Шторм над тихим морем.

— Все… все, хватит, — отстраняясь и вытирая мокрое от слез лицо, начала Дениз, — Немножко не выдержала. Но все прошло. — Не делай так, — хватая ее за руку, сказал Мурат — Мне пора к сыну, — уверена хватаясь за ручку, чтобы открыть дверцу, ответила она. — Не делай так, будто ничего сейчас не было, — проговорил парень, одной рукой все еще держа руку девушки. — Не было, — уверенно протянула Дениз, — забудь. Забудь и уезжай. Не тревожь меня больше пожалуйста, — резко вырвала свою руку из-под его руки, — не мешай мне жить моей новой жизнь. Я столько лет строила эту крепость вокруг себя и своей семьи, не нужно все разрушать. Уходи, — сказав последнее слово почти шепотом, она открыла дверь и негромко хлопнув, стала быстро подниматься по лестнице. Молниеносно преодолев длинный коридор, она оказалась в палате. Отправив медсестру заниматься своими делами, она подошла к кроватке сына, в которой как оказалось он мирно спал, прижимая к груди любимого плюшевого зайчика, которого малышу подарили, когда ему не было и месяца. — Не расстаешься с любимым зайчиком, мой медочек, — смотря на сына, произнесла Дениз, — а мама не смогла… — слезы вновь стали стекает по ее щекам. — Я в который раз причинила боль этому человеку, — неожиданно для себя, сказала она, все еще внимательно следя за спящим ребенком, — Интересно, он когда-нибудь сможет простить меня, м? А забыть сможет, единственный мой? — размазывая слезы по щекам, говорила девушка, присев на кровать и облокотившись на детскую люльку. — Тебе, наверное, может не понравится, что мама плачет, да? А хочешь мама больше не будет плакать, драгоценность моя? Ты только пожелай, родной мой и мама все сделает, — приподнявшись, она коснулась пухлой щечки сына и улыбнулась. — Ты только поправляйся, львеночек мой.

***

— Доктор, — обратился Озан к подоспевшему мужчине в белом халате, — как там анализы? Уже готовы? — - А а, — задумчиво протянул он, — Конечно, Господин Озан, я как раз шел с ними к вашей супруге, — доставая из своей папки лист а4, ответил доктор. — Позвольте сначала я услышу результат, — настойчиво попросил Озан, отводя мужчину чуть в сторону. — Конечно, Господин Озан, — переводя взгляд с мужчины на результат анализа на гистосовместимость, проговорил он, — да, точно… В этот момент у Озана все сжалось внутри. Такой настороженно голос и взгляд доктора не на шутку его испугали. Он боялся услышать ожидаемый ответ, потому ладони невольно сжались в кулаки от напряжения. — Ваша жена может стать донором, — еще раз убедившись, с улыбкой ответил врач. — Как? — невольно выпалил мужчина, — Это точно? — Разумеется, Господин Озан. В лаборатории никак не могли ошибиться в таком вопросе, — уверенно ответил мужчина в белом халате, — если у вас больше нет вопросов, то я пойду. Меня ждут пациенты. Зайду к вам чуть позже. Доктор сложив результаты обратно в папку, направился прямо по длинному коридору. Оставляя Озана с этой информацией. — Спасибо Всевышний, — поднимая глаза к потолку и держась за сердце, тихо проговорил Озан. Он выдохнул и улыбнулся.

— Об этом никто не узнает, Господин Доктор. Никто. Никогда. Не приведи Всевышний, если я узнаю, что ты где-то открыл рот на эту тему. — Все будет именно так, Господин Озан. Мне тоже не нужны эти проблемы… — А что будет, — Озан внимательно осмотрелся в пустом коридоре и тогда продолжил, — с той женщиной? Она не поймет же? — Нет, Господин. Ей уже сказали, что ее ребенок умер при родах. Женщина сейчас ещё в шоке, но в скором времени оправится… — Меня не интересует в каком она состоянии. Главное, чтобы никто и никогда не узнал о том, что мы с вами сделали, Господин Доктор, этой ночью. Иначе будут очень большие проблемы.

Проводив доктора глазами, до первого поворота, Озан быстрым шагом направился в палату к сыну, чтобы рассказать жене хорошую новость. Дернув на себя дверь, мужчина оказался внутри, но там никого не было. Палата была пуста. Он достал из кармана пиджака телефон и быстро набрал на память номер жены. В помещении раздался звонок телефона. «Телефон забыла», — подумала про себя Озан, беря аппарат с прикроватной тумбочки. Покинув палату, он отправился на сестринский пост, дабы узнать где его сын с супругой. На посту сидела милая девушка в белом халате, улыбаясь проходящим мимо пациентам и что-то старательно вписывая в медицинские карточки. — Простите, — обратился к ней Озан, — Вы случайно не знаете, где пациент из четырнадцатой палаты? Каан Айдын, — уточнил он, внимательно следя за тем, как девушка полезла в базу пациентов. — Мы его еще не выписывали, — все еще всматриваясь в информацию, ответила она, — а. — задумчиво протянула медсестра, — я кажется видела, как они с мамой вышли на улицу. Да, точно, они покинули стены больницы, чтобы немного прогуляться, — не дослушав ее до конца, Озан пошел в сторону выхода. Немного осмотревшись на улице, он не нашел глазами сына с женой, среди гуляющих мам с детками. Но зная, как Дениз не любит находится в большом скоплении людей, он решил, что они могут гулять на заднем дворе больницы. И не ошибся. Обойдя здание, он вышел в небольшой сквер, где сразу же заметил свою супругу, играющую с маленьким Кааном. — Я уже было испугался, не застав вас в палате, — подойдя ближе, оповестил Озан о своем приходе. — Решили немного прогуляться, — беря сына на руки, девушка поднялась с корточек и повернулась лицом к мужу, — Надоел уже этот больничный запах и вид белых стен. Да и Каану это на пользу, он хоть улыбаться стал, — переводя взгляд с Озана на Каана, закончила она. — У меня для вас хорошая новость. Я разговаривал с доктором Каана, он получил результаты анализов. — Все внимание супруги тут же было приковано к нему. — И что он сказал, Озан? Говори же, — быстро протараторила Дениз, взволнованно смотря на мужчину. — Ты можешь стать донором для нашего сына, — приобнимая супругу, ответил Озан, не заставляя ее больше томиться от этого ожидания. — Хвала Всевышнему! — Целуя сына, стала говорить девушка, — Всевышний, спасибо, — крепко прижав ребенка к себе, сказала она. Нельзя было передать всю радость словами, отражающуюся в глаза девушки. Она то обнимала, то вновь начинала целовать сына, все еще благодаря небеса за такую весть. Немного придя в себя, она передала ребенка Озану и взяв со скамейки сумку, последовала за этими двумя. Преодолев коридор, они все вместе оказались в палате и только Дениз сняла с Каана куртку, как во внутрь вошел уже привычный, за такое продолжительное время, мужчина в белом халате — доктор Каана. Добившись внимания обоих супругов, он начал говорить, доставая из своей папки стопку листов. — Я уже разговаривал с вашим супругом, — начал было доктор, как его тут же перебили. — Да, — покачала головой девушка, — Озан мне уже все рассказал. Я смогу стать донором. — Да, Госпожа Дениз, — учтиво обратился он и продолжил, — операцию уже назначили на утро завтрашнего дня. Оперировать буду я лично, да и риски минимальны, поэтому с позволения Всевышнего в завтрашний обед вас уже можно будет навещать. Доктор еще минут десять пробыл в палате, проверил состояние Каана, объяснил Дениз куда ей нужно пройти на процедуры, рассказал еще раз о самой операции и ее процессе и только убедившись, что все хорошо, покинул палату. Сейчас женщина мечтала лишь об одном, чтобы поскорее наступило утро и закончился весь это кошмар. Уложив Каана на обеденный сон, Дениз присела на кровать рядом с супругом, который все это время просто молча наблюдал за всем. — Все хорошо? — проводя ладонью по его щеке, поинтересовалась девушка. — Я просто задумался, — тихо ответил Озан и улыбнулся жене, — завтра все закончится и вы скоро вернетесь домой. — Беря ее лицо в свои ладони, он нежно коснулся уголка ее губ, затем щеки, — дом пуст без твоего тепла и разбросанных игрушек Каана, словно просто стены и потолок, такие холодные и неуютные.

— Мне так пусто без тебя, — вновь услышала она на том конце телефонного провода, — этот город стал клеткой, в твое отсутствие. Сердце в груди так бешено бьется от нехватки кислорода. Словно ты забрала всю яркость дня из этого города и все звезды ночью, потому что ни днем, ни ночью мне нет покоя. Твои глаза, моя душа, только посмотрев в них, я живу. А уже так долго я не видел твоего лица. Это хуже любого наказания — быть без тебя, не касаться тебя, не вдыхать аромат твоих волос. — Демир, и я тоже очень-очень скучаю. Правда, такими словами, ты еще больше мучаешь меня. Мне тоже тяжело быть вдали от тебя. Но осталось совсем чуть-чуть. Эти дни скоро закончатся, через пару недель выпускной, я заберу диплом и приеду в Бурсу. И я обещаю, мы больше никогда не расстанемся так надолго. Никогда.

— Но мы скоро вернемся. Скоро все будет так, как прежде. Помнишь, ты просил, чтобы мы куда-то отдалились все вместе. Только ты, я и Каан, уедем отсюда, отдохнем, вдохнем морского воздуха, уверенна Каану будет полезно. Пожалуйста уедем, да? — кладя свою голову на плечо супруга, ответила Дениз и по ее лицу вновь скатились слезинки, но она быстро вытерла их и попыталась улыбнуться.

***

Утром Дениз прошла все нужные процедуры, заглянула к врачу за дальнейшими рекомендациями, а затем решила немного прогуляться на свежем воздухе, чтобы собраться с мыслями. Выйдя на улицу, она была ослеплена ярким солнцем, которое светило прямо в глаза, сморщившись, девушка быстро преодолела ступеньки и обогнув здание, оказалась в небольшом скверике больницы. Аллеи переплетались между собой. Деревья были все также голы и слегка покрыты инеем. Асфальт был мокрым, скорей всего ночью моросил дождь или же снег безуспешно пытался слегка припорошить местность. «Сегодня все закончится», — думала про себя Дениз, шагая по дорожке. — «Этот страшный сон, наконец-то, прекратится». Пробыв на улице не более десяти минут, она быстрым шагом вернулась в больницу, так как по времени, их с Кааном должны уже скоро забрать в операционный блок. Распахнув двери палаты, она замерла как вкопанная на пороге. — Ты? — возмущенно произнесла Дениз, — Что ты здесь делаешь? Мужчина сидел на кровати, внимательно смотря на Каана, который находился в своей кроватке, то и дело тряся перед ним погремушкой. Он был настолько увлечен этим занимательным процессом, что даже не заметил как дверь палаты распахнулась. — Уходи, — подходя к кроватке и забирая оттуда ребенка, сказала девушка, смотрящему на нее мужчине. — Ты же обещал, что уедешь, Мурат… — сквозь зубы произнесла она, целуя сына в макушку. — Замечательный ребенок, — поднимаясь со своего места и переводя взгляд с женщины на ребенка, сказал он. — Я знаю, — прижимая ребенка к своей груди, ответила Дениз, — почему ты здесь? — - Почему ты задаешь вопрос, ответ на который, тебе не понравится? — подходя ближе к окну, произнес Мурат и отвернулся, разглядывая вид из этого самого окна. Дениз лишь громко выдохнула и посадив ребенка в детскую кроватку, дала ему в руки ту самую погремушку, которой перед ним тряс Мурат. Девушка убрала волосы со своего лица и молча подошла к окну. Они вместе около двух минут, просто смотрели в одну точку, не проронив ни слова. — Как ты смогла? — все также смотря в окно, негромко задал он свой вопрос. — Я даже уехать не могу в город, где нет тебя, — развернувшись всем телом к ней, все так же тихо произнес мужчина. — Как смогу жить вдали от тебя, когда спустя столько лет смог вновь коснуться твоего лица? — Пожалуйста, — разворачиваясь к нему лицом, тихо проговорила Дениз, — не заставляй меня опять все это переживать. Это было нелегко. Я каждый день, каждую минуту училась забывать, каждое утро закрывала эту дверь в своем сердце, но каждую ночь мое сердце словно приобретало крылья и хотело лететь к тебе. — Смотря ему прямо в глаза, говорила девушка, — и когда я думала, что эта рана зажила, покрылась корочкой, что все в моей жизни начинает налаживаться, Всевышний вновь посылает тебя мне. Что мне с ним делать сейчас? — тыча пальцем себе в области сердца, продолжала она, — спустя столько лет, оно вновь забилось в этой клетке, опять пытается выпустить крылья и лететь к тебе. Слыша твой голос, ощущая твое присутствие оно кричит о помощи, разрываясь на мелкие кусочки, когда я ухожу. — Беря его руку в свою, она приложила ее к своей груди. — Чувствуешь как бешено оно бьется рядом с тобой? А потом я еще очень долго не могу его успокоить. Мне тяжело, понимаешь? — Опуская его руку, она тыльной стороной ладони провела по его щеке, — тяжело каждый раз заставлять его молчать. Прошу тебя, — вставая на носочки и слегка касаясь губами его губ, сквозь зубы произносит Дениз, — если ты любишь меня, уезжай. Не разрушай все, что я так долго строила. Уезжай. Прошу тебя, — слившись с ним в поцелуе, казалось, что она сейчас забыла обо всем на свете. Девушка обеими руками обхватила его лицо, нежно касаясь его губ. От этих прикосновений мурашки бежали по коже. Хотелось еще и еще, словно наркотик. Она говорила одно, но тело словно сошло с ума и больше ее не слушалось. Мурат взял ее лицо в свои ладони, немного отстранившись, он заглянул в ее глаза и вновь мягко коснулся ее губ своими. Она прекрасно понимала, что нужно остановиться и прекратить все, но ничего сделать не могла. — Уходи, прошу тебя, уходи, — сквозь зубы говорила девушка, не в силах даже сделать шаг назад, — оставь меня. Не заставляй меня заново собирать себя по осколкам, не бросай меня вновь в этот огонь. Я больше не смогу, — все же чуть отстранившись, заговорила девушка, но все еще не в силах вырвать свою руку из его рук.