А в этой сказке было все не так...

      В это время шериф Ноттингемский как раз заканчивал слушать доклад одного из своих шпионов. - Ну, и по-твоему, какую полезную информацию я могу вынести из твоей болтовни? - Милорд, но Вы же сами хотели узнать, кто приходит к сэру Гаю. Я как раз и говорю, что сегодня к нему приходила сбежавшая леди Марион Найтон. Она зашла к нему около двух часов назад. - Это все я уже слышал. По-твоему, если ты повторишь это, твоя информация станет более ценной. Когда она ушла от него? О чем они говорили? - Я…Я не знаю, милорд. Там был слуга сэра Гая, Алан и мне пришлось уйти. - Дорогуша моя, - шериф поднялся с кресла и слегка навис над писцом в черном костюме, который от испуга даже вжал голову в плечи, - меня не интересуют отговорки. Меня интересует результат. Как ты думаешь, долго ли здесь в Ноттингеме продержится на службе человек, который шарахается от собственной тени? - Я б-б-буду б-б-больше стараться, милорд.       Но шериф, казалось, этого не услышал. - Может высечь тебя на площади плетьми? Может быть это научит тебя расторопности? - Милорд, прошу Вас, пожалуйста нет. - Знаешь, решено. Тюрьма и плети стимулируют всех. Стража! - Милорд, умоляю. Умоляю! Я добыл ценные сведения, у меня есть письмо, которое леди Милисента отправила в обход сэра Гая.       Шериф взмахом руки отпустил прибежавшую в покои стражу и поднял с колен обезумевшего от страха писца. - Ну что ж милейший. Как видишь, я человек справедливый. Если твоя информация будет ценной, я тебя не брошу в темницу. - Милорд, вот п-прошу Вас. Я снял копию с письма.       Шериф вырвал лист бумаги из рук писца, снова упавшего на колени и жадно пробежал его глазами. В письме ничего предрассудительного не было. Леди Милисента всего лишь писала аббатисе монастыря Святой Каролины, что навестит ее через пару недель. Вейзи уже почти разочаровался, когда в конце письма увидел постскриптум: P.S. Дорогая матушка Анна! В своем следующем письме Вам я планирую вложить короткую записочку для моей подруги Роджерины Стоук. Не затруднит ли Вас перенаправить ее в манор Хойфурбридж? Я была бы Вам искренне признательна за это.       Шериф задумчиво постучал уголком письма по своему зубу с небольшим бриллиантом. - Я так понимаю никакой Роджерины Стоук не существует и на самом деле она писала письма Роджеру Стоуку? - Надо полагать да, милорд. - Хмъ, а как ей удалось отправить это письмо настоятельнице втайне от Гисборна и как оно попало к тебе? - Я просто нашел его среди Вашей корреспонденции к отправке. Я очень удивился, что Вы состоите в переписке с духовными лицами и взял на себя смелость вскрыть конверт. Там и оказалось это письмо. - Что ж ты молодец, Джексон. - Меня зовут Джейсон, милорд. - И ты полагаешь, это меня волнует? Правильный ответ, нет – Джексон. А вот что меня действительно волнует, так это то, что ты роешься в моей корреспонденции. И за это ты должен быть наказан.       Писец даже не успел ничего понять. Через мгновение, он уже лежал на земле с воткнутым в спину ножом, как раз под левой лопаткой. Шериф продолжал также флегматично постукивать письмом по зубу. Труп совершенно не мешал ему думать. Напротив, присутствие рядом убитого им человека, шерифа всегда умиротворяло. «Итак, что мы имеем? Гисборн, очевидно, по-прежнему неровно дышит к девчонке Найтон. Это хорошо», - размышлял шериф. «А то мне уже начинало казаться, что он переключился на наследницу».       Но вот Милисента? Что движет ею? Ее поведение приводило шерифа в замешательство. Сначала ему казалось, что Милисента влюблена в Гая. Все эти совместные поездки и тому подобное. Однако попытка ее освободить, заронила в душе шерифа сомнения. Теперь, когда выяснилось, что леди переписывалась со Стоуком стало очевидно – она Гая просто использует.       Вопрос только зачем? Флиртуя с Гисборном, она только осложняет себе жизнь. Конечно, спору нет, так она может уговорить его, чтобы он, например, вывозил ее из замка. Но что ей это даст? Все равно, Гисборн всегда предупреждает, куда они отправились, когда вернутся. Да и катаются они в пределах видимости городской стражи. Далеко ей будет не скрыться. Если только она надеется, что Гисборн сам организует ей побег.       Да! Вот оно! А девчонка и в самом деле сообразительна. Ведь если бы Гисборн и правда был в нее влюблен…Священника в Ноттингеме нет. Он появляется раз в неделю – приходит пешком из Локсли для воскресной службы. Его нужно или привозить оттуда для венчания или самим ехать туда. Привозить священника в Ноттингем рискованно - это будет трудно скрыть от герцога, да и от самого Вейзи. Поэтому если Милисента предложит Гисборну сбежать в Локсли и там обвенчаться, это будет звучать логично. Они, естественно, поедут туда одни. А там нужно только лишь дать весточку Гуду, и в церкви их уже будут ждать. Стоук женится на Милисенте, Гай с отчаяния перережет себе горло, а шерифа вздернут на дыбе из-за неудовольствия принца Джона.       Да, план был бы недурственный. Жаль, что она переоценила свою привлекательность.