Hug Me

Спокойствие несомненно не приходит. Чимин не находит места, думая о нахлынувшем пожаре, съедающий всего его вместе с кожей. С Юнги они переписываются буквально несколькими словами, в большей степени об учебе; выпускной в их разговорах упоминается мельком, а уж произошедшее в парке тем более. Он очень часто наблюдает за радостной Джиён, как она переписывается с кем — то сияя от счастья. А он понимает, что причина этой живости (скорее всего) переписка с Юнги. От этого сердце Чимина невыносимо щемит, хотя он и навязывает себе чувство счастья за эту пару. Но получается ужасно. Дни на календаре сменяют друг друга, но их статус в facebook — e никак не меняется. Случайные встречи в школьных коридорах только щекочут сердце Чимина, но все равно оно покрывается коркой льда. Особенно ему сложно было пережить момент, когда сестра Чимина и Юнги объявили о своих отношениях. В конце учебного года Чимин видит Юнги часто, прямо как в старые добрые времена. Но это не вызывает радости, ведь теперь Юнги приходит к Джиён. В собственном доме не скрыться, запах этого паршивца, забравшегося в самую глубь сердца Чимина, отпечатался на стенах. Какое — то время он встречает Юнги с теплой улыбкой, когда тот стучит в их дверь. Правда все больше безразличность Мина иссушает и Чимин перестает встречать уже бывшего друга. Осознание всего не приходит даже на выпускном, когда Юнги под руку заходит в зал с Джиён. Чимин в ступоре. Он сотню раз видел их вместе — в школьных коридорах, в собственном доме, случайно на улицах. Сейчас все по-другому. Оцепенение поражает все нервные окончания. В костюме с черной рубашкой, крашенными волосами в белый цвет, Юнги сходит со страницы одного из люксовых журналов. Неужели только у Чимина перехватывает дыхание от этой неотразимой картины? Грудная клетка предательски отзывается болью, словно ребра продавливают все на своем пути, чтобы побыстрее покончить с барахлящим сердцем. Чимин старается явно не смотреть на пару, но в толпе они подсвечиваются, словно на них направлен прожектор. Восхищение выбирается с прибрежными волнами, отпечатываясь на сыром песке. Он находит момент, когда Джиён отходит от Юнги. Три коротких выдоха и Чимин решается подойти к нему. Сейчас эта теннисная партия, в которой он мяч, а Юнги ракета. И только одному Богу известно, как себя сейчас поведет Юнги. — Можно с тобой сфотографироваться? — спрашивает Чимин поравнявшись с парнем. В его руках бокал с игристым, а улыбка даже при приближении бывшего друга не меркнет. Малая порция алкоголя явно стирает между ними границы. — Конечно, — охотно соглашается Юнги, пододвигаясь к нему. Их лица слишком близко, что Чимин чувствует аромат шампуня друга, такой же как в детстве. Чимин включает камеру на телефоне, отодвигая руку на нужное расстояние, чтобы они оба запечатлелись на снимке. Несколько нажатий на кнопку, и в телефоне Чимина сохраняется он с Юнги. Он оглядывается на него с сиянием в глазах, и невыносимой и разрывающейся надеждой. И этот проклятый аромат, уносящий его в детство, когда Юнги утверждал, что кожа Чимина пламя. Все это кануло огромным камнем, напоминающий жемчуг, на самое дно моря; и только им вместе подвластно поднять его. — Благодарю, — Чимин отворачивается, убирая телефон в карман пиджака. — Потрясающего вечера, — похлопав Юнги по плечу, он разворачивается и удаляется с этого вечера, волоча за собой гниющий кусок плоти, зовущийся сердцем. Слезы сами собой начинают проливаться из глаз. Шум музыки постепенно начинает угасать. Меркнут все мысли перед этим неповторимым ангелом. Чимин прикрывает глаза, смахивает слезы. Образ целующихся вновь застает его, только теперь он на месте Джиён. Чимин проводит губами по щекам Юнги, обжигая кожу. Он пальцами касается скул, словно по скалам прибрежных берегов. Сильный ветер захватывает его дух. Неспособный пережить видение, Чимин открывает глаза, ножом перерезая волнующие образы.