По закону Змеев . Опекун Джонс

      Семья. Каждый по-своему воспринимает это слово. У многих оно вызывает волну заботы и тепла. Любовь родителей к детям, и детей к родителям. Идеальный, с огромным трудом построенный мир — ячейка общества. Собранное по крупицам самообладание и доверие двух людей, которые смогли сотворить вокруг себя иллюзию счастья. Два некогда мало знакомых человека, соединившие свою судьбу. Чтобы выстроить вокруг себя купол от всех невзгод окружающего мира.       Элизабет Купер знает, что такое семья. Она единственная дочь своих родителей. Её любят, её оберегают. Ей дают все тепло, что только есть в сердцах родных людей. Она капризничает, срывается, бунтует. Потом успокаивается и идет извиняться перед любимыми родителями. Её балуют. Большой Лос-Анжелес развращает. Дорогая одежда, приемы в издательстве родителей. Шумное окружение богатых деток, таких холодных, расчетливых и развращенных как и она сама, наверное?.        Её идеальный мир — большая квартира в городе, огромная личная комната. Шикарный гардеробный шкаф, заполненный мировыми брендами. Отец любит баловать свою единственную доченьку. Он называет её: «Моя девочка», «Моё солнышко», «Моя Куколка», «Барби». Элизабет отвечает отцу всегда с улыбкой. Барби, она же красивая куколка. Я для него просто красивая кукла? Комната в светлых тонах, картины на стене, письменный стол и последняя модель ноутбука Apple. На стене полка с наградами и грамотами, которыми так гордятся отец и мать. Тяжелый, заполненный книгами шкаф, напоминание её труда. Сколько вечеров она провела, читая книги? Все как и должно быть. Её идеальный мир Барби. Она же счастлива?       Идеальная семья. Это про Куперов. Про её семью. Отец и мать всегда внимательные и учтивые. Между ними точно есть уважение. Есть теплота и взаимная поддержка. Общий выход в свет, счастливые улыбки. Свидания по вечерам и семейные ужины дома. Но есть ли между ними любовь? Удачный бизнес в редакции, и какие-то дела с филиалом «Южные змеи» всегда проблемные и тяжело решаемые. Но об этом Элизабет даже не спрашивает. Это дело родителей, ей давно сказали «Не спрашивать об этом!».       Она идеальная дочь, всегда скромная, ей положено держать марку. На публике улыбаться и вежливо смотреть на людей. Прилежная ученица, она должна быть успешной. Брендовая одежда бесит, ей неуютно в ней, и даже цифры ценника не красят настроение. Как только родители замечают, что дочери грустно, Хэл Купер вкладывает в руки дочери пластиковую карту, вызывает водителя и приказывает: «Купи себе что-то!», а любимая мама отправляет дочь в салон красоты Как же тошнит от этого. Она не помнит, сколько процедур ухода за кожей уже сделала, сколько раз стилисты делали ей прическу. Один за другим предлагая покрасить волосы. «Черный. Рыжий. Шоколадный». Бетс отказывалась и зло говорила: «Только укладка». Я больше не приду сюда.        Родители пропадали на работе, решали свои проблемы. Её идеальный мир. Она заметила еще с детства: весь этот образ идеальной семьи — фальшь. Нет, родители любили её, хоть и подолгу задерживались на работе или уезжали в командировки, вовсе бросая её на няньку. Своё отсутствие они щедро компенсировали дорогими игрушками, празднованием её дня рождения. Когда на неделю в год её семья становилась такой близкой. Родители возились с ней, они ходили в Аквапарк, ездили в любимое кафе-мороженое, возили дочь в Диснейленд. Фотографии с таких вот семейных недель были с любовью вклеены ею в альбом, как драгоценная память. Моя идеальная семья        Неделя пролетала, и родители Купер снова становились образами в её голове. Снова не бывали дома, присылали подарки. Выделяли нехилые карманные деньги. Изредка брали её на какие-то мероприятия, чтобы снова на один вечер стать «Идеальной семьей». Она же хорошая девочка, в их отсутствие ничего не натворит.       Утром девочка отправлялась в школу в сопровождении водителя и няни. Нелюдимо отсиживалась на первой парте, пока остальные дети играли и общались. Уроки проходили быстро. Она давно опережала программу, у неё было время изучать. Лет с четырнадцати нянь больше не нанимали, считая «дочь взрослой и ответственной», у нее уже на автомате приходить с школы и делать уроки. Пару раз в школе её пытались задеть, но когда девочка дала сдачи мальчишкам, разбив одному нос, а второму поставив фингал, её больше не трогали, боясь снова получить ответ. Даже этот звоночек не повлиял на её родителей. Она все так же проводила время по своему усмотрению, став в школе невидимкой. Конечно, когда она достигла подросткового возраста и перешла в старшую школу, несколько девочек, увидев в ней дочь богатых родителей, старались подружиться. Но она не подпускала их, оставив на расстоянии «Привет и Пока».        Элизабет ненавидела этот идеальный мир, эту идеальную семью, созданную её родителями. Потому что когда шли годы, а родители пропадали все чаще, няньки сменялись, не оставаясь в памяти девочки. Это просто их работа. Она просто любимая папина кукла. Она всегда принимала все подарки, оправдывая их поступки нехваткой времени, они же вроде как работают, чтобы лучше жилось ей. Да лучше бы мы жили где-то в богом забытом городке, и ели не морепродукты,а макароны. Чаще бы встречались дома за ужином. Она бы готовила им вкусные блюда, которые она научилась готовить убивая вечера на кухне, чтобы хоть как-то скрасить одиночество.       Она любила готовить, вкусная еда дарила минутную радость. Она готовила для них. Но родители днями не появлялись, нет, звонили они каждый день и сообщали: «Сегодня не придем!». А Бетс плакала, открывала холодильник и выкидывала заботливо приготовленные для родителей изысканные блюда в помойку. Отправлялась на следущий день снова в магазин, заполняя пустоту в холодильнике. Как будто хотела этим заполнить пустоту в своей душе. Она одна, совсем одна.       Близился её День Рождения, 16 лет. Неужели они снова на неделю превратятся в идеальную семью? Ненавижу. В последний месяц зачем-то к ней прислали охранника, который поселился в комнате гостей на первом этаже, незримо сопровождая её до школы и обратно, а так же в тех немногочисленных вылазках, что она совершала. Он был неразговорчив и стар, она иногда угощала его блюдами своего приготовления, он говорил: «Спасибо» и уходил в свою комнату. Это работа, это просто его работа.       Родители организовали шикарный праздничный день. Мама, как всегда, отправила её в салон красоты, чтобы дочь вечером блестела в свете софитов недешевого ресторана «West Moon», снятого для празднования шестнадцатия. Зачем было приглашать весь её класс, она не понимала, с этими людьми у неё не было ничего общего, кроме учебы в одной школе. Я одна, совсем одна.        Дорогое шикарное платье нежного персикового оттенка красиво обрамляло фигурку девушки, выдавая взросление. Белокурые волосы были уложены в изящную прическу. На лице был утонченный вечерний макияж в тон платья. Она так юна и красива. Машина привезла её в ресторан около шести часов, в стенах «West Moon» уже собирались гости, она принимала поздравления и подарки, улыбалась и учтиво отвечала на вопросы. Осматриваясь, взглядом она искала только их. Своих родителей. Но среди толпы одноклассников и их родителей, родителей она не нашла. Как же имидж надо соблюдать. Зачем они пригласили всех этих людей? Меня бы устроил просто день с ними двоими.. Телефон ни отца, ни матери не отвечал. Они, что бросили меня совсем?       Вечер проходил тихо и непринужденно. Все общались. Она принимала поздравления и улыбалась. Ей делали комплименты. Одноклассник Дрейк усердно пытался флиртовать. Ведущий вел викторину, веселя присутствующих. После 22:00 гости начали покидать ресторан, сочувственно смотря на неё, кто-то и вовсе открыто говорил: «Жаль, что твои родители не смогли прийти!». Она не нуждалась в сочувствии, ей были мерзки эти лицемеры, она прекрасно видела, что многие из них искали выгодное сотрудничество с «Cooper-Company». Мой идеальный мир.       Она снова тонула в своем одиночестве, не скрываясь от всех, затягивала сигаретный дым вишневого табака. Она уже год курит вишневые дорогие сигареты «Captain Black», которые с легкостью можно купить в интернет-магазине. Плевать, что отравляющий дым, заполняет легкие, даря немного больше спокойствия. Им же плевать, вот и мне тоже. Толпа гостей рассасывается, и вскоре она остаётся одна с персоналом и охранником за спиной. Она тянется к открытой бутылке вина, не скрываясь начинает глотать с горла красную жидкость, чувствуя, как бродящий напиток обжигает горло. Полусладкое красное вино. Я одна, совсем одна. — Мисс, не стоит! Ваши родители не одобрили бы! — старается забрать у девушки бутылку с красной жидкостью старик охранник, коря её за этот порыв. Элизабет держит, не отпуская. — Это не твоё дело! Им плевать, не видишь, что ли? Они даже не явились на день рождения дочери! — девушка завоевывает бутылку. А охранник сдается, это действительно не его дело. Это просто работа. Просто его работа.       Ближе к полуночи она уже чувствует легкость, выпитый алкоголь всосался в молодой организм моментально. А ведь до этого я не пила, а зря, такая легкость на душе. В ресторан проходит полицейские, спрашивая у официантов: «Где Мисс Купер?», ему указывают на неё, сидящую в углу именинницу. Перед ней стоит полная пепельница и пустая бутылка. А администратор ресторана проклинает себя, что не уследил за несовершеннолетней, она явно напилась. Полиция явно заметит это и он лишится работы. Офицер закрывает на это глаза. Присел возле Купер, взял её за руку и посмотрел в глаза. «Да, девочка не в себе, как ей сказать, что её родителей больше нет?». Элизабет не глупая, она понимает, что, раз родители не приехали, что-то случилось. — Офицер, скажите мне, что случилось? Что-то с родителями? — с надеждой смотрит она в глаза темнокожего мужчины средних лет. Ища объяснений, опровержения, закравшегося в душу тяжелого чувства пустоты. Он долго молчит, смотрит на неё грустным взглядом, не решаясь, испортить её идеальный мир. Я так люблю свой идеальный мир.       Ей сообщаюсь новость. «Взрыв автомобиля, никто не выжил, опознания не будет. Очень жаль! Ей нужно домой, отдыхать и ждать адвоката». Лицо не выражает эмоций, она спокойна, слезы не тронули её небесных глаз. Она просит отвезти её домой. Теперь она точно одна. Я одна совсем одна… Моя идеальный мир рухнул!        Она запирается дома, выгоняя охранника вон. Двое суток, или больше, она не помнит. Она выкуривает сигаретный запас наслаждаясь сочетанием алкоголя и ядовитого дыма с отблеском вишни. Её рвет, желудок сопротивляется, такое не должна делать идеальная девочка. Я одна, совсем одна…

***

      Мужчина средних лет сидит в своём офисе, перебирая бумаги, ставит подписи. Его отвлекает телефонный звонок. — Мистер Джонс? Я адвокат семьи Купер. Мистер Вильгельм Эдс, — сообщает басистый голос в трубке. — Да, я слушаю, мистер Эдс. По какому вопросу Вы мне звоните? — не очень заинтересовано спрашивает Джонс, увлеченный своими бумагами. От Куперов давно не было вестей. — Мистер и Миссис Купер погибли. Миссис Купер оставляла Ваши контакты на экстренный случай, поэтому я звоню именно Вам. А так же у меня есть для Вас письмо, — что-то оборвалось внутри сидящего за столом мужчины. Он отпустил тогда Элис, чтобы оградить от темного мира СаудСайда и, видимо, зря. Он проглотил вставший в глотке ком. — Когда? Что с их дочерью? — только и смог спросить Джонс, подступающие предательские эмоции грозились прорваться наружу. — Пару дней назад. Дочь в порядке. Я занимаюсь поиском приемной семьи для Элизабет. — Скажите адрес, или лучше пришлите на электронную почту. И не ищите семью. Я заберу девочку. Похороны уже были? — Хорошо, я высылаю адрес и личное дело мисс Купер. Похороны будут через два дня, поспешите Жду Вашего приезда! — на обратной стороне провода послышались гудки. Форсайта Джонса положил трубку стационарного телефона, налил себе виски из мини бара и осушил бокал. Надежды больше нет.       В этот же день телефоны Змеев получали смс: «Если Змей будет убит, о его семье позаботится банда.» . Это значило, что их стало меньше. Кто-то погиб, значит, нужно максимально помочь его родне.       Такие же сообщения получили и сыновья короля змей Форсайта Джонса II. Вечером, намереваясь выяснить, кто погиб и не нужна ли отцу помощь. Обычно погибали одинокие, не построившие свою семью змеи, связавшиеся слишком глубоко с преступным миром. Их помнили, выпивая за них на собрании рюмку, они были частью их банды. В чем же дело сейчас?