Welcome to a Svetloe buduschee; Dnalrednow

Двери лениво отодвинулись, пропуская новых пассажиров, и в голову пришла мысль, бредовая, необоснованная теория.Что, если эти двери своеобразный пилорус,пропускающий нас в чрево того, чьей частью он является? А,может, и не только нас? Эти своеобразные гости нашего мира, проходящие через привратник, в наш мир, как в музей. Девочка огляделась по сторонам, держась слабыми ручонками за спинку сидения. Большая голова покачивалась на тонкой шейке в такт движения поезда. Вот, любопытная глупышка! Уж больно хочется ей взглянуть на гостей из другого, как ей кажется, мира. Да, они ещё не показывались на глаза, но со временем всё встало на свои места, подтверждая мелькнувшую догадку. А, вот и они, следуют за каким-то бездомным, распространяются от его фигуры вместе с терпким неприятно резким запашком. Кисловатый, запах понемногу разлагающегося тела, гниющего изнутри и снаружи, пропитывает собой воздух в вагоне, заставляя отворачиваться и морщить нос. Дитя закрывает глаза, под веками, словно песок скопился. По круглым щёчкам текут слёзы от рези в глазах и от обиды, что не может удовлетворить своё любопытство. Бедняжка! Лишь слышны шаги, хромающая походка, шероховатая, неприятная слуху. И запах, хоть плюй. Вкрадчивый хриплый, равнодушный голос, в нём ничего нет, хрипотца поверхностна, наигранна, лжива, раздался над её ушком. - Я, верно, уже успел наскучить тебе своими рассуждениями о мухах, так ведь? Их первая встреча, а сумасшедший старик считает, видимо, что они давно знакомы, продолжая давний разговор. Но одиноко путешествующее дитя в пустом вагоне поезда, следующего неизвестно куда по длинному тёмному туннелю, решает отчего-то подыграть ему. - Да, очень. Никогда прежде мне не читали столь надоедливых и бессмысленных лекций. - Приятно слышать. - Спасибо, - немного помолчав, она спросила, - А с кем я говорю? Голос за её смеженными веками рассмеялся прежде, чем сухо закашляться. - Знаешь ли, есть люди, не разделяющие понятие «дьявол» на несколько частей, а сразу говорящие: «Вельзевул и Сатана – это одно и то же». Если я и Сатана, и Повелитель Мух, значит все остальные демоны мои дети. Библия говорит нам – они дети Лжи, следовательно, рассуждать логически – я Ложь. Она кивает. Человеческий головастик без возраста с задумчивым взглядом больших тёмных глаз ( сейчас они закрыты, но не стоит сомневаться, они такие же чёрные, как июльская черешня). Носик вздёрнутый кверху с веснушками на самом кончике, смотрящем вверх, губки бантиком, ленточка в светлых волосах. Чудо, а не ребёнок! Но где же мама с папой? Спросил бы кто-то чуть-чуть похожий на человека, но таких здесь не было. Сидячие места занимали деловитые мухи, то там то сям они рассиживали в деловых костюмах, почитывая вчерашнюю газету, обсасывая свои тоненькие лапки мохнатыми хоботками. Почти как люди здесь остались девочка и бродяга, сидевшие напротив друг друга. - Я буду звать тебя пан Ложь, не обидно? - Отнюдь. Они продолжали разговор, возможно, чей-то чужой, оставленный в вагончике, как прочитанная газета. - О чём сегодня поговорим? - Быстро ты, ладно, поговорим о зле. Что оно есть? - Даже не знаю. И знать не хочу. Ну, давай ты у нас будешь злом. Маленькая балунья улыбается, прикрывая рот потной ладошкой, вроде совсем не боится, а веки плотно сомкнуты. Как будто выполняет правила одной ей известной игры. Откроешь глаза, посмотришь – умрёшь! - С какой это стати? - возмущается прошелец. - Мне так хочется. Забавная. Бесстрашная. Дурында. - Хочешь сказку? - Я смотрю, от тебя не отвяжешься. Опускает ладошку и улыбается. Во все тридцать два острых зуба. Такими впору сырым мясом лакомиться. Старикашка щурится, смеётся беззубой полуулыбкой. Костлявый, едва живой, тащит за собой смрад , як труп гниючий, а живёт. Вон, сказки попутчикам рассказывает. Ну, значит, жил – был такой человек, пан Правда, и вот был у него принцип в жизни, он всем говорил правду, ни разу не солгал. А люди, окружавшие каждый раз отмахивались от всех его слов или прогоняли от себя, доходило до того что его жгли наравне с еретиками. Знаешь, за что? За правду. И однажды он подумал, а почему бы мне не пойти служить тем, у кого своя собственная, правда? К слову, пан Правда был очень целеустремлённым человеком и вскоре нашёл себе патрона. Всё бы ничего не будь его новый понимающий друг врачом Третьего Рейха. Как ты к ним относишься, кстати? - Они совершили множество бесчеловечных поступков. А сама ещё шире улыбается, зубьями хвастается. - Да ну? Они же пытались узнать, как устроен человек. - Бррр! Видимо это было их виденьем правды. Человек что конструктор, что ли? Ты хочешь сказать, правда оказалась на стороне врагов? - Как знаешь. - Я пытаюсь узнать правду. - Если я скажу «да», ты поверишь Лжи? - Чёрт, и, правда. Такая малышка, а уже ругается. Ах! Ах! Ах! - Согласилась бы быть моей дочерью? «Кощей» резко наклонился и посмотрел в бездонные , как омуты глаза девчушки. - Ложью? - Да нет мухой. Только представь, полёт над миром, и ты бы никогда не умирала, оставляя после гибели многочисленные копии, мир бы состоял лишь из тебя одной. Пфф! – хмурится, - А что сталось с паном Правдой? - Сожгли его. - Жалко. Была бы я мухой, хотела, чтобы и он тоже был бы мухой. - Он бы не согласился. Гордый был слишком - Видишь, а мы тут о вселенском зле рассуждаем. - Тебе не нравиться? Лгунишка! Сама так и жаждешь продлить наш разговор. Ох! Ну, и сложные же вы люди, в голове одна извилина, а загибается под невероятным углом. Подожди минуту, транспортир принесу, замерю. Так, ну и что, по-твоему, зло? - Отстань, дурной. Пусть, злом буду я. - Нарциссизм – отличительная черта человечества. Может быть, всё же я? - Нет, я. А, ты, ханжа. - А, добро, кто тогда? - Теперь я расскажу сказку, а потом отвечу кто добро. - Дерзай. Поёрзав на сидении, большеголовая дурёха с конопатым носом и острыми зубищами начала сказку сказывать . «В одной далёкой - далёкой стране правил двухголовый государь и эти головы каждые десять – двенадцать лет менялись местами. Одна глава, вторая помощник, и наоборот. У них было круглое брюшко, которое они набивали себе парой длинных ручек, хватавших все, что плохо лежало. Да, вскоре всех обворовали, расплодились, расползлись по стране, ну чем не орда. Головёшки малые тоже брюшки отрастили. Так эта страна и развалилась, знаете почему? Слишком много набрали, разорвало брюхо, а оно всё, что наворовали давно в д…., ну вы поняли, превратилось и разлетелось по всему государству. Её жители все от смрада перемёрли. Тогда пришёл пан Смерть и всех забрал.» - И кто же тут добро?- озадаченно потер подбородок слушатель. -Пан Смерть. - А та страна? Что с ней потом произошло? Интриги? Дворцовые перевороты? - А мне, откуда знать. Ты дьявол, ты и должен знать. - Хитрюга. Спилась страна, погрязла, матушка, в том самом. - И что? И всё? - Сама решай. Старик развернулся к воротам –привратнику чьего-то там желудка, оставляя за спиной тёмный вагон полный человекоподобных мух. Точнее они умело пародировали людей. Особенно , вон та, с самой большой головёшкой с глазами в сеточку по бокам. Сидит жужжит складочки на ситцевой юбочке расправляет. Радуется, домой едет. Глупышка!