Другая игра

Алексей

      Он не спал, определённо не спал. Разве что прикрыл глаза на минуту-другую, давая им отдых. Вот только, как тогда за эту минуту всё успело настолько поменяться?!. Воздух насквозь пропитался запахом машинного масла, а чуть поодаль, во мраке, через равные промежутки времени мигали ярко-красные огоньки.       Лёша приподнялся на локтях, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте. Из доступных ему ощущений он мог подытожить, что находится явно не в номере, и едва ли вообще в гостинице. А вот гул турбин стал гораздо отчётливее, значит к аэропорту он теперь значительно ближе. Возможно какое-то подсобное помещение, принадлежащее данному транспортному узлу. В эту теорию отлично вписывался и царивший в помещении запах. Однако всё это не отвечало на основной вопрос – как его угораздило здесь оказаться?! Ну не во сне же он ходил, в самом деле. И самое главное, где Антон? Всё ли с ним в порядке?       Отсутствие брата беспокоило его даже больше, чем собственное местоположение. Если бы не эта дурацкая коробка! Чего хотели добиться таким странным способом? Мысли вновь и вновь возвращались к злополучному сюрпризу, нагнетая чувство вины. Ведь подарок предназначался именно ему. Он должен был пострадать, а не Антон. А теперь его брат где-то там один, беззащитный… – Так, стоп! – оборвал свои внутренние стенания Алексей. – Не такой уж он беспомощный, не надо преувеличивать.       Звук собственного голоса в этой гудящей тишине подействовал, как дружеский подзатыльник, побудив к действиям. Миранчук попробовал встать. Чем скорее он уберётся отсюда, тем лучше. Вернуться в отель, найти брата, а там и самолёт. Они улетят прочь из этого странного места и забудут всё, как страшный сон.       Вот только подняться у него не вышло. Что-то крепко обхватило левую ногу. Ему даже показалось, что она порядком подзатекла. Сердце гулко бухнулось о рёбра в недобром предчувствии. Лёша упрямо мотнул головой, отгоняя панику, и принял сидячее положение, чтобы ощупать то, что его не пускало. Пальцы футболиста осторожно коснулись того места, где по ощущениям ногу держало крепче всего. Как бы ему сейчас пригодился хоть какой-нибудь источник света. В отчаянной надежде парень прошёлся по всем имевшимся карманам, но нет – все они были пусты.       Разочарованно вздохнув, полузащитник вернулся к удерживающим его путам. Они были похожи на какой-то тонкий кабель или даже несколько перепутавшихся вместе. Интересно, это его так оригинально связали или он сам запутался, находясь в бессознательном состоянии. Подёргав плотный комок проводов, Миранчук нахмурился. Робкие надежды выбраться отсюда незамедлительно и вскоре оказаться рядом с братом были бесповоротно погребены под суровой реальностью. Электрошнур не поддавался.       Неясный шорох заставил его замереть, скрючившись в три погибели. Парень прислушался. Неужели крысы? Только этого не хватало для полного счастья. Алексей вновь ощупал провода, но уже более тщательно. У самой лодыжки шнур уходил в сторону и терялся в ещё большем клубке проводов, чем тот, что оплетал его ногу. Похоже, что их свалили в одну кучу, не сильно заботясь о сохранности. Ну и ладно, ему бы только чуть ослабить, чтобы выпутаться из этой западни. Миранчук на пробу слегка потянул кабель. Никакого эффекта, только у щиколотки неприятно резануло. Что ж, придётся приложить больше усилий. Футболист одной рукой перехватил провод у самой ноги, чтоб он не затягивался со стороны его многострадальной конечности, а другой как можно дальше ухватился за ту часть кабеля, которая уходила внутрь этого электрошнурового клубка, и с силой дёрнул на себя. Вся переплетённая конструкция содрогнулась и, кажется, немного съехала с насиженного места, но и провод чуть-чуть поддался. Попавшая в плен нога тут же отозвалась колющей болью приливавшей к онемевшим частям конечности крови.       Настороживший его шелест повторился так же тихо, но уже чуть ближе. Темнота, не позволяющая разглядеть происходящее даже на расстоянии вытянутой руки, добавляла раздражения. Футболист принялся с нервной злостью дёргать провод, отвоёвывая каждый сантиметр, то и дело оглядываясь в попытке отыскать более плотный сгусток мрака. Вон там, у самых красных огней вроде что-то промелькнуло. Или показалось? А это что за шаги? Нет, похоже просто кровь стучит в висках.       «Надо успокоиться», - мелькнула мысль в голове. Алексей сделал глубокий вдох… Что-то прошуршало совсем близко. Парень поперхнулся воздухом и, повинуясь дремучим инстинктам, отмахнулся от источника звука. Кончики пальцев мазнули по чему-то мягкому, тёплому и явно живому. Тут, в темноте что-то было, что-то гораздо большее чем крысы сверлило его разумным взглядом. Паника накрыла полузащитника с головой. Он, словно птица в силках, забился в опутавшем его ногу проводе. Вот, ещё чуть-чуть, только кроссовок мешает вытянуть конечность из плена. Но времени нет! Долой мешающую обувь, и свобода!       Окрылённый победой, Миранчук вскакивает. Бежать! Неважно куда, только бы подальше отсюда. Он не задумывается над тем, что в темноте не разобрать где выход или, хотя бы, не найти укрытие. А главное что, конечно, не стоит вскакивать на затёкшую ногу.       Секунды растягиваются в минуты, как в замедленной съёмке. Вот стопа неестественно выгнулась, и слышится сухой отчётливый хруст, от которого пробирает до костей неприятное чувство понимания. Лёша будто со стороны наблюдает своё падение, слишком медленное, слишком нелепое, словно он просто оседает на пол от потери сознания. Полузащитник с отрешённостью выставляет руки вперёд, чтобы смягчить удар. Ладони звонко шлёпают о гладкий бетонный пол, а следом уже гораздо мягче холодной тверди касается его голова и грудь. Чёрт. Глупо вышло.

Антон

      Что-то холодное и мокрое неприятно тюкнуло в лоб. Антон забавно наморщил нос. Открывать глаза, просыпаться совсем не хотелось. Но что-то снова капнуло на лицо: сначала крупная капля разбилась о его нос, затем две помельче одна за другой упали на щеку. – Лёш, прекрати, – капризно протянул младший из близнецов, с головой ныряя под нагретое одеяло.       Он сегодня жертва, пусть его будят как-нибудь поласковее. Миранчук сладко зажмурился от предвкушения. Минута. Другая. Ничего не происходило. Лёшка что, решил его разыграть? Спрятался где-нибудь и поджидает пока младшенький вылезет наружу, а потом что? Ведро холодной воды, выпрыгнет из-за угла или схватит за ногу из-под кровати, как только Тоша встанет? Что ж, тогда Лёха побьёт все рекорды по идиотизму. – Лёш, я не поведусь! – крикнул полузащитник из-под одеяла. – Если пора вставать – буди нормально, а так – иди лесом! Нет, лучше полем. Футбольным.       Антон шумно выдохнул, блаженно вытягиваясь на кровати. Спать больше не хотелось, но просто поваляться в тёплой уютной постели – предел мечтаний для вечно подскакивающих ни свет ни заря футболистов. Для полного умиротворения не хватало только родного Лёшкиного сопения рядом. – Ну, хватит уже, – заканючил Миранчук, считавший, что дурацкая шутка затянулась. – Лучше присоединяйся ко мне!       Тоша протянул руку в приглашающем жесте, но встретил лишь пустоту. К гудящей тишине добавился шелест дождя. Несколько капель снова клюнули обнажённую руку. Антон раздражённо выругался, откинул одеяло и гневно посмотрел в сумрак комнаты. Ничего. Полузащитник приподнялся, опершись на локти, огляделся. Точь-в-точь как его брат в это же самое время, но за несколько сотен метров от него. Номер не то что выглядел, ощущался пустым. Разбудившие его капли оказались предвестниками дождя и проникли через распахнутое окно. Видимо они не закрыли его, перед тем как уснуть.       Миранчук нехотя сел на кровати и с долей сомнения спустил ноги на пол. Развития событий не последовало. Пожав плечами, он встал, прошёлся до выключателя и включил свет. Ночной сумрак поспешно попрятался по укромным местам, а комната приобрела знакомые и ясные очертания. Антон озадаченно почесал затылок, заглянул в шкаф и, для порядка, под кровать. Проверил ванную комнату – пусто. В их общем номере он был один.       Неясное беспокойство сжало сердце своими коготками. Полузащитник немного нервно закрыл окно и задёрнул шторы, будто это могло сохранить уют в отсутствие брата. Привычно схватив смартфон, он быстрым набором послал вызов близнецу. Знакомая мелодия донеслась со стороны кровати. Откинув одеяло и подушку, Тоша нашёл гаджет старшего. Но это совершенно не приблизило его к пониманию, куда подевался Лёха. Вообще отправиться куда-то без телефона было для Миранчуков чем-то запредельным.       Футболист прошёлся по последним новостям соцсетей, ответил на пару сообщений, отбарабанил указательным пальцем по корпусу смартфона какой-то мотив и глянул на время. Прошло от силы минут десять, а его брат и не думал объявляться. Куда его вообще понесло посреди ночи? Не выдержав неизвестности, Антон оделся, сунул в карман телефон и ключ-карту от номера и вышел. Может портье подскажет, куда подевался его брат, всё-таки в ночном отеле выбор не велик.       Пустой коридор встретил его тем же приглушённым жёлтым светом софитов, который после недавнего приключения больше не казался приятным. Передёрнув плечами Тоша быстрым шагом направился к лифту. Однако тот встретил его мигающим оранжевым значком с восклицательным знаком, недвусмысленно дающим понять, что работать он отказывается – придётся воспользоваться лестницей. Следуя указателям, полузащитник выбрался на лестничную клетку. Здесь освещение было ярче, очевидно, чтобы посетители или персонал не переломали себе ноги в потёмках.       Миранчук едва успел занести ногу над первой ступенькой, как отчётливый звук удара мяча о пол заставил его вздрогнуть. Он с удивлением посмотрел вверх по лестнице, откуда исходил звук, который ему при всём желании не удастся спутать ни с одним другим. Ещё несколько гулко-звонких шлепков и шорох покатившегося мяча. Кому-то не спится или просто потревоженный его вторжением мяч скатился на один лестничный пролёт? Отсутствие шагов говорило в пользу второго варианта. В очередной раз пожав плечами, видимо компенсируя таким образом отсутствие зарядки, Антон, перепрыгивая ступеньки, спустился на первый этаж. А там, по тем же указателям добрался до главного холла. Вот только вместо улыбчивого портье и равнодушных охранников его встретила абсолютная пустота и мигающая, как в припадке, лампочка.       Происходящее начинало до абсурда напоминать клишированные фильмы ужасов, отчего поверить в происходящее и начинать бояться было неимоверно трудно. Миранчук развёл руки в стороны, словно намекая невидимому режиссёру на полное отсутствие понимания, что делать дальше. Но помогать ему никто не спешил. Простояв пару минут в ожидании, полузащитник с нескрываемой злостью выругался. Не такую ночь он воображал, собирая вещи и выбирая с братом отель. Да так и замер, оборвав свою гневную тираду на полуслове. За его спиной раздался тот же самый звук, что и на лестнице. Резко повернувшись на 180 градусов, Антон ошарашено уставился на мяч, катившийся в его сторону. Самый настоящий, обычный футбольный мяч. В пустом холле гостиницы. Мяч!