Глава 6.
— Зачем мы здесь? — категорично поинтересовалась молодая особа. — Тише, — шикнул на нее молодой человек, прикладывая палец к губам. Девушка и парень поднимались по винтовой лестнице, крепко держась за руки. По лицу маленькой Госпожи было заметно, что ей совсем не нравится место в которое ее привели. Но она смиренно следовала за ведущим. — Демир, я не хочу. Здесь темно и грязно. Мы испачкаемся, — ей осталось только выпятитить вперед нижнюю губу и было бы совсем не отличить от маленького ребенка. — Душа моя, еще чуть-чуть поднимемся и я уверен тебе очень понравится, — спокойно ответил он, чмокнув в маленький носик. Девушка продолжила смиренно подниматься вверх, преодолевая одну ступеньку за другой, крепко держась за руку молодого человека. Когда ступеньки закончились, то через небольшую дырку на чердаке они вылезли на крышу. С этого места открывался великолепный вид на город и на звезды. С крыши этого здания маленькие огоньки на небе казались совсем близко, будто можно коснутся их рукой. — Демир, — завороженно произнесла она, подняв голову к небу, — Это очень красиво. — Не красивее тебя, — приобнимая девушку за талию, ответил молодой человек, нежно касаясь губами её шеи.
— Давай здесь потанцуем? — вдруг выпалил Мурат, после долгого молчания. Ночь и правда была красивой, скорее даже какой-то волшебной. Шелест листьев, при легком дуновении ветерка, непонятное чириканье и какой-то таинственный шум. «А почему бы и не согласиться? Это всего лишь танец. Тем более когда шла сюда, знала ведь, на что иду и к кому иду.» — лукаво подумала про себя девушка. Он смотрит сейчас как-то по-особенному, не так как всегда. До того как пойти на это дело, Дениз достаточно хорошо изучила его натуру, пересмотрела журналы с ним, видео-интервью, видео с модных показов, разных выставок и прочего, но таких глаз она ни разу не видела, будто он смотрел вовсе не на нее, а куда-то в глубь нее, от этого взгляда становилось холодно. — Без музыки? — решила поинтересоваться девушка, отводя взгляд. — А зачем нам музыка? — улыбнулся он во все тридцать два зуба и протянул руку. В ответ она протянула ему руку и вежливо улыбнулась. Двигались они в такт какой-то неслышимой мелодии, которая лилась откуда-то изнутри, создавая волну позитива. Он крепко обнимал ее за талию, боясь отпустить, может, он боялся, что это сон, или как только пробьет двенадцать, она убежит, как золушка из детской сказки. Он крепко сжимал ее руку. На улице становилось прохладно, от этого ее кожа покрывалась мурашками, которые он наверняка чувствовал. В один момент он остановился и, сняв с себя пиджак, набросил Дениз его на плечи, и они продолжили танцевать. Танец — это мера и такт переполняющего тебя, сдерживаемого и льющегося через край чувства. Они танцевали очень долго, не следя за временем, а просто наслаждаясь… Дениз не могла понять для себя, почему получила столько эмоций от простого танца, они ведь совсем не разговаривали, а просто сливались в танце, в неслышимой музыке, в невидимой игре. — Ты хорошо танцуешь, — отметила Дениз С этим танцем, она почти забыла зачем здесь, точнее он заставил ее забыть, а ей нужно поскорей это все закончить и вернуться в суматошный, но такой любимый Стамбул. — С такой партнершей, даже медведь красиво смотрелся бы, — чуть слышно произнес он, нехотя выпуская ее из своих объятий. — Может быть, продолжим у меня дома? — кладя свою руку поверх ее, спросил мужчина и вновь улыбнулся. — Нет, — резко, будто готовясь к этом вопросу, ответила Дениз и вновь отвела взгляд, прежде выдернув свою руку из-под его ладони. Он явно не ожидал столь резкого ответа и где-то пару минут стоял в замешательстве. Конечно же, она прекрасно осознавала, что делает. Ведь есть достаточно известный факт: как только девушка проводит ночь с Господином Муратом, она тут же исчезает из его жизни. А у Госпожи Дениз другая задача: ей нужно заманить Йылмаза, заворожить его собой, чтобы он и думать ни о чем не мог, глядя на нее. И когда он окончательно потеряет бдительность в ее обществе, тогда то она и выполнит свое задание. — Это твое решение, — он вновь взял мою руку в свою и, наклонившись, осторожно прикоснулся теплыми губами. — Тогда, может, посидим завтра где-нибудь? — Я не знаю. Если у меня получится, то с радостью, — ответила коротко, делая вид, что не заинтересована в дальнейшем общении. — Я позвоню тебе завтра, — мягко произносит он и улыбается, только уже не губами, его губы не подвижны. Это какие-то искорки в глазах и тень разочарования. — Мне пора, — девушка забрала свою руку из его ладоней и, сняв пиджак, ушла. Оставляя его одного на этом балконе, где ему, наверное, впервые отказали. А это значит, что игра началась. Теперь ей нужно сделать все, чтобы завладеть его разумом, точнее он сам захочет, чтобы она завладела им.***
Утро выдалось на удивление хорошим. Ни тебе ни криков прислуги, ни детских воплей, ничего, что могло бы помешать спокойном сну. Поднявшись с кровати, девушка подошла к окну. В детстве Дениз очень любила любоваться пейзажем из окна собственной спальни, что-то интриговало ее и завораживало в этом зрелище. Еще немного простояв у окна, она дернулась от звука старинных часов, из которых прокуковало ровно двенадцать раз. Приведя себя в порядок, Дениз уже почти закончила с макияжем, подводя правый глаз подводкой, как спокойно лежавший телефон на тумбочке зазвенел, отчего рука невольно дернулась, и за место красивой черной стрелки получился интересный зигзаг. Недовольно пробурчав, она взяла телефон. Номер был незнакомый, но немного подумав, она все же смогла представить, кто может звонить в такое время. Сейчас ее актерскому мастерству, мог позавидовать любой актер, потому что девушка, сжав зубы от злости, что ей не дали нарисовать красивую стрелку, ответила на звонок и заговорила, весьма, милейшим голосом. — Доброе утро, — сходу произнес уже знакомый мужской голос. — Доброе, — как можно приветливее, ответила она, все еще рассматривая в зеркало своей «макияж». — Как спалось? — заботливо поинтересовался Мурат. — Шикарно. Наверное, вечер, проведенный в хорошей компании сделал свое дело. — улыбнулась и будто кожей почувствовала, что его губы тоже расплываются в очаровательной улыбке. — Если ты свободна, мы могли бы сходить в театр. У меня завалялись два билетика. — Не хочу в театр… — словно маленький ребенок, пробубнела девушка, тщательно старая последствие неудавшейся стрелки. — Не любишь театры? — голос на той линии оживился. — Не то что бы не люблю театры, я просто не люблю толпу людей, которая там собирается, — Вот ей сейчас еще не хватало, чтобы кто-нибудь заметил телеведущию и стал лезть с автографами, чтобы ее план окончательно пошел ко дну. — Я бы предпочла посидеть в каком-нибудь тихом месте, где не будет вспышек фотокамер и надоедливых журналистов с диктофонами и кучей вопросов, — настойчиво заключила она. — Как скажешь, — немного задумчивым голосом начал молодой человек и тут же продолжил. — Тогда я знаю одно место, которое тебе понравится. Там точно тихо и нет никаких камер, — успокаивающе произнес он. — Заеду за тобой через час, — на этом разговор закончился и отложив телефон на коммод, она продолжила «рисовать лицо». Наконец, когда с макияжем было покончено, пришло время выбирать наряд. Вот если бы она знала, куда Господин Мурат хочет ее отвезти, было бы намного проще. — Будем надеяться, что это какой-нибудь уютный ресторанчик, где нет толпы журналистов, — задумчиво произнесла девушка доставая одну за одной вешалку с одеждой. Перевернув шкаф и чемоданы, которые еще не успела разобрать, она все-таки нашла подходящий наряд. Вполне себе подходящее для этого случая черненькое платье, на все случаи жизни, а в комплекте с ее пиджаком оно будет смотреться великолепно. Когда часы пробили ровно час дня, Дениз уже была готова спустилась вниз. Но в доме было так тихо, что даже подозрительно. Звенящая тишина отдавала в голове. «Интересно, куда это все подевались? Ну, машину отца я видела выезжающей со двора, а вот мама… Ладно, может это и к лучшему. Не будет вопросов «куда я, да с кем?», — поразмышляла она. Надев каблуки, Дениз взяла свою сумочку со столика и вышла на улицу. Машина Рустема, точнее та, которую они арендовали на время, стояла на парковке, но самого его нигде не было. Да он сегодня ей и не нужен. За эти десять — пятнадцать минут, что остались, девушке еще нужно успеть доехать до гостиницы, в которой она якобы остановилась. Она оказалась весьма везучей, потому что как только она вышла из машины и поднялась по лестнице гостиницы, подъехала машина Мурата. — Шикарно выглядишь, — оценил он, и это было приятно. — Готова к сюрпризу? — так таинственно интересуется он, пытаясь заглянуть в глаза, которые девушка успешно прячет. — Надеюсь, я не буду разочарована… — Я уверен, ты будешь в восторге от этого места, — усаживая ее на переднее сидение, проговорил Господин Мурат. Обогнув машину спереди, он сел рядом, на водительское место, и тут же они тронулись с места. Периодически во время дороги, Дениз ощущала его взгляд на себе, но старательно не подавала виду, то отвернувшись к окну, то «внимательно» следя за дорогой. За окном проносился невероятной красоты пейзаж города. Маленькие, старинные, но поющие на новый лад улочки. Главная площадь, как всегда превосходна. Фонтаны, кафешки, развлечения. Здесь прошло все ее детство. Бурса навсегда осталась в ее сердце не только за ее красоту, но и за ее какую-то таинственность. Сейчас они ехали по дороге, ведущей в небольшой парк, на окраине города. Там всегда спокойно и уютно… Еще до того, как навсегда покинуть этот город, именно этот парк был ее любимым местом отдыха, а небольшое кафе у пруда, где плавают уточки, было местом, где Дениз чувствовала себя спокойно и умиротворенно. Бешеный темп города был не для этого места. Еще немного проехав, он заехал на парковку этого парка. Дениз угадала. «Боже, сколько же я забыла, точнее, заставила себя забыть», — подумала она про себя, выходя из машины. Девушка жадно оглядывалась вокруг, боясь упустить какую-то неотъемлемую деталь этого места. — Нравится? — осторожно спросил Мурат, когда они уже спокойно шли по аллее. — А это мое любимое место, как второй дом. В этом ресторанчике, — лишь после упоминания слова «ресторан», она обратила свое внимание к молодому человеку, — я люблю отдыхать. С этим местом меня связывает очень многое из моей прошлой жизни, — как-то мечтательно протянул он, глядя на Дениз. Ресторанчик у пруда. Взглянув на это место, девушка чуть ли не заплакала. Слишком сильное это место для нее, слишком эмоциональное, слишком много прошлого она оставила здесь. В голове всплыл последний вечер в этом месте, последний ужин, хладнокровное лицо, слова, западающие в душу, раня ее до глубины. А так хотелось закричать, остановить, отмотать назад. Ну, почему? Ведь Дениз так долго и мучительно забывала все… Зачем судьба опять привела ее сюда? Столько лет девушка старательно зарывала в себе любое воспоминание об этом… запрещала вспоминать, казалось, что вычеркнула из своей жизни эти моменты, а нет… Стоило только дотронуться до старой раны, как она вновь за кровоточила. — Все хорошо? — заглянув ей в глаза, спросил Мурат и крепче сжал ее руку. Дениз прекрасно слышала его, но язык как-то заплетался, и отвечать-то было нечего, она лишь невольно посмотрела на свою руку в его руке, когда он крепче сжал ее, ей даже показалось, что рука начинает неметь. Затем девушка подняла на него свои глаза, в которых, наверное, он смог что-то прочитать. Он смотрел с какой-то отстраненностью и нежностью одновременно. Взяв его под руку, они молча пошли вовнутрь. «И внутри все так же, ничего не изменилось… Будто время повернули вспять, и я снова здесь, только уже больно, только уже знаю, что эти слова оставят глубокие раны в душе, как минимум двух людей», — подумала она и невольно поморщилась. Прошли к столику. К тому столику, за которым много лет назад сидела влюбленная пара и прощалась, как оказалось, навсегда.— Ты такая красивая, — завороженно говорил он, положив свою руку, поверх ее. Он почувствовал, как от этого прикосновения по ее телу пробежались мурашки. — Мне нужно тебе кое-что сказать… — девушка говорила решительно, не давая чувствам прорваться в ее мозг, потому что знала, что как только почувствует, сразу передумает говорить то, что задумала. Отвернувшись к окну, она все не решалась продолжить так же, как и забрать свою руку из-под его руки. А за окном весна. Все цветет, трава зеленеет, уточки плавают в пруду, строят семью, а она ее сейчас рушит… — Послушай и не перебивай, — все так же, не смотря на него, говорила молодая девушка. — Ты знаешь, что я закончила факультет журналистики в Стамбуле, — она сделала паузу, поднося к губам чашку с ароматным напитком. Отпив немного кофе, она продолжила держать чашку в руках, собираясь с мыслями. Парень смиренно ждал и, кажется, по ее тону уже понял, к чему идет разговор, он слишком хорошо знал ее, чтобы не понять столь очевидных вещей. — Эти несколько лет были мучительными для нас обоих, — парень решил заговорить, видя, как девушке тяжело продолжать. — Ты металась туда — сюда, жила на два города. Было сложно, но мы все вынесли, — какие-то искорки надежды заплескались в его карих, глубоких глазах, — Я дождался тебя и… — Я улетаю в Стамбул, — перебила она его, наконец решившись и поняв, что не может больше слышать его голос. Еще немножко и сорвется, и передумает, но нет, она уже все решила для себя… решила за них обоих. — И теперь уже навсегда. Я знаю, что ты не можешь покинуть Бурсу, твоя мама больна. И я не прошу… но я улетаю, я все решила, — выпалила, почти на одном дыхании. — Решила… — повторил он за ней, пытаясь заглянуть в ее глаза, которые она старательно отводила. Сама боялась в них заглянуть. — Пожалуйста, — ее голос сорвался на шепот, — не смотри на меня так, — посмотрев в его карие глаза, попросила девушка и уже не смогла отвести взгляда. — Я все знаю… Но от таких предложений не отказываются, понимаешь? — последнее слово она произнесла шепотом, но точно знала, что он услышал ее. Сложнее всего было убедить не мужчину напротив, а себя в том, что это верный поступок. Смотреть в ее глаза он мог бесконечно. Прекрасно понимания, что она и себя заставляет поверить в то, что так будет лучше. Заставляет и уже верит почти, и его заставляет поверить. Но он просто смотрел в ее глаза, осознавая, что это может быть последней встречей, и он больше никогда ее не увидит. — Прости и прощай, — она поднялась из-за стола, все еще с болью смотря в его глаза. Еще пару секунд, и расплачется, не сможет уйти. Подходит очень близко так, что дыхание перехватывает у обоих. Обжигает нежным поцелуем уголок его губ и уходит… А он остается, не понимая… «ведь любит» говорил он про себя, зачем уходит? Что такое могут предложить, из-за чего можно отказаться от любви? Не понимал он. Она же ушла просто, словно не прощаясь, словно ничего не щемило в груди, словно совсем не хотелось плакать, кричать от боли, которая оглушала ее изнутри… Вышла из кафе, запрещала себе оборачиваться, но не смогла. Обернулась. Последний раз посмотрела в его карие глаза. И поняла, что навсегда. Уходит навсегда. Он думал, что все будет хорошо. Кольца купил, но она не знала, а он ждал подходящего момента, который так и не наступил. Там, в кафе, он для себя решил, что больше никогда не влюбится потому, что его сердце навсегда будет принадлежать ей одной, той, которая ушла от него навсегда. Она забрала его чувства и этот взгляд, которым он больше не взглянет не на одну женщину.
За своими мыслями, Дениз и не заметила, как Мурат сделал заказ. Поблагодарив официанта, он продолжил внимательно наблюдать за дквушкой. — Если тебе не нравится, то мы можем уехать, — начал он, стараясь вывести ее из этого состояний. «Все, Дениз, ты так наглухо закрывала эти чувства, словно прятала их под замком в своем сердце. Сейчас в жизни все хорошо, а остальное не важно. Ошибки молодости не должны влиять на настоящее. Все хорошо, и нужно вернуться к «работе», — словно мысленно давая самой себе наставление, она вернулась к беседе. — Нет, все хорошо, — наконец отозвалась она, показалось, что Мурат даже облегченно вздохнул. И это заставило Дениз улыбнуться. — Просто, приехав сюда, ты изменилась. Вот я и подумал, что тебе не нравится… — как-то заботливо произнес он, посмотрев прямо в глаза, а она не смогла отвести взгляд. Что-то было в этих глазах, что заставляло ее так долго смотреть в них. В этих бездонно глубоких, карих глазах, отражалась какая-то боль, которую и невозможно рассмотреть, при бесконечных вспышках фотокамер, за очаровательной улыбкой и наглым поведением. Но здесь, когда они наедине, без камер, он настоящий. Такой, какой есть. Но в глазах четко отражается какая-то рана прошлого. — Это место когда-то очень много значило для меня, — начала девушка, беззаботно улыбаясь, но при одном упоминании о прошлом, сердце щемило от чего-то… — Я не заказал напитки, — попытался он перевести тему, — потому что не знаю, что ты пьешь… — Кофе, — переведя взгляд с его глаз на губы, ответила девушка. — С молоком, — добавила она, на что получила, как показалось, придирчивый взгляд. — С молоком? — поинтересовался парень, внимательно осматривая Дениз и следя за перемещением ее взгляда. Это заметно забавляло его. — Да, — оглядевшись вокруг, ответила она. Нагнувшись вперед, Дениз подождала, пока он выполнит тот же жест, и тогда продолжила, — Я с детства обожаю молоко, — шепотом произнесла, стараясь не смотреть ему в глаза. — Я тоже, — в тон ей произнес молодой человек и, откинувшись на спинку кресла, рассмеялся. И все же этот человек кого-то отчетливо напоминал ей, вот только она никак не могла взять в толк, кого? Идя на это дело, Дениз много чего читала о Господине Мурате, но и подумать не могла, что с ним будет так просто разговаривать. С ним было невероятно легко, будто бы знают они друг друга уже долгое время и просто давно не виделись.
