Зелёная волна и ушастый армагеддон

      "Мы ыдём! Мы ыдём! Эта мы ыдём! Мы ыдём! Мы ыдём! Чирез фсю фсиленную!" Вся зеленокожая братия, как это бывает во время долгого полёта, по обыкновению стояла на ушах; в бойцовских ямах со сквигами регулярно делают ставки, ругаются, бьют морды, пока бары и закусочные гудят от пьяных песен, щедро приправленных матерными наречиями и ударами по голове. Особо лихие из рода оркоидного не гнушались устроить умопомрачительные гонки на танкетках по всем корабельным палубам. И это лишь малая часть того, на что гораздо скучающее сборище зеленокожих, пока волей Горка и Морка (а также тандемом чудил, ведущих флот по изменчивым потокам) они пересекают Варп на пути к новой драчке. На фоне же всеобщего веселья, сам Гарблог, чином приходившийся самим варбоссом, начальником всех начальников, откровенно скучал. Он задумчиво — насколько вообще позволял такой мыслительный процесс орочий мозг — пялился на широкое смотровое окно, за которым кружились вихри и лоснились туманности фиолетового цвета с примесью сиреневого, лилового и иных фактур, определению которых нет в словарном запасе чужаков. Вон в очередной раз, с треском молний, вылезло очередное чудище Имматериума, эфирными лапами скрежетало по стеклу, скаля клыки. Гарблог же не преминул ответить нахалу со всей своей характерной натурой — скорчив самую страшную и уродливую гримасу из всех, какую только орк способен состроить. Демон с испуганным воем капитулировал прочь, назад в бурлящие массы первородного океана, оставив после себя тонкое амбре эманации разочарования: не удалось ему сегодня отпировать орочьими душами. К счастью для военного вождя, тосковать долго уже не придётся: Варп-пространство вывернулось наизнанку, скрутилось в спазме и буквально вытолкнуло орочий флот в реальный мир, к привычной черноте космоса, отблеску далёких звёзд и скоплениям межпланетного мусора. Радости Гарблога не было предела... до того момента, как ноги неожиданно потеряли под собой опору, а его массивная туша, недолго зависнув в состоянии свободного падения, быстро впечаталась в стену. Для гретчина, которому не посчастливилось оказаться на траектории полёта, превращение в двумерную фигуру окончилось быстро и безболезненно. — Шеф, у нас есть две хорошие новости! — услышал тот рядом охрипший голос Гатзснаппы, орочьего механика. Больше его неотвратимого зловония, отдававшего жжёной кожей, ржавым железом и сквиговым окороком, Гарблог ненавидел его неуёмную страсть к экспериментам. — Это, зог, какие?! Давай хорошую! — Мы падаем на планету! — радостно воскликнул механик, его перемазанная мазутом рожа оскалилась в довольной гримасе. Вождь разделил с ним его настрой. — Ну эт и правда хорошо, наконец можем начистить хлебальники людишкам! А плохая? — Мы падаем на планету! — повторил тот с таким же задором. — Ну так и шо тут плохого? — не понял претензий варбосс. — Мы можем разбицца. — Так какого Морка ты тогда радуешься?! — Мы скоро приземлимся и там будут людишки! — Ты самый тупой из всех меков, шо я знал, — недовольно пробурчал Гарблог, в то время как его мозг отчитывал время до жёсткой посадки. В самом деле, земля с каждым мигом становилась всё ближе по мере того, как судно штопором с громовым раскатом прорезало атмосферу, отчего тот выглядел подобно пылающей лучине. Где-то с десяток километров диаметром. Умопомрачительной мощи взрыв сотряс планету. Миллионы тонн материи выброшено в космос, в то время как ударная волна сметала всё на своём пути в пределах сотен километров; если там и были какие-либо следы разумной жизни, то в одночасье им не посчастливилось встретить свой конец. Небесный апокалипсис оставил на каменистом теле мира уродливые шрамы, и только кирдык-крузер, благодаря невероятному чуду (и самодельным силовым полям Гатзснаппы), смог уцелеть... в некоторой степени. И вот, спустя некоторое время, Гарблог с кряхтеньем выбил люк аварийного выхода и разразился харкающим кашлем, едва в нос ударил горячий воздух. За ним вылез механик, шишка на лбу красноречиво говорила о степени благодарности вождя к нему. Вскоре следом начали выползать остальные выжившие орки, шипение раскалённого пара перебивалось многоголосым гомоном злых зеленокожих, вскриками боли и совсем не благим матом. Ругательства босса гремели громче всех. — Да усё не так плохо, шеф! — нервно засмеялся Гатзснаппа, пока он медленно отступал от массивной туши злого вожака. — Вишь, мы терь здеся, на этой планетке, значит можно пойти и поискать людишек, да! — Ты совсем тупой балда! — заорал Гарблог, в два шага настигая механика. Массивные лапищи резко схватили его за грудки и оторвали от земли. Морда сварщика всё ещё кривилась от глупой улыбки. — Мы посадили крузер прямо на них, и терь они все вокруг сдохли! Кого теперя мы будем колошматить?! — Да всё пучком, шеф, отвечаю! Ну сдохли они здеся, и чо? Я жуб даю, они есть где-нибудь в другом месте, проста мы пока их ещё не видели! Честно-честно! — и принялся божиться Гатзснаппа Горком и Морком, ибо больше всего боялся гнева вождя, чьё неудовольствие так и сочилось из всей его орочьей натуры. Наконец, он расцепил свою хватку, и механик шлёпнулся задом на железную плиту обшивки. — Собирай танкетки, снаряжай багги, скаж всем парням, шоб собирались все, ибо так сказал я, большой боебосс Гарблог! — приказал тот, воздев руку к заволоченным небесам. Мек уже облегчённо вздохнул и собрался подняться, но тень вожака вновь угрожающе нависла над ним. — И после этого ты отведёшь нас к людишкам, как и обещал. И Горка с Моркой мне в свидетели, коли обманешь, потому что если обманешь, то даже лудшые айболиты тебя не соберут, усёк? А терь поднял жопу и дуй!

***

Гигантская колонна многих десятков орочьих машин, растянувшаяся на километры, с большим трудом пересекала раскалённую, раскуроченную землю, гремя колёсами и гусеничными траками. Двигатели утробно рычали под аккомпанемент бряцанья металлических деталей, пока водилы выжимали из своих железных коней последние соки. Забитые битком в кузова парни ругались и выли от жары, но хуже всего было водителям танкеток: единственной защитой от едкого тумана из раскалённой пыли и обжигающего ветра были толстые кожаные жилеты из сквиговой шкуры и банданы. Следом за лёгкими транспортниками плелись тяжелобронированные машины: спёртые "Леман Рассы", "Хищники" и даже боевые вагоны. Внутри самой большой из передвижных крепостей, носящей славное имя "Даккагеддон", располагался сам Гарблог, что сейчас восседал на самодельном троне, и его свита — включая Гатзснаппу. Главным отличием во внутреннем убранстве было наличие очередного (и единственного полезного, по мнению босса) элемента роскоши — кондиционера. — Долго ещё ехать? — раздражённо буркнул военный вождь, постукивая оголовьем здоровенного топора по полу. — Всё будет в ажуре, шеф, потерпи малёха, — в очередной раз заверил механик, всматриваясь в смотровое окно с бинокля. Тот ничего не сказал, но судя по мощному звону удара по металлу, пробившего пол, сварщик мог уловить недвусмысленный намёк: следующим местом, куда ударит топор, станет его шея. В этот момент его доселе полная безумства и безрассудности голова поняла всю серьёзность ситуации, в которой очутился её обладатель, и он про себя вновь взмолился богам — лишь бы нашлись хоть какие-нибудь людишки! Удивительно, но судя по всему Горк с Морком всё же ответили на мольбы: вдруг на горизонте, пробиваясь за пылевую пелену, возникли очертания чего-то поистине колоссального — словно гора, возникшая из ниоткуда. С каждым проезженным километром неразличимый монолит становился всё больше, крупнее, пока и вовсе не закрыл чёрной громадой солнце. Гатзснаппа спрятал бинокль за пазухой и поспешил сообщить боссу о находке. Впрочем, он и без этого всё успел понять, но радости на морде ни на йоту не прибавилось — даже наоборот. — БЫРА ТОРМОЗИ! — зарычал Гарблог как можно громче, а затем спустя пару секунд машина так резко вдарила по тормозам, что многие зеленокожие на борту не удержали равновесие и попросту отлетели вперёд по инерции. Более предусмотрительный мек ухватился за поручень рядом, но не сумев избежать удара головой о перекладину, а босс просто крепче вцепился в подлокотники. Вслед за боевым вагоном вождя остановились сначала другие сверхтяжёлые машины, потом, с некоторой задержкой, танки, и лишь в самую последнюю очередь — грузовозы и танкетки. Некоторые, так и не увидев препятствие или не успев среагировать вовремя, на полной скорости влетали в монолит. Вспышки взрывов и грохот покорёженного металла ещё долго стояли в ушах, прежде чем колонна полностью прекратила движение. Пока Гатзснаппа пытался оправиться от головокружения, Гарблог отпихнул его в сторону и выхватил из рук бинокль. Пылевая завеса улеглась, и теперь вождь сумел рассмотреть препятствие получше. Каково же удивление, смешанное с нахлынувшими боевым азартом и радостью, он испытал, узрев абсолютно невредимую и поистине гигантскую крепость, возвышавшуюся посреди выжженной пустыни. Она походила на гигантский слиток блестящего хрома с прямоугольными прожилками; одинокое сокровище, оставленное посреди пустоши на радость охочим до блестяшек сорокам. И этими свойствами, как известно, отличались сами орки, что не прочь разграбить всё что плохо лежит. — Видал, какая эта красотища, шеф? — присвистнул рядом стоявший Гатзснаппа. — Я ж грил, что будут челавеки! — Да-да, завались, радуйся жизой, — отмахивался босс, не отрывая взгляда от крепости. Снаружи раздавался оживлённый гомон прочих орков, вылезших наружу поглазеть на находку. Их совершенно не смущал вид покорёженных остовов разбившихся машин — сами виноваты. Вожак покинул машину, не обращая внимания на источающийся от застеклённой земли жар, деловито хрустя подошвами кованых сапог при каждом шаге. За ним шествовала небольшая свита из главарей-нобов при полном параде, а круг замыкал шаркавший механик. Великан достаточно долго любовался видом, чтобы оценить все красоты и достоинства монументальной конструкции. Остальная ватага же, приметив босса, переключила всё внимание на него, ожидая дальнейших команд своего лидера. — Ну чё, шеф, ушо будем делать с этой шнягой? — поинтересовался сварщик. — Вот чё думаю, наверное надо её... — ВЗОРВАТЬ! — громогласно воскликнул Гарглоб, и механик от неожиданности отпрянул от вождя. — Э-э-э... чё? — Слухайте сюда, олухи! Ну-ка все похватали стрелялы, приготовили пушки, ракитамёты и всё, что стреляет, и по моей команде — огонь по этой зоговой коробке! Мы вскроем её и дадим людишкам таких люлей, шо даж их дохлый Ымператор в помойной яме перевернёца! Быстра, на взвод!! Ва-а-а-а-ах! Долго ответной реакции ждать не пришлось: услышав то, что всем хотелось услышать, орки ответили боссу одобряющим воем, выразив поддержку одиночными залпами пулял и ударами топоров по земле. Обомлевший мек не нашёл, что сказать, а Гарглоб молча последовал назад в салон. Гатзснаппе осталось только легкомысленно пожать плечами и пойти за вожаком внутрь "Даккагеддона", пока сотни стволов единовременно навелись на хромированный монолит, вплоть до жалких грото-пукалок. Всего одна команда, и эта мощь сиюминутно обрушится на цитадель. Как надеялся вождь, это выковыряет трусливо прячущихся внутри человеков. Секунда тишины, и редкий ветер, обдающий горячим воздухом. Всего один-единственный зычный приказ Гарблога, что пронесётся по всей пустоши из мощных громкоговорителей "Даккагеддона"; пальцы уже легли на гашетки, рычаги, кнопки и спусковые скобы, готовые выпустить огненный шторм. — ПЛИ!