Аль-Дамблдор

*Три месяца спустя. Франция*

      Гойл приготовился к рывку. Рука нетерпеливо поглаживала детонаторы, ремень винтовки FN FAL оттягивал плечо, время пришло.       - Начинаем. - раздался голос Падмы Патил из маггловского артефакта.       Эти безумные и истощающие тренировки вели именно к этому дню. Опасный враг в своём логове, малый шанс на успех, но награда, которая ждет их в конце, оправдывает абсолютно всё.       Небольшой непримечательный домик на улице Верден меньше всего походил на место обитания величайшего в истории волшебника, раскрывшего секрет бессмертия. Черный кирпич, черепичная крыша серого цвета, небольшие окна, фасад со статуями львов и маленький палисадник, в котором произрастали пышные цветы и несколько яблонь, под которыми стояла беседка, увитая дикой лозой. Красиво, тихо, в некотором роде романтично, хотя английская душа Гойла видела в этом "кричащую жеманность лягушатников".       Три месяца они готовились. Поттер и Малфой вынюхали всё что только можно об этом доме, даже смогли раздобыть средневековый архитектурный план. Они установили, что Фламель практически никуда не выходит, лишь пару раз совершенно бессистемно ненадолго выходил из дома и аппарировал в неизвестном направление. Слежку он скорее всего не заметил, хотя утверждать наверняка невозможно, ему около шестисот лет, он самый могущественный волшебник из ныне живущих. Но так как предпринимать он ничего не стал, то взято за основу, что он ничего не заметил. Да и Гойлу было плевать. Нужно выполнить работу. Он фидаин, ему уготован рай.       - На позиции, - доложил Крэбб с помощью маггловского артефакта.       - Активируй заряды, - приказала Патил Гойлу.       Гойл выдохнул и переключил пять тумблеров. Палисадник взлетел на воздух, подняв облако пыли и обломков. Гойл бросился на заранее обговоренную позицию. Вопреки ожидаемому от сотни килограмм тротила, дверь и стены не пострадали. На этот случай у них был дополнительный заряд взрывчатки. Пробежав по пустой улице, он приложил заряд к уцелевшей в этом хаосе двери. Бросок за угол, активация заряда, резкий грохот и треск. Гойл вернулся к двери, где его уже ждали Патил и Крэбб.       - Огонь на поражение, не думай - стреляй, - напутствовала Патил. Её лицо не выражало ничего. Холодный расчет, не человек, а машина. Она стала такой в Тайной комнате.       Надев противогазы с приборами ночного видения, тройка штурмовиков, грамотно контролируя сектора огня, вошла внутрь. Приборы ночного видения с мягким писком активировались. Обстановка внутри дома была мрачной. Чучела различных магических тварей, древняя и ветхая мебель, паутина и пыль. Здесь как будто никто не жил уже очень давно. В ядовито-зеленом цвете приборов ночного видения, всё выглядело ещё мрачнее. Шум дыхания сквозь фильтры противогаза, легкое запотевание стекол, давящий на голову кевларовый шлем, все это было так привычно Гойлу.       - Огонь! - дала приказ Патил, первой начав стрельбу.       Она отреагировала на появившегося домового эльфа с подносом. На подносе стояло три бокала с каким-то напитком. Видимо хозяин решил быть гостеприимным, но они испортили его красивый жест, не приняв правила игры. Тяжелые пули изрешетили эльфа, разорвав его на куски. Серебряные бокалы с металлическим звоном упали на деревянный пол.       - Невежливо. - раздался скрипучий голос.       - Движемся вперед. Он где-то в подвале. - прикрыв глаза произнесла Падма Патил. - Перезарядить оружие.       - Я в гостиной. Не утруждайте себя. - снова сказал неизвестный собеседник.       - Теперь он на одиннадцать часов от нас. - сообщила Патил. - Локальная аппарация. Приготовить флэшки.       Они обогнули нагромождение покрытых паутиной ящиков и со всеми мерами предосторожности вошли в коридор.       - Следующая дверь. - тихо прошептала Патил. - Максимальная готовность. Гойл, будь готов.       Гойл все понял правильно. Крэбб выбил дверь мощным пинком и в помещение первыми вошли СШ-гранаты G60(1).       - Я ждал ва... - начал свой монолог давно всё знавшего великого волшебника Фламель.       Вспышка и оглушающий взрыв. Уши штурмовиков были защищены наушниками, от вспышки они были защищены стенами.       - А-а-а! Мать вашу, сучьи дети, вы меня ослепили! - заорал хрипло Фламель.       Они вбежали в гостиную, уже открыв огонь. Пули впивались в тело старика, вспышки от оружия слегка слепили приборы, но Фламель был четко видим и должен был умереть.       - Ну всё, доигрались! - проорал он и сделал пасс руками. С них слетели противогазы, оружие со скрежетом смялось, разгрузки и обмундирование с одеждой превратились в труху, осыпавшуюся под ноги. - Да, это моё заклинание насильника, обнажает всю суть заартачившейся дамочки! На колени!       Он сделал ещё один пасс рукой и Гойл против воли встал на колени.       - Думали, можно просто ворваться в мой дом и убить меня? Непуганые идиоты! - подошел поближе Фламель и вперил взгляд в Падму Патил. - Хм... Девочка, а ты мне нравишься. Видимо, не зря применил такое правильное заклинание. Француженки скучны, а индуски у меня в графике идут после Латинской Америки, а значит только в следующем году... Но раз уж ты сама пришла! Встань и ложись животом на стол!       Патил с сопротивлением поднялась на ноги и нетвердой походкой подошла к длинному столу посреди гостиной.       - Хорошая девочка... - Фламель начал задирать свою мантию. - Да... Сейчас ты познаешь вершины блаженства, может даже захочешь остаться, ха-ха! Люблю таких, как ты, юных и наивных!       Гойл мог бы многое рассказать о Патил, но о её наивности в этом рассказе не было бы и слова. Она в это время, переборов себя, повернула голову и посмотрела в глаза Гойлу. Он принял безмолвный приказ.       Фламель пристраивался к Патил, а Гойл тем временем пытался частично снять с себя заклинание подчинения. Это не Империо, что-то авторское. Империо он бы снял практически сразу, есть почти самоубийственная, но мгновенная методика.       - Вот так, моя хорошая... - Фламель решил снять мантию совсем, поэтому отвлекся.       - Адеско Файр! - закричали Гойл и Крэбб одновременно.       - Идиоты! Это же убьет нас всех! - завопил Фламель, руки которого держали Патил за бедра. - А-а-а!!!       Когда тело Гойла облизывало пламя, он был ещё жив. Боли он не чувствовал, его сознание заполнил покой. Он сделал это.

*В 500 метрах от дома. Крыша пансиона мадам Жаклин*

      Гарри внимательно смотрел на мгновенно вспыхнувший дом.       - Это значит, что они закрыли вопрос окончательно. - равнодушно заключил Драко. - Но так же значит, что я остался без своей свиты.       - Уходим. - Гарри с помощью заклинания Эванеско уничтожил наблюдательное оборудование.       - Уходим. - все так же равнодушно кивнул Драко.       Наблюдатели ушли. А буквально через секунду после их аппарации в разрушенном палисаднике появился горящий Фламель, обливающий себя водой из палочки. Он катался по земле, не в силах потушить пламя. Раздались сирены скорой и пожарной. Огонь перенесся на соседние здания, паника и крики раздавались со всех сторон.       Два пожарных накрыли Николаса асбестовым покрывалом, но оно загорелось, как и один из пожарных. Второй пожарный использовал углекислотный огнетушитель, но эффект был слабый. Ситуацию спас брандспойт от пожарной машины, в течение десяти минут поток воды полностью ликвидировал пламя на Фламеле, который потерял сознание, пожарный же превратился в обугленную головешку.       - Срочная госпитализация, пострадавший в огне, 90% тела в ожогах! Живой! - запросил пожарный по рации. - Присылайте ещё расчеты, огонь перекинулся на соседние здания! Огонь аномальный, не поддается тушению! Какая-то химия! Нужны все расчеты! Иначе пол-Парижа сгорит дотла!

*Кабинет Дамблдора. Хогвартс*

      Перед восседающим в своём кресле директором стояли двое.       - Хорошо... - удовлетворенно кивнул после доклада Аль-Дамблдор. - Использовали крайнюю меру? Все равно хорошо. Они сейчас в раю. Что ж, это также свидетельствует и о ваших успехах. Вы спланировали операцию, которую с блеском исполнили наши собратья... Ученики, вы нанесли непоправимый удар по Тамплиерам, от которого они уже не смогут оправиться. Поздравляю, прекрасная работа, заслуживающая награды. Жду вас в Выручай-комнате через час.

*Гостиная Гриффиндора*

      Случилось немыслимое. Впервые за многие столетия, в гостиной оказались члены других факультетов. Братство не делится на факультеты.       - Это наши новые герои! - воскликнул радостный Рон, увидев вошедших. - Как вам Франция?       - Сыро и слишком много... французов. - поделился Гарри. - Как твоя миссия?       - Три тысячи пятьсот десять индусов похитил, трущобы Дели стали хоть чуть-чуть, но чище. - самодовольно усмехнулся Рон, принимая горделивую позу. - Рутина, если честно. Их даже почти никто не искал.       - Гарри, ты привел сюда слизеринца... - прошипел староста факультета, Перси Уизли.       - Мне плевать на ваши межфакультетские разборки, Драко - мой друг. - отрезал Гарри, садясь в кресло около камина и пригласил в соседнее кресло Драко. - Есть сливочное пиво, приятель, будешь?       - Наливай. - улыбнулся тот, развалившись в кресле. - Эта поганая Франция у меня в печенках.       - Кхм-кхм. - раздалось за спиной покашливание.       - Гермиона, как твоя миссия? - спросил Гарри не поворачиваясь.       - Объект у нас, ожидает. Все прошло удачно. - ответила та, присаживаясь на пуфик.       - Я рад, что у вас все получилось, ребята. - улыбнулся Гарри, принимая из рук Колина Криви бутылку сливочного пива.

*Выручай-комната*

      Драко овладел грудастой красоткой прямо на рабочем столе в кабинете отца. Роскошная блондинка мило улыбалась ему, заглядывая в глаза. Он был счастлив как никогда.       Аль-Муалим в это время модернизировал его ментальную защиту, создавая безумно хитрую ловушку для любого легилимента, который только посмеет залезть в глубины сознания мальчика, ведь за время заточения в камне, он отточил эти навыки до совершенства и немного выше. Вторженец окажется в своей собственной голове и вряд ли выберется, так как переход будет плавным и незаметным, ведь невозможно выйти из собственной головы, пытаясь выйти из чужой. А за это время Драко или Гарри смогут избавиться от тела.       Гарри сидел на диване в по-рождественски украшенной комнате дома Поттеров в Годриковой Впадине, рядом были родители, говорили ему семейные тёплые слова, дарили подарки, но главное, напротив сидела Гермиона и улыбалась ему. Он смотрел ей в глаза и был очарован. Лучший день в раю.       - Пусть наслаждаются. - тепло улыбнулся Аль-Дамблдор. - А мне пора навестить нашу гостью.

*Реставрированные подземелья Хогвартса*

      - ...Амелия, у тебя варианта всего два. Первый - ты умираешь. Второй - служишь Дамблдору. - уже в который раз произнес Снейп, мягко давя на сознание Амелии Боунс.       - Северус, мальчик мой, ты слишком давишь... - отстранил профессора от женщины Аль-Дамблдор. - Нужно проявить чувство такта, она же наша гостья.       - Так ты гостей зовешь?! - воскликнула озлобленно Боунс. - Подослал эту... эту... я не знаю, кто это теперь, но точно не ребенок! Я не буду с тобой ни о чем говорить, чудовище!       - Спокойствие, только спокойствие. - примирительно приподнял руки Аль-Дамблдор. - Говорить буду я, а ты только слушай, девочка моя... Всё началось в далеком 1938 году...

*Через два часа*

      - ...таков мой замысел, девочка моя. Во всех иных случаях цена слишком высока, я не могу позволить детям страдать. - закончил он свой монолог.       Он рассказал Боунс первоначальный план Дамблдора, слегка подкорректированный в сторону гуманности. В первой фазе Гарри попал к Дурслям только с целью защиты пресловутой магией Крови, которой просто не существует, миф и фикция. На деле же, у Гарри должен был сформироваться специфический характер жертвы, которая в нужный момент пожертвует собой, чтобы в итоге получить всё. Вторая фаза плана Дамблдора заключалась в том, чтобы стравить Реддла с Поттером в финальной битве Добра со Злом, тем самым создав образ героя, который поведет магический мир к светлому будущему. Победит ли Гарри? Несомненно, ведь собственный крестраж уничтожить невозможно, как бы Реддл ни старался, но шрам защищает Гарри от него лучше любого бронежилета магглов. Даже Авада Кедавра имеет шансы не сработать, пусти её Том в Гарри. Для третьей фазы была заготовлена целая цепочка ментальных закладок, которые выпестуют из Гарри истинного политика, который будет знать, что делать со свалившимся в его руки государством.       Интересно, но совершенно не сходится с планами Аль-Муалима, который точно не собирался трагично умирать посреди этого спектакля. Вообще, в плане что-то есть, нужно лишь подкорректировать его. Реддл - игрушка в руках оригинального Дамблдора, хотя и не он её смастерил, но он решил с ней сыграть. В серьезную игру, ставка в которой тысячи жизней и смертей.       - Так это всё твой план?! - ошеломленная Амелия заговорила только через несколько минут шока.       - Не с начала. Я просто поразмыслил над сложившейся ситуацией и попытался её сгладить. - Аль-Дамблдор увидел в её разуме подсознательное принятие идеи. - Я старый человек, сколько мне осталось? а мир на грани войны! Тиран может придти к власти и уничтожить всё, что было создано. Я не мог иначе! Я не прошу принимать мои идеи, я прошу понять их. Пойми меня, старика...       Амелия долго молчала и пристально смотрела в умоляющие глаза Дамблдора, который заканчивал ставить ментальные закладки в её разуме.       - Хорошо. - кивнула она. - Я буду на твоей стороне, Альбус.       - Зови меня Аль.

Кабинет директора. Вечер того же дня.

      - Гарри, Драко. - кивнул вошедшим детям Аль-Дамблдор. - Я пригласил вас для того, чтобы посвятить в основы нашего ордена. Я не могу заниматься всеми проблемами самостоятельно, к тому же, у меня есть жизненно важные исследования, требующие большей части моего внимания. Вы проявили себя как достойные, я вижу в вас лидерские качества, поэтому вы избраны стать моими заместителями. Работайте вместе, работайте слаженно, вам воздастся. Первое, во что я хочу вас посвятить, это принципы подготовки неофитов и долгосрочное планирование...

*1994 год. Хогвартс*

      - Когда все устроились поудобнее, я хочу сделать объявление. - начал традиционную речь Аль-Дамблдор. - В этом году наш замок станет не только вашим домом, но и домом для особых гостей. Видите ли... Хогвартс избран...       Он уже минуту наблюдал с одышкой бегущего к нему Филча, но среагировал только тогда, когда он схватил его за руку.       - Сэр, я насчет гостей... - начал шептать ему на ухо Филч, задыхаясь от бега. - Они хотят войти, что мне делать, сэр?       - Попросите их подождать. - велел директор, и продолжил речь. - Итак... Хогвартс выбран местом проведения легендарного события. Турнира Трех Волшебников! Всем, кто не знает, напоминаю, в этом турнире три школы участвуют в различных магических состязаниях. Каждую школу будет представлять один избранный ученик... Скажу откровенно, тем, кто будет избран, придется очень непросто. Так как, должен признаться, эти состязания не для малодушных. Но об этом позднее. А сейчас, пожалуйста, поприветствуйте очаровательных девушек из Шармбатонской академии волшебства и её директора, мадам Максим!       Дальше пошло скучное и пафосное приветствие от лягушатников, Аль-Муалим ещё в прошлой жизни заметил за ними склонность к дешевым эффектам. Затем пришли дурмстранговцы, тоже дешевые и пафосные, к тому же никого, кроме первокурсников, не впечатлившие. Болгары, что с них взять?       Начался пир. Дети принялись уплетать казенные яства, а Аль-Дамблдор с нетерпением ждал внесения кубка. Наконец кубок внесли. Он подошел к сокрытому в декоративном ящике кубку.       - Прошу внимания! - начал он речь. - Хочу сказать несколько слов. Вечная слава! Вот что ожидает того ученика, который выиграет Турнир Трех Волшебников. Но, чтобы победить, он должен выполнить три задания. Три! Чрезвычайно опасных, сложнейших задания! По этой причине министерство решило ввести новое правило. Объяснить его суть мог бы глава департамента Международного магического сотрудничества, но мы забыли его пригласить. А так как никто этого правила объяснить не смог, то его вроде как и нет.       Вдруг пошел дождь, прямо посреди главного зала. Из боковой двери вышел Аластор Грюм и ликвидировал заклинание одним движение палочки. Он проковылял на своих протезах к Аль-Дамблдору.       - А! Мой дорогой друг, Аластор! Хорошо, что ты приехал!       - Дурацкий потолок...       - Ха! Спасибо.       Аль-Дамблдор применил заклинание и явил миру Кубок Огня.       - Это Кубок Огня! - сказал он. - Каждый желающий участвовать в турнире должен лишь написать...       - Привет от Николаса, Даблдоришка... - прошептала мадам Максим и открыла какой-то кулон в ожерелье.       - М-м-ать тво... - только и успел произнести Дамблдор, как его засосало в воронку портала.

*Неизвестное место*

      - Вот ты и в моих руках, сукин сын! - потер руки Фламель злорадно. - Вот ты и попался, сукин сын! Молись своим богам, сукин сын!       - Фламель, твою мать, ты же сдох! - удивленно выдохнул Аль-Дамблдор, поднимаясь с пыльного пола.       Он оказался в чем-то наподобие порочного результата противоестественного соития винного погреба с лабораторией безумного ученого.       - Почти, Дамби, почти! - рассмеялся Николас. Только сейчас директор заметил, что у него всё лицо покрыто ожогами. Он явно хорошо горел.       - Заметил? - оскалился Фламель, приближаясь. - Я неплохо прожарился благодаря твоим ученикам. Но они мертвы, а я жив. Ответь на один вопрос, Альбус. Почему?       Аль-Дамблдор предпочел молчать. Видимо, Фламель ещё не понял, что перед ним стоит не тот человек.       - Почему, Альбус? - повторил тот свой вопрос. - Я дал тебе кусок философского камня. Пусть он и бракованный, но по нему можно узнать методику производства, это уже шаг на многие мили дальше, чем у всех остальных жаждущих! Чего ты захотел? Власти, бессмертия? Чего? За что ты так со мной? Я считал тебя своим учеником! Ты был мне как сын!       - Пошел ты, Фламель. - процедил Аль-Дамблдор. - Убивай быстрее, а то зуб разболелся от твоего нытья.       - Убить? - переспросил Фламель. - Не-е-е-т... Так легко ты не отделаешься. Я сделаю хуже. Тысячекратно хуже. Я лишу тебя магии и выброшу в мусорку, сукин ты сын! Петрификус Тоталус! Для тебя я буду произносить заклинания вслух, прими это за знак уважения. Никто ещё не заходил так далеко в деле моего убийства. Ты первый, у кого практически получилось. Я гордился бы тобой, но что-то не получается. Локомотор! Ха, необычно, да? Меня таскали на кушетке маггловские врачеватели. На удивление, достойная медицина! Они фактически спасли меня, проведя свои грубые, но от того не менее эффективные манипуляции! За свой провал магглов благодари. Это из-за них ты переживешь худшее время своей жизни. Готовься, Альбус!       Фламель приковал его к металлической доске и навел в его грудь установку из красных кристаллов. Ничего хорошего от этой установки Аль-Дамблдор не ждал. Великий Алхимик дернул за рычаг и в кристаллы начала поступать какая-то энергия, насыщая их багрово-красным светом. Хруст электрического разряда и в грудь директора ударила багровая молния. Боль и ещё раз боль. Ослепительная, спускающая до первобытного уровня, примитивная и дикая, боль, которая должна убить организм, но не убивает.       - Поздравляю, Дамбик, ты теперь маггл! - зааплодировал Фламель, а затем вытащил из установки маленький зеленый кристалл. - Твой магический дар находится в этом камешке! Через пару столетий я придумаю, как извлекать из этих камней магическую силу и подсаживать любому реципиенту. Вот, смотри, она будет стоять тут. На этом столе, ждать тебя! Она близко, тебе нужно лишь взять её в руки и сила вернется! Ах-ха-ха! Но ты и на метр к ней не приблизишься! Тебя ждет незабываемое приключение, Альбик! Гляди!       Фламель покатил стол с Аль-Дамблдором вдоль помещения к большому металлическому ящику.       - Это мой уничтожитель мусора. - усмехнулся алхимик. - Когда надо избавиться от чего-то реально опасного и ужасного, надежно избавиться. Этот ящик на мгновения прокалывает пространство и время и цепляется к случайной планете, куда и выбрасывает мусор. Вернуться оттуда не может никто. Вообще. А теперь представь, насколько ты будешь далеко от своей магии. Я оставлю её на этом столе, дружок. Можешь забрать хоть завтра. Ха-ха-ха! Удачного полета, сукин сын!       - Лучше бы ты сдох, Фламель, ублюдок Иблиса!       - Да, лучше. - произнес Николас Фламель, Великий Алхимик, закрывая дверь межпространственного утилизатора мусора с Альбусом Дамблдором внутри. - Но я жив, а вот твоя жизнь находится под вопросом...