Боль

       Утро началось на удивление спокойно и только к девяти утра по дому раздался мягкий голос отца. — Осаму, спускайся завтракать! — Мори-сан невероятно вкусно готовит, поэтому после этих слов Дазай пулей прибегает на первый этаж, для того чтобы обнять отца и попросить двойную порцию.       Насколько бы жесток Огай не был, Осаму любил и уважал его, и прекрасно понимал, что у Мори раздвоение личности на фоне не стабильного психического состояния и потери дорогого человека. — Что сегодня на завтрак? — продолжая сжимать отца в крепких объятиях промурлыкал мальчик. — Омлет с грибами, перцем и курицей, посыпанный сверху сыром, -проговорил хирург расставляя тарелки на стол. — Круто! — радостно воскликнул Осаму усаживаясь на свое место за столом, — А где Элис? -Спит еще., переводные экзамены совсем замучили ее. Не успев договорить Мори тихо вскрикнул, ведь рядом с ним стояла Элис в растянутой футболке и шортах, под глазами которой были гигантские мешки, а золотые волосы были спутаны. Она очень исхудала из-за этих чертовых экзаменов, которые высасывали все ее жизненные силы. -Ооо, легок на помине! Элис, ты вообще как? — немного испуганным голосом проговорил старший брат подходя к сестре. — Не очень, но кушать хочу до жути, — тихим и сонным голосом прошептала малышка, обнимая брата. Хоть они и близнецы, но совершенно разные и даже учатся в разных школах, потому что интересы и амбиции разные. -Бедняжка! Садись завтракать, — по отцовски нежным голосом пробормотал Мори, смотря на дочь.       Следующие полчаса вся семья кушала, иногда переговариваясь, но в большей степени, они сидели в тишине. После трапезы Элис пошла к себе в комнату, а Осаму пошел помогать отцу с посудой.       После этого Мори позвонили и попросили срочно приехать, и провести сложную операцию на сердце и, поцеловав сына в лоб он убежал. Осаму остался в доме с сестрой-зубрилой и большим псом по кличке Карамелька. Такая кличка у собаки была из-за окраски: темно-бордовый сеттер. — Хей, Карамелька, не хочешь погулять? — спросил Осаму у пса, присаживаясь на корточки, и начиная ерошить длинную шерсть и уши пса. В ответ песик только тихо проскулил, что означало, что он за.       День выдался на удивление хороший и Осаму гулял с собакой на протяжении нескольких часов, но вдруг полил сильный ливень и им пришлось бысто ретироваться из парка. Когда они вернулись, отец уже был дома и пил чай. Увидев сына, он предложил ему тоже выпить чая, но перед этим вымыть собаку.       Остаток дня Осаму провел у себя в комнате, читая книгу и к десяти вечера он уже лежал в кровати и засыпал, но какое-то чувство не давало ему покоя и неприятное чувство тревоги. Через пару минут до парня дошло, что это тело просит морфия и движимый странным чувством он спустился вниз, сделал раствор и впрыснул в кровь, но эйфория не настала сразу и он ввел еще одну дозу. И тут по его телу прошлось приятное тепло и мягкая дрожь. Парень сложил все как было и пошел в комнату мягкими шагами. Осаму снились такие же прекрасные и счастливые сны, как и прошлой ночью.        В следующие дни ровно в десять вечера он вводил дозу с каждым разом увеличивая ее. Боль понемногу отходила на второй план, когда отец брал его и на первый выходило странное удовольствие, которое Осаму раньше не понимал. Во время секса он практически не плакал и не кричал, а глухо стонал и вскрикивал во время оргазма и это немного удивляло Огая, но он не заострял на этом внимания.       Но любая ложь, в итоге становится явью и Огай поймал Осаму. Немое удивление отразилось на лице Мори и тут же одна из рук потянулась выхватывать шприц, а другая с глухим стуком дала Осаму пощечину. -Ты совсем тупой? — с ноткой негодования произнес доктор, на лице которого появилась тревога и страх, — Доза, сколько процентов доза? — Пятипроцентный морфий, три полных шприца, — промурлыкал Осаму находясь на пике блаженства. Ничего не говоря, Мори ударил Дазая под дых и схватив за талию, повез в психушку. Что бы ни было, Мори отец Осаму, а значит невероятно печется за его здоровье и самочувствие.