Новая жизнь

Прошло около часа. Владимир Антонович уже давно ушел к себе в комнату, а Рая все так же лежала, уткнувшись лицом в подушку. Девушка уже немного успокоилась, перестала плакать, однако, на душе все равно было тяжело. Рае было обидно за то, что она так глупо поступила и не сгладила вовремя ситуацию, было досадно, что она просидела два дня взаперти, однако, какое-то раздражение на отца, который поступил с ней подобным образом, оставалось. «Позвали бы хоть поужинать, есть так хочется…» - подумала Рая, - «А сама я не пойду, в конце концов, гордость надо иметь, а то подумают, что я признала свою неправоту только для того, чтобы пойти да пожрать». Тихие шаги в коридоре и какое-то перешептывание привлекло внимание девушки. Рая быстро вытерла слезы, села на кровати и, выругавшись в душе, встала. «Даже на мягком больно сидеть», - подумала Рая и выглянула сквозь открытую дверь в коридор. Неподалеку от комнаты Раи стояли Лена и Сима. Девушка была в неплохих отношениях с сестрами-погодками. Что тринадцатилетняя Лена, что двенадцатилетняя Сима больше общались друг с другом, однако, иногда и заглядывали к человеку, который некоторое был их гувернанткой, а потом совершенно неожиданно стал сестрой. - Раиса ваша сестра, пусть неродная, - сразу же, как Рая поселилась в доме отца, сказала дочерям Нина Аркадьевна, - Она дочь нашего папы, раньше жила в другой семье, а теперь будет жить с нами. Подобное объяснение вполне удовлетворило сестер и девочкам не хотелось выяснить детальнее, почему Рая жила в другой семье и что сподвигло ее переехать к ним, причем вначале какое-то время побыть гувернанткой. - Девочки, вам чего надо? – спросила Рая сестер. - Раенька, что произошло? – обратилась к девушке Сима, - Тебя за что папа так наказал? - Значит, заслужила, - отмахнулась Рая, не желая посвящать девочек в детали, которые были им явно не по возрасту. «Растреплют еще все по округе, проблем не оберешься», - подумала девушка. - Рая, мы с Леной много чего устраивали за всю свою жизнь, но таким сердитым папу еще не видели, - настаивала Сима. - Рая, тебя папа и высек, и в комнате на два дня запер, скажи, ты что натворила? – подключилась Лена, - Нас за самодельные петарды папа в доме запирал как-то раз, но не в комнате же. И не порол. Слегка возмутившись от того, что ей учинили такой допрос, Рая ответила: - Раз вам так интересно – идите к папе, пусть он сам вам и расскажет. - А правда, пошли к папе, он все расскажет, пусть и прибавит в конце, что так вести себя нельзя, - сказала Сима. «Интересно, что Владимир Антонович скажет девочкам?» - подумала Рая и затихла, желая прислушаться к разговору. - Папа, а что Рая натворила? – спросила Сима, - Она говорить не хочет. - Рая не слушалась, упрямилась, дерзила, - ответил Владимир Антонович, - Ошибки признавать отказывалась, в поведении своем не раскаивалась. Поэтому если не хотите на себе узнать, что такое розги – не ведите себя так, как Рая. «Надеюсь, они ко мне больше не придут, удовлетворятся этим ответом», - подумала девушка. Неторопливые шаги сестер проследовали к своей комнате. Устав стоять, Рая снова прилегла на кровать. - Наверное, заупрямилась Рая и отказалась признавать свои ошибки, - предположила Лена, - Помнишь же, мы от мальчиков узнали, как делаются петарды, сделали по штучке и подорвали во дворе, папа очень зол был. - Да, а потом мы признали свою неправоту, пообещали больше так не делать и папа начал успокаиваться, - согласилась с сестрой Сима, - Но все равно гулять потом дней пять нас не выпускали. - А Раю в комнате папа запер, только сегодня выпустил, - ответила Лена, - Зря она упрямилась, не так сильно бы точно попало. «Профессия, видать, отпечаток на человека наложила», - подумала Рая, - «Сам же возмущался, что я ни признаться, ни раскаяться не желаю». От окончательного осознания мысли, что если бы она вовремя все поняла и высказала бы сожаление о своем поведении, то все обошлось бы гораздо легче, Рае стало еще грустнее и девушка снова начала плакать. Рая проплакала еще полчаса. Сквозь открытую дверь комнаты вполне было видно, что девушка лежит на кровати и всхлипывает, поэтому Нина Аркадьевна, в очередной раз пройдя мимо комнаты Раи, не выдержала и решила успокоить девушку. - Рая, ты почему плачешь? – спросила Нина Аркадьевна и обняла девушку. - Не могу… - всхлипывая, ответила Рая, - Больно от мысли, что если бы я сразу все признала – не было бы большей части моих проблем. Ну посидела бы без ужина, без прогулок, но не так бы мне влетело! - Рая, девочка моя, да хватит уже плакать, успокаивайся, - сказала Нина Аркадьевна, - Просто не делай глупостей снова, не надо… Решив, что действительно хватит плакать, Рая решила попробовать успокоиться. Побродив немного по комнате и поняв, что ни читать, ни чем-нибудь заниматься ей не хочется, девушка решила лечь спать. «Все равно время уже позднее, в той комнате диванчик был неудобный, спать было плохо, я не высыпалась», - подумала девушка. На следующий день Рая проснулась чуть раньше обычного. Сперва девушка не понимала, почему она находится в своей комнате, а не в той, где ее заперли, но потом Рая вспомнила о вчерашнем примирении. «Надо было не упрямиться и признавать свои ошибки раньше», - подумала Рая. Умывшись и одевшись, девушка пришла завтракать. Мысль о том, что на жестком стуле ей будет сидеть еще тяжелее, чем на кровати, немного огорчала Раю, однако, девушка решила собрать всю волю в кулак и не показывать виду, что ей непросто. Больше всего Рая боялась, что Владимир Антонович решит с утра поговорить с ней о чем-нибудь из недавних событий, однако, обычные утренние разговоры успокоили девушку и дали ей возможность понять, что все ее опасения напрасны. После завтрака девушка сразу ушла в свою комнату. Рая все равно немного боялась, что с ней еще и с утра Владимир Антонович решит говорить о листовке или о наказании, но ничего подобного не происходило. Взяв книгу в руки и пристроившись у окна, девушка окончательно успокоилась, решив, что история уже забыта. - Рая, папа поговорить с тобой хочет, - вдруг сказала Нина Аркадьевна и девушка резко похолодела. «Сейчас снова будем обсуждать этот случай, провалилась бы эта листовка», - подумала Рая, - «Кстати, интересно, где она сейчас? Может, Владимир Антонович ее уже порвал да выбросил или сжег…» Придя в комнату отца и получив приглашение сесть, Рая устроилась на одном из стульев и приготовилась слушать неприятные вопросы. - Рая… - сказал Владимир Антонович, - Эта мысль посещала меня уже давно, я хотел поговорить об этом и раньше, но из-за некоторых обстоятельств поговорить получилось только сегодня. Я считаю, что должен признать тебя своей незаконнорожденной дочерью. Нет, это звучит неправильно, я должен признать тебя своей родной дочерью, которая была какое-то время в статусе незаконнорожденной. Ты пойми меня правильно, я знаю, что Зоя родила тебя от лавочника, которого уже давно нет в живых, но ты слишком похожа на свою мать, я будто вижу ее перед собой каждый раз и вспоминаю уже ушедшего человека. Если присмотреться, у тебя тоже карие глаза, как у меня, тоже темные волосы, при желании сходство можно найти. Так вот, я тебя признаю своей дочерью и ты будешь обладать теми же правами, что и остальные дети. Ты не переживай, Нина Аркадьевна не против, а я просто не могу бросить тебя в такой ситуации. «На маму я похожа, поэтому мне так и везет», - подумала Рая, - «Как же, все-таки, хорошо, что я случайно в этот дом попало, иначе кто знает, что со мной было бы». Рая видела фотографию своей покойной матери и понимала, что она сильно на нее похожа. Недавно девушка случайно встретила своего брата Яшу и, перебросившись с ним парой фраз, решила прийти в гости к семье, которая ее вырастила. Но чуда, на которое в глубине души надеялась Рая, не произошло, встреча прошла без взаимных упреков, но весьма холодно, поэтому девушка окончательно убедилась в своем мнении, что больше не желает общаться с этой семьей. Попрощавшись с Яшей и оставив ему напоследок свой адрес, но соврав, что она работает в этой семье гувернанткой, поэтому не стоит ходить к ней без лишней надобности, Рая вернулась домой. - Так что, Рая, будешь по всем бумагам моей дочерью, будешь дворянского сословия, потом выдадим тебя замуж и все будет хорошо, - сказал Владимир Антонович и эта фраза вывела девушку из задумчивости, - У тебя жениха ведь нет? - Нет и даже не было раньше, - ответила Рая, прекрасно понимая, что кроме мальчишек, с которыми она когда-то давным-давно играла на берегу Невы, у нее не было знакомых противоположного пола. - Значит, надо начинать тебя знакомить, - сказал Владимир Антонович, - И в свет первый раз можно вывести, конечно, ты уже старше того возраста, когда обычно впервые в свет выходят, но что поделать. О первых выходах в свет Рая знала только понаслышке. Девушка не представляла себя в подобном качестве, поэтому даже слегка опасалась того, что слова отца могут воплотиться в жизнь. «Пусть лучше дома у себя с кем-нибудь знакомит», - подумала Рая, - «А то опозоришься со своим незнанием этикета и все узнают о твоей безграмотности». Однако мысль о том, что произошло на днях, не давала девушке покоя. - Владимир Антонович, я могу сегодня пойти гулять? – спросила Рая. - А что тебе может помешать? – сначала не понял мужчина. Потом вспомнив, что произошло совсем недавно, Владимир Антонович ответил, - Можешь, Рая, я тебя простил. Листовку сжег и надеюсь, что это больше никогда не повторится. - Не повторится, я обещаю, - подтвердила девушка и окончательно успокоилась – ситуация была полностью исчерпана.