Повелители и души

— Заканчивай, — сухо произнёс Ревиль недовольно скривился при взгляде на подопытного. Точнее на то, что от него осталось. Бездушная груда из мышц и костей пустыми глазами смотрела на потолок подземелья. Исчезли крики и безотчётный ужас, вплелись в чужую сущность вместе с полной силой сознания. С губ слетают выверенные слова заклинаний, затем идёт лёгкий взмах руки, отнимающий у жертвы и жизнь. Теперь можно не беспокоиться о том, что кому-то станет известно об опытах. О том, что они удачны. – Я же говорил, что мы закончили эксперименты. Просил прекратить. Неужели мои слова можно было расценить как-то не так? Пристальный взгляд зелёных глаз обещал всё самое худшее при повторении инцидента. Но друг с присущей исключительно ему лёгкостью выдержал это испытание. – Они бы удивились тому, что кто-то остался в живых. Я решил сам довести дело до конца. Его всё равно ждала смерть, а так он был полезен. Спорить с Эльисом порой было просто невыносимо. Он прагматично подходил к ведению дел, совершенно забывая о таких мелочах, как этичность, сострадание и взаимопонимание. И Аркей с жертвами науки, они лишь расходный материал. Просто в горле ком встаёт. Альтмер не знал и не хотел знать. Он подозревал, что ответ принесёт ему мало радости. – Тогда во имя Богов, избавься от тела, – устало проговорил блондин, смирившись с происходящим. Поспешив убраться из помещения, эльф направился в кабинет, стараясь выбросить дурные мысли из головы. Пока что не удавалось свыкнуться с мыслью о том, что душу можно разорвать, не теряя сознание. Хотя больше всего волновал тот факт, что это было проверено на собственной шкуре. В покоях только пыль. Затхлый воздух напоминает о лаборатории в подвале под поместьем. На глаза попался камень душ. Чёрный буквально, спокойный, несмотря на дух внутри. Блондин привык звать их спящими. Но одно прикосновение пробуждает в кристаллах жизнь. В этом хранился один из первых. Каджит, кажется, который искал деньги поскорее и рискнул собой в надежде на выигрыш. Чести ради, необходимую сумму он получил вперёд. Альтмер невесело хмыкнул. К сожалению, всё вокруг напоминало о произошедшем, не давало отвлечься. Эльф намеревался убрать эту мерзость подальше, в какой-нибудь тайник; он поднял камень, а спустя мгновение ощутил всеми пятью чувствами звон и вой, волну злости и изумления. От неожиданности кристалл выпал из рук, вспыхнул фиолетовым и слабо завибрировал в такт Идеальным Повелителям. Они были поражены тем, что кто-то без сторонней помощи сумел добиться таких высот. Им самим потребовалось много лет, знания о предыдущих попытках использовать души вручную. Их было больше, они были опытнее. И какой-то смертный вздумал побыть им соперником? Душа у эльфа рвется на кусочки, распадается с течением времени, как треснутая ваза, а он спокоен и холоден так, словно в груди не сердце живое бьётся, а тяжестью тянет во тьму стылый апатит. В Каирне ревёт ветер, разбивается о землю с яростью молния. Мир — отражение своих создателей, мёртвых, но прекрасно чувствующих бешенство. Когда-то обычным людям уже удавалось подойти к разгадке близко. Но их погубила неосторожность, неутолимая жажда силы и абсолютное нежелание делиться тайнами с другими. Они в порывах чувств делали то, о чем жалели. Убивали и подставляли. Может, и сейчас решить проблему так же?