Мой маленький шеф

Джин убрал на кухне. Джису ушла сразу после Намджуна, и старший ощутил, что боль в сердце стала еще больше. Теперь, когда он наконец остался один, парень дал волю эмоциям. Целое утро ему приходилось сдерживать себя, но больше он не мог вытерпеть. Парень оглянулся вокруг. Все здесь вызывало у него воспоминания, которыми он дорожил. Столовая, на которой Намджун принял его на работу и где Джин впервые его поцеловал. Их ленивые деньки, проведенные на диване в компании друг друга. Душ, в который они ходили не просто для того, чтобы вымыться. А также спальня, комната, где он провел намного больше времени, чем думал. Для Джина были ценны эти воспоминания, но, скорее всего, только он и хранил их. Теперь была столовая, в которой Намджун и Джису завтракали. Кровать, которая все еще была помята, потому что Намджун и Джису провели там ночь вместе. Душ, которым пользовалась Джису. Для Джина теперь просто не оставалось пространства, разве что кухня, место, где он на самом деле должен был находиться. Парень в последний раз взглянул на кровать перед тем, как закрыть дверь и попрощаться с этим сном, в котором он пробыл некоторое время. Джину пора было проснуться.

***

Юнги пялился в свой компьютер. Он провел целую ночь, работая над новой песней, и перед тем, как осознал это, часы пробили девять утра. Парень снял наушники, надеясь поспать некоторое время перед походом в университет и увидеться с Чимином до того, как у него начнется танцевальная практика. Но спустя некоторое время Юнги услышал, как кто-то шмыгает носом. Он встал и вышел из комнаты, пытаясь понять, откуда идет звук. Сопение было, скорее всего, рыданием, и Юнги подумал, что за ним пришел призрак девственницы за то, что он слишком классный. Но после недолгих размышлений парень понял, что кто-то шмыгал носом в комнате Джина, что было очень странным. Старший обычно проводил большее количество времени на работе и приходил только после одиннадцати утра. Юнги подошел к двери и тихонько постучал: — Хен? Все хорошо, хен? — спросил он и услышал в ответ сопение перед тем, как Джин ответил: — Все в порядке, извини, если побеспокоил тебя, — сказал он хриплым, скорее всего от плача, голосом. Юнги открыл дверь, вошел внутрь и увидел Джина, лежащего на кровати в позе эмбриона и укутанного в одеяло. — Хен, — сказал Мин и подошел к кровати. Старший посмотрел на него красными и опухшими глазами. Говоря честно, он выглядел просто ужасно. — Что случилось, хен? — спросил Юнги. Эти двое часто говорили о каких-то пустяках, но почти никогда не затрагивали темы, связанные с чувствами и прочим дерьмом, разве что если были пьяными. Джин просто шмыгнул носом и сильнее укутался в одеяло. — Хен, поговори со мной. Мне нужно знать, кого избить за то, что он сделал с тобой, — сказал Юнги без шуток и сарказма. Он реально готов был навалять тому, кто обидел Джина. Ким стал для парня единственной семьей после того, как родители отказались от него. Джин мог выполнять роль и заботливой матери, и строгого отца, и поддерживающего брата, и лучшего друга. — Не надо, я в порядке, — пробубнил Джин, и Юнги чуть не рассмеялся. — Хен, ты ничуть не в порядке. Я не видел тебя таким с тех пор, как умерла твоя бабушка. Так что не пизди мне тут и объясни все, — потребовал Мин, откидываясь на спинку кровати и видя, как Джин кусает губы. — И это не просьба, хен. — Ты невыносим. Называешь меня хеном, но не воспринимаешь меня, как старшего, — сказал парень, и Юнги закатил глаза: — Не меняй мне тут тему. Джин глубоко вздохнул перед тем, как посмотреть на лучшего друга и начать рассказывать ему про то, что произошло между ним и Намджуном.

***

Блять, блять, да пошло оно все. У Намджуна случился припадок в офисе. Его волосы были растрёпанными, галстук плохо завязанным, а стакан лежал разбитым на полу. Безэмоциональное лицо Джина и его ледяной голос всплывали в голове мужчины, уничтожая его. Старший назвал его мистером Кимом, что за хуйня? Намджун с топотом перемещался по офису, зная, что его секретарь стоит за дверью, думая о том, стоит ли ему заходить или нет. Мужчина чувствовал, что ему надо то, что помогло бы ему справиться со срывом. Он был зол, как черт, по большей мере на себя, но также и на каждое существо на земле. Намджун устроился в большом кожаном кресле, которое использовал для встреч, и уткнулся лицом в ладони, разрешая себе заплакать. Он делал это тихо, вспоминая прекрасное лицо Джина. Он подумал об эпизоде, произошедшем на прошлой неделе. Тогда тёплый аромат выпечки наполнил его дом. Намджун почувствовал, как теплее стало у него на душе, когда Джин выглянул на него из кухни. Он развел руки и почувствовал, как старший помещается между ними. Как обычно, Намджун зарылся носом в его волосы и обнял его. — Я сделал печеньки, — сказал Джин перед тем, как утащить его на кухню. Парень практически силой заставил его сесть перед тем, как поставить перед ним целую тарелку с выпечкой. От неё шел теплый и ароматный пар, и Намджун с удовольствием стал пробовать вкусности, ослабив свой галстук. Мужчина улыбнулся, когда вспомнил, как притянул к себе Джина, чтобы поцеловать его в нос и сказать, насколько вкусными было печенье. Старший сел ему на бедра и широко раздвинул их перед тем, как в освободившееся пространство поставить тарелку и начать кормить Намджуна. Мужчина грустно улыбнулся — когда он попросил побольше, то Джин положил печенье ему в рот и посмотрел на него своим сексуальным взглядом. Намджун закончил с печенюшкой перед тем, как отнести Джина в кровать, решив, что стоит отблагодарить его за вкусности. — Сэр, к вам посетитель, — голос испугал Намджуна, и тот посмотрел на прибор и нажал на кнопку, чтобы ответить: — Скажи ему или ей вернуться завтра. Сейчас я не хочу ни с кем говорить, — ответил Намджун перед тем, как откинуться в кресле. — Он говорит, что это важно. По его словам, его зовут Ким Сокджин и вам стоит это знать, — сказал секретарь и мужчина выпрямился. Сокджин? Джин? Он пришел, чтобы увидеться с ним? — Впусти его ко мне, и пусть никто нас не беспокоит до его ухода, — сказал он. — Да, сэр. Может, у него получится все исправить. Он не ожидал, что Джин захочет поговорить с ним так скоро. Мужчина готов был уже молить о прощении на коленях, прийти к нему домой, он был готов сделать все это. Но вот Джин и сам пришел, он пришел первым. Может, у Намджуна еще остался шанс. Мужчина подошел к двери, готовый встретить Джина и умолять о прощении. Когда дверь наконец открылась, Намджун почувствовал бабочек в животе, но они исчезли, когда человек вошел. Это определенно был не Джин. Намджун посмотрел на маленького мужчину с мятными волосами и светлой кожей. Если бы ситуация была другой, мужчина бы восхитился необычным цветом волос, который незнакомец явно вытягивал. Но, тем не менее, сердитый взгляд на лице человека говорил Намджуну, что он должен начинать бояться за свою жизнь.