За звезду - полжизни

      Софи не могла остановить поток слез. Раз за разом она прокручивала в голове все события, которые произошли в Ванкувере, вспоминая, как больно ей было. И морально, и физически. Отец будто в один момент превратился в тирана, который думал только о своей выгоде. Он стал извергом, который был готов продать свою дочь как можно дороже. Крент было противно от этой всей ситуации, она была ненавистна самой себе. И зачем только бросила Артема? Ведь он так сильно любил ее, был готов свернуть горы, лишь бы она улыбнулась.       — Может расскажешь, что стряслось, — поставила чашку мятного чая Вета.       — Паша и отец. Папа решил выдать меня за него замуж. Он закрыл меня с ним в одном доме, а тот меня домогался. Они решили, что так будет выгодно для их бизнеса. Только меня об этом не спросили. А я украла деньги и сбежала, пока этот придурок спал. Сразу же как прилетела, побежала к тебе, только боюсь, что меня будут искать, — всхлипывая, говорила девушка.       — Вот так дела. Не стоило тебе уезжать, — прикусила губу Вербер.       — Я знаю, — выдохнула Крент. — Что мне делать, Вет?       — Артем. Я через пару дней улетаю в Москву, встреча со сборной, плановый осмотр и тренировка. Полетишь со мной, а там будешь с Темой, он точно сможет тебя защитить, — сделала глоток чая русая. — Черт, горячо.       — Он же ненавидит меня.       — Ошибаешься. Он все так же любит тебя, — улыбнулась голубоглазая, доставая из кармана телефон.       мелкая: дело на миллион       тигруля: да?       мелкая: Софи вернулась       тигруля: что?       мелкая: морали потом вместе читать будем, успокойся. Ей очень плохо       тигруля: она же не думала, как плохо было мне       мелкая: ее пытались выдать замуж за того парня, который дал ей денег на аборт, их заперли в одном доме, он ее домогался, она сбежала, теперь, возможно, ее будут искать. Еще вопросы есть?       тигруля: ни одного. Когда в Москву?       мелкая: мы с Федей планировали послезавтра, Софи летит со мной, а там ты будешь с ней, ты сможешь ее защитить       тигруля: я готов убить за нее.       мелкая: я знаю, Тем, я знаю       тигруля: как думаешь, у нас все получится?       мелкая: получится       Девушки совершенно не замечали, насколько быстро бежит время за разговорами. За окном уже стемнело, а Смолова все еще не было. У Веты было плохое предчувствие, будто с ним что-то случилось, что-то не очень хорошее.       — Что-то Феди нет, — прикусила губу Лана.       — Вы начали жить вместе? — удивилась Крент.       — Решила попробовать, — пожала плечами Вербер. — Так, надо позвонить ему, — произнесла девушка, набирая номер. — Федь, ты где?       — Малышка, я тут в небольшой аварии, позже позвоню, — Вета слышала на заднем фоне крики.       — Аварии? — взволнованно произнесла она, но слышала лишь гудки в ответ. — Софи, ложись спать, тебе нужен отдых, — она обняла подругу. — Не сможешь уснуть — там на столе снотворное легкое, все будет окей. Люблю, сладких снов.       — Сладких снов.       Часы показывали два часа ночи, а Вета не могла уснуть, она не могла найти себе место, думая о том, что с Федей. Жив ли он, в больнице? Что за авария? Почему он не рассказал абсолютно ничего. Внутри скребли кошки. Ей было настолько тяжело, что она готова была выть от боли. Слезы сами наворачивались на глаза, а в голове были представлены самые ужасные исходы событий, которые только могут произойти. Ей было страшно… Где он сейчас? Почему даже не звонит? Дверь легонько хлопнула, она слышала, как кто-то пытался бесшумно зайти в квартиру.       — Федя, — она подбежала и обняла парня. — Ты в порядке? Я так переживала, — осматривала лицо футболиста, которое было в ссадинах.       — Хей, тише, малышка, я жив, все хорошо, — улыбнулся Смолов.       — Когда ты сказал про аварию, я чуть не умерла от страха.       — Ты так сильно за меня переживала? — спросил Федя.       — Конечно, — прикусила губу Лана.       — Моя же ты крошка. Почему не спишь? — заботливо погладил ее по щеке футболист.       — Волновалась.       — Я все лишь врезался в забор, все хорошо. Я, кстати, перехожу в «Локомотив».       — Я рада за тебя, — обняла парня голубоглазая. — У нас Софи.       — Она вернулась? — хмурился Смолов, идя на кухню.       — Да, там очень долгая история, потом расскажу. Не бери в голову, — она обняла его со спины. — Знаешь, мне снился такой милый сон.       — Расскажешь? — улыбнулся Федя, делая чай.       — Мне приснилось, будто у нас загородный дом. Мы уже поженились и у нас двое детей, мальчик и девочка, близнецы. Мы были так счастливы, — мечтательно произнесла Вербер.       — Малышка, — он невесомо поцеловал ее в щеку, — ты же понимаешь, что мы еще слишком молоды. Я не хочу тебя с кем-то делить, пока. Может позже я буду готов, но пока нет. Пойдем спать, — он взял ее за руку и вел в сторону спальни.       — Там Софи, сегодня наш диван, — пожала плечами девушка.       — Ладно, — он лег, укрываясь пледом. — Иди сюда, мне обнимать некого.       В его руках ей было комфортно, тепло, но чего-то не хватало. Федя был надежным, но в голове друг за другом всплывали моменты с Акинфеевым. Он был более взрослым и серьезным, более решительным. Она уже пару недель серьезно задумывается о детях и семье, понимая, что готова. Но Смолов. В этом плане девушка понимала его, но ей было неловко.       Акинфеев: Не спишь?       Света: чем еще я могу заниматься в два часа ночи?       Вербер усмехнулась собственным мыслям. Он раз за разом появлялся в ее жизни, когда был нужен ей. Совпадение ли это?       Света: шутка, расслабься, я просто лежу и думаю       Акинфеев: о чем думаешь?       Света: о семье и двух детях       Акинфеев: решили со Смоловым создать семью?       Света: нет, Федя не готов, я просто думаю об этом       Она уже давно разучилась ему врать. Просто не могла. Даже в обычных сообщениях.       Акинфеев: а я готов       Света: а ты женат       Акинфеев: видела, мы пестрили на заголовках газет?       Света: да?       Акинфеев: Катя даже ревновала       Света: буду считать это трофеем. Сладких снов       Акинфеев: до встречи на тренировке, Вета.       Девушка улыбнулась экрану и, отложив телефон на тумбу, уткнулась Смолову в плечо, нежно обнимая его. Федя же закипал от злости. Он не хотел видеть это, но подсмотрел их переписку, понимая, что ревность его съедала. Она снова и снова вспоминала о нем, будто он всегда будет в и жизни.       Вербер все утро собирала вещи в чемодан. Постоянные перелеты чаровали ее. Она готова была жить в таком ритме, готова была продать душу, чтобы это не заканчивалось.       — Сделаешь мне кофе? — поцеловал ее в макушку Федя.       — Конечно, — улыбнулась девушка, отложив бумаги. — С молоком?       — Да нет, — он проследил, чтобы Вербер вышла, перевел взгляд на кровать, где лежала бумаги. Рассматривая их, парень заметил письмо. — Что это? — почерк был невероятно знаком, Смолов начал читать его. — Я всегда готов тебя ждать, всегда готов принять. Потому что, кажется, ты моя единственная любовь. Пожалуйста, проживи жизнь за нас двоих. Будь счастлива, ведь ты так прекрасна. Я люблю тебя, солнышко, знай это. Вечно твой, Игорь, — он закончил его читать, не понимая, почему Лана его хранит. — Когда оно было написано? Черт, — Смолов схватился за голову, вспоминая, как она пропала на приеме президента. — Все сходится.

***

      Москва встречала ребят теплой, но дождливой погодой. Вета невольно вспомнила свою первую поездку в столицу, когда ей предстояло только начинать свою карьеру врача. Она так волновалась, что ее не примут, но теперь девушка стала полноценной частью этого огромного коллектива.       База еще больше напомнила о том первом дне. Парни уже начали разминаться, а Вета искала глазами Тему, сжимая руку Крент.       — Артем, — крикнула она, подзывая к себе друга.       В этот момент сердце Сони упало в пятки. Она почувствовала, как страх накатывает с каждой минутой новой волной. Ей хотелось провалиться сквозь землю, ей так стыдно было перед Дзюбой, ведь темноволосая бросила его, совершенно не думая, чсто может причинить боль.       — Привет, — тихо произнесла Крент, когда Артем подошел.       — С тобой все хорошо, — выдохнул парень и обнял ее. — Я так скучал.       — Прости меня, я так накосячила. Я не хотела тебя бросать, честно. Ты нужен мне, — вытирала слезы Соня.       — Просто помолчи, — усмехнулся он и поцеловал ее. — Я все так же люблю тебя.       — Не буду ваш мешать, — улыбнулась Вербер и подошла к Акинфееву. — Разминаешься?       — Как видишь, — он подмигнул ее, отбивая в очередной раз мяч.       Вета даже не думала о том, сколько здесь стоит. Она просто наблюдала за игрой профессионала, изредка здоровалась с проходящими футболистами. Но стоило ей отвлечься на пару минут, как она услышала крик.       — Что случилось? — подбежала она к вратарю.       — Я, кажется, ногу потянул, — корчился от боли Игорь.       — Здесь больно? — голубоглазая аккуратно трогала его ногу. — Черт, — выругалась она. — Опирайся на меня, так и дойдем до моего кабинета.       Вербер еле совладала с эмоциями, понимая, как сейчас плохо Акинфееву. Она чувствовала, что все те чувства, которые так долго прятала внутри, снова возрождаются. И это не особо нравилось ей, но сейчас главной целью было помочь вратарю.       Федя наблюдал, как его девушка заботливо придерживала Игоря, переживала за него. Внутри него бушевал вулкан ревности. Он в который раз понимал, что их отношения начинают идти в никуда.       — Спасибо тебе огромное, — Акинфеев посмотрел в ее небесно-голубые глаза.       — Я просто выполняю свою работу, — улыбнулась девушка, убирая лекарства в шкафчик.       — Ты просто снова влюбляешь меня в себя, — тихо произнес он.       — Игорь, — вздохнула она.       — Я знаю, ты с Федей. Но я готов ждать, — усмехнулся вратарь и, хромая, вышел из кабинета.       Она снова сделала ошибку, возрождая чувства к нему, но противиться этому просто не было сил. Он засел в ее сердце прочно, явно не собираясь оттуда уходить. Таких чувств Вета не испытывала никогда прежде, но что-то все же не давало ей стопроцентно подчиниться сердцу. Разум брал верх над эмоциями, чувствами. Именно так она привыкла жить. Привыкла не давать волю необоснованным решениям. Она миллион раз обдумывала то, что собиралась сделать, и считала это правильным. Я все еще люблю, люблю как в первый раз, и за любовь твою, я отдала бы все на свете, милый мой, я с тобой, каждый миг на земле ведет к тебе.       тигруля: Софи со мной, у нас все хорошо       мелкая: я так рада за вас, молодцы       тигруля: я только сейчас понял, насколько она дорога мне, как мне ее не хватало       мелкая: ты тоже ей очень дорог, поверь мне       тигруля: я безумно люблю ее       мелкая: ей об этом и скажи. Целую, люблю       тигруля: целую, люблю       Гостиничные номера уже давно стали для нее особенным местом. Вербер будто была на свободе здесь, она не была загнана в какие-то рамки. Федя с самого прихода был невероятно холоден к ней, чем пугал девушку.       — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Вета.       — Я должен отпустить тебя, — спокойно ответил Смолов.       — Что? Федь, что за глупости ты говоришь? Ты же любишь меня, — была готова расплакаться Лана.       — Тебе будет лучше с ним. С Игорем. Он более надежный, сильный. Я же вижу, что ты любишь его, малышка. Ты и меня любишь, но не так. Мне тяжело, но так надо. Я должен отпустить тебя. Я не хочу держать тебя в оковах, зная, что тебе нужен он. Разрушьте уже все эти границы и будьте вместе. Я видел его письмо, я видел эти переписки. А еще твою заботу. Перестань отрицать саму себя, будь с ним, — улыбнулся футболист.       — Федя, — уже рыдала голубоглазая, — я правда люблю тебя, но чувства к Игорю. Он так засел в моем сердце. Пожалуйста, не оставляй меня.       — Кто тебе сказал, что я брошу тебя, глупенькая? — он обнял ее. — Я всегда буду рядом, только как друг.       — Федя, — не могла перестать плакать Вербер. — какая же я дура.