Малыш

      В не очень большой, но достаточно просторной комнате собралось слишком много людей. По крайне мере, так казалось Гарри. Руку своего опекуна он с каждой секундой старался сжать все сильней, с каждым новым вошедшим магом, все ближе прижимаясь к его боку.       - Все будет, хорошо, малыш. Не волнуйся, - шёпотом произнёс Люциус, стараясь его успокоить.       - Гракх приветствует всех. Кто предполагаемые родственники? - гоблин обозначил себя, едва войдя в помещение.       - Мальчик, а его потенциального крестного скоро приведут, - пояснил кто-то из кучи незнакомых магов.       Гоблин деловито осмотрел присутствующих, едва заметно кивнул Малфою и подмигнул Гарри. Под конвоем из пяти авроров ввели Блэка. На нем были чёрные брюки и рубашка, явно не его, но вполне приличные. В чёрных кудрях виднелись седые нити, а кожа была почти серой, что говорило о том, где он провел последние годы. Гарри уже знал, что с профессором Снейпом у них разница в несколько месяцев, ведь они вместе выпускались, но этот мужчина казался старше его раза в два.       - Итак, начнём, - произнёс один из незнакомцев. - Освидетельствование магических связей между Сириусом Орионом Блэком и Гарри Джеймсом Поттером, для принятия решения о возможности пересмотра дела заключённого, Сируса Ориона Блэка. Освидетельствование проведет господин Гракх. Свидетелями выступят... - незнакомец стал по порядку зачитывать имена всех присутствующих. Последним он назвал Люциуса не забыв уточнить, что тот является опекуном Гарри, а затем предложил гоблину приступать.       - Не бойтесь, мистер Поттер. Я вас не съем, - заверил гоблин, жестом показывая, что Гарри нужно подойти намного ближе к Блэку. С Сируса уже снимали кандалы, так как в них процедуру проводить было нельзя.       Заключённый не сводил с Гарри глаз, что очень пугало мальчика. Казалось, что он сейчас просто схватит его и исчезнет вместе с Гарри. Аппарирует его за тридевять земель, и Гарри больше никогда не увидит родных и друзей.       Ритуальным ножом гоблин полоснул ладонь Блэка и начал очень ритмично читать слова ритуала на непонятном всем присутствующим языке. Под струйкой крови материализовался пергамент, а Гракх взял руку Гарри, вынуждая подойти ещё ближе, и осторожно нарезал кожу ладони. Кровь закапала на лист пергамента, смешиваясь с кровью мужчины, и Гарри всем своим существом стал ощущать магию, которую творил гоблин. Она была густая и пряная... "Как полынь..." - промелькнула мысль у Поттера. Ещё мгновенье и магия рассеялась. Обернувшись к Люциусу, мальчик понял, что тот ничего такого не чувствовал. С молчаливого позволения гоблина Гарри в один миг вернулся к опекуну.       - Сириус Орион Блэк, нареченный крестным отцом Гарри Джеймсу Поттеру является признанный Магией Стражем дитя до самого совершеннолетия последнего, смерти одного из двух или отречением его Магией самого дитя, - объявил результат гоблин, и пергамент вспыхнул ярким белоснежный пламенем, подтверждая, что узы нерушимы и действуют по сей день.       Блэку даже никто не вернул его оковы, но тот и без них не собирался никуда сбегать. Он уже полтора месяца имел возможность общаться с адвокатами, врачами, дознавателями и многими другими желающим с ним побеседовать. Ему даже разрешили встретиться с кузиной, которая и подала прошение на пересмотр. Не без помощи Малфоя. И Сириус это знал. Он, хоть и не сводил глаз с крестника, но все равно подмечал, все вокруг. Особенно то, как доверчиво Гарри жмётся к блондину, и то, как Малфой по-отечески обнимает мальчика, занимая самую наивыгоднейшую для отступления позицию, и цепким взглядом следит за теми, кто из присутствующих может быть наиболее опасен.       Первыми комнату позволили покинуть Люциусу и Гарри. Затворив за собой дверь Малфой повёл ребёнка в свой кабинет. Только там, запечатав дверь и набросив на комнату полдюжины защитных чар и чар конфиденциальности, позволил себе эмоции. Он порывисто обнял Гарри, прижимая его к своей груди так крепко, что мальчик едва мог дышать.       - Я ведь обещал, что все будет хорошо, - наконец сказал он, целуя мальчика в макушку, и, отстранившись спросил: - Как твой порез? Дай взглянуть.       Гарри и сам очень удивился увидев, что никакого пореза нет. Люциус громко чмокнул Гарри в ладошку и вновь обнял.       - Ты знаешь что это значит?       - Что я полностью в порядке?       - Зайдём ещё к Сметвику сегодня, - почти протараторил Малфой. Гарри только согласно кивнул и обнял мага.       Дверь едва не слетела с петель, впуская в кабинет гоблина, а затем осторожно закрылась, и на ней засветились руны, которых там никогда не было. В мгновение ока убедившись, что никого больше в кабинете нет гоблин рычаще заорал.       - Лорд Малфой, вы идиот, раз не могли потерпеть пару недель! Да Моргана с ними! Могли хоть меня в известность поставить! Вам несказанно повезло, что никакое волшебство и зелья с ним же не способны влиять разум гоблинов!       - Ч-что, произошло? - только и мог молвить ничего непонимающий маг.       - Что произошло? - казалось громче гоблин кричать не мог, но он повторил свой вопрос ещё громче: - ЧТО ПРОИЗОШЛО?! Это вы меня спрашиваете?       Люциус прижимал свои ладони к ушам, отчаянно цепляющегося за него, ребёнка. Ругательства, которыми сыпал принц гоблинов были неприемлимы для того, что бы их произносил при ребенке. Хорошо хоть тон Гелион значительно понизил. Вволю выругавшись, гоблин смог-таки продолжить, изумляясь тому, как непонимающе смотрит на него маг.       - Вы сейчас серьёзно? Мне пришлось врать в комнате истины! Вот, что произошло!       - Погодите, вы выдали ложное освидетельствование?       - Нет! Этого я бы не допустил. То есть вы действительно не понимаете, что не так?! - толи переспросил, толи утвердил для самого себя, гоблин.       - Ваше высочество...       - Я просил! Я едва ли смог прочесть имя вашего... Поздравляю! Сына.       - Что? Магия слишком активно кружится в имени и я едва сумел прочесть так, как нужно. Гарри, - гоблин, наконец, обратил внимание на испуганно го ребёнка. - Я прошу прощения за своё излишне эмоциональное поведение. Я вижу, что напугал вас. Я виноват.       Гоблин чуть склонил голову в знак того что он раскаивается. Все что сумел сделать Гарри - повернуть голову к зеленошкурому гоблину и кивнуть.       - Советую срочно представить вашего новоиспеченного сына родовому камню, пока Магия на вас не обиделась, лорд Малфой.       - Но как?       - Вы провели сложнейший ритуал магического усыновления и теперь спрашиваете, как? Может вы думали, что он не сработает?       - Я ничего не проводил. Это...       - Только не говорите мне, что... - гоблин схватился за голову и ещё раз очень неприлично выругался. - Гарри, как самое разумное существо в этой комнате, скажи, что-нибудь необычное происходило с тобой в последние дни? Может магический выброс...       - Нет, но... Постойте. Было. После тренировки, во вторник. Когда мы говорили... А потом, как будто что-то окутало, когда...       - Похоже, у Гарри был стихийный выброс, - резюмировал Люциус, вспоминая сожаление Гарри о том, что он не его отец, и свое заверение, что он сам считает Гарри сыном.       - Перед этим речь шла об отцах и детях, я полагаю? - спросил гоблин, и получил в ответ два утвердительных кивка. - Поздравляю. Вы совершенно осознанно высказали свое желание, а магия его закрепила. Будьте осторожней с желаниями, Гарри. Я буду ждать вас в банке через пару недель после того, как представите ребёнка роду.       С этими словами гоблин ушёл, а новоиспеченные отец и сын, ещё долго не могли прийти в себя.       - Это вот он сейчас серьёзно? - Неуверенно, спросил Гарри. Люциус лишь кивнул, обнимая сына.       - Нам нужно домой, малыш, - сказал Малфой спустя несколько минут, но настойчивый стук в дверь говорил о том, что придётся задержаться. - Входите.       - Люциус, я пришла поблагодарить тебя. А ещё, - Андромеда впервые после вестей о младшей сестре изучала эмоции. - Это просто наглость, ведь я сама почти оккупировала твой дом.       - Сириуса отпустили. С неснимаемым браслетом блокирующим магию. Но до суда он свободен.       - Я попрошу подготовить ему комнату, мисс Блэк. У вас что-то ещё?       - Я уточню, что вы в своём праве, и никоим образом не настаиваю, но он просил о встрече с Гарри.       - Гарри, если ты не хочешь...       - Я хочу.       Люциус уточнил, когда прибудут Блэки и отправился к каминам. В мэноре при виде хозяина и мальчика эльфы склоняли головы и улыбались до ушей. "Если бы заглянули домой, то не пришлось бы выглядеть новорождённым книзлом перед принцем гоблинов" - подумалось Малфою-старшему. Он вёл мальчика вглубь здания, постепенно спускаясь в подземелья мэнора.       - Эти подземелья не такие большие, как в Хогвартсе, но они слишком запутаны. Будь здесь осторожен.       - Да, папа, - покладисто ответил Гарри. Такое обращение согрело душу взрослого мага. Он широко улыбнулся и вспомнил о проклятье своего рода. "Ага, вот вам и не более одного ребёнка! У меня два замечательных сына, а будут, благослови нас Магия, ещё! "       - Гарри, добро пожаловать в сердце рода Малфой, - без всякой помпезности произнёс Люциус и толкнул дубовую дверь. Каменный алтарь и ярко горящий ровным голубым светом камень, говорили о том что магия рода жаждет поприветствовать нового члена семьи. - Гарри, сейчас я должен представить тебя дому, тебе нужно будет поделиться с ним парой капель крови и чуточкой магии. Ты справишься?       - Да.       - И ещё, сейчас у тебя есть возможность изменить имя.       - Но я не хочу менять свое имя. Мне и это нравится.       - Тогда как на счёт: Гарольд Джеймс Поттер-Малфой?       - Гарольд... - медленно повторил мальчик. - Мне нравится.

***

      После небольшого обряда принятия родом Гарри немного устал и очень сильно хотел есть. Домовики сообщили о том, что обед будет готов через полчаса. Дикси, которую Малфой попросил принести для Гарри пирожное, пытался возразить, что сладкое перед обедом молодому хозяину испортит аппетит, но хозяин был непреклонен.       Люциус специально выбрал гостиную подальше от транспортного камина, что бы можно было спокойно поговорить с сыном. Домовик доложил о госте, которого проводили в гостевое крыло, и о том, что обед уже готов.       - Гарри, что думаешь? Готов встретиться с крестным?       - Я думаю, что никогда не буду готов, поэтому лучше сейчас. Нам ведь не нужно всех ставить в известность, что ты теперь мой отец?       - Я считаю что многим это знать не обязательно. Твои родственники, теперь они ещё и мои, Северус и Драко. Если хочешь, можем сказать твоему крестному.       - Не сейчас.       Люциус и Гарри дождались, когда Блэк спустится к столу. Андромеда уже была там. Она немного поговорила с Малфоем, обсуждая их дальнейшие действия и поблагодарила лорда за гостеприимство.       - Лорд Малфой, благодарю за гостеприимство и содействие в моем освобождении. Моя кузина мне все рассказала, поэтому я знаю, что именно вы сделали и для меня и для моего крестника.       - Вы можете оставаться здесь столько сколько потребуется.       - Благодарю. Гарри, - бывший заключённый обратился к мальчику. - Я знаю, ты не помнишь меня. Я... - Блэк присел, что бы быть на одном уровне с крестником, а потом и вовсе опустился на одно колено. - Я даже не знаю, как говорить с тобой, ведь я виноват перед тобой и твоими родителями, сильнее, чем кто-либо. Я лишь могу тешить себя надеждой, что когда-нибудь мы сможем хоть изредка общаться.       Мальчик не знал, что сказать. Он был полностью растерян, ведь виновным он Сириуса не считал, учитывая, что узнал о его существовании уже предполагая, что тот невиновен. После долгой паузы, понимая, что молчание стало совсем напряжённым, а Люциус вмешиваться не собирался, Гарри протянул Сириус руку. Улыбка расползлась по лицу мага, осторожно пожавшего протянутую ладошку, а глаза светились безграничны счастьем и надеждой. И страхом потерять это зыбкое доверие крестника.       - Пойдёмте обедать.