Ворона

      Жаркий майский денёк. Первое мая. Дети в школах на последнем издыхании отсиживают уроки, плавясь от палящего солнца из открытых окон и изнемогая от нудных речей учителей об экзаменах. Кто-то из особо строгих дам даже дал бедным контрольную, не жалея ни нервов учащихся, ни их уже приготовившихся опустеть для летних забав мозгов.       Люди постарше, те, кто не в силах сидеть в душных офисах, под крики начальников об увольнении сбегали и притаились в парках на лавочках, а кто и на траве, в тенях деревьев, по-тихому поедая облегчающее жизнь мороженое или фруктовый лёд. Одним словом, люди спасались от такой неимоверной жары любыми способами.       Но когда одетый в замшевое бурое пальто, чёрную шляпу и блестящие лакированные туфли с длинным носком человек быстрым шагом пересекал парк, взгляды сотни любознательных мужчин и женщин изумлённо поднялись от своих потных ног и рук, рты, ворчащие о такой гадкой погоде, закрылись. Конечно, не каждый раз увидишь по-осеннему одетого человека в 40 градусную жару. Но те люди даже и не догадывались, что за человек перед ними, и правильно, ведь маглам не положено знать ни о волшебниках, ни о мире магии, ни даже о существовании магических существ. Бывают, конечно, и исключения, когда в подобных семьях рождаются волшебники и бедных маглов нагружают информацией о соседнем народе.        Странный человек не осматривался вокруг, взгляд его был сфокусирован на одной точке, а голова опущена вниз, словно бы он боялся оступиться и потому следил за каждым своим шагом. Миновав парк, который сразу же после его ухода загалдел, мужчина забежал в неприметную подворотню. Он взмахом палочки убил непростительным заклинанием лежащего на тонкой картонке бездомного, чтобы уж точно избавиться от свидетелей. Порой даже самая, на наш взгляд, незначительная вещь может в будущем донести много хлопот.       Отпинывая крышки мусорных баков, предварительно наложив на оба входа переулка невидимые и заглушающие чары, мужчина что-то искал. Когда вещь, а именно старый ржавый ключ, была найдена, волшебник открыл дверь, ведущую на первый этаж многоэтажного жилого дома, и скрылся внутри. Он мог бы воспользоваться взмахом палочки и на поиски ушло бы намного меньше времени, но риск быть обнаруженным был слишком велик. Хоть он и выглядел как солидный сеньор, внутри жила самая настоящая крыса, готовая предать так же, как Питер Петтигрю предал своего лучшего друга.       Помещение, в которое он зашёл, конкретно отличалось от первого этажа жилого дома. Это было похоже на огромный, брошенный в военное время склад. Здесь было пустынно и необыкновенно холодно, наверное поэтому волшебник и щеголял в тёплом пальто? Сверху протягивались змеями трубы и из дыр свистел пар, создавалось ощущение работающего станка в каком-нибудь цехе. Короче говоря, обстановка совершенно не подходила под описание чёрного входа жилого дома. Мужчине показалось, что он тут один и встреча, на которую он так торопился, лишь ловушка и его прямо сейчас схватят авроры. Но все его сомнения разом рассеялись, когда из-за угла, шурша своей тёмно-синей мантией и шлепая босиком по холодному бетонному полу, вышел Лорд Волан-де-морт. Он шёл с самодовольной улыбкой, больше похожей дьявольскую ухмылку, скрепив длинные и по уродливому бледные пальцы в замок.       Казалось, ему нипочём был холод помещения. Волшебник в пальто склонился в глубоком поклоне, носом почти касаясь пола. Тёмный Лорд только хмыкнул, показывая искорёженные уголки рта на змеином лице. Взмахом руки велев тому принять нормальное положение тела, Тёмный Лорд отвернулся к волшебнику спиной, давая понять, что слушает.       — Мой Лорд, я узнал то, о чём Вы просили. Повелитель, то, что Вы говорили… Это правда, мой Лорд! Вы были абсолютно правы! — мужчина восклицал словно пятилетний ребёнок, которому купили долгожданную игрушку. Волан-де-Морт самодовольно улыбнулся, хотя это было больше похоже на оскал.       — Продолжай, — прошелестел он как змея. Волшебник от волнения даже уронил на пол шляпу, до того он дрожал перед своим Повелителем. А ведь он мог ничего не бояться, потому как принёс достаточно ценную информацию, а за такое Тёмный Лорд, как ходят слухи, очень и очень хорошо платит.       — Так вот, девчонка оказалась беременная. И…У неё родилась дочь. Сегодня, буквально несколько часов, — заинтересованность появилась в глазах Тома Реддла и тот начал ходить взад и вперёд, обдумывая очередной план. Механизм в его лысой голове быстро крутился, думая, как же убрать с дороги ненавистного врага.       — Девчонку убить, а ребёнка принести ко мне живым, — наконец, спустя долгого минутного молчания, потребовал Лорд, сверкнув тёмными глазами. Волшебник принялся раскланиваться, обещая, что сделает всё в лучшем виде. А мысленно возмущался, почему послали именно его, ведь он вступил в ряды Пожирателей давным давно, а делает всю грязную работу за новичков. Как только он выпрямился и повернулся в сторону выхода, громогласный голос вдруг остановил его, — А, хотя, знаешь, Генри… Ты мне больше не нужен. Авада Кедавра! — очередной холодный, как и воздух в помещении, труп замертво упал на пол, а змееподобный Лорд переступил через него как через гору ненужного мусора. Как же давно он хотел уничтожить эту жалкую полукровку Мари Эбигейл. Последняя его трудность на пути к славе и величию. Но девчонка, сама того не подозревая, облегчила ему работу, родив ребёнка, который точно забрал половину силы матери. Иметь бы только такой ценный источник у себя, и тогда он точно и бесповоротно станет самым тёмным и опасным магом за последнюю тысячу лет.

***

      В этот раз Мера направлялась на вокзал в одиночестве. Нет, они не поссорились вновь с родителем и она вновь не сбегала. Её отец, просто сославшись на неотложные дела по случаю кое-чего важного в Хогвартсе, заказал ей волшебное такси и трансгрессировал прямо из дома, поцеловав на прощание в лоб. Таксист, пока укладывал чемоданы в багажник и клетку с Кнопкой на заднее сиденье, без устали рассказывал девушке о своей учёбе в Хогвартсе, что Пуффендуй самый лучший факультет, ведь он сам там учился и что до сих пор не простил семикурснику слизеринцу своего порванного учебника по заклинаниям. Он ещё долго что-то говорил, пока они проезжали мост, бросал на девушку взгляды через зеркальце, но когда они чуть не въехали в бампер впереди идущего форда, мужчина замолк, внимательно следя за дорогой. А Мере было всё равно, она уныло наблюдала за сильным дождём, который не прекращался всю ночь и утро. Лёгкие капли ударялись глухим стуком о стекло автомобиля, стекая вниз и соревнуясь между с собой будто в гонке. Небо заволокло серыми тучами и всё вокруг от них казалось серым и безжизненным.       Девушка думала о статье в газете про неудачное завершение чемпионата мира и черепе на небе. Всё прямым текстом говорило о возрождении чего-то ужасного, но Министерство упорно не замечало этого, говоря, что всё в относительном порядке. Неужели у них это обычное дело, знаки тёмных волшебников на небе? Ещё и та бедная семья маглов. Благо, они не пострадали, их успели вовремя подхватить, но всё же есть неприятный осадок, а вдруг они стали бы первыми жертвами второй войны, не успей авроры спасти их? Слизеринке напомнило это её собственную историю. Ведь по сути она тоже могла умереть, не успей Северус наложить защитные чары… Девушка встряхнула головой от мрачных мыслей, поправляя выбившиеся из косы пряди чёрных волос, возвращаясь в реальность. Оторвавшись от созерцания капель на стекле, она заметила, что они почти доехали. Расплатившись немного позже с таксистом и забрав весь свой багаж, девушка, одной рукой толкая тележку с чемоданом, а другой держа над головой зонт, в гордом одиночестве отправилась на платформу, с которой ровно в 11.00 утра уходил красный блестящий паровоз «Хогвартс-Экспресс». Клетку Кнопки пришлось оставить в такси, взяв с водителя слово отвести за отдельную плату ту обратно (хотя мужчина и настоял, что сделает всё бесплатно), а саму сову посадить на плечо. Не без помощи старшекурсников закинув чемоданы в багажный отдел, Мера решила прогуляться по вагонам, пока ученики ещё загружались в поезд, она приехала слишком рано. Проходя возле последнего купе первого вагона, её волосы чуть не стали жертвами огня от жёлтых искр, вылетающих из фейерверка Ли Джордана. Гриффиндорцы поспешили извиниться, со смехом закрывая дверь купе. Слизеринка только улыбнулась и отправилась дальше. Возле входа в вагон стояло золотое трио и близнецы Уизли, которые гневно кричали что-то матери и старшим братьям. Как только прозвучал свисток, поезд двинулся с места, а недовольные рыжие поплелись в купе их закадычного друга. Как только друзья повернулись к Мере, у всех застыли совершенно разные выражения лица. Рон будто проглотил разом целый лимон, до того сморщилось его лицо при виде девушки. Гарри же с Гермионой, наоборот, дружелюбно улыбнулись.       — Привет! — Гарри заключил подругу в объятьях, заставив ту чуть не растечься жаркой субстанцией по полу. Рон фыркнул и пошёл от парочки подальше, бросив что-то про купе.       — Привет, — выдавила из себя девушка, огорчённо выдыхая, когда парень отстранился. Но тут же поспешила нацепить на лицо улыбку. Гермиона только кивнула слизеринке, пожав руку. Все вместе они решили найти обидчивого рыжего, а когда поиски увенчались успехом, Рон категорически отказывался общаться и сидеть рядом с Мерой. Прошло несколько минут ожесточённого словесного боя между Гарри и Роном, прежде чем последний недовольно, но плюхнулся на край сиденья справа от слизеринки. Он недолюбливал её с первого курса, — после её подкола про голос его матери, — и не сказать, что это было взаимно.       —Ведь Бэгмен хотел сказать нам, что творится в Хог­вартсе, — заметил Рон, кидая недоверчивые взгляды на Меру, — На Чемпионате, помнишь? Но тут и родная мать не хочет говорить. Вот что, однако, странно…- странно, Рон, то, что вы обсуждаете что-то своё личное в моём присутствии, — хотела было сказать Мера, но быстро передумала, ведь Гермиона заставила всех замолчать, кивком головы указывая на стенку, из-за которой доносился самодовольный голос Малфоя.        — отец на самом деле подумывал отправить меня скорее в Дурмстранг, нежели в Хогвартс, вы понимаете. Он знаком с директором, разумеется. Ну, вам извес­тно его мнение о Дамблдоре — любителе грязнокровок, а в Дурмстранг эту сволочь на пушечный выстрел не подпускают. Но мама не одобрила идеи отослать меня в школу так далеко. Отец говорит, что в Дурмстранге подход к Темным Искусствам куда более разум­ный, чем в Хогвартсе — студенты их там действитель­но изучают, а не занимаются всей этой чепухой по за­щите, как мы… — Гермиона встала и, на цыпочках подойдя к двери, прикрыла ее, отрезав голос Малфоя.       — Итак, он считает, что ему подошел бы Дурмстранг, я так поняла? — гневно спросила она. — Вот бы и катил­ся туда — нам бы не пришлось его терпеть.       — Дурмстранг — это что, еще одна волшебная шко­ла? — поинтересовался Гарри.       — Ну да, — хмыкнула Гермиона, — и репутация у нее кошмарная. Если верить «Обзору Магического образо­вания в Европе», основное внимание там уделяется Тем­ным Искусствам.       — Сдается мне, я о ней слышал, — неуверенно произ­нес Рон. — Где она? В какой стране?       — Что, никто не знает? — подняла брови Гермиона. Мера, до этого молчавшая, подала голос, хрипло просипев.       — Дурмстранг, как и Шармбатон, скрывают своё местонахождение, потому что не хотят, чтобы их секреты раскрыли, — Гермиона с уважением посмотрела на слизеринку, а Рон недовольно выпятил губу.       — И как это они скрываются? Как можно спрятать огромный замок?! — всё ещё недоумевал он, смотря теперь уже на двух девушек.       — Так же, как и Хогвартс, — сухо пояснила Гермиона, пожав плечами, мол, ничего удивительного в этом нет. Но парни только обменялись непонимающими взглядами. Теперь пояснять за жизнь вызвалась Мера.       — Он заколдован, — начала она, — Если магл посмотрит на замок, то увидит только осыпающиеся руины и табличку с просьбой не входить, — Рон и Гарри присвистнули, а Гермиона закатила глаза на их незнание таких элементарных вещей.       Пока они ехали, к ним заходили сокурсники Гарри, Рона и Гермионы поговорить и рассказать о проведённых каникулах. Но радостную встречу прервал Малфой, со своей наглой ухмылочкой намекавший на что-то, что знает он, но остальные в неведении. И конечно же не забыл своё фирменное «Не заразись грязной кровью, Снейп». Мера клокотала от злости. Сейчас они с Роном, что странно, были солидарны и хотели было уже дать Малфою по морде, но вовремя их остановила Гермиона. Весь оставшийся путь ребята проехали в тишине, в тишине и вышли из поезда. Дождь хлестал во всю, не щадя никого. Мера поёжилась, не представляя, как в такую погоду можно вообще стоять, ни то что плыть по озеру. Раскрыв свой зонт, она поделилась им с тремя друзьями, правда, Рон до последнего отказывался и половину пути прошёл мокрым. Как только за ними закрылась дверь кареты без лошадей, они смогли спокойно выдохнуть, отсиживаясь в более-менее сухом месте.       Очередная церемония распределения. Мера устроилась между Дафной Гринграсс и Теодором Ноттом, её одноклассниками и знакомыми. Она не переписывалась ни с одним учеником Слизерина за всё лето, и сейчас удивлённо наблюдала за вытянувшимися парнями и похорошевшими девушками. Кто-то здоровался с ней, Пэнси даже обняла при встрече — всё было как всегда, будто и нет её дружбы с золотым трио с Гриффиндора. Один Малфой проигнорировал её присутствие, заливаясь хвалебными речами про его личную встречу с Министром Магии Корнелиусом Фаджом. Мера закатила глаза и опёрлась локтями о стол, ожидая, когда же введут первокурсников и начнётся долгожданный ужин.       — Всем привет, — за стол сел Блейз Забини, на ходу поправляя галстук и зелёный жилет. Многие живо отозвались, тут же отвернувшись обратно. Чернокожий обратил внимание на скучающую Меру, которая даже не соизволила поднять головы.       — Эй, Снейп, ни одного письма хорошему другу за всё лето! И как это понимать? — насмешливый голос слизеринца донёсся до Меры не сразу. Она отлепилась от стола и сдвинула брови, недовольно фыркая.       — Когда это мы стали хорошими друзьями? — протянула она, потягиваясь и зевая. Такая дождливая погода всегда убаюкивала девушку. А Блейз только рассмеялся и принялся обсуждать последний новинки мётел для квиддича.       Спустя длинную церемонию распределения первокурсников и не менее длинного, но такого сытного ужина, Альбус Дамблдор, ухмыляясь себе в усы, взошёл на пьедестал, поднимая руки и привлекая к себе внимание. Жужжание, слышавшееся с каждого угла, мгновенно прекратилось. Начав свою речь с очередных предупреждениях о запрете магии на переменах и посещении Хогсмида только с третьего курса, директор уже практически объявил что же всё-таки будет происходить в Хогвартсе, как резкий раскат грома и распахнутый настежь дверь оборвали его. В Большой зал ввалился, в прямом смысле, по-настоящему пугающий человек, облачённый в чёрную походную мантию, с которой струёй стекала вода. Незнакомец простукал до учительского стола, пожал руку Дамблдору, перекинулся с ним парой слов и сел за свободное место. Повисла тишина.       — Позвольте представить вам нашего нового препода­вателя защиты от темных искусств, — жизнерадостно объя­вил Дамблдор в наступившей тишине. — Профессор Грюм.       — Грюм? Тот самый Грозный Глаз Грюм? — прошептала на ухо Мера Дафне, которая поражённо кивнула, не сводя испуганного взгляда глаз с нового учителя. Ещё бы, этот мракоборец известен своими победами над Пожирателями Смерти, половина Азкабана посажена им лично. А змеиный факультет, как все знают, выпускает обычно как раз таки этих узников.       — Как я и говорил, — он улыбнулся множеству сту­денческих лиц, все взоры которых были обращены к Грозному Глазу Грюму — в ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого еще не было в этом веке. С громад­ным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хог­вартсе состоится Турнир Трех Волшебников, — Мера непонимающе уставилась на восклицающих близнецов и ухмыляющегося Малфоя. Но как только директор заявил о возрастном ограничении, пыл девушки поубавился, а вот её сокурсники наоборот негодующе закричали, привлекая внимание к себе. «Позёры» — фыркнула она мысленно, шипя на Нотта, который, встав, задел её локтём.       — Рука славы*, — проговорила пароль слизеринка, как только они вместе с Забини оказались в подземельях перед тупиковой стеной, и вошла в гостиную. Всё было также, как и когда она уезжала на каникулы. Тот же болотный цвет, тот же холод и недовольные лица чистокровок. Романтика.       — Ну, увидимся завтра? — почёсывая затылок, неуверенно спросил Блейз, на что Мера удивлённо вскинула брови и запоздало кивнула. Парень скрылся в пролёте лестницы спальни, а слизеринка осталась стоять на месте, с прищуром смотря на лестницу. «Да нет, это же дикость — я и Блейз. Просто гормоны бушуют, всего то» — успокоив себя этим, девушка направилась к своей кровати, отмечая, что остальные соседки уже видели третий сон.

***

      — Доброе утро, — сонно пробурчала Мера, плюхаясь рядом с Эдрианом Пьюси, охотником слизеринской команды по квиддичу. Многие насмешливо посмотрели на Меру, но кивнули в знак приветствия.       — Тяжёлая ночь, Снейп? — саркастично спросил Пьюси, поиграв бровями. Я скривилась от пошлости фразы и стукнула парня по плечу. Конечно, тот не почувствовал боли от удара, а потому засмеялся, всё сильнее распаляя гнев внутри девушки. Но побить надоедливого охотника ей не дал староста, отдавший ей расписание, а также поинтересовавшийся, что происходит. Послав его куда подальше, в смысле заниматься своими делами, девушка пробежалась по урокам глазами. Первым было зельеварение с когтевранцами, потом уход за магическими существами с гриффиндорцами (здесь Мера мысленно возликовала), а днём было ЗОТИ. Ох, этот предмет давался ей легко, но вот учителя, которые каждый год сменялись, были нечто. Единственный, чей подход к урокам ей нравился больше всех — Ремуса Люпина.       — Ого, у вас тоже сегодня одиночное ЗОТИ? Оно у нас первым, — заглядывая ко мне в расписание, оповестил Пьюси. Сам слизеринец тряс своим желтоватым листком, — Похоже будет весело, — он бросил взгляд на учительский стол, за которым Грюм сейчас отпивал из своей фляги и разговаривал с директором.       — Надеюсь Грюм выпустит акромантула и тот съест тебя, — бросив поднимающемуся парню, девушка начала намазывать джем на булочку. Эдриан рассмеялся и, пожелав ей того же, покинул Большой зал. Проводив его взглядом, слизеринка повернулась в сторону стола Гриффиндора. Ей показалось, или Поттер смотрел всё это время на неё, а сейчас быстро отвернулся, расплескав сок из кубка? Видимо нет, потому что Рон вскочил, отряхивая штаны от капель, а Гермиона с улыбкой наблюдала за сием действием.

***

      — Ваша задача приготовить противоядие от обычных ядов. На всё у вас два часа. Приступайте. Результат сольёте мне в пробирки на стол в конце урока, — Северус отдал распоряжения классу, а сам сел за свой рабочий стол и принялся записывать что-то пером. Мера стояла в паре с Блейзом. Парень то и дело, словно бы невзначай, касался её руки мимолётными касаниями, серьёзно полагая, что это остается без внимания девушки. Когда в очередной раз почувствовав шершавую кожу, она уже хотела прошипеть что-то нецензурное, но рядом прошёл зельевар, оценивая работы учеников, и девушке пришлось промолчать.       — Нагревать на среднем огне необходимо в течении 5 секунд, мистер Забини. Не думайте, если Вы из моего факультета, то можете допускать такие серьёзные ошибки. Минус два очка со Слизерина, — Блейз проводил его хмурым взглядом, сильнее, чем надо было, перемолачивая рог единорога. Мера только хихикая наблюдала за ним, отделяя от ветки 2 ягоды омелы.       Вскоре кабинет наполнился специфичным запахом, сопровождаясь бурлением и стуком ножиков о дощечки. И если вы думаете, что знаки внимания от парня прекратились даже после замечания профессора, то глубоко ошибаетесь. Мало того, что зельевар уже начал кидать на них взгляды из-под хмурых бровей, так ещё и парень заговорил, комментируя каждое действие девушки отнюдь не самыми приятными отзывами.       — Слушай, давно хотел спросить, как ты относишься к богатым родам? — девушка в этот момент мешала зелье, не отвлекаясь на посторонние звуки. Насмешливо изогнув брови, она отвлеклась, чтобы бросить ягоды, и вновь припала ложкой к котлу.       — А давно ты стал относиться к богатым родам? — изогнув губы в ухмылке, спросила она. Парень явно выглядел оскорблённым.       — Я же говорю не про себя… Вообще твоё отношение? Ты бы… Ну… Стала бы встречаться с таким? — девушка наконец оторвалась от жидкости, передавая ложку соседу и возлагая на него конец приготовления зелья. Мысленно Снейп задумалась. А вопрос ведь был с хитринкой. Конечно, девушке, как и любой другой на её месте, хочется провести остаток жизни в роскоши, богатстве и уважении. Но с другой стороны её сердце давно отдано другому, а поступать как падшая женщина ей ох как не хочется. Хотя, отец наверно будет не против такой пары, как Забини.       — Блейз, палочка, — видя, что всё готово, девушка поспешила оборвать мечтания молодого человека, которого теперь интересовал только её ответ. Нашёл время.       — Ох, Мера, мы не настолько близки, чтобы я показывал тебе свою палочку, — презрение, вот что появилось в этот момент в душе девушки по отношению к слизеринцу. Ещё и такой пошлый взгляд, которым он одарил её, что девушку чуть не стошнило.       — Идиот, зелье! — все звуки в один момент смешались. Крик девушки, звон колокола на перемену и взрыв зелья в котле…

***

      — И кто из вас двоих напортачил на самом последнем пункте, который сможет выполнить любой шестилетка? — Северус рвал и метал. Обеспокоенность за состояние дочери и студента, за которого, как декан, он несёт ответственность; дополнительная уборка класса после урока; злость на студентов своего факультета, которые опозорились на глазах у своего факультета и у другого. Сейчас Мера и Блейз стояли напротив учительского стола, руки обоих замотаны бинтами после посещения Больничного Крыла, а глаза выражают такой стыд, что и сравнивать не с чем. Оба понимали, что натворили и готовы были понести самое серьёзное задание.       — Это моя вина, сэр, — полностью раскаявшись, поделился Блейз. Мера согласно кивнула.       — Меньше всего я ожидал этого от Вас, мистер Забини. Вы были довольно неплохи в зельях последние четыре года и я надеялся, что продолжите держать планку и следующие три. Минус 10 очков со Слизерина. Обоим, — Мера хотела было возмущённо вставить, что её вины здесь нет, как её резко оборвали выставленной ладонью вперёд, и девушке пришлось закрыть рот, — Виноваты оба, как ни крути, мисс Снейп. Вы могли сообщить мистеру Забини об ошибке раньше, не допуская возможности взрыва, но почему-то промолчали. Или Вам настолько понравились лестные отзывы, что Вы забыли, что находитесь на уроке? — с издёвкой спросил он, но ответа так и не последовало, и зельевар указал ладонью на дверь. И если девушка развернулась, сдерживая слёзы, и отправилась к двери, то парень остался стоять на месте, с вызовом смотря на профессора.       — Сэр, но она и правда не виновата. Это только моя вина, а значит очки снимите только с меня.       — Прошу на выход, мистер Забини, я всё сказал.       — Но это несправедливо!       — Я получше Вашего знаю, что несправедливо в жизни. Покиньте мой кабинет, юноша.       Мера стояла у холодной стены, опираясь на камни, и плакала. Надо же, отец унизил её да ещё и перед однокурсником, которому она небезразлична. Это и есть подростковый период? Через несколько минут вслед за ней вышел Забини, кулаки его зло сжимались, а на лице ходили желваки.       — Прости меня, — начал он, успокаиваясь, как только заметил девушку. В подземельях было темно, а потому он не заметил опухшего лица и красных от слёз глаз. Девушка что-то промычала, — Это только я виноват, ты тут совершенно не при чём. Я пытался сказать это твоему отцу, но он как баран, упёрся и не хочет ничего слышать. Ещё и ожоги… Ты пропустила целый учебный день из-за меня… Ты права, я идиот, — брюнет провёл рукой по волосам, морщась, когда ожог ныл, и развернулся к лестнице, ведущей на первый этаж. Мера тихо шмыгнула, догоняя его и заставляя остановиться. «Прямо сопливая романтика…».       — Ты идиот, — подтвердила она, — Но мой любимый идиот.       — Так значит ты…       — Нет, я не сержусь, только рада, что пропустила ЗОТИ с Грюмом. И нет, я люблю тебя как друга, не больше, — заметив огонёк надежды, появившийся в карих глазах, Мера поспешила обуздать фантазию чернокожего.       — Тогда друзья? — он улыбнулся и протянул руку, которую Снейп со смехом тут же пожала. Вместе они поспешили в зал на ужин, надеясь ухватить хотя бы маленький кусочек чего-нибудь съестного, ибо провели в лазарете целый день под опекой мадам Помфри.