Жизнь на крышах Парижа

      Габриэль Агрест расслабленно сидел в своём кресле, наслаждаясь горячим и каким-то невероятно вкусным чаем. Он проснулся сегодня в семь часов утра, хотя был выходной, но ему был привычен столь ранний подъём. Вчерашний день закончился более чем приятно — очередной показ мод прошёл с небывалым успехом, и в тот же вечер ему поступило более ста писем с различными предложениями от разных компаний и брендов. Но, несмотря на возможность заработать кучу денег одним движением руки, Габриэль не ответил ни на одно из предложений — он твёрдо гнул свою линию и был уверен, что уже через несколько месяцев вся французская интеллигенция и буржуазия будет носить одежду с его логотипом и пахнуть его духами.       К сожалению, вскоре чай кончился, и Габриэль со вздохом поставил чашку на край стола, после чего неохотно поднялся с удобного кресла и вышел из своего кабинета. В очередной раз он с восхищением прошелся по коридору своего дома — все же был он великолепен. Буквально пару недель назад этот особняк перешёл во владения семьи Агрестов, и до сих пор Габриэль не переставал восторгаться местом, где он теперь жил. Да, далеко не каждый владел таким состоянием в тридцать два года, но, нужно признаться, это была заслуга не только его. Выйдя в фойе, Габриэль увидел свою жену Эмили, которая явно торопилась и уже собиралась уходить.       — Доброе утро, дорогой. Я уже убегаю, прости. — произнесла она и пошла к нему навстречу.       — В выходной? — разочарованно спросил Габриэль.       — Ну, я тебе вчера уже говорила, что меня вызвали на новые съёмки, но ты был не слишком заинтересован. — ответила она с улыбкой и поцеловала своего мужа.       — Похоже, что так. — сказал он.       — Да и не забывай, у творческих людей нет выходных. — произнесла Эмили. — До вечера!       — До вечера, любимая. — ответил он с теплом, но немного расстроенно. Как только дверь захлопнулась, Габриэль услышал наверху быстрый топот маленьких ног, и на душе его сразу стало теплее. По лестнице к нему бежал его шестилетний сын Эдриан, и руки его были подняты вверх, будто он собирался напасть на своего отца.       — Папа! — крикнул он радостно и налетел на Габриэля, обняв его так, насколько позволяли его детские руки.       — Доброе утро, сынок. — ответил он и попытался поднять его, отчего тот захохотал. — Ух, ну и тяжеленный же ты стал! — произнес он, когда попытки поднять дергающегося и хохочущего Эдриана не увенчались успехом.       — А где мама? — спросил мальчик.       — На работу ушла. Придётся нам с тобой одним тут развлекаться.       В это время в кармане Габриэля зазвонил телефон, и он, достав его, ответил на звонок.       — Да?       — Привет, Габри! — произнес человек на другом конце провода. — Ещё не забыл старого друга?       — Конечно, нет, Андрэ. — ответил он. Это звонил хороший друг Габриэля — Андрэ Буржуа, достаточно перспективный бизнесмен и к тому же политический деятель. Ему уже давно пророчили, что он станет мэром Парижа, но такая высокая должность все как-то не привлекала достаточно скромного по своей натуре Андрэ. И вот он, как раз после вчерашнего показа мод, решил позвонить Габриэлю, и тот был уверен, что разговор будет связан именно с прошедшим вчера событием.       — Это отлично, потому что у меня есть о чем с тобой поговорить, а также есть бутылка небесного напитка! — произнес Андрэ возбужденно.       — Ты же знаешь, я не пью. — ответил Габриэль, подтолкнув сына, чтобы тот пока что отправился по своим делам.       — И даже со старым другом не выпьешь? Ай-яй-яй, как невежливо! — настойчиво продолжал Андрэ.       — Ух, ладно, ты меня убедил. Можешь приехать, только ненадолго, а то Эдриан заскучает.       — Так это тоже не проблема! Я возьму дочку с собой, скучно им не будет.       — Тогда все отлично. — ответил Габриэль. — И когда вас ждать?       — Пара минут, и мы уже приедем! Все, решили, пока!       Трубку бросили сразу же, так что другу своему он ничего сказать не успел, но это и не особо было нужно. Прислугу Габриэль попросил накрыть им стол «для хороших друзей», как он выразился, и, пока это происходило, отправился к Эдриану. Тот в это время послушно умывался, и папе было приятно видеть плоды правильного воспитания. А вот плоды неправильного воспитания уже ехали к нему домой, но другие дети, пусть даже принадлежащие его другу, Габриэля не волновали — ведь это не его дело, а дело только родителей конкретного ребёнка.       — Эдриан, скоро приедет дядя Андрэ и Хлоя.       — Ура! — крикнул его сын. Да, контролировать свои эмоции он пока что не умел.       — Что ж, раз ты радуешься, значит, вам действительно не будет скучно.       — Я ей все тут покажу и везде проведу! — подпрыгнув, весело произнёс Эдриан.       — Ты же уже это делал. — ответил Габриэль, улыбнувшись.       — А я ещё раз! Хи-хи-ха-ха-ха! — и он, бросив воду открытой, унесся из ванной. Папа только вздохнул — конечно, можно воспитать ребёнка, но лишить этой неугомонности — никак. Впрочем, зачем лишать его этого? Пока есть такая жизнерадостность в душе Эдриана, нужно радоваться. Ибо в нынешнее, суровое время, недолго существуют в людях подобные чувства.       И вот уже Габриэль и его друг Андрэ наслаждались внеплановым грандиозным завтраком. Первый ел максимально аккуратно и сосредоточенно, второй же принимал пищу немного по-варварски и неделикатно. Да, определённо, пока что на пост мэра этот человек не подходил хотя бы по понятиям этики. Когда одно блюдо было прикончено им, он откинулся на спинку стула, удовлетворенно крякнув.       — Ну, дружище, перейдём сразу к делу. Видал я вчерашний показ мод, жаль только, что я вживую не побывал на нем. — произнес Андрэ. — И я более чем уверен, что предложения посыпались к тебе сотнями.       — Так и есть. Я ни одно не принял. — ответил Габриэль.       — Я как знал, что ты именно так и сделаешь! — с торжественным видом воскликнул Андрэ и махнул кулаком в воздухе. — Ты окончательно решил продвигать собственный бренд?       — Абсолютно. Все, кто могут выкупить мои творения за огромные деньги, все эти бренды-однодневки, они уйдут в небытие вместе со всей красотой, что я сотворил. Поэтому я никогда никому не отдам мои сокровища.       — Мне нравится, как ты во всем этом настойчив и упрям. Что ж, я здесь не за тем, чтобы предлагать тебе подобные контракты. — интригующе произнёс Андрэ. — Я хочу вложиться в твой бренд.       — Что? — спросил Габриэль, непонимающе нахмурившись. — Но разве это нужно, когда доход с продаж такой огромный?       — Если ты думаешь, что я имею в виду деньги, то ты немного ошибаешься. Вот, смотри. — сказал Андрэ и раздвинул все предметы, что стояли перед ним, в разные стороны, чтобы было свободное пространство. — Это — наш город. — он поставил бутылку виски на середину своей салфетки. — Внутри — куча жителей, которые хотят покупать. Но, смотри, они вынуждены все сидеть у себя дома и заказывать твои изделия через Интернет, а это неудобно и не приносит должного удовлетворения ни им, ни тебе! — он потряс бутылкой в воздухе, изображая, будто в ней заперты эти самые жители Парижа. — Но! У твоего друга Андрэ есть земля. И мы строим что? Бутики, конечно же! — с этими словами он поставил по бокам от бутылки виски две рюмки. — Понимаешь, Габри, ощущение от покупки, совершенной собственными руками, в тысячи раз приятнее, чем заказ через Интернет! Людям нравится трогать все, и особенно трогать дорогие вещи, до-ро-ги-е. — сладко протянул Андрэ. — И мы строим бутики, жители туда с радостью идут! — он открыл виски и заполнил обе рюмки почти до краев. — А мы с тобой наслаждаемся! — громко произнёс он и поднял свою рюмку в воздух. Габриэль вздохнул и тоже взял рюмку, после чего друзья чокнулись и выпили все до дна.       — Андрэ, это, конечно, здорово, но так ли это нужно?.. — с сомнением спросил он. — Бутик ведь и ограбить могут…       — О, уверяю, об этом беспокоится не стоит. — уверенно ответил его друг. — Я знаю такие охранные организации, которые грабителей найдут ещё до того, как те придут грабить! — сказал Андрэ и рассмеялся.       — Чего у тебя не отнять, так это убедительности, с которой ты говоришь обо всем этом. — удовлетворенно ответил Габриэль. — Что ж, я подумаю над этим, но сразу тебе ответ дать не могу.       В это время в помещение влетела Хлоя, дочь Андрэ, и она явно была чем-то рассержена.       — Папа! — крикнула она. — Эдриан меня обижает!       — Что? Да быть такого не может! — воскликнул Габриэль.       — Ну, тише, успокойся. — кротко произнёс Андрэ. — Что у вас произошло?       — Эдриан меня обидел! — только крикнула она, посчитав своим детским умом, что этот ответ сойдёт за объяснение.       — Нет уж, я в это не поверю. — строго сказал Габриэль. — Эдриан даже теоретически не может никого обидеть. Так, секунду.       У него вновь зазвонил телефон. Он хотел уже просто сбросить звонок, так как ему уже порядком надоело, что его беспокоят все, кто только могут, но на этот раз ему звонила Эмили. Она знала, как Габриэль не любит звонки, и если бы не было важной причины, она не стала бы его беспокоить просто так.       — Да? — спросил он, ответив на вызов.       — Милый, тут срочное дело. — взволнованно произнесла она. — Террористы захватили здание банка в паре кварталов от студии. Если никто не скажет им коды для входа в помещение сейфа, они взорвут дверь, но от этого может обрушиться все здание, ведь дверь не пробить обычной бомбой! Ты знаешь, что делать.       — Да, я понял тебя. Уже выдвигаюсь. — ответил Габриэль. — Андрэ, в городе произошла одна неприятность. Мне надо срочно ехать туда. Я могу доверить тебе моего ребёнка на пару-тройку часов?       — Конечно! А что случилось? — спросил он.       Габриэль не ответил и быстро покинул обеденный зал. Спустившись в подвал, он сел в машину и буквально вылетел на ней из гаража. Пока он ехал к банку, мимо него постоянно проносились машины полиции, громко сигналя на всю улицу. Было понятно, что теракт там развернулся более чем масштабный, и он уже в самом разгаре. А ещё Габриэль знал, что, сколько бы полицейских туда не пригнали, без жертв точно не обойдётся. Когда он был в ста метрах от банка, он резко заехал в тихую подворотню, и, оглядевшись вокруг, вышел из машины. Он прицепил на свой пиджак украшение в виде бабочки, и рядом с ним появился маленький сиреневый мотылек с большими глазами.       — Приветствую тебя, хозяин! — произнес он.       — И тебе привет, Нурру. Ну, что, ты готов?       — Я готов всегда, хозяин!       — Тогда, Нурру, подними мои крылья! — громко сказал Габриэль.       И он перевоплотился в Бражника, после чего сразу же выбежал обратно на улицу. Ситуация накалялась — уже отсюда было слышно, как в рупор кричит полицейский, безуспешно приказывая террористам сдаться, и как гремят выстрелы, а пули попадают то в щиты стражей порядка, то в корпуса машин. Герой, положившись на интуицию, полез на ближайшее к банку здание, и когда ему стала видна крыша, он сразу увидел стоящую на ней Маюру, что внимательно смотрела на все происходящее и, вероятно, продумывала дальнейшие действия. Бражник запрыгнул на крышу, и она обратила на него внимание.       — Хорошо, что ты уже здесь. — произнесла она, подозвав его к себе движением руки.       — Ты что-то уже знаешь про ситуацию? — спросил он.       — Знаю лишь то, что там куча заложников, и если мы решим пойти через главный вход, террористы могут положить их всех разом. Нужно идти через вон то окно, — Маюра указала на большое круглое окно, находящееся под крышей, — но прежде хорошо разведать, что нас может ждать там.       — Тогда идём, медлить нельзя. — сказал Бражник и, разогнавшись, прыгнул в сторону банка. Когда он оказался на его крыше, Маюра перепорхнула вслед за ним. Он всегда восхищался той грациозности, с которой его героиня-спутница двигалась. Сложно было понять, от кого порождалась эта грация — от талисмана, или же от самой Эмили, но было ясно одно — это прекрасно.       — Не задерживаемся. — произнесла Маюра. — Войдём через шахту лифта — так мы быстрее попадём на нужный этаж.       Бражник кивнул, и они подбежали к люку. Лёгким движением руки героиня сорвала запертую на замок крышку, после чего они по очереди запрыгнули внутрь и оказались возле мотора лифта.       — Вниз по тросам? — спросил Бражник.       — Я предпочитаю свой вариант. — ответила Маюра и, приподняв подол платья руками, шагнула прямо в шахту. Её одеяние стало ей парашютом, за счёт которого она спускалась вниз медленно и изящно. Бражник немного полюбовался ей, после чего зацепился одной рукой за трос и поскользил вниз. За пару секунд он догнал парящую Маюру и замедлил скольжение, чтобы быть с ней на одной высоте.       — Скоро наша остановка, не пропусти. — с улыбкой произнесла героиня.       — Я-то уж не пропущу. — в том же характере ответил Бражник и в следующую секунду, отскочив от стены, в полете раздвинул двери шахты руками. Как только он это сделал, двери тут же закрылись обратно, и Маюра осталась там.       — Чёрт. Не очень удачно. — пробормотал герой.       — Тут лифт едет! — крикнула Маюра, и через некоторое время послышался звук проезжающей снизу вверх кабины.       — Они решили нас вытолкнуть! Но откуда они знали, что мы здесь? — произнес Бражник по специальной связи между героями.       — Оставайся на том же этаже. Я сейчас выскочу на несколько этажей повыше. — сказала Маюра и временно отключилась. Бражник обернулся, и перед ним предстал коридор с кучей белых железных дверей. Возле каждой из них висела табличка с надписью «Склад» и порядковым номером. Естественно, все двери были закрыты. Можно было только предполагать, что хранилось на этих складах. Учитывая, как высоко располагался этот этаж, скорее всего, здесь просто лежали бумаги в огромном количестве. То, что могло интересовать захватчиков, должно было находиться ниже.       — Стоять! — крикнул кто-то за спиной Бражника. Он вздохнул и обернулся. В коридоре стояли два террориста, их оружие было нацелено на героя.       — На пол! Или стрелять буду! — пригрозил второй.       — Попробуй. — с ухмылкой ответил Бражник, и один из захватчиков немедленно сделал один выстрел. Молниеносным движением руки герой выхватил свою шпагу и расколол летящую пулю на две части, которые полетели в разные стороны и даже не коснулись своей цели.       — Что за хрень?! Убей придурка! — произнес облажавшийся стрелок.       Второй без промедлений начал выпускать очередь в тело Бражника, но тот вертел шпагой, словно это был какой-то пропеллер, и все пули постигла такая же участь. Когда же террористы в отчаянии или даже панике принялись стрелять по герою вместе, он просто побежал к ним навстречу. Шквал свинца не нанёс ему никакого вреда, всё отскочило от костюма героя, и затем он двойным апперкотом вырубил обоих стрелков. Нарочито отряхнув свой фрак, Бражник усмехнулся и продолжил свой путь по коридору. Вскоре он добрался до лестницы, где его сразу же встретила Маюра.       — Все в порядке? Я слышала выстрелы. — произнесла она, подойдя поближе к нему.       — Все живы-здоровы, те ребята прилегли отдохнуть. — ответил Бражник с довольным видом.       — Ну и хорошо. — сказала Маюра и поцеловала его. — Теперь о более важном. Все двери на нижних этажах плотно забаррикадировали. Открыть не выйдет, я пыталась.       — Террористы успели постараться. — пробормотал Бражник. — А есть другие варианты?       — Надо попасть в центральный зал через окно у его потолка. Проблема в том, что окно находится в диспетчерской, а там сейчас засели почти все захватчики и пытаются подобрать пароль к сейфу. — произнесла Маюра.       — Если мы попытаемся туда войти, они сразу поднимут всех своих друзей, и дверь могут взорвать… — сказал Бражник, прикоснувшись к своему подбородку.       — Именно так. Поэтому я придумала кое-что. Обращение! — сказала героиня и приняла облик одного из террористов, которых Бражник только что обезвредил. Она тут же заговорила мужским голосом, из-за чего у героя невольно скривилось лицо.       — Я пройду к ним и испорчу что-нибудь. Они сразу отвлекутся и ты сможешь выбить это окно. Только не поранься. — улыбнулась Маюра.       — А ты себя не подстрели. Оружие-то никогда в руках не держала. — с наигранным раздражением ответил Бражник.       — Оно мне не понадобится. Идём.       Герои вышли в вестибюль этого этажа, отсюда можно было спрыгнуть на нижний, где находилась диспетчерская. Внизу стоял лишь один террорист, и он явно был мало озабочен охраной помещения.       — Я вырублю его. На глаза не попадайся, пока не скажу. — тихо произнесла Маюра-захватчик и, перемахнув через перегородку, спустилась на нижний этаж.       — Башир? Ты что забыл тут? Где твой напарник? Вы же должны были верхние этажи прочёсывать! — крикнул террорист.       — Напарник лёг поспать. — ответила Маюра. — Как и Башир, кстати.       Дальше последовал глухой звук удара и уже более громкий звук падения захватчика на пол. Замаскированная героиня позвала Бражника, и тот спрыгнул к ней.       — Мастерски сделано. — похвалил он её.       — Мы с тобой иначе и не можем. — ответила Маюра, и они тихим шагом пошли в сторону диспетчерской. Уже скоро послышались голоса террористов, засевших там. Судя по указателю, комната должна была находиться прямо за углом коридора, по которому сейчас шли герои. Бражник немного ускорился и выглянул из-за угла — дверь была чуть приоткрыта, рядом стояли два охранника. В отличие от предыдущего, те были более бдительными, и герою не удалось остаться незамеченным.       — Эй! Кто там? — крикнул один из террористов.       — Это я, Башир! — произнесла Маюра и вышла из-за угла навстречу охранникам.       — А, это ты. Показалось, что кто-то чужой. Что там с верхними этажами? — спросил он же.       — Я поэтому и пришёл. У меня информация есть.       — Омар сказал никого не впускать. Сейф все ещё так и не взломали, он в ярости.       — Я понимаю. Я могу им помочь. — на ходу отвечала Маюра.       — Ну, если так, поможет тебе Аллах. Омар, к тебе пришли! — крикнул террорист, и Маюра вошла внутрь. Тут стояли ещё с десяток захватчиков, один из них копался в компьютере, ещё один стоял над ним. Он обернулся, как только героиню впустили, и так стало понятно, что это и есть Омар.       — Башир, ну что? Есть какая-то информация? — спросил он.       Маюра же ему не отвечала — она внимательно осматривала помещение. Взгляд её упал на стол, где лежало несколько свето-шумовых гранат. Небольшой план сразу сконструировался у неё в голове.       — Башир! Отвечай мне! — заорал Омар.       — Да-да, я думал, как это правильно сказать. Пароль из двух слов, первое на немецком, второе на французском. Надо посчитать колонны в зале за этим окном, — Маюра показала на то самое окно, что вело в центральный зал банка, — перевести это на два языка и ввести пароль.       — Бред какой-то. — пробормотал Омар. — Ну ладно, попробуем.       Половина находившихся в диспетчерской моментально подскочили к окну и стали наперекор друг другу считать колонны. Это позволило Маюре незаметно взять гранату со стола и сорвать с неё чеку. Лишь только Омар услышал звук упавшего куска металла и повернулся к ненастоящему Баширу.       — Шарррмута! Башир, ты придурок?! — крикнул он, увидев запущенную гранату в его руке.       — Бражник, твоё время! — крикнула Маюра и подкинула гранату в воздух. Тут же вокруг все побелело, а в ушах террористов раздался звонкий писк. В следующий миг стекло окна разлетелось на части, и герой вылетел в большой зал банка. Приземлившись, он сразу получил град пуль в свою сторону, но костюм был абсолютно непробиваемым. С элементами танцевальности Бражник размахивал посохом по сторонам, раз за разом вырубая по террористу. Маюра же тем временем расправлялась с врагами в диспетчерской комнате. Их было немного, и элегантные взмахи вееров героини заставляли захватчиков ложиться на пол после каждого удара. Нокаутировав всех, Маюра также прыгнула в зал и стала сражаться рядом с Бражником.       — Спасибо, что посигналила! — крикнул герой, намыливая морду очередному врагу.       — Не стоит. Хотя, без меня ты бы так там и стоял. — с иронией ответила Маюра.       — Сейчас ещё. А откуда ты узнала про пароль? — спросил он.       — Сказала первое, что пришло в голову. Я вообще понятия не имею, какой там пароль. — произнесла героиня, откидывая в разные стороны двух террористов широким движением двух рук.       — Даже мне стоит поучиться у тебя импровизации, милая. — сказал Бражник и, взяв Маюру за талию, перекинул её через себя. Она перевернулась в воздухе и успела обезвредить ещё одного в полете, а после приземления швырнула вееры в двух оставшихся стрелков, что укрывались за колоннами в конце зала. Оружие вернулось в руки героини бумерангом. Бражник же в это время устранил последнего в этом помещении. Все остались живы, но были либо без сознания, либо парализованы после удара в особую точку.       — Потом поучишься. — произнесла Маюра, подойдя к Бражнику. — А сейчас…       — Вы сами виноваты! Держите! Ха-хааа… — послышался голос Омара, и из окна к ногам героев вывалился пульт, на котором были цифры «00:27».       — Полминуты?! И где эта бомба, черт возьми?! — крикнул Бражник в панике.       — Спокойно! Насколько я знаю, сейф за теми дверьми! — сосредоточенно и громко ответила героиня, и они понеслись в соседнее помещение. Двери, конечно же, оказались закрыты, и Бражник просто выбил их — благо, они не были забаррикадированы. Маюра была права — сейф действительно находился здесь, и бомба висела на уровне замка.       — Что делать… Может, что-то перерезать… — бормотала героиня, разглядывая бомбу.       — Мы понятия не имеем, как её обезвредить. — сказал Бражник. — Я на сто процентов уверен, что они не оставили путей отхода.       — Но в фильмах же…       — Это — в фильмах. А тут жизнь. — печально произнёс герой.       — Меня это не остановит. — решительно сказала Маюра. Она взялась руками за бомбу и сорвала её с двери, после чего прижала к своей груди и скрестила на ней руки. Бражника этот поступок, мягко говоря, напугал.       — Ты с ума сошла? Отпусти её! — крикнул он.       — Нет. Да и что случится? — с улыбкой спросила она.       — Дай лучше мне тогда!       — У меня амортизация лучше. — все с той же интонацией ответила она и усмехнулась. Бражник закрыл глаза руками.

Взрыв.

      По полу разлетелась вся начинка бомбы. Маюра прокашлялась и открыла глаза. Помотав головой в разные стороны, она произнесла:       — Ух! Неплохо так.       Бражник открыл глаза и бросился к ней. Обняв её, он сказал:       — Слава богу. Такой риск…       — Как будто шарик лопнул. Успокойся, милый. — ответила Маюра. Вдалеке послышались голоса полиции.       — Пошли отсюда. Пусть думают, что это все само произошло. — произнес Бражник, и герои убежали тем же путем, которым сюда пришли. Через некоторое время в зал ворвались полицейские и отряды особого назначения, но вся работа уже была выполнена.       — Командир, и что это значит? — спросил один из служащих.       — Ну… Вероятно, случился своеобразный бунт. Друг друга положили. — предположил главный.       — И без крови? — спросил другой.       — И без крови… — пробормотал командир.       Габриэль и Эмили вернулись к своей машине. После разгромной победы они пребывали в отличном настроении. Первый по-джентельменски открыл дверь для своей жены, и она села внутрь, после чего Габриэль сам зашёл в машину с другой стороны.       — Что ж, стоило бы отметить очередную победу. — произнес он. — Но тебе, похоже, надо на студию?       — Я что-то устала. Поехали домой, студия не потеряет ничего. — ответила Эмили, откинув голову на спинку кресла.       — С тобой все в порядке? — с сомнением спросил Габриэль.       — Конечно, просто сегодня хочу домой. В конце концов, выходной.       — А ты утром другое говорила. — усмехнулся он и завёл двигатель.       Машина выехала на большую улицу, и это было ошибкой — из-за теракта движение очень усложнилось, и возникла пробка. На дороге стоял регулировщик, которому периодически приходилось пропускать служебные машины, и уж из-под его глаз ни один торопливый водитель бы не ушёл. Но через какое-то время непрерывной стоянки на одном месте регулировщик вдруг обратил внимание на машину Габриэля и пошёл к ней. Через несколько секунд супруги узнали в нем своего хорошего знакомого — полицейского Роджера Рейнкомпри. Подходя к машине, он помахал рукой и улыбнулся, а Габриэль открыл окно.       — Здравствуйте, месье Агрест! — произнес он. — И вы, мадам.       — Привет, Роджер. Ну и столпотворение же здесь. — ответил ему Габриэль.       — Да уж. Поставили меня тут регулировщиком, а мне совсем не по статусу… Но свободных людей почти не осталось всё равно — все к банку поехали. — сказал Роджер и задумался.       — О, знаете, что? Съезжайте на встречную и на перекрёстке поверните, там все гораздо лучше.       — Спасибо, конечно, за щедрость, но у нас не совсем служебная машина… — начал Габриэль, но полицейский перебил его слова уверенным взмахом руки.       — Ничего не говорите, проезжайте, месье. Не стоит беспокоиться.       Габриэль вздохнул и с опаской свернул на встречную полосу. К счастью, никаких проблем в связи с этим не возникло, да и рядом был опытный хранитель правопорядка, так что небольшая и нестандартная поездка кончилась быстро, и вскоре супруги были уже в одном квартале от своего дома. Когда они приехали на место, ворота во двор закрылись за ними, и Габриэль по старой схеме сначала вышел первым, затем открыл дверь для Эмили. Она неторопливо встала на асфальт, глядя сугубо вперёд.       — Все нормально? — спросил Габриэль.       — Да, естественно. — ответила она, не поворачивая взгляда к своему мужу. Вместе они направились к входу в дом, у дверей которого ждал их Андрэ Буржуа, все это время честно следивший за особняком. Эмили на него тоже не взглянула, и тот решил сам обратить на себя внимание.       — Приветствую, мадам!       — И вам привет, Андрэ… — тихо произнесла она.       Как только Габриэль и Эмили вошли внутрь, вторая оступилась и упала на пол. Её муж тут же подскочил к ней, взял за руку — пульс был критически замедленным. Сердце его вмиг забилось так сильно, что могло сломать ему ребра изнутри.       — Андрэ, мне нужны лучшие врачи в городе! Ты знаешь таких? Я оплачу все! — нервно произнёс Габриэль.       — Забудь о деньгах, я звоню им. — ответил ему друг с самым серьёзным настроем.       Лицо Эмили было практически белым. Она не подавала никаких признаков жизни, кроме того, что сердце её все ещё билось, но амплитуда этих колебаний все быстрее сходила на нет. Глаза и губы были чуть приоткрыты, что только устрашало видимую часть ситуации. В голове паникующего Габриэля была только одна мысль — что случилось?..       — Эдриан не должен ничего знать. — пробормотал Габриэль, стоя перед дверьми лаборатории. — Нужно сказать ему… Она в другой стране… А потом что придумывать?..       Он не хотел говорить сыну о произошедшем по одной причине — не хотел травмировать его психику. Пусть он всегда остаётся таким, какой он был сегодня утром и все предыдущие дни… Нужно надеяться, что с Эмили все будет в порядке.       — Герр Агрест… — произнес внезапно вышедший из лаборатории врач-немец. — Я постараюсь объяснить все максимально доходчиво.       Габриэль ничего не говорил, только слушал врача.       — Феномен необъяснимый. Никаких физических повреждений или вирусов в организме — она абсолютно здорова. И при этом же она практически мертва.       — Нет… Не может этого быть… — закрыв рот руками, пробормотал Габриэль.       — Сожалею, но все так и есть. Это кома, но куда более глубокая, чем любая обычная кома. Если не поместить её в специальную камеру, она умрёт окончательно.       — Так поместите же! — с изнывающей интонацией выкрикнул Габриэль.       — Мы уже сделали это, но капсула стоит денег, если вы решите забрать её. Если же вам нужны наши услуги на постоянной основе, то…             — Я понял, все упирается в деньги, я знаю! — снова крикнул Габриэль, тяжело дыша. — Я за все заплачу.       — Хорошо. — ответил врач. — Можете пройти к ней.       Эмили лежала в большой полукруглой застекленной камере. Никакого внешнего воздействия, кроме поддержания жизни. Лицо совсем потеряло все живое, что было в нем когда-то. Габриэль встал рядом с ней на колени и зарыдал.       — Господи, да что же случилось… — проскрипел он сквозь слезы.