внутри купола большинство действий было ограничено, даже связь не всегда стабильно ловила, из-за чего Лорд десептиконов был практически обезоружен. — И не дайте ему уйти и в этот раз! — в процессоре на миг промелькнули события прошлого заточения. Ну уж нет, больше он так не попадется. Заметив, как Шоквейв с Саундвейвом переглянулись, негласно разделив обязанности, Старфаер сконцентрировался на связисте, который подошёл ближе, давай возможность учёному помочь выбраться Мегатрону. Неспешным шагом тот приблизился к серебристому формеру, начиная настраивать что-то на ручной консоли. Наблюдения сикера прервали длинные прыткие кабели, что резко образовались будто из ниоткуда и уже хотели было оплести его, повалив на землю. Однако бывший ассасин лишь ловко отпрыгнул, подлетев на турбо каблучках, и пролевитировал несколько секунд в воздухе, уворачиваясь от ударов и плавно опускаясь обратно на землю. Реакция тоже стала острее. Новые восстановленные функционалы корпуса отлично справлялись. Все это время пара алых окуляров неотрывно следила за каждым его движением. Казалось, и сам Саундвейв завис на миг от неожиданности. Да уж, летать не трансформировавшись Клинок Каона не мог себе позволить уже очень давно, из-за чего эффект неожиданности сработал как нельзя лучше. Даже Шоквейв со своим вселенским спокойствием прервался от дешифровки защитных кодов, оглянувшись и вцепившись в него взглядом. «Нелогично» — уже хотело вырваться из его вокалайзера, но звук заглушил рык Мегатрона, недовольного прервавшейся работой. Дернув аудиодатчиками, ученый собирался вернуться к панели, но лишь сильнее сбил фокус всеобщего внимания на себя. Это открыло пусть для возможности атаковать. Оттолкнувшись посильнее с помощью турбо каблучков, Старфаер быстрым рывком рванул к Саундвейву, предварительно вытащив из сабспейса небольшие клинки, которые тут же прицельно полетели в связиста. Старый трюк, что никогда не срабатывал. Десептикон всегда с легкостью отбивал клинки и хватал экс-ассасина своими кабелями. Только вот в этот раз у меха было еще одно преимущество. Резво активировав артефакт, сикер прошел прямо сквозь чужую атаку и, пока соперник был занят уклонением от летящего в него оружия, мощным рывком совершил разворот в воздухе, ударив супинатором прямо в район грудной брони. От образовавшейся ударной волны Саундвейв, не успевший среагировать от неожиданности, отлетел на несколько метров, врезавшись прямо в стоящего рядом с куполом Шоквейва. Тот смог остановить связиста, однако оба прошли сквозь защитное поле, запираясь вместе со своим лидером в защитном куполе и чуть ли не сбивая того с сервоприводов, вызвав очередной недовольный рык оного. — Знаешь, за что я больше всего люблю твои разработки, Шоквейв? — наконец-то подал голос Старфаер, и звучал он настолько победно и слащаво, что сам Старскрим позавидовал бы. Вернув равновесие и стабильность на земле, все трое тут же подняли оптики. — Они всегда работают, — ухмылка расплылась на серебристой лицевой. Попытавшись выпустить кабели и даже Лазербика, Саундвейв потерпел неудачу, затем застыв на минуту в тщетных потугах активировать телепорт. — Что такое, Саундвейв? Не получается вызвать земной мост? — послышались довольные легкие смешки, а фейсплейт наконец полностью расслабился. Когда все пять окуляров посмотрели на него, сикер просто не мог не подстегнуть их еще немного. — Какая ирония: так легко войти, и так проблематично выйти, — знакомо переигрывая эмоциями, бывший Юный Лорд до невозможного походил на своего Альфу, отчего тот, опешив, лишь сильнее разозлился. — Повезло, что теперь у меня есть это, — джет глянул на запястье, продолжая свой монолог. На синей броне красовался древний артефакт Иакона: фазовый переключатель. — Подарок от Оптимуса, — акцентируя внимание на каждом слове, Старфаер довольно улыбнулся, сверкнув клыками, смотря прямо на бывшего гладиатора. Тот в ответ скрежетнул своими. — Хотя я уверен, что уже демонстрировал его способности тебе на Кибертроне, — в процессоре Мегатрона тут же промелькнула короткая сцена, закончившаяся дезактивом половины его отряда из-за активации Экстрактора Искры. Серебристые когти сжались в кулаки. — Неужели ты забыл? Так вот не стоит, теперь он всегда будет вместе со мной, — казалось, еще секунда и Лорд десептиконов начнет палить из своей пушки по этому шлаковому артефакту не взирая на защитный барьер. — Что ж, дам вам время все обдумать и поговорить, — будучи удовлетворенным своей работой, Старфаер уверенно глянул на своих некогда менторов и наставников. Оптика бывшего гладиатора дрогнула, а ладонь потянулась вперед. Нет. Он не мог его сейчас отпустить. Не мог дать ему вновь сбежать. — А сам тогда пойду, вы не против? — и с этими словами, до последнего не отрывая взгляда своих голубых окуляров от ало-красных, он развернулся и сделал пару неспешных, немного заторможенных шагов, прежде чем перейти на бег. Пробираясь через стены, джет не замечал, как на собственной лицевой пластине расцветает улыбка, а сквозь денты доносится прерывистый смех. Добежав до самой крайней дыры, за которой уже был мир, Старфаер услышал грохот за спиной и, обернувшись, вновь увидел два знакомых***
Взлетев выше, сикер заметил на радаре клин из истребителей, явно направляющихся к крепости. Те двигались немного топорно, что сразу выдало в них людские военные силы. «Что ж, почему бы им не помочь?» — мысль пронеслась в процессоре Старфаера так же быстро, как сменялись облака над ним. Помня каналы и частоты, которые им когда-то дал Фоулер, мех быстро проверил самые используемые. — /Нужна помощь?/ — игривый голос прозвучал в динамиках кабины пилота. — /Чт? Кто?.. Старфаер, ты?/ — агент Фоулер повернул голову в сторону и заметил знакомый силуэт джета, направлявшийся прямо к нему и его ребятам. — /Не стрелять, это наш. Повторяю, не стрелять, продолжать движение/, — быстро передал указания мужчина, снова возвращаясь к предыдущему диалогу. — /Как видишь, всё ещё я/, — мех аккуратно пристроился рядом, сохраняя между собой и клином безопасную дистанцию. — /Я отключил щиты у Даркмаунта, так что…/ — /У него были щиты?/ — /Представьте себе. Правда, если повредить центральный топливопровод, то пользы от него не будет/. — /Ага… А этот топливопровод это та голубая штука?/ — /Которая идёт через всю крепость? Да, она/, — Старфаер внезапно притих. Бирюза энергона, скользившая через Даркмаунт словно большая артерия, блеснула белым, а затем и вовсе потухла. — /Мне показалось, или Оптимус кинул в него Мегатрона?/ — /Не показалось/, — на краткий, но полный расцветающей усмешки ответ сикер только сделал имитацию усталого вздоха. — /Ну и на кой фраг я тогда отключал щиты?/ Еле сдерживаемый смех агента джет даже не стал комментировать. Нет, ну правда, зачем действовать так тонко, проникать на вражескую территорию, если можно просто кинуть лидера другой фракции прямо в главную топливную артерию крепости и отключить её? — /Эй, парень?/ — взяв себя в руки, Фоулер на мгновение посмотрел на сикера через стекло кабины. — /Ракеты есть?/ — /Допустим/, — экс-десептикон действительно имел парочку ракет, на тот случай если бы пришлось работать в воздухе. Но обычно он ими никогда не пользовался: берёг для форс-мажорной ситуации. Ну, или когда не жалко было. — /Хочешь с нами подорвать эту штуку?/ — /Хочу ли я сравнять с землёй то, что является символом могущества моего Альфы? Определённо/, — Старфаер быстро занял последнее правое место в клине, немного напугав пилотов тем, с какой ловкостью и быстротой это сделал. Конечно, будучи джетом, контролировать себя в воздухе было намного легче. Когда до Даркмаунта оставалось чуть меньше километра, Фоулер дал приказ подготовить ракеты. Мех неотрывно следил за очертаниями крепости перед собой, не забывая соблюдать дистанцию с истребителем впереди. Секунда. Вторая. — /Открыть огонь!/ — командный голос в аудио был подобен тому звону, что возникает в гранатах за мгновение до взрыва, и Старфаер никак не воспротивился ему, выпуская пару ракет в сторону копии тёмной крепости. Копии места, в чьих стенах он познал первое убийство векихона, в чьих коридорах он прятался, подслушивая шепотки теней, в чьём воздухе он столько ворнов постепенно ржавел искрой. И меху нисколько не было жаль видеть, как огненные букеты взрывов расцветали на чёрных отвесных стенах, круша их и заставляя крепость падать под собственным весом вниз, оставляя после себя лишь дым и затлённое небо. Однако стоило только клину разойтись в манёвре, как, будто в отместку, им навстречу уже летели трое летунов десептиконов, явно настроенных на то, чтобы никого не отпустить живым. — /Агент, уводите своих. Они мои/, — Старфаер сделал резкий разворот в воздухе, который бы не смог сделать человек из-за перегрузки, и вылетел навстречу к сикерам, уже пославшим пару очередей плазмы. Увернувшись от них через бочку, мех трансформировался в полёте и в кульбите сверкнул мечом. Солнечный блик, на секунду засветивший обзор, скрыл удар, и две половинки разрезанного врага уже летели вниз, когда джет снова принял альтформу. Снова развернувшись в воздухе, он уже нацелился на другого, как того разорвал взрыв. Рядом с обломками пролетел людской истребитель. — /Фоулер, какого фрага?! Я же просил!/ — /Не ори на меня! Он сам нарушил мой приказ/, — последовавшие возмущения агента Старфаер больше не слышал. Пусть хоть неделю сидит на гауптвахте, но теперь за ним придётся присмотреть. Оптимус явно не будет рад, если этот отверженный болван пострадает. И будто спровоцировав судьбу, третий сикер пристроился позади истребителя. Тот совершил манёвр вниз, пытаясь сбить десептикона с хвоста. Но тщетно. Плазма врага достигла турбин людской машины. Истребитель тряхнуло, и из двигателей повалил чёрный дым. — /Старфаер, он застрял!/ — сикер никак не ответил, лишь активировав турбины на полную и устремившись в пике к падающему истребителю. Тот крутился носом вниз, с каждым мгновением приближаясь к земле всё ближе и ближе. Мех, трансформировавшись, вцепился когтями в фюзеляж и с рыком откинул стекло кабины. Человек всё ещё предпринимал попытки выбраться, хотя его тело было прижато гравитацией к сиденью. Старфаер потянулся к солдату, вырвав его сиденье из кабины и оттолкнув куда подальше подбитый самолёт. — Отстёгивайся! — приказал он пилоту, на что тот сразу же подчинился. Джет как можно аккуратнее взял его на манипуляторы и прижал к грудной, трансформируясь. За несколько километров от земли мех послал весь энергон в двигатели, взмывая в воздух. Человек тяжело дышал, всё ещё находясь в шлеме. — Воздух… Не могу… дышать… — /Агент, он задыхается! / — /Поддерживай давление воздуха в кабине! И подавать его не забывай!/ — Праймус, за что ему это вообще? Пока Старфаер настраивал давление, Фоулер и остальные люди из клина успешно гоняли десептикона, в конце концов подбив его. Тот упал в нескольких метрах от людского истребителя. — Поел свинца, да?! — пилот разбившегося судна крикнул куда-то через тонированное золотое стекло кабины. Ее обладателя не особо устраивало нахождение внутри человека. Одно дело, когда ты машина, просто вези и не врежься в столб, а другое дело поддержание давления и уровня кислорода в кабине пилота. Из-за этого сразу же пришлось снизиться и сбавить скорость. — Молчи лучше, — человек подпрыгнул, видимо, только что вспомнив, где, а точнее в ком, он. — Истребители дорогие, а ты один разбил по собственной глупости. Знаешь, часть приказов даётся не просто так. — Да что ты понимаешь? Жестянка… — Старфаер бы оскорбился, но почему-то это ругательство из уст человека звучало даже смешно. — Ну так помоги мне понять? Заодно и время скоротаем, пока добираемся до базы. Кстати, Фоулер злой. — А ускориться никак? — Как. Но ты умрёшь. Знаешь, сколько нужно вашему организму, чтобы просто функционировать? — раздражённо приметил мех, уже получая от агента координаты новой базы, а также информацию о том, что все автоботы успешно добираются до неё в целости и сохранности. — А ты прям чувствуешь себя всемогущим из-за этого? — злобно парировал человек. Если бы не шлем, всё ещё находившийся на его голове, Старфаер бы заметил явную ненависть. — Я чувствую раздражение, что из-за чужой глупости мне приходится жертвовать своим комфортом, — как можно спокойнее пояснил сикер. — «Оптимус, как ты остаёшься таким непробиваемым так долго»? — Ты всё равно не поймёшь… — Тогда повторюсь, помоги мне понять. «Почему-то люди-взрослые нравятся мне всё меньше и меньше…» — Такие как ты вообще знают, что значит семья? — В каком-то смысле да. Мы любим компанию друг друга, — было странно делиться подробностями их актива не с детьми, но вроде ничего такого в этих вопросах не было? — Моего брата… его убили в первой атаке на Даркмаунт, — Старфаер хотел было хмыкнуть: на что люди рассчитывали в конце концов? Но пилот его опередил. — Знаешь, какого это, когда твоего родственника доставляют по частям, потому что танк с ним сжало как консервную банку? — и тут внутри что-то щелкнуло. Нет, он не знал. Но вспомнил, как сам когда-то расчленил автоботского снайпера, убившего Триггершота, и разослал останки его близким. Поступок, которым он так никогда и не сможет гордиться… — Что притих? — резкий рык человека всколыхнул системы. — Нет, не знаю. Корпуса моих погибших близких я или не видел, или хоронил целиком, — к последним относились всего два: его первая любовь и учитель, но к ним хотя бы есть — или была — дорога. — Близких? То есть нескольких? — мужчина, сидевший в кабине, тут же чуть притих, ощутив зарождающееся неприятное чувство вины к тому, к кому вину вообще не хотелось испытывать. — Да. Первая любовь, учитель, двое… двое братьев по оружию, — Старфаер запнулся, подбирая нужные слова для двух сикеров, бывших ему когда-то телохранителями. — Дани, мама по-вашему. И теперь притих человек, смотря куда угодно, только не на штурвал, иногда двигающийся из стороны в сторону. Мех же, стоило тишине воцариться, заметил, что, не взирая на собственные слова, боли практически не испытывал. Не было этого чувства подавленного за юмором горя или желания сделать что-то, закричать, проронить омыватель, чтобы выпустить все те эмоции от боли утраты. Теперь… казалось, что эта боль ушла куда-то глубоко, далеко. Она не забылась, нет, но переродилась в тоску, мрачное напоминание о том, что было, предостерегающее от того, что может быть. Стала опорой, а не тем, что напрочь смывает ее. Наверное… Именно так и становятся старше, да? — Это не меняет того, что вас здесь быть не должно, — мрачно заверил солдат, снова напомнив о себе. — Где? — На Земле, на нашей планете. — Ну… когда наш вид её заприметил, этот камешек ещё был мёртв, — Старфаер сверился с картой и понял, что они скоро прилетят. — Это не отменяет того факта, что ваша война пришла сюда. — Наша война много куда пришла, человек, и поверь, мне бы вообще не хотелось, чтобы она продолжалась. — У человека есть имя, — буркнул пилот и откинулся на кресло. — О, это просто прекрасно. Однако, чтобы я мог по нему обратиться, мне необходимо его знать. — Чё? — Очень приятно, Чё, я Старфаер. — Ты! — сикер даже не пытался сдерживать хихиканье. — Моё имя Алекс, понятно? А-лекс? — пилот фыркнул под шлемом. — Понятно. Слушай, Алекс, — мех чуть расслабил ремни на сиденье, чтобы человек чувствовал себя уверенней. — О том, что было ранее. Твой поступок, чем бы он не был оправдан, был в первую очередь глупым. Хочешь потратить свою жизнь, так потрать её на что-то полезное, — как иронично. А ведь он сам не так давно хотел свести счеты с активом при любой удобной возможности, не видя смысла дальнейшего существования. А теперь глаголет такие речи… Это всё влияние Прайма. — У меня никого, кроме него, не было… Больше нет ради кого… жить… — Врёшь. — Чего? — Алекс тут же выпрямился. — Ты что несёшь?! — Если бы не было ради чего жить, то ты бы покончил с собой в тот же день, как узнал о смерти брата. Но ты прожил достаточно, чтобы отомстить, верно? — Старфаеру не ответили, только отвернулись в сторону. — Так почему бы не прожить ещё немного? Умереть всегда успеешь. — Не рассуждай так, будто ты что-то в этом понимаешь, — Алексу ответили мягким смешком. — Однажды мне очень сильно не хотелось жить, вот… очень. А потом я случайно выжил, действительно случайно. И теперь я здесь, за миллиарды парсеков от родного дома, пытаюсь закончить конфликт, который начался не сильно позже моего появления в этой вселенной. Вот такая бывает судьба, подумай о ней на досуге, прежде чем ринуться куда-то и бессмысленно отдать свою жизнь. О, и кстати, мы на месте, — подлетев к группке людей с носилками, — судя по всему именно для Алекса, хотя тот вроде был цел — Старфаер трансформировался, аккуратно держа человека. Опустившись на одно колено, сикер протянул пилота другим людям, которые перенесли его на носилки, хотя он активно сопротивлялся, ругаясь, что может ходить сам. — Эм… Сэр… — мех посмотрел вниз на одну из медсестёр. Молодая, светлые волосы, тёмные глаза, полные больше страха, чем чего-либо ещё. — Агент Фоулер сказал, что Вам нужно в ангар «F», это вот туда, — она указала в сторону и снова нерешительно посмотрела наверх, получив мягкую улыбку и благодарственный кивок, который может быть только немного уменьшил её страх. Старфаер же направился в указанном направлении, всё сильнее и сильнее удручаясь в том, как его воспринимали люди. Если в отношении собственного вида страх был вполне обоснован — он сделал достаточно для этого, то люди… Дети его не боялись, Фоулер и Джун тоже, но тот же Алекс или медсестра. Гнев или страх просто из-за возможности причинить вред. С каждым разом он все больше убеждался, что их виды не сильно-то и отличаются. Смешно подумать… он ведь пытался этого мужчину чему-то научить. И даже… относился к нему как к почти равному. Что ж… он не мог повлиять на мысли окружающих — всегда будут те, кто будет тебя ненавидеть или бояться, этот закон он усвоил уже давно, однако менее противно от этого не становилось.***
Дойдя до ангара, Старфаер услышал знакомые и… незнакомые голоса, обсуждавшие совершенно разные темы. Видимо, благодарственные мероприятия он уже благополучно пропустил. Провентилировав, мех ступил за край входа в ангар, замечая, как все стояли к нему спиной. Кроме одного механоида. Того самого, кто теперь возвышался над ними всеми, включая, неожиданно, Ультра Магнуса. Прайм, скользнув взглядом за команду, заметил джета и замер с чуть расширенной оптикой. Первым эту странность приметил Рэтчет и тут же посмотрел за плечевой сегмент. — О, явился! — разглядев знакомую фигуру, медик развернулся и так же удивлённо замер, что смутило уже Старфаера. Потому что если замирает Рэтчет, то что-то явно страшное успело произойти. Ну как… явно произошло. С его лицевой и корпусом, например. — Эм… Да, — бывший ассасин решил действовать так, будто ничего странного не происходит, и он не выглядит теперь как только что активировавшийся. Бывший десептикон методично продвигался в глубь ангара, чтобы поздороваться с остальными. — Прошу глубочайше простить за отсутствие, пришлось спасать пилота-идиота, решившего, что вехикон ему по зубам, — голос звучал мелодично и четко, не переигрывая с нотками в особо "эмоциональных" моментах, но и не утомляя аудио чрезмерной сухостью. — Вы бы знали, как тяжело оказывается поддерживать постоянное давление в кабине, просто ужас, — надлинзовые щитки легко двигались в такт меняющейся улыбке, то приподнимаясь, то возвращаясь на место, а расслабленное выражение нового целого фейсплейта притягивало взгляд. Пока он шёл, то уже перестал реагировать на то, как все, кроме белого рекера, странно на него смотрят. Пока не закончил реплику. — Так… ладно, что здесь происходит? — Старфаер театрально-раздражённо вспылил. — Я вроде вёл себя хорошо, можно сказать паинька, — постарался отшутиться бывший ассасин. — «Прайм, только не говори, что ты им сказал, что хотел сделать меня Праймом, потому что если именно из-за данного факта на меня смотрят как на экспонат в музее, то я… короче, придумаю, что с тобой сделаю», — но сикеру не ответили. — Эй! «Мико, моя ты дорогая, спасибо, что не молчишь». — Посмотри на меня! — Старфаер тут же подчинился и увидел вспышку камеры. Девочка быстро что-то выбрала в телефоне и показала сикеру. На фотографии был он. Ровный металл лица и новые краски на шевроне. То, что и ожидалось увидеть, кроме разве что… пары голубых окуляров. Нет, только не голубые. Не как у Мегатрона, точнее, Мегатронуса… Что угодно, но не голубые. — Видимо, Молот Солус всё же повлиял не только на Оптимуса, — Старфаер посмотрел на доктора, сохраняя немного рассеянное выражение лицевой. Прежде чем нахально улыбнуться, сверкнув клыками. — Прекрасное краше не сделаешь, — тут же доброжелательность ушла, оставив Рэтчету накатывающее раздражение. — Ты знал! — возмущенно вскрикнул медик, тыкая пальцем в младшего. — Конечно знал! Я же не слепой! — Старфаер вскинул манипуляторы, смотря на доктора с ответным всплеском эмоций. — Теперь даже не на половину, а целиком! — легкие смешки лились из его вокалайзера, приятно отдавая в собственных и чужих аудиосенсорах. И все-таки быть на сто процентов здоровым ощущалось невероятно. — Ну наконец-то я увидел тебя вживую, птичка, — Уилджек вовремя встал между джетом и Рэтчетом, что-то шепнув перед этим доктору на аудио, отчего тот отшатнулся от рекера с возрастающим шумом вент. Манипулятор светлого формера, который раньше наверняка показался бы тяжёлым, упал на плечевой бывшего ассасина. — Птичка? — Балкхед посмотрел на своего друга с недоумением. — Ну да, ты посмотри на эти крылышки, — рекер хотел было ущипнуть одно из тёмно-синих закрылок, но Старфаер тут же повернулся к нему фейсплейтом. — Не трогать, — "грозно" выставил палец сикер. — Почему? Вон какие красивые. Как раз подходят к твоей голубой оптике, — пропуская флирт мимо аудио, джет выловил слово «голубой» и тут же вспомнил о насущной проблеме. Надо скорее решить ее, пока не прижилось. — Никакой голубой оптики, — продолжил он вслух и выключил окуляры, продолжая периодически хлопать Уилджека по манипуляторам, чтобы тот перестал тянуться к его крыльям. И как только ощущал, куда бить? Пара секунд перестройки, и синева сменилась мягким жёлтым, практически золотым светом. — Так-то лучше. Пока Старфаер боролся с вниманием Уилджека, Оптимус не переставал смотреть на своего сикера. Он действительно стал чуть выше. Протеза больше не было, как и шрамов на лицевой, а вместо одного карминового огонька сияли вначале два голубых, — и столь знакомо-родных — а после золотых. Синий глянец краски сменился матовостью цвета предночного неба, а вставки более не были жёлтыми, а стали такими же золотыми, как и оптика. «Красивый», — пронеслась мысль в процессоре Оптимуса прежде, чем тот как-либо её осознал. Да и отрицать её в общем-то не особо хотелось. Старфаер был красивым, если не для кого-то ещё, то для него точно. Для него… Эти слова разлились теплом, смутно знакомым и одновременно чужим, будто ты только что вспомнил какой-то эфемерный момент из недавнего прошлого. Мехлинг поступил эгоистично, дав Молоту вернуть его сюда, в мир живых. Однако Оптимус не мог не быть благодарным за то, что теперь видит уже окрепшего меха, в чьём корпусе бурлит актив и новые стремления. Чьи губы так прекрасно изгибаются в улыбке, а оптика мягко освещает аккуратный лицевой металл. И вот Старфаер смотрит снова прямо на него с этими поднятыми уголками губ, и Оптимус не может двинуться с места, лишь наблюдать, осознавая, что тонет в том чувстве, которое не хочет называть, но которое уже узнал. В том чувстве, заставляющем крепко прижимать к себе и ластиться под чужими прикосновениями, быть несгибаемым в защите и сдаваться под одним лишь взглядом. Праймус, помоги ему, потому что он полюбил.
Примечания:
Дорогие мои, с Новым Годом! Пусть у вас этот год будет таким же удачным и красивым как Старфаер)
