Не порок

— Не интересно.       Холодно звучит скучающий голос, заставляя девочку сжаться ещё больше, мять края недлинной юбки, оставляя на ткани некрасивые складки. Ярко-красная помада чуть смазалась с тонких губ, создавая небрежный, размазанный след на коже. Кажется, ещё немного, и она расплачется, так и смотря себе под ноги, скрывая глаза за темной челкой. — Но я же и правда…       Ивáнов уже не вслушивался в неуверенный лепет, проходя мимо девушки и едва ли не задевая её плечом. За спиной послышался громкий всхлип, но, если уж быть честным, Ваню не интересовало то, что он сейчас разбил очередное сердце.       Ему порядком надоело то, что юные представительницы прекрасного пола насмотрелись своих романтичных бредней и решили, что они сработают на нем. Стараясь впечатлить его короткими юбками, полупрозрачными блузками и ярким макияжем, они выглядели омерзительно.       Ваня не видел в них ничего, кроме обычных глупых пустышек, которые думали, что состроить милую мордашку будет достаточно для того, чтобы охмурить его. Парень видел все их лживые улыбки и эмоции, читал, как открытые неинтересные книжки. Им нужен не он, а то, что окружает его с детства: деньги, престиж и, конечно же, внимание общественности.       Ивáнов скривил губы в усмешке, направляясь в туалет, чтобы побыть в спокойствии хотя бы остаток перемены.       Ему так надоело, что все смотрят на него, как на сына богатой и влиятельной семьи, что всё ожидают от него определенных действий, стараясь угодить его прихотям, лишь бы он обратил на них своё внимание.       Ваня никогда не был романтиком. Он знал, что однажды ему, скорее всего, придется взять в жены дочь какого-нибудь партнера по бизнесу, чтобы не подводить отца. И такую жизнь вряд ли можно будет назвать счастливой.       Юноша уже не раз обсуждал это с отцом и матерью. Не сказать, что прям успешно, но они смогли сойтись на том, что, если такое развитие событие произойдет, чувства самого Вани будут учитываться в первую очередь. Однако парень не был уверен в том, что родители не рассматривали такой вариант. Антон-то уж точно планировал что-то такое, когда ему стукнет восемнадцать.       Открытое окно действовало освежающе: легкий морозный ветер заставил поёжиться, но не настолько, чтобы отказаться от манящего холода. Снег выпал вчера вечером, старательно укрывая землю белизной, смешиваясь с осенней грязью. Веселые крики и смех детей, что не брезговали хватать липкие комы непонятной каши с земли, чтобы побегать за своими друзьями, обрывками доносились с улицы, заставляли чуть морщиться от шума. Ваня облокотился бедром о подоконник, доставая пачку сигарет из кармана.       Крупные снежные хлопья плавно опускались на землю, стараясь снова застелить собой землю, будто стыдясь её грязи и луж. Наблюдая за радостно визжащими детьми, Ивáнов зарылся пальцами в свои каштановые волосы, едва склоняя голову на бок. Боль мимолетно простреливает виски, оставляя неприятное ощущение в затылке. Парень выпутал пальцы из собственных волос, выпуская последнее облачко белого дыма. Привычным движением выкинул окурок в окно, а после плотно прикрыл его, прерывая потоки ледяного ветра.       В коридорах всегда шумно. Кто-то пытается что-то рассказать, перекрикивая общий гомон, при этом создавая ещё больше шума. Кто-то повторяет заданный на дом параграф, заткнув уши, чтобы не отвлекаться на громкие разговоры, и надеясь, что его сегодня не спросят. Некоторые просто отдыхают от уроков, расположившись на удобных диванчиках в холле, пытаясь расслабиться в таком раздражающем потоке учеников.       Ваня едва заметно кривится от взглядов, направленных на него. Привычные ему эмоции: зависть, обожание, неприязнь и желание угодить любой его прихоти, лишь бы заметил.       Отвратительно.

***

— Опять девчонке сердце разбил, — пробурчал Андрей, неодобрительно посматривая на друга. Тот только выразительно вскинул бровь на его заявление, не отрывая взгляда от тетради. — Об этом уже вся гимназия знает, всем растрепала, что у тебя вместо сердца ледышка. — Плевать, — скучающе протянул Ивáнов, наконец закрывая тетрадь и хмыкая. Он размял напряженную шею, чувствуя, как хрустят позвонки, а после впился взглядом в рыжий затылок, — по-моему, я ещё в прошлом году ясно выразился, что меня такое не интересует. — Жестокий ты, Ивáнов. Не понимаешь прелести своего положения, — горестно вздохнул Петров, потягиваясь и прослеживая за взглядом парня, моментально узнавая обладателя светлых волос. — Но, видимо, интересует кто-то другой.       Безболезненный тычок локтем под ребра Ваня перехватил на полпути, прищуривая свои глаза и крепко сжимая пальцы на чужой руке. — Я бы не советовал тебе так шутить, — практически прошептал Ивáнов, отпуская локоть Андрея и натыкаясь на скептический взгляд Эли. — Я недавно столкнулась с ним в коридоре, — задумчиво отозвалась Яна, поняв, о ком идет речь. Расчесывая волосы Оганян, девушка вздохнула, встретив любопытные взгляды. — Что? — Столкнулась и что? — намекая на продолжение, проговорил Андрей, потирая локоть и кидая обиженные взоры на друга. — Он миленький, — с улыбкой отозвалась девушка, — я имею в виду, что он вполне мог бы подружиться тут с кем-то, но благодаря вам этого не случится в ближайшем будущем.       Ваня дернул плечом от осуждающего взгляда, но лишь хмыкнул, подпирая голову ладонью, смотря на то, как Климова уверенно перебирает пряди волос для будущей прически. — На этих выходных он со своей семьёй приедет ко мне домой на ужин, — спокойно проговорил парень, замечая, как Петров дернулся на стуле, а после едва не упал, привлекая этим внимание почти всего класса. — Что?! — Андрей неприлично открыл рот, силясь что-либо сказать, а потом резко повернул голову в сторону Иванóва, что дернулся и поспешно отвернулся от источника шума.       Ваня технично пнул парня под партой так, что тот тихо ойкнул, переводя на него негодующий взгляд. Эля тихо съязвила, чуть повернув голову в его сторону, чтобы не мешать Яне заплетать её волосы. — Не пялься, — проговорил юноша, насмешливо смотря на нахмурившегося парня, что потирал свою голень. — Ни капли манер, — выдохнула Оганян, возвращаясь в изначальное положение, лишь кидая задумчивый взор на Ваню. — А сами-то, — пробурчал Петров, отпуская пострадавшую ногу и на всякий случай отодвигаясь от соседа по парте, — вон, Ивáнов пялится в свое удовольствие, а мне даже взглядом зацепить нельзя. Такое ощущение, будто только тебе можно смотреть в его сторону, — недовольно протараторил Андрей, слыша, как хмыкнула Эля. — И вообще, как так вышло, что вы будете вместе ужинать? — Мы не будем ужинать вдвоем, — обреченно отозвался Ваня, качая головой, понимая, какой смысл вкладывает в свои слова друг, — там будут мои и его родители. Мама пригласила их, когда мы столкнулись в магазине. — А-а-а, — протянул Петров, откидываясь на спинку стула, видимо, теряя всякий интерес к беседе, снова скользнул взглядом по напряженной спине, — ну теперь понятно, почему его нельзя трогать. Так бы сразу и сказал. — Я извинюсь за тебя, — внезапно вклинилась Яна, которая уже закончила с косой Оганян и теперь что-то быстро печатала в телефоне. — Чего? — непонятливо отозвался Андрей, резко развернувшись к парте девушек, при этом чуть не сбив локтем пенал Эли на пол, когда пытался заглянуть в телефон Климовой. — Ну, Даня же не виноват в том, что вы взъелись на него. Кто-то же должен извиниться за всё, что вы ему сделали, — фыркнула девушка, улыбкой наблюдая, как Петров повалился на свой стул, что-то бурча себе под нос.       Поправив волосы, собранные в высокий хвост, она кинула взгляд на Иванóва, когда послышался звук входящего сообщения.       Ваня с интересом развернулся, желая узнать, как юноша отреагирует на сообщение. Они сидели не так уж и далеко, да и говорить тише Петров был не способен. Так что вполне логично, что добрая половина класса слышала, что они тут обсуждали, и Данил, скорее всего, не был исключением.       Было видно, с какой неохотой он проводит пальцем по экрану. Видимо, Иванóв не хотел привлекать к себе ненужное внимание, понимая, что недельная передышка была актом чистой вежливости со стороны Вани. Он даже мог четко себе представить, как парень хмурил ровные брови, от чего между ними появлялась небольшая складочка, вызывая желание разгладить её пальцем. Как затрепетали светлые ресницы, будто не зная, что делать: смотреть широко распахнутыми глазами или же прикрыть их. По мере прочтения текста сообщения Даня приобрел более несчастный вид, чем до этого: его плечи опустились, голова чуть склонилась в бок. Ваня уловил тихий отчаянный вздох, после чего юноша пригладил свои светлые волосы, печатая ответ.       «Не стоило», - единственное, что отобразилось у Климовой на экране блокировки. Простой и лаконичный ответ, пресекающий любые способы завязать беседу с помощью извинений. Ваня хмыкнул; его губы так и норовили растянуться в ехидной улыбке.       Умный мальчик. — Убери это выражение лица, а то мне страшно, — протянула Эля, скучающе подпирая голову рукой и смотря прямо на друга.

***

      Боль медленно затапливала затылок. Казалось, будто мозг превратился в кашицу и теперь переливался от одной стенки черепа к другой. Ваня скривился от противного ощущения, смотря на редкие капли дождя, что одиноко скользили по тонированному стеклу. Привычный вид за окном не вызывал никакого интереса, и парень отвернулся. Затылок снова прострелило короткой болью, заставляя едва заметно морщится. Ваня ненавидел головную боль.       Глаза закрылись сами собой. Парень откинул голову назад, упираясь макушкой в мягкую обивку из дорогой светлой кожи. Боль понемногу отступала, словно морская волна, что нежно лижет песок, забирая с собой редкие камушки и ракушки. Тишина успокаивала, давала передышку от шумного дня в гимназии, и Ваня искренне благодарен водителю за то, что тот не включил радио.       Машина двигалась почти бесшумно, плавно въезжая на территорию особняка по выложенной цветными плитами дороге. Ивáнов не дождался, когда дверь с его стороны откроют: он сам выходит из машины, вдыхая полной грудью свежий воздух. Именно это являлось огромным плюсом жизни за городом: свежий, чистый воздух, который хотелось вдыхать полной грудью, до покалываний в легких.       Парень поправил ворот теплого черного пальто. Промозглый ветер всё норовил лизнуть своим холодным языком шею, заставляя кутаться в мягкую ткань. Мелкий дождик продолжал накрапывать, попадая на темные кудрявые волосы, завивая их ещё больше. Ваня морщился, когда капли попадали на лицо, и поспешил укрыться в доме.       Он прошел мимо неработающего фонтана, который даже без воды выглядел весьма впечатляюще. Произведение архитектурного искусства, как окрестила его Полина. Трехъярусный фонтан и правда был весьма оригинален. Первая круглая основа из белого камня, высеченная в виде бурной волны, была самой большой - той, куда сливалась вода. Второй ярус был высечен из драгоценных пород, представляя собой всевозможных рыб, которые красиво переливались в свете солнца и воды. Третий, последний, ярус был выполнен в стиле большой, накатывающей волны, что по идее должна была накрыть собой всех этих разноцветных рыбёшек.       Небольшая лестница, ведущая на просторную веранду, оказалась преступно скользкой, и парень едва успел схватиться за холодные мраморные перила, чтобы не разбить свой затылок о ступени. Тихо ругаясь сквозь зубы, Ваня ладонью пригладил растрепавшиеся каштановые волосы, ощущая на них влагу, и поспешил уже наконец убраться от противного мелкого дождя.       Тяжелая дубовая дверь с золотой ручкой услужливо открылась прямо перед парнем, давая возможность разглядеть мужчину средних лет в строгом черном костюме. В его темных, уложенных назад волосах с легкостью можно было разглядеть седые пряди.       Мужчина склонил голову в знак приветствия, когда Ивáнов зашел в дом. Юноша тут же впихнул в его руки свой рюкзак, начиная отряхиваться от капель воды. — С возвращением, — мягко сказал мужчина, держа рюкзак в руках и чуть приподнимая уголки губ, заметив, что парень тихо фыркнул на его слова, — Ваши родители в гостиной, они попросили напомнить, чтобы вы заглянули к ним. — Спасибо, Михаил, — парень устало вздохнул, стягивая с плеч темное пальто. Проходя в гардеробную, чтобы повесить одежду на свое место, Ваня продолжил: — отнеси рюкзак в мою комнату, а после принеси мне обезболивающее вместе с кофе.       Повесив пальто, Ивáнов поморщился от пульсирующей боли в висках. Он не видел, как дворецкий безмолвно кивнул, тихо удаляясь, чтобы выполнить поручения. Не разуваясь, он прошел мимо широкой лестницы с резными перилами, направляясь в гостиную, где находились его родители. Распахнутые двери давали рассмотреть богато обустроенную комнату, слышалось мерное потрескивание камина и тихие разговоры сидящих на удобном диване людей. — Ванечка, как твой день в школе?       Полина улыбнулась, поправляя свои блондинистые волосы, что свободными локонами лежали на её хрупких плечах. Женщина разгладила несуществующую складку на подоле своего свободного темно-синего платья, что подвязывалось широким поясом. Ваня сделал мысленную заметку о том, что его мать нервничает. Она никогда не надевала это платье дома, предпочитая более удобную домашнюю одежду. Её нервные разглаживания несуществующих складок на своих коленях так же показывали, насколько она переживает. — Вполне естественно, — нейтрально отозвался темноволосый, садясь в бежевое кресло под цвет широкому дивану, на котором расположились его родители, — ничего необычного. Что-то произошло, мама, отец? — Ох, нет, Ваня, всё в порядке, я просто немного переживаю о завтрашнем дне, — женщина мягко улыбнулась, переставая тревожить ткань платья. — С самого утра прошлась по всему дому, — отозвался Антон, что-то листающий в планшете, — придиралась даже к сервизу, — на губы мужчины легла краткая улыбка. Он поднял взгляд на сына, откладывая технику, — так что теперь и мне интересно, что же это за друг у тебя такой, который так поразил твою мать. — Антон, — укоризненно отозвалась Полина, качая головой, — он вполне обычный мальчик, наш сын помог обустроиться ему в школе, — женщина поднялась с дивана, проходя к большому окну. Легкая ткань свободного платья красиво струилась за ней. — Как скажешь, — согласился мужчина, всё так же не сводя взгляда с Вани. Тот невозмутимо принял кружку с кофе, запивая им таблетки от головной боли, — по крайней мере, я рад, что у тебя в окружении появился кто-то отличный от твоих друзей.       Ваня поморщился. Ему не нравился ни взгляд отца, ни его тон. Обычно это означало, что его ждут крупные неприятности. Парень мысленно перебирал варианты того, где и когда он мог проколоться в чем-либо. — Думаю, в малой столовой будет в самый раз, — послышалось бормотание Полины от окна, — не хочу, чтобы на них давила обстановка нашего дома.       Именно в этот момент, когда Полина была занята рассуждением о том, как лучше принять гостей, Антон, вальяжно сидя на диване и усмехаясь, одними губами произнес:       «Сигареты».