Ворона

      Рождество пришло также внезапно, как и закончилось, но об этом чуть позже. Поездка на каникулы домой несколько омрачилась, подстрекаемая недавним нападением на Артура Уизли и срочным отъездом Гарри и семейства. Что ж, всё было не так уж плохо, Гермиона осталась доучиваться до конца семестра и я могла болтать с ней на переменах, сидеть в большом зале и делать домашнее в библиотеке. Правда, выпадов со стороны Малфоя стало больше, я всё больше начинаю бояться ходить одна, мало ли что взбредёт в его светлую головушку, потому и стараюсь чаще проводить время с магглой. Гермиона делилась со мной самым сокровенным, я в долгу не оставалась. Как я узнала, они с Виктором стали переписываться чаще и дело постепенно идёт к образованию новой пары. Девушка была так счастлива, когда говорила об этом, что я не могла не перенять её улыбки, искренне радуясь за подругу.       В день отъезда мы с ней в последний раз обнялись, едва не разрыдавшись на плечах друг у друга. Уже стоя с собранными чемоданами, полностью одетые, в вестибюле школы, мы успевали болтать, ведь не увидимся до конца каникул, целые две недели!       — Ты точно не заедешь на Рождество на Гриммо? Там же будут все — от Ордена и до семейства Уизли!       — В последний раз тебе говорю — нет. У вас и так там будет забот выше крыши, та же забота о мистере Уизли. Я явно буду лишней, — я покачала головой на грустное выражение лица магглы, ещё раз крепко обняв её и успокаивая. Она хотела было что-то ещё возразить по поводу моих доводов, но не успела. Гул паровоза со станции был слышен даже отсюда, девушка засобиралась, в последний раз обнимая меня и обещая писать. Я не стала напоминать ей про перехват сов, слишком в возбужденном состоянии она была, чтобы включать мозг. Распрощавшись, мы разминулись, — Гермиона бегом отправилась к поезду, а я медленным шагом, смотря на летевшие снежинки с неба, остановилась на улице, возле самых открытых дубовых дверей. Прозвучал звон колокола, алый поезд вдалеке протяжно прогудел и ворота стали закрываться, громко бухнув напоследок. Я проводила взглядом сие действие, беспокоясь, успел ли отец выйти, ведь трансгрессия на территории школы запрещена.       Да, я ждала отца, чтобы вместе с ним переправиться домой через камин в одном заброшенном доме в деревне. Он настоял на проведении каникул у нас дома и я не стала возражать, давно хотела убраться и разжечь тот старый и красивый камин. Да и скромный семейный ужин с ёлкой и подарками приятно грели сердце.       Снег всё продолжал падать, дело клонилось к позднему вечеру и на горизонте начало смеркаться. От скуки я достала волшебную палочку и слепила с помощью магии несколько небольших снежков, запуская их поочередно в старый раскидистый дуб. Комки снега со смешным «чпок» разбивались о ствол, разлетаясь в разные стороны. Призвав палочкой следующую группу, я, решив поэкспериментировать, велела лететь им назад, за спину, чтобы потом поглядеть куда они приземляться.       — Очень весёлое времяпрепровождение, мисс Снейп, — прозвучал насмешливый голос отца сзади и я резко развернулась, наблюдая до нелепости смешную картину. Снежки угодили прямо ему в грудь и растаявшей массой теперь сползали с ткани. Не выдержав, я засмеялась, оставив в покое ручку чемодана, теребившую до этого в ладони.       — Прости, ты задерживался и мне ничего не оставалось делать, как немножко побаловаться, — я сделала несколько шагов ему навстречу, стряхивая снег и поправляя мантию, — Ну вот, будто и ничего и не было, — отец кивнул и, взяв чемодан, покатил вместе с ним к дороге в Хогсмид. Мне оставалось петлять рядом. За всё время, пока я ждала отца, солнце, которого и в помине не было последние несколько дней, успело полностью сесть за горизонт, и, прежде бывшее серым и унылым, небо теперь окрасилось в чёрные краски. Снег, красиво подсвечиваемый светом фонарей, летел беспорядочно, оказываясь на макушке, ресницах, носу, пальто…       — Мера, на это Рождество я подготовил для тебя маленький сюрприз, — начал говорить отец, его голос гулко отражался от стен домов деревни, настолько было тихо кругом. Я заинтересованно оторвалась от лицезрения падающей замороженной воды и полностью посвятила во внимание отца, — Да, мы будем отмечать в нашем доме, только будем не одни, — я не смогла сдержать улыбки, появившейся так внезапно на лице. Вряд ли это Гарри или кто-то из членов семьи Уизли. Тогда кто же? Какая-то аристократическая семья? Коллеги отца? Догадываться можно вечно, перечисляя варианты один нелепее другого. Лучше сразу узнать все из доверенных уст.       — Кто же это будет? — спросила я так, будто вовсе не интересовалась, а спросила просто из вежливости. Отец усмехнулся, было понятно — он просёк моё любопытство.        А это и есть секрет, — он впервые за этот семестр улыбнулся, получилось это довольно таинственно, — Единственное, что могу сказать, они тебе очень понравятся, — очень уж на это надеюсь, у меня огромные планы на это Рождество.

***

      — Мера! Сэр Северус Снейп! — едва успев появиться на пороге камина, мы увидели бегущего к нам Мори. Его успевшая потрепаться наволочка колыхалась при беге, едва не падая с худого плечика.       — Мори, дружище, привет! — я во весь рот улыбнулась, сжимая в объятиях маленькое тельце. Домовик что-то пискнул, видимо я сжала его очень сильно, и вывернулся из кольца рук.       — Мори сделал всё, что вы приказали, сэр Северус Снейп, — пропищал он, поворачивая огромную голову на отца. Он кивнул и, приказав эльфу почистить порожек камина, отправился на кухню. Я стояла, непонимающе переводя глаза сначала на кухню, где скрылся родитель, а затем на эльфа, который принялся оттирать старой грязной тряпкой пыльный порог.       — С каких пор ты приказываешь Мори что-либо делать? — я забежала на кухню, скрестив руки на груди и выжидающе смотря на мужчину. Он продолжал спокойно разливать чай по чашкам.       — С тех самых, когда он только появился здесь, — ровным тоном ответил он, непонимающе поднимая глаза, — А что?       — А что? А что? Почему летом я прощалась с хорошим другом, который выполняет всё и без указаний, а возвращаюсь к какому-то слуге?!       — Мера, ты уже не маленькая и должна понимать, что эльфы-домовики были созданы для прислуживания. Это их природа и против неё не попрешь, — глаза у мужчины слипались, он устало провёл ладонью по лицу, отхлёбывая горячий чай.       — Но ты обещал!..       — Я много чего обещал, — отец перебил меня, вставая с поднятой ладонью. Прямо как жаба, — Стоп, хватит. Давай обойдёмся сегодня без ссор. Я очень устал и хочу спать. Спокойной ночи, — он встал изо стола, палочкой убирая опустевшую кружку в раковину. Чмокнув меня напоследок в лоб, он скрылся в своей спальне. Мори в гостиной уже не было, видимо ушёл тоже спать. Что ж, слоняться по дому в одиночестве привилегия не очень радужная, нужно поспать, чтобы завтра успеть сделать все запланированные дела. Покупка подарков, уборка дома, праздничный ужин и украшение дома… Голова закружилась от количества хлопот, и я с твёрдым намерением отправилась наверх, где упала на такую любимую и мягкую кроватку.

***

      Проснулась я от того, что чувствовала толчки в бок. Разлепив глаза, я, щурясь, сонно потянулась, зевнула, и только потом посмотрела на этого самоубийцу. Первая мысль в ещё не проснувшейся голове была про Мори, что его послал отец разбудить меня, поэтому я свесила голову вниз, но уткнулась в преграду. Чёрную такую, со штанами.       — Доброе утро, — прохрипела я не своим голосом, закидывая голову обратно на подушку и смотря теперь уже наверх в лицо папы. Оно улыбалось, что было ему несвойственно, и закрывалось несколькими чистыми прядями. Я осмотрела его голову, и правда, — она была вымыта и отстрижена, — Рождество уже прошло? — ахнула я, приподнимаясь на локтях и осторожно перебирая чёрные пряди. Мужчина застыл, я слышала как чаще забилось его сердце.       — Вечером гости придут, негоже в неряшливом виде их встречать, — неужели к нам явится кто-то действительно такой важный? От осознания такого прекрасного вечера я мигом села в кровати, чуть не уронив поднос с едой. Брови взлетели ещё выше, — И это… Ты будешь сегодня так много делать, что я решил немного сократить твои обязанности, — он подал мне тарелку с гренками и стакан сока, — Правда, тосты могли немного сгореть, но они всё такие же вкусные, — добавил он неуверенным голосом, сопровождая виноватой улыбкой. Я отправила один тост в рот, тут же почувствовав горечь. Но показывать этого не стала, широко улыбнулась (насколько позволял размер прожёванного тоста), и показала большой палец.       — Ну, ты ешь, как спустишься, поедем в магазин.       — Поедем? На Рыцаре? — воспоминания об этом транспорте неприятно отозвались в желудке. Как-то однажды я уже решила съездить на нём, опустошая потом содержимое желудка в траву. Это было мерзко и больно.       — Нет, на машине.       — А ты водить то хоть умеешь?       — Умею, наверное, — несколько неуверенно протянул мужчина, на что я захлебнулась соком, — Просто я подумал, что будет подозрительно, если мы появимся на магловской улице из воздуха. А так, как будто мы простая семья.       — Давай лучше трансгрессируем, лично мне так будет спокойнее за свою жизнь.

***

      — Ты сходи за продуктами, а я пока за подарками, — как только мы появились на украшенной улице, я сразу же позабыла, зачем мы здесь. Улица была настолько красивой и волшебной, глаз было не оторвать. Было не очень светло, чтобы заметить переливающиеся золотом гирлянды, мягкий свет которых ложился на белое покрывало снега. Огоньки освещали окна домов, в которых уже стояли украшенные ёлки. Оторвал от лицезрения меня отец, похлопав по плечу и кивком головы указывая на светящиеся вывески магазинов. Я отправила папу в продуктовый, четко и по несколько раз объяснив ему что именно и где ему нужно купить. Сама же уже открывала украшенную снежинками деревянную дверь, колокольчик звонко брякнул сверху. Народу было немного, поэтому проблем с толкучкой не возникло. Ассортимент магазина поражал — здесь было всё, начиная от маленьких резных шкатулок до огромных гобеленов. Кстати о магазине. Он был украшен не меньше, чем улица. Вдоль деревянных полок и шкафов легли ветки ели, стоял их характерный запах. На ветках в хаотичном порядке расположились новогодние шарики разных размеров и цветов: и синие, и белые, и красные, и золотистые. Рядом с кассой стояла уменьшенная копия ёлки, а кассир, молодой парень, стоял в колпаке Санты. Я улыбалась, рассматривая товары и украшения, удивляясь, как люди, не владеющие магией, смогли сотворить такое волшебство?       Что же такого подарить папе, чтобы это одновременно вызвало удивление, восторг и не выглядело детским лепетом? — рассуждала я, проходя вдоль стеллажей, — Часы слишком дорогие да и неудобно будет работать за котлом; книга слишком банально; набор ингредиентов здесь не найти…       — О, Мера, а ты какими судьбами? — рядом, с шапкой Санты набекрень, выскочил Дин Томас. В руках мулат держал стопку коробок, видимо недавние покупки. Я поприветствовала его, сетуя на своё незнание. Парень призадумался.       — Если хочешь выбрать подарок для профессора Снейпа, тебе лучше в магазин напротив, — он указал рукой на магазин шампуней для всех видов волос.       — Ха-ха, шутка уже не актуальна. Он помыл их, — на лице мулата застыл шок, а я мысленно усмехнулась.       — Э-э-э… Ладно, тогда… Может какую-нибудь книгу? Или набор химика?       — Может ещё подарить абонемент в кружок умелые ручки? — саркастично протянула я, на что Томас рассмеялся. Успокоившись, он вновь принял задумчивое выражение лица.       — Ну, зельеварение это же как химия у магглов. Зелья как реакции, ингредиенты тоже есть, — привёл доводы Дин, крутя в свободной руке жидкости в стеклянных банках. Я, подумав, что, наверное, парень прав, взяла набор, положив его в корзину. Так, остались только Рон и Гермиона.       — Слушай, рад был помочь и свидеться, но мне пора. Мама зовёт, — и правда, за стеклом, на улице, стояла высокая черноволосая женщина, которая бодро махала Дину, подзывая его к себе. Я обняла его на прощание, пожелав счастливого рождества. Мулат ушёл, а я уже выбирала снежный шар для Рона. Рыжий давно хотел его, рассказывая мне как-то за обедом, что его прошлый разбил Фред, списав всё на садового гнома. Моё сердце остановилось, когда в самой глубине коробки, где стояло это чудо, я увидела магический шарик. Снежинки в нём, при переворачивании, кружились, словно метель, переливаясь разными цветами, и оседали на спину спортсмену какой-то команды по квиддичу. Удивлённая своей находке, я, скрепя сердце, всё-таки положила её в корзину, надеясь, что продавец ничего не заметит. С подарком для Гермионы дела обстояли куда проще. Приключенческая книга была быстро найдена и также помещена в корзину.       — Упаковка нужна? — весело спросил кассир, звякнув колокольчиками на шапке, как только я поставила корзину на стойку. Я отрицательно покачала головой, заламывая пальцы, когда его рука потянулась за шаром, чтобы пробить тот. Я сжала в кармане палочку, ожидая непонимающих криков.       — Хороший выбор, — хмыкнул он, вертя в руках шар и рассматривая фигурку загонщика, — Пушки Педдл, как я понимаю? — я кисло улыбнулась, медленно кивнув, — Помню, как мы праздновали их единождную победу, на курсе этак шестом, если не седьмом. Филч тогда сразу поседел, — мне приходилось только молчать кивать, открыв рот от изумления. Подумать только, — волшебник! Уже после упаковки товаров в пакеты, он остановил меня, тихонько спросив.       — Ты с родителями? Портал не нужен? — с улыбкой качнув головой, я пожелала ему всего хорошего, и быстро вышла из магазина, удивляясь, как война сближает незнакомых людей.       — Мера! Где ты ходишь! — отец тотчас оказался рядом, обвешенный двумя пакетами, — Гости вот-вот придут! — он выглядел до того взволнованным, что мои шутки быстро улетучились, и я без промедлений схватила его за плечо, исчезая с улицы.

***

      Времени не оставалось, пришлось использовать магию. Пока по её мановению книги улетали на место, а пыль сама исчезала, я одной рукой нарезала огурцы и морковь для салата. В радио играла рождественская песенка, очень популярная в волшебном мире. Нарезанные овощи отправились в миску с горохом и фасолью, обильно заправленные маслом. Рядом стояла запечённая картошка, а дальше селёдка под шубой. Сама удивляюсь, откуда знаю все эти рецепты, но не важно.       — Какие запахи, — на кухне появился до неузнаваемости новый человек. В новой тёмно-синей мантии, с помытой головой, но в старом сюртуке отец преобразился.       — Вау, — только и смогла сказать я, поражённо смотря на мужчину, — Вас не узнать, профессор. Прямо помолодели, — с улыбкой добавила я, убирая палочку, когда гостиная была приведена в божеский вид. Дело оставалось за малым, поставить ёлку и украсить её.       — Десять баллов Слизерину, — ухмыльнувшись, сказал он. Я хохотнула, изобразив поклон.       — Ты же поставишь ёлку? С этим я справиться не смогу.       — Да, конечно, — он достал свою палочку и пару раз взмахнул ей, после чего свет в гостиной наполовину закрыла верхушка пышной ели. Я тронула качающуюся ветку и тут же отдёрнула руку, уколовшись.       — Что ж, дело за малым. Осталось её украсить, — я скептически уставилась наверх, прикидывая в уме, сколько займёт времени обвесить шарами хотя бы половину. Заметив мой взгляд, мужчина взмахнул палочкой и вот уже шары и мишура украшают зелёную ёлочку, — Ну и зачем?       — А ты посмотри, кто за дверью, — он расплылся в таинственной, но с этим хитрой улыбке, кивая на дверь. Та и правда издавала звуки, хотя, когда я подошла ближе, на деле оказалось, что кто-то стучит в дверь с улицы. Я медленно вдохнула и размеренно выдохнула, дрожащей рукой хватаясь за ручку. Что это я, в самом деле, — успокаивала мысленно себя, — Там всего лишь какие-то люди, которым отец доверяет, иначе не пустил бы за порог. Надо успокоиться и открыть дверь. На счёт три. Раз. Два. Три…       — Здравствуй, дорогая, — на пороге, в смешном мятном берете и морковном пальто, держа в руках синюю женскую сумку, стояла пожилая женщина, но, стоит заметить, выглядела она молодо. Её забавные белокурые кудряшки подпрыгивали каждый раз, стоило ей слегка наклонить голову или засмеяться. Сзади, словно громовая туча, стоял, судя по всему, её муж. У него были пышные рыжие усы, лысина на затылке и пухлые пальцы. Супруги, пока я заинтересованно рассматривала их, не сводили глаз с меня, женщина то и дело ахала, улыбаясь. Её улыбка, прикрашенная россыпью веснушек по щекам, чем-то напоминала мне улыбки Фреда и Джорджа. Такая же светлая и заразительная.       — Может впустишь нас? На улице становится холодновато, — пробасил мужчина, нервно переминаясь с ноги на ногу. Я тряхнула головой и натянула улыбку, кивая и приоткрывая дверь шире, впуская гостей. Женщина шикнула на мужа, выразительно посмотрев на него, округлив глаза, когда они вошли в коридор, останавливаясь, чтобы раздеться. Я хлопнула дверью, запирая ту на ключ. Видимо, в семье главной была она, так как он быстро сжался и смущенно отвёл взгляд в сторону, неуклюже разуваясь.       — Ах, какая красота, — восхищенно пропела старушка, входя в гостиную. Её платье кремово-нежного цвета так идеально подходила ей, особенно выражало достоинства талии. Бросив быстрый взгляд на зеркало рядом с собой, я осмотрела себя, придя к умозаключению, что это точно не мои родственники, — Мерлин, милая, это всё ты приготовила? — я оторвалась от созерцания своей фигуры и кивнула, на что старушка зашлась комплиментами в сторону моих кулинарных навыков. Она ещё долго бы рассказывала мне историю своей молодости, как однажды чуть не сожгла кухню матери, пока пыталась испечь торт, если бы не вышедший отец. Старушка бросилась его обнимать, а её супруг пожал руку. Оба зашлись похвалой по поводу его причёски и мантии.       — Думаю, стоит оставить меня и мои волосы. Здесь есть ещё один человек, который явно ждёт объяснений, — он подозвал меня к себе, приобнимая за плечо, — Мера, спешу представить тебе твоих бабушку и дедушку, Фелицию и Мортимера, — мужчина поочередно показал ладонью на пожилую пару, а те, откликаясь каждый на своё имя, сделали поклон и реверанс. Я же стояла, не в силах даже моргнуть. Новость о новоявленных родственниках никак не хотела поселяться в голове. Но почему они не забрали меня? Это родители мамы? Мы же совершенно не похожи! Нахмурив брови, я отлепилась от объятий и теперь с опаской поглядывала на новых членов семьи. Те не переставали улыбаться.       — Это шутка такая? — тихо начала я, борясь с желанием закричать, — Что всё это значит?       — О, дорогая, пожалуйста, не начинай истерик. Позволь мы объяснимся за столом, — бабушка (как же странно говорить это) тут же подскочила ко мне, взяла за руку, мягко поглаживая. Странно, но жест помогал.       Помогая мне ставить блюда на стол, она успевала дорассказать историю про кухни матери, про своего дядю, руку которого чуть не откусил огромный бабуин, и посоветовать зелье, придающее коже здоровый оттенок.       Наконец все уселись за стол и тут, впервые за вечер, наступила тишина. Каждый, не зная как начать разговор и о чём вообще говорить, поглядывал на другого с надеждой, что тот начнёт беседу. Так как вопросов, касающихся новости, у одной меня было немало, я решила начать.       — Итак, — неуверенно протянула я, осмотрев всех, — Вы мои бабушка и дедушка, — старики утвердительно кивнули, — А я ваша внучка. Мерлин, в голове не укладывается…       — Я понимаю, ты напугана и ничего не понимаешь, но мы, — здесь она пихнула локтём мужа, печально посматривающего в сторону еды, тот энергично закивал, подпрыгивая от неожиданности на стуле, — расскажем всё как только, так сразу. Ну, а сейчас, давайте попробуем кулинарные шедевры Эсмы.       — Эс… Эсмы?       — Эсма, сокращенное от Эсмеральда. Тебя ведь так зовут?       — Да, но… Я предпочитаю, чтобы меня называли Мерой…       — Что это за сокращение такое?! Северус, это ты приучил её к такому?! — воскликнув, женщина посмотрела на папу, когда тот прятал голову в плечах. Она кашлянула, сердито глядя на застывшего отца. Я спрятала улыбку в кулаке.       — Хорошо, я буду называть тебя Мерой, но останусь на своём мнении, что такой вариант сокращения не подходит такому величественному имени.       — Но какая разница…?       — Как это какая?! — с жаром возразила старушка, — Ещё какая! Эсмеральда… Название красивого и дорого камня, цвет которого сопровождает нашу семью ещё с начала этого века, такое величественное имя, а уменьшительно-ласкательное какое-то Мера…       — Думаю, мы все поняли причину Вашего недовольства. Через два часа закончится Рождество и было бы неплохо, если бы мы начали праздновать, — резонно заметил отец. Я кинула такой взгляд, полный благодарности, что, думаю, могла им откинуть человека.       Бабушка сдалась под жалостливым взглядом мужа и умоляющими нашими с отцом, и наложила себе салата с картошкой, с аппетитом вдыхая. Зазвучали столовые приборы, каждый придумывал тему для разговора.       — Ну, чем вы занимаетесь? — решив начать с малого, заговорила я. Заговорил, на удивление, дедушка.       — Как ты могла уже заметить, твоя бабушка, и все по линии Грин-де-Вальдов, закончила семь курсов в Хогвартсе на Слизерине, — женщина горделиво вздёрнула носик, — И благодаря блестяще сданным экзаменам попала на место в Министерстве. Отдел международного магического сотрудничества.       — После ужасной смерти Барти в прошлом году, — бабушка сняла берет, прижав его на несколько секунд к сердцу, и затем надела обратно, — На должность главы претендовал его помощник, Уизли кажется, но он был слишком малоопытен, а потому должность получила я, как уважаемый сотрудник.       — А ты? — спросила я у дедушки, когда он замолчал, посчитав нужным не говорить о себе, — Какой факультет закончил ты? И где работаешь? — старик заметно покраснел, на щеках высыпал небольшой румянец.       — Да что я… Закончил Пуффендуй, сдал ЖАБА только на один. Открыл свой магазин на Косом Переулке, в который никто толком и не заходит, — он уныло ковырял картошку в тарелке, — Всем заправляет Фелиция.       — Но магазин в Косом Переулке это же очень здорово! А как он называется?       — Украшения по-маггловски, — тихо ответил он, но из-за баса получилось больше бурчание, — Я продаю штуки, сделанные на маггловский манер, чтобы волшебники поняли, что они могут не только осквернять нашу кровь, но и делать что-то полезное. Но время сейчас такое, что все лишний раз из дома выползти бояться, не то, что по магазинам ходить.       — Ох, видела бы ты, что делал мой дядюшка, Геллерт. Пострашнее вашего Тёмного Лорда будет.       — Грин-де-Вальд был твоим дядей?       — Да, и я не стыжусь говорить это. Да, он делал выходящие из рамок приличия вещи, но ведь они были великие! Он не терроризировал народ, как делает это этот Том, но все всё равно считают его вершиной безумия. И что за люди? — покачала головой Фелиция, отправляя в рот последний нарезанный долькой кусочек моркови.       — Но в книге по истории написано, что он…       — Там написана полная чушь! Я знаю своего дядюшку, он не такой плохой, как все думают. И вообще, ты должна чтить свои корни, какими бы они не были! — я сжала салфетку в руках под столом, до боли закусывая губу, чтобы не закричать, — Ох, милая, курица восхитительна! — пришлось кивать, улыбка не лезла, а разомкни я рот, случилась бы ссора.       — Мера, солнце, не хочешь раскрыть подарки? — в который уже раз за вечер отец спасал меня от взрыва? — Пойдём на кухню, я помогу тебе достать их, — извинившись перед супругами, на что те снисходительно покивали, я буквально сорвалась с места на спасательную кухню.       — Слушай…       — Нет, это ты меня послушай! — яростным шепотом начала я, — Понятия не имею, где ты их откопал, но, Мерлин, спасибо большое!       — Да… Пожалуйста… Они тебе понравились?       — Бабушка немного пугает меня своими слизеринскими наклонностями, но вот дедушка просто лучший! Но только почему я не слышала о них раньше?       — Я и сам узнал об этом в конце лета. Пришлось поискать, только в октябре они узнали о смерти дочери и о своей внучке.       — Они не знали, что мама умерла?       — Скажем так, они расстались не совсем дружно, как только твоя мама закончила Хогвартс. Извещение о смерти они получили уже после твоего отправления в детдом.       — Знаешь, а это даже хорошо, что мы познакомились только сейчас. Мне не нравится Эсма.       — Думаю, нам пора возвращаться.       — Стой! — вдруг громко взвизгнула я, хватая отца за рукав, — У меня нет подарков для них!       — Стоило так беспокоиться. Ты же не знала, что они придут. Подаришь на Пасху, — я смиренно кивнула, хватая подарок для папы и выходя с ним из кухни. В гостиной нас ждал сюрприз.       — С Рождеством, милая! — посередине комнаты стояла бабушка, а в руках у неё лежала чёрная книга. название гласило: «Тёмная магия: Пособие для начинающих».