Любовь живёт три года.

Кап-кап! — капал по крышам домов неудержимый сильный дождь. Шлёп-Шлеп! — хлюпали под ногами, как стекло, отражающие свет лужицы. Именно так нас встретил этот город. Город огней и возможностей, город где живет похоть и власть, где спит правосудие и живет мафия. И это умершая Роза. А раньше Роза была одним из городов, добывающих опасные, но не менее важные ископаемые. У Розы была хорошая родословная и история поднятия маленькой деревни в большой город. Но все изменилось в один день, после которого все забыли про Розу и вычеркнули её из географических карт и важных государственных бумаг. После аварии, пару десятков лет назад, Роза стала городом-отчуждения, а количество пострадавших людей переваливало за сотни. Когда от утечки опасного газа погибли последние жители, город замер в своём развитии, но не надолго. В скором в нем поселились новые жители, и город снова начал жить, жить, но уже по-новому. За городом никто не следил, поэтому в него начали сбегать мелкие мошенники и бандиты со своими шайками. И теперь этот город — город притон для сбежавших от правосудия хулиганов. Полный наркоторговцев, борделей и наёмных убийц. И именно в этом городе, по моему плану, должна произойти наша первая остановка. Мы шагали по улице, держась, как можно ближе друг к другу ради безопасности, держа разноцветные зонтики в руках. Улицу блекло освещал старый унылый фонарь, а под ним стояла лавка и ящик, наполовину заполненный газетами. Почему-то он привлек мое внимание, и мне казалось, что я должна это сделать. Я подошла к нему. Стекло на дверце было в пыли изнутри, поэтому нельзя было рассмотреть, что на них написано. Я достала монетку и опустила её в специальную выемку, после чего достала запылённую, потёртую газетёнку. Она была за 789 год, когда сейчас 810. Я подула на газету, и пыль разлетелась в разные стороны, падая вместе с тяжёлыми каплями дождя вниз и открывая передо мной нетронутые страницы. Я аккуратно присела на влажную скамейку, держа под согнутым локтем зонт, раскрыла газету и принялась читать. В ней были написаны последние новости, и даже присутствовали фотографии тех времен, хоть и потёртые и не качественные от времени и прогресса, но переносящие на долю секунды в то время, в те события. «Новые рекорды по добыче метана и горючего сланца, волшебного эфира и угля.»; «Пекарь Рам приготовил семнадцатиэтажный торт.»; «В город приехали неожиданные гости.» Последняя фраза так и привлекла мой взгляд, словно так и надо. В ней говорилось о каких-то ребятах по-обмену, помогающих жителям с тяжелой работой. Имена и фамилии не озвучивались, но была прикреплена цветная фотография, на которой были запечатлены парень и девушка с радостными лицами. — Ребята, подойдите сюда, — позвала я ребят, которые обсуждали в каком отеле нам лучше остановиться. — Что случилось? — поинтересовалась Фуллбастер со спокойствием анаконды, находясь в самом опасном городе Фиора. — Скажите, а вам они тоже кого-то напоминают? — спросила я, показывая фотографию друзьям. Брат и сестра одновременно нахмурились, насупили носы и, размышляя, почесали затылок. Они около пары минут разглядывали фото, и я уже думала, что не услышу ответа: — Кажется, я раньше где-то видел это фото, вот только где не могу вспомнить, — ответил Шторм. — Соглашусь, — подтвердила Риса. — Лица, до боли знакомые. — Вот и мне, — добавила своё слово я. Придя наконец в отель, выбранный ребятами, мы зашли в выкупленный нами на сутки номер и тут же упали на кровати. Все мокрые, уставшие, но до чёртиков довольные чувством свободы. — Ну что, подружка, как тебе твой побег от строгого отца-одиночки? — в шутку спросил парень. На секунду повисло немного напряжённое молчание. — Я пока не поняла, — проговорила я, рассматривая белоснежный потолок. — В смысле «не поняла»?! — возразила девушка. — Чего тут не понять-то? — Я не знаю, какого это должно быть, ведь я делаю что-то подобное впервые, — сказала я и перевела взгляд на Рису. Она сидела на кровати в позе лотоса, обнимая подушку, и с легкой улыбкой на лице в оба глядела на меня, от чего и я ей улыбнулась в ответ. — В отличие от тебя, — съязвила я и увидела, как на меня летит подушка. Я откидываю её в сторону и вытираю капельки пота с лица. — Ничего, у тебя всё ещё впереди, — сказал Шторм, выключая свет в комнате. — А теперь спать. Спокойной ночи, девочки. — Сладких снов, — промурлыкала Риса. — И вам тоже, — почти шёпотом вторила я. — Сладких снов, мой любимый. — одними губами проговорила я и закрыла глаза. На утро город заметно ожил. Теперь даже и не скажешь, что здесь всем заправляют плохие ребята. С неба светило яркое приветливое солнце, радуя детей теплом и солнечными зайчиками. Белые облака, а точнее белые пушистые бегемотики плыли по иссиня-синему небу. Я стояла у окна и наблюдала за людьми, ветром, качающим кроны деревьев, и плывущими по небу облаками. Как вдруг, в комнату открывается дверь, и, что-то рьяно обсуждая, в помещение входят Фуллбастеры. — Ой! Ты уже встала. А я так надеялась, что мне выпадет возможность тебя самой разбудить. Эх! Не судьба, — на одном дыхание сходу промурлыкала Риса, подходя ко мне грациозной походкой кошки. — Ни в этот раз, — ответила ей я. — Не в мою смену, красотка. — Ах! И да, — сказала Риса, посмотрев на брата. — Ты же не завтракала. Мы тут тебе перекусить принесли, — сказала подруга и выхватила бумажный пакетик у Шторма. Риса, как и всегда, выглядела прелестно в любом наряде, но в этот раз на ней была синяя, как её волосы, плиссированная юбка чуть выше колена и заправленная под юбку белая майка с логотипом её любимой группы. А на ногах красовались серебристые кеды на толстой подошве. — Спасибо, — ответила я и взяла пакетик. — Итак, ты так нам вчера и не рассказала, в чём же план нашего побега, — сказал парень. — Может просветишь нас? — сложив руки на груди, спросил Фуллбастер-младший. — Ой! Да, точно. Сейчас, — я положила пакетик с ароматными булочками на свою постель и подошла к своему рюкзаку, чтобы достать из него дневник, но по иронии судьбы его там не оказалось. — Стоп! Нет-нет-нет! — эмоционально произнесла я, начиная беспощадно рыться в сумке. — Лу, что случилось? — чуя недоброе, спросила Риса. — Кажется, я забыла его. — сказала я и заправила мешающуюся розовую прядь за ухо. — Кого его? — переспросила девушка, — Дневник? — на последнем у Рисы дрогнул голос, и я чувствовала, как она смотрела в одну точку на моей спине. Я ничего не ответила, так как ответ и так был ясен. — И что ты собираешься делать без плана? — поинтересовался абсолютно спокойный Шторм. Я немного обмозговала сложившуюся ситуацию и все возможные выходы из неё, после чего сказала: — Мне нужна ручка и бумага.

***

— Топ-топ! — доносятся шаги по коридору. Трещащие старые половицы скрипят под моими ногами, а каждый шаг эхом отражается от стен. Бледно-жёлтые обои на стенах так и просят себя заменить, но я знаю, что это случиться еще не скоро. Я подхожу к одной из дверей тёмного насыщенного шоколадного цвета и аккуратно стучусь. В ответ молчание. Снова стучусь, и снова молчание. — Луна, дорогая. Ты спишь? — спросил я, но ответа не было. — Можно мне войти? Я тут принес твои любимые булочки. Молчание. Полная тишина. Не дожидаясь ответа, я берусь за ручку и отворяю дверь. — Бабах! — упала на пол тарелка с выпечкой, и все рогалики рассыпались по холодному деревянному полу. Я судорожно начинаю искать её, словно маленькую девочку, мою малышку и под кроватью, и в шкафу, но нигде её нет. Просто след простыл. Исчезла. Красный и покрывающийся чешуёй, я начинаю перебирать все вещи на столе, ища хоть что-то, но это не помогает и из моих ушей начинает валить клубами пар. И тут мне на глаза попадается красная книжечка.