Аутсайдер: Дефектный "Супербой".

- Сижу за решеткой, в темнице сырой. Вскормленный в неволе орел молодой, Мой грустный товарищ, махая крылом, Кровавую пищу клюет под окном... Сидя в полупустой камере своего заключения, я вновь и вновь перебираю все стихи что читал и выучивал что в прошлой, что в нынешней жизни. Увы - других развлечений у меня тут нет, а те что есть, мне откровенно говоря надоели. Судьба узника в "Кадмусе" не самая лучшая. Особенно если ты - один из неудавшихся проектов, в который вложили несколько сотен миллионов вечно зеленых мертвых президентов. Позвольте представить себя - Рипли, продукт закрытого ныне проекта "Реплика", направленный на создание копии дорогого сердцу хозяина данной лаборатории своего извечного соперника в синем трико... Супермена. Очередная попытка воспользоваться генетическим материалом одного из последних криптонцев, дабы хоть как то ему насолить и использовать в своих планах по обретению доли власти. Только вот со мной это нихрена не прокатило. Видимо тот генетик, что разрабатывал мое ДНК под началом доктора Дезмонда, был криворуким кретином, что не смог нормально рассчитать хромосомный набор... Легкий табурет, выполненный из белой пластмассы, с хрустом резко сжался перед мною, приобретая форму неровной сферы. Ну вот, опять сорвался. Каждый раз, когда думаю о той допущенной ошибке, из-за которой меня скинули со счетов, вечно что-то ломаю с помощью телекинеза. Не могу порой контролировать эти порывы гнева - и весьма небезосновательно. - Здравствуй, Рипли. Шумно выдыхаю, и смотрю направо, сквозь бронированное стекло, на двух посетителей в переговорной камере, чье внимание притянуто ко мне. Доктор Сазерленд - недавно приглашенный специалист по генетике и гибридизации из Великобритании, изучающий проблемы нескольких проектов и... - Зачем ты каждый раз приходишь ко мне, Даббилекс? - с полным голосом безразличия спрашиваю я своего... старшего брата? Да. Скорее уж так. Ведь он единственный, к кому я могу это применить. И хоть стоящий рядом с лысеющим мужчиной рогатый G-Гоблин ничуть не похож на меня ни телосложением, ни характером... Мы с ним ближе, чем кто либо. - Меня волнует твоё состояние, Рипли. Ты практически перестал питаться. Это может плохо сказаться на твоем... - О. Твоя забота так мило выглядит. - с сарказмом произношу я, прерывая его слова. Мой рот вытягивается в подобие улыбки, обнажая ровный ряд белоснежных зубов, среди которых выделяются по животному длинные клыки. - Может быть тогда принесешь мне маршмэллоу и ключ от камеры? Пойду в поход, проветрюсь, пожарю зефирок. - Ты знаешь что это невозможно. - Знаю. Знаю лучше тебя, ведь тут сижу я, а не ты. И не Коннор. Геноморф прикрывает свои маленькие глаза, опуская голову вниз к полу. Он знает почему я так с ним говорю. Он знает почему я на него обижен. И все же он приходит вновь и вновь поговорить со мной, вытащить что-то из души, пытаясь коснуться телепатией моего оголенного разума. Не выходит - даже стекло здесь выполнено так, что не способно пропускать наши телепатические сигналы. Что говорить уж о свойствах свинца, который залит в стены. Так что остается только вербальное общение. - Я не представляю, откуда ты знаешь его нынешнее имя... - И не узнаешь... Зачем вы пришли, док? Что-то интересное решили предложить, или очередные анализы? - мое внимание переходит на слушающего нашу короткую беседу доктора, который держит в своих толстоватых руках планшет с закрепленными документами. Поправив свои очки, он всматривается в них, и начинает говорить. - Нужно взять биопсию нервных тканей и просканировать кору головного мозга. Последние результаты выдали погрешность, и нам требуется... Его прерывает мощный удар моего кулака по стеклу, из-за чего оно слегка трескается... Вместе с моей кожей. Темная кровь стекает по поверхности тяжелыми каплями, а своими багровыми глазами я вглядываюсь в водянистые зрачки этой снулой рыбы, что вытягивает из меня все соки и ткани, как и остальные до него. Шесть лет мучений. Шесть лет боли и опытов. Шесть лет одиночества, что нельзя заглушить. Как существу, геноморфу, созданному быть ройным, быть исключенным из своего общества? Это страшно. Страшно телепату оставаться одному в холодном шуме, не чуя ни линии мысли. Оставаться одному во тьме, в пустой камере, обнимая себя. И никогда не прикоснуться к кому либо. - Ненавижу... Обоих вас ненавижу. Тебя, жирная свинья. Ненавижу тебя, рогатый. Ты дал Коннору свободу, но не мне. Почему? Чем я хуже него? - Ты опасен, Рипли. Ты это знаешь сам. - Да, опасен. А Коннор не опасен? Не опасны закладки и его потенциал для остальных? Нет? Ты лжешь мне, брат. Всегда лгал. Почему я не в криосне, как Мэтч? А? Сильно интересен им и Лутору? Пытаетесь разгадать загадку зверюшки, что тут создали? А когда нужно, ты отдашь меня им на вивисекцию? - Рипли! - НЕТ! Я не хочу тебя слушать! Убирайся! И забери этого жирдяя с собой! Я не намерен говорить с тем, кто готов отдать меня на растерзание, дабы обеспечить безопасность хоть себе! Жди своего спасителя! Надеюсь твои надежды будут сломаны, когда он забудет о вас! Я срываюсь на крик, распаляя себя все сильней и сильней. Эмоции делают меня сильней. Я сам разжигаю в себе эти чувства сильней и сильней, и начинаю бить по стеклу все быстрей и быстрей. Моя кожа лопается после каждого удара, орошая стекло и поверхность пола каплями черной крови. Я не крепче Супербоя, моя стойкость меньше его... Но я другой. Мои силы не предназначены, дабы под лучами солнца идти на таран. Я иной. - Остановите его! Кроуфорд, пусти газ в камеру "Реплики"! - Рипли, успокойся! Я прошу тебя! Это ни к чему не приведет! Нет, приведет. Я знаю это. Ведь когда ночью вы отключали свет, я выучивал новый трюк. Криптонские гены таят в себе многое. Не каждый может себе раскрыть то, что в них заложено. Кларк Кент не сумел. Его родственница, Кара, тоже. Не смог и Дру-Зод, великий полководец гиблой планеты. А вот один всеми забытый бродяга, с именем Х'Эл - вполне. И трещина, которая раскрывает изоляцию между нашими комнатами, дает моим телепатическим способностям резко коснуться мозга Сазерленда. Да, в мою комнату уже поступает усыпляющий газ. Да, Даббилекс уже разрывает связь между нами. Но большего мне и не надо. Ведь я взял что хотел. Сазерленд хотел есть. И его мысли, помимо меня, летали в мечте об одном кафе недалеко отсюда, где подают отличные макароны с сыром. Он помнил место. Вид. Расположение. Достаточно для меня. И внезапно разрываясь каскадом света, вдыхая дозу газа, я чувствую как меня утягивает из моего плена через искажение пространства, прочь из ненавистного "Кадмуса". Прочь. Прочь. Телепортация занимает секунды, но испивает из меня все силы. Я оседаю на теплый асфальт, согретый заходящим светилом. Солнце. Пусть даже и заходящее, оно дает мне те капли энергии, что не хватало несколько лет. Я поглощаю их с жадностью, восстанавливая себя, свои силы. И встаю, всматриваясь в зал кафе, где люди с удивлением взирают на меня, одетого лишь в белый облегающий комбинезон. - Свобода. Эйфория от лучей заходящего солнца прошла быстро. Пары циклов вдох-выдох вполне хватило. Впрочем на смену ей быстро пришла другая. Запахи, цвета, звуки и даже электромагнитные поля буквально навалились на меня. Пусть криптонские гены и не давали никаких усиленных чувств, но вот наследие геноморфов… Даже животные чувствуют мир более остро чем человек. Геноморфы же создавались как оружие. Больше силы, скорости, ловкости. Более острый чем у зверей ум, пусть и редко дотягивающий до человека. И конечно обостренные чувства. Сидя в изолированной камере не особо привыкнешь к такому дополнению. Впрочем, телепатия - это не только возможность читать мысли, но еще и навык контроля своего сознания. Структурировать поступающую информацию не заняло много времени. А затем я просто "отключил", лишнее в данный момент, ощущение электромагнитных волн. Ну, по крайней мере, врожденные навыки роевого телепата защитили меня от перегрузки ментальной. Даже наоборот, слышать сотни голосов, видеть свет сотни разумов, чувствовать тысячи мыслей после стольких лет пустоты и одиночества… было приятно и успокаивающе. Потратить целую минуту на приведение мыслей в порядок сразу после побега не лучшая идея. Не то что бы я опасаюсь попытки захвата посреди людной улицы в Вашингтоне, рядом с Залом Справедливости. Но и внимание уже собравшейся толпы мне тоже не нужно. По крайней мере я не похож на Кал'Эла, слишком уж мы дальние «родственники». Настолько, что вполне может быть высокими физическими параметрами я обязан не криптонскому, а геноморфному наследию. В конце концов я слабее Коннора и уж тем более Супермена. А вот G-Тролли близки ко мне по силам и прочности. Невербально помогая себе движением руки, отвожу телекинезом камеры и телефоны от меня. Да, на мне, как и положено неудачному образцу не красуется знак дома Элов. Искренне за это благодарен Лутору. Я более чем уверен, что основная неприязнь последнего криптонца к Коннору кроется именно в пренебрежении символом. В конце концов тот не задумываясь и с полной уверенностью носит символ, право носить который Кларк получил только изучив Криптонскую культуру. Сложно спокойно реагировать на то, что твой знак, твою "фамилию", носят как простую картинку на футболке, при этом не давая себе в этом отчета. Людям то это спускается, а вот заявляющему на родство клону... Повинуясь мысленному усилию мое тело воспарило над землей. Левитация очень сложный трюк. Дело не в силе, а в психологическом факторе. Крайне сложно приложить телекинез к себе, да еще на постоянной основе. Брат не может, я тоже не мог... Раньше, до того как моего тела коснулся свет солнца. Возможно криптонские гены не позволяют левитировать, но они ослабляют психологический блок. В конце-концов все криптонцы могут летать под светом желтых звезд. Я начал медленно погружаться в разумы людей, осторожно подталкивая их к нужным воспоминаниям. Мне нужно больше точек для телепортации. По всему штату, стране, за границей. В конце концов для телепата нет языковых барьеров. Впервые за долгое время я вновь радовался своим силам. Мои физические параметры просто бонусный приз, в лотерейном выигрыше. Телекинез, телепатия, телепортация. Возможно весь спектр психокинеза. Надо будет попробовать исследовать окружение силой мысли. В комиксах и Супербой и Х'Эл могли нечто подобное. Впрочем не нужно забывать и осторожности. Мне трудно контролировать свои силы. Телекинез это не третья рука, не аморфное вещество на движение которого приходиться прикладывать усилия. Нет, телекинез – мысль. Нет нужды «охватить» объект приложения парасил. Все что нужно – мысль, и объект сдвинется. Именно поэтому телекинез не ограничивается передвижением материальных объектов. Некоторые умельцы создают сгустки кинетической энергии и атакуют ими, без материального носителя. Я так не могу и надо признать, не факт что смогу. Но в этом кроется и сложность контроля, как ограничить свою мысль? Особенно в ярости? Все что нужно, чтобы кого-то убить – лишь мимолетное желание, порой даже не особо искреннее или направленное на другого. Потому я и опасен. Предаваясь размышлениям и попутно пополняя коллекцию чужих воспоминаний, я летел к заходящему солнцу, попутно поднимаясь все выше и выше. Мне нужно больше его радиации. Больше света. Я буквально чувствовал как мои силы растут. Нет. Не растут… Просыпаются. Все маленькие чудеса творимые мной ранее были подобно хождению во сне. И сейчас я проснулся. Интересно может у меня получиться создать пассивную телекинетическую ауру? Как у Коннора в комиксах? Не сейчас, но криптонцы тоже имеют ауру и прекрасно ее контролируют даже во сне. Может удастся сыграть на этом? Тогда я смогу сравняться «физически» с братом, а может быть и с Кал'Элом. Впрочем - долой пока что мечты. Я достаточно пополнил свою «библиотеку», пора и честь знать. Обернувшись я взглянул на Вашингтон еще раз. Прощай "Кадмус", пока Даббилекс , прощай дурацкая кличка Рипли. Город исчез в вспышке моей телепортации.