Это катастрофа

POV Адам Томми почти наизусть цитирует мне реферат, который я сам же ночью и написал. Я не могу оторвать глаз от его губ, которые шевелятся, произнося то, или иное слово. Мне незачем слушать его. Зачем? Ведь это мои слова, а не его. Подумать только: вместо того, чтобы всю ночь напролет придаваться страсти, я трахался с жалким ноутбуком! Причем страсть моя была сугубо односторонней направленности. Вот кто меня за язык тянул вчера? Зачем я дал Томми писать эту чертову работу? Что я хотел этим сказать? Может, то, что я не выделяю его среди всех студентов? Может, я просто боюсь, что кто-то сможет узнать о нас? На второй вопрос я могу дать ответ сразу – нет. Тогда? - Мистер Ламберт? – в аудиторию просунулась светловолосая голова Каупервуда. – Можно вас на минутку? Делаю знак рукой Томми, чтобы он продолжал, встаю с насиженного места и выхожу в коридор. - Я вас слушаю, - киваю подростку, который небрежно облокотился на перила. - Мистер Ламберт, - он чуть покраснел, выдавая свое волнение, - могу я вас попросить о небольшой просьбе? Просьбе? Задумчиво прикусываю губу, обдумывая ответ. - Я хочу, чтобы вы стали моим научным руководителем, - выпаливает на одном дыхании Каупервуд. Интересно, как его зовут, а то я как-то упустил это из виду. - Руководителем? - Да, я пишу работу по литературе, и мне нужен кто-нибудь, кто смог бы стать моим… - Я понял, спасибо, - останавливаю того на полуслове. Черт! Мне как-то не особо хочется, если честно. – А почему именно я? Я совсем недавно работаю здесь и, возможно, в недалеком будущем перейду на другую работу. Если хотите, я мог бы поговорить с более опытными преподавателями, которые могут быть намного более полезными для вас. - Нет, - парень так усиленно замотал головой, что я даже удивился тому, как это она не отвалилась в процессе, - в том то все и дело, что мне нужен более молодой… Простите, я хотел сказать, что нуждаюсь в ком-то, кто сможет оценить мою работу более свежим взглядом. - Давайте сделаем так, - я прикусил кончик языка, - я подумаю до следующего занятия, а потом вам отвечу. Мне еще надо будет разобраться с кое-чем, так что у вас будет время на обдумывание темы. Мои губы самопроизвольно растягиваются в улыбке, и я, не дожидаясь ответа, захожу обратно в класс, в котором царит тишина. Это меня настораживает, поскольку я прекрасно знаю объем реферата. Мы не так долго разговаривали, чтобы Томми смог уже полностью закончить. - Мистер Ретлифф, вы закончили? – спрашиваю с небольшой издевкой, надеясь услышать продолжение. - Да, - я вздрагиваю от его голоса. Холодного, не дающего мне права сказать что-либо в ответ. Что произошло? Несколькими минутами ранее все было хорошо, а теперь передо мной стоит статуя с холодными глазами. Странно… Разве карие глаза могут быть холодными? - Прекрасно, у меня тут возникли некоторые дела, так что, думаю, никто не будет против на сегодня закончить? – неестественная улыбка обжигает губы, но я все равно продолжаю строить из себя солнечного зайчика, у которого все в жизни прекрасно. Я должен знать, в чем дело. Очевидно, что-то произошло, и я не успокоюсь, пока я этого не выясню. - На стоянке через десять минут, - шепчу проходящему мимо Томми, но он, словно не слыша моих слов, продолжает движение вперед. Вопреки моим ожиданиям, он все же ждет возле машины, кутаясь в свою кожаную курточку. У меня язык не поворачивается назвать ее курткой: она такая крошечная, что мне, только если ее на нос одевать, а Томми умудряется ее еще и подворачивать. - Малыш, что случилось? Томми кидает на меня не совсем понятный взгляд и без слов садится на переднее сиденье. Пожимаю плечами и присоединяюсь к нему. Молчим. - Почему ты был с ним так долго? – Томми первый нарушает неуютную тишину. Моя рука, уже потянувшаяся к ключу, замерла, так его и не повернув. О чем он? С кем я был? - Ты о чем? – надеюсь, мой взгляд сейчас выражает все мое недоуменнее, потому что это единственное доказательство моей искренности. - О Каупервуде, - Томми пристегивает ремень, а потом добавляет, - и тебе… Что? Причем тут вообще Каупервуд? Какое отношение он имеет ко мне, кроме сегодняшнего предложения? Неужели я заставил своего мальчика ревновать? - Томми, какой же ты все еще глупый, - ласково ерошу его волосы, - о чем ты подумал? Он предложил мне быть его куратором. - Для чего? - Он собирается писать научную работу на конференцию, которая будет через две недели, - объясняю я ему, как маленькому ребенку. – Брось, Томми, неужели мы должны об этом говорить? Он несмело улыбается, но в его глазах все еще мелькает страх. - Правда? – он поднимает на меня свои невозможные глаза. - Ну, конечно, - смеюсь ему уже в губы, но он, позволив лишь один короткий поцелуй, отстраняется. - Не здесь, - его губы трогает улыбка, и у меня сразу становится все опять хорошо, - мы все еще на стоянке. Киваю, заводя двигатель и через секунду уже трогаюсь с места. Томми сначала сидит спокойно, но на одном из светофоров, он резко притягивает меня к себе для короткого объятия. Конечно, полноценным это объятие назвать нельзя – мешает ремень безопасности, но мне достаточно и этого. - Прости меня, это было так, на самом деле, глупо. Я просто… Давай, это останется просто глупо, хорошо?