Endless summer

Рано утром мы замечаем, что издалека уже видно море. Влад опускает ветровое стекло и высовывает голову, глубоко вдыхая. — Ну как, воздух уже морской? — шепотом спрашиваю я. — Не, — Вихров усаживается ровно, усмехается и усиленно трёт глаза ладонями. — Признаю, был близок к тому, чтобы задремать! — Спасибо, кстати, — я улыбаюсь, искоса поглядывая на его заспанное лицо. — Идея с анекдотами про гомосексуалистов пришлась кстати. Он опускает голову и смеется, а я поглядываю назад: сладкая парочка спит так крепко, что мне даже завидно. — Никит, можешь тормознуть? — просит Влад, и я, не переспрашивая, съезжаю на обочину. Выходим из автомобиля и, не сговариваясь, тактично встаем друг от друга на расстоянии нескольких шагов, чтобы отлить. Я слышу, как он что-то тихонько насвистывает, а сам думаю об уникальном за всю мою жизнь случае совместимости. Мне с ним невероятно, до странности комфортно рядом. Влад не напрягает ничем. Его рассказы всегда к месту, шутки местами остроумны, местами абсурдны, но всё равно заставляют меня улыбаться! В очередной раз понимаю, что принял верное решение, согласившись на эту поездку. — Подожди чуть, — просит Влад, возвращаясь к машине, где уже жду я. — Что такое? — смотрю, как он разминает, видимо, затекшую от долгого сидения спину. Немного любуюсь мышцами, перекатывающимися под футболкой. Хочется спросить, как он этого добился? Хотя сам знаю, что сверхъестественного здесь мало: сила воли, упорство в достижении цели… Знание того, чего ты хочешь. — А ты как? — он обходит автомобиль и встает рядом со мной, наблюдая рассвет. Краем глаза подмечаю, что мы с ним почти одного роста. Комплекция схожа, разве что я совсем раскис. — Устал, — разминаю шею, пытаясь массировать её ладонью. — Можно? — он тянет руку, и я не успеваю опомниться, как чувствую его мягкие пальцы на собственной коже. Влад касается умело, перебирает подушечками пальцев по напряженным мышцам, глядя мне при этом в глаза, и сосредоточенно хмурит брови. А я не могу оторваться от синей, манящей радужки. Стыдно, что мы замерли в такой позе. Ведь ему стоит только дернуть за шею, и я… — Так лучше? — он прерывает мой мысленный поток, надавливая большим пальцем куда-то, где секунду назад тянуло, но уже не болит. — Д-да… — выдыхаю я, отмечая облегчение. Кровь бежит по сосудам будто с новой силой. Чувствую, как она приливает к щекам, во всем теле вдруг сумасшедшая слабость. — Где ты этого понабрался? — В зале, куда я хожу, есть кабинет массажа, — он убирает руку, и я чувствую, как по шее тут же веет холодком. — Уточнял у врача, как правильно делать расслабляющий массаж шеи. — Неплохо получилось! — я хватаюсь за ручку двери, сглатывая и неожиданно соображая, что у меня встал. Я, кажется, готов сгореть со стыда. Сажусь за руль, стыдливо поправляя штаны, про себя думая: только бы он не заметил. Пристегиваюсь, провожаю его взглядом. Влад обходит машину спереди, садится рядом со мной, спокойный, будто ничего и не было. С другой стороны, ведь и правда. Ну потрогал парень мою шею, ну и что? Это я какой-то неправильный, раз такая реакция? — Разбудим их? — спрашивает Вихров, поворачивая голову в мою сторону. — Даже не знаю… — бормочу я, стараясь дышать ровно. Возбуждение снова ударяет в голову, мне становится трудно соображать. Да что же он со мной сотворил?! — Сможешь дальше вести? — с искренним волнением интересуется он. Так и хочется спросить, не подстроил ли? Член изнывает, я пытаюсь замереть в наиболее удобной позе, но он все время трется об ткань трусов и мне хочется еще. Черт возьми, да я будто подросток! — Никит, — Влад смотрит на меня с любопытством, склоняя голову вбок. — Все в порядке? — Да, — шиплю я, поворачивая ключ в зажигании. — Ого… — позади нас доносится спасительный в данной ситуации Юлькин голос. — Море! Витька, смотри, море! — судя по звукам, она пихает Самойленко куда-то под ребра. Они ворчат друг на друга, а затем с интересом оглядываются по сторонам и потирают заспанные лица. — Как отдохнули? — Влад переключает свое внимание на парочку, и я чувствую, как мне становится легче. — Никит, давай я поведу! — спохватывается Витя. — Ты ж устал наверняка, как собака! Меняемся местами, Юлька тоже просится вперед. Устраиваюсь поудобнее, Вихров задумчиво вертит в руках небольшую подушку. Я хватаю плед, под звонкий девичий смех, накидываю его к себе на голову. — Полежи, Никит, — советует она, кивая в сторону Влада. — И правда, — тот поддакивает, укладывая подушку к себе на колени, и я понимаю, что совсем нет сил сопротивляться. Очень хочется занять горизонтальное положение, хотя бы наполовину. Ужасно хочу спать, веки тяжелеют, становится сложно выражать свои мысли, поэтому я даже не пытаюсь сопротивляться и просто молчу. Перед глазами всё будто в тумане. Лицо Влада, синие глаза, смотрящие, как мне вдруг начинает казаться, с каким-то особенным интересом. «Решусь или нет?» — думают они. Соображаю, что в голове кавардак, вижу частично сон, частично салон машины. Витя уже выруливает на дорогу, перед глазами ровной полоской проплывает пейзаж. — Ложись, — чья-то рука, наверное, Влада, опускается ко мне на плечо и настойчиво тянет вниз. И я соглашаюсь, устраиваясь поудобнее. Подушка мягкая, словно обволакивает мое лицо. Тону в какой-то сладкой полудреме, слышу голос Вихрова и чувствую его ладонь, будто нарочно оставшуюся у меня на плече. Последнее, что я помню. Он гладит меня.