Пора лечить фобию 2: Змеиный клубок

      Зуас уполз, оставляя нас наедине. Впрочем, мы же ещё не знакомы, и это нужно исправить.       — Как тебя зовут? — спросил я, собирая необходимые мне приспособления для сегодняшней занимательной науки.       Мужчина не пылал энтузиазмом, но, немного подумав, ответил:       — Икар, — у него был сиплый, то ли от усталости, то ли от природы голос.       — Надо же, какое интересное имя! — удивился я.       Мужчина не понял моего удивления, что было видно по его выражению лица.       — Там, откуда я прибыл, есть легенда про одного мужчину. Его тоже звали Икар.       — И о чём же она? — с какой-то усталостью спросил он.       — О том, что его наставник сделал ему восковые крылья, чтобы тот мог летать, но предупредил, чтобы он не поднимался слишком близко к солнцу. Икар его не послушал, и его крылья расплавились.       — Грустная история, — сказал Икар, которого мой рассказ явно не порадовал.       — Зато поучительная. Меня зовут Дмитрий, — сказал я и кивнул на стол. — Помоги мне донести телескоп, а то руки уже заняты.       Икар недоуменно покосился на странный (по его мнению) аппарат, но взял его и последовал за мной.       Мы поднялись на поверхность, и я сразу принялся подбирать самое удачное место для установки телескопа. То оказалось очевидным — середина тренировочного поля. Икар вначале помогал без особого энтузиазма, но когда прибор стал более-менее похож на что-то вменяемое, даже заинтересовался происходящим. Он был молчаливым, но всё написано на его лице, поэтому я читал его как открытую книгу. Когда же я настроил телескоп, то заметил, что глаза мужчины буквально искрятся от интереса, точно у маленького Лашеса и Ани.       — Хочешь посмотреть? — поинтересовался я, наводя телескоп на местный спутник.       Тот посмотрел на меня с неуверенностью, но всё же подошел и заглянул в линзу. Затем его лицо отразило такой искренний восторг, что мне показалось, он впервые испытывает эмоции.       — Как это возможно? — удивленно спросил он.       Я-то думал, что человеческая раса здесь более развита. Но, возможно, наука ходит вокруг других направленностей.       — Это оптика. Видишь трубу? В ней две линзы и зеркала. Линзы установлены так, чтобы лучи, преломляясь, не только увеличивали изображение, но и переворачивали его.       — Оптика? Лучи? Линза? — растерялся мужчина. Он явно с этой наукой пока не сталкивался.       — Ты видел когда-нибудь подзорные трубы? — решил издалека начать я.       — Нет, мы используем магию, чтобы увидеть, что находится вдалеке.       — Ну, в какой-то степени физика — тоже магия, — засмеялся я и принялся рассказывать Икару сначала про свет, потом про линзы, а потом про звёзды и космические тела.       В какой-то момент мы так разговорились, что я показал ему все карты, объяснил, что на них изображено, чем я занимаюсь, и он загорелся желанием присоединиться. Взрослые — это большие дети.       Где-то после полуночи на поверхность выползли Зуас и Ашьякс. Аня и Лашес тоже пришли с ними. Я каждому по очереди показал телескоп, рассказал, что он собой представляет, и провел экскурсию по небу. Восторгом был переполнен каждый, но наги явно сдерживались. В итоге я оставил телескоп на растерзание, а сам сел отмечать видимые звезды иглой.       В какой-то момент я так устал, что облокотился о каменные колонны спиной и просто наблюдал за остальными. Я не сразу заметил, что Ашьякс направился ко мне. Когда Король приблизился, я подобрался сесть ровно, но тот жестом показал, что я могу не дергаться. Он сел рядом, обвив камень, на котором я сидел, своим хвостом.       — Это удивительно, Дмитрий Сергеевич, — почему-то когда Король называл меня по имени и отчеству, у меня мурашки по телу пробегали. До того это было необычно, хотя я уже должен был привыкнуть.       — Я счастлив, что вам понравилось.       — И всё же, почему вы не навестили нас на балу? — спросил он, не смотря на меня.       — Я уже пояснял Зуасу причину, нужно ли повторять всё сначала? Если честно, я немного устал, — я слегка улыбнулся. Это не было ложью. Я уже и голову держать прямо не мог, а поэтому откинул её тоже на колонну, косо смотря на нага, расположившегося в такой близи.       — По вам видно, — он вдруг приблизился ещё и зарылся в мои волосы рукой, пристально смотря в глаза.       Его глаза в тени точно светились золотом, выделяя узкий зрачок. От такого я даже проснулся и замер в напряжении, смотря в ответ. Что происходит?       — Вы гениально сыграли роль моего внутреннего голоса, — вдруг сказал Король, от чего я покраснел, вспоминая, как разговаривал с невидящим нагом. Сердце пропустило удар. Он не забыл. И чем мне это обернется?       — Простите, так было нужно, — тут же стал оправдываться я. Проблем не хотелось.       Наг же не отстранялся, продолжая гипнотизировать меня своим взглядом. Его улыбка больше не была такой уж безобидной. В глазах играли чертята.       — Кто бы мог подумать, — прошелестел Король слишком близко, от чего я почувствовал себя загнанным кроликом.       Он вдруг отстранился, от чего стало прохладно, хотя щеки у меня горели огнем.       — Вам не стоит сидеть на камне. Я слышал, вы, люди, можете от этого заболеть, — он подхватил меня одной рукой и мгновенным движением поставил рядом с собой на ноги.       — Тем более вы недавно болели, — послышался голос впереди. Это говорил Лашес. — Я бы не хотел ещё раз видеть вас больным.       Змееныш побледнел, вспоминая, каким грозным я бываю в таком состоянии. Ну, извините. Попробуйте быть в хорошем настроении, когда плохо и всё болит.       — Дима! — позвала Аня. — А где здесь Андромеда?       — Здесь её нет, Ань, это не наше небо, — я поспешил к девочке, убегая от Короля, разговор с которым каждый раз ходил по тонкой грани.       — Но ты говорил, что небо одно на всех, — удивилась девочка.       — Ну, иногда я бываю не прав.

***

      — Папа, учитель заснул, — слышал я сквозь дрему голоса.       После поиска «Андромеды» мы развели костер и собрались вокруг него. Затеяла это всё Аня, а мы ей все подчинились. Дети были полны энтузиазма. Ещё бы, сегодня им разрешено нарушить режим по полной программе. А вот я очень скоро начал клевать носом и, как видно, закемарил. Я слышал разговоры как сквозь воду, но не мог найти в себе силы проснуться.       — Он много трудится, — послышался голос Ашьякса.       Чужие руки подхватили меня. А после я почувствовал, что удобно лежу на чем-то плотном и мягком, а сверху на меня навалилась легкая тяжесть.       — Хе-хе, Диму на ручки взяли, как Принцессу, — послышался голос Ани. Вот же оторва.       — Тш, пускай он спит. Вам тоже пора, — сказал Король с некой хитрецой в голосе.       — А Дима? — заныла девочка.       — Я принесу его позже. Нам с Зуасом нужно поговорить, — сообщил он.       — Икар, отведи детей в спальни, — попросил Зуас. А затем послышались шаги и тишина. Видно, все ушли.       — Мой король, о чём вы хотели со мной поговорить?       — Я схитрил, — честно признался Ашьякс. — Мне захотелось побыть с вами наедине.       С вами? Это он обо мне и Зуасе? Зачем ему это?       — Давно мы не оставались вот так, — я почувствовал, что моей головы коснулась рука. Движение было нежным и приятным.       — Многое произошло. На всё это было необходимо время, — другая рука коснулась моей щеки.       Не много ли внимания мне уделено? Почему меня вообще… гладят? Что происходит?       — Тш-ш-ш. Он спит не крепко, — моих губ коснулось чье-то дыхание.       Так… Надо просыпаться… Чует моя… хорошим это не закончится. Почему у меня не получается?!       — Ты же не загипнотизировал его? — слишком неформально спросил Зуас.       — Он будет нервничать и убежит, а ему нужно отдохнуть, — невинно ответил Ашьякс, касаясь моей щеки губами.       Я уже нервничаю! Дайте убежать!       В какой момент всё так обернулось?!       Меня же продолжали бесцеремонно гладить на грани приличий. Если бы я мог, то уже покраснел до кончиков ушей! Но касания были такими нежными. Это только больше сводило с ума. Кто-то из двоих взял мою руку и поцеловал её с тыльной стороны ладони.       — Он не спит, — сообщил сипло Зуас. — Мы его разбудили.       Да кто бы тут не проснулся?! Вы же тискаете меня, как тряпичную куклу! Боже, об этом даже думать стыдно…       Ашьякс склонился и провел носом по моей скуле, а потом прошептал на ухо.       — Не убегайте, мы всё равно вас догоним, — прошелестел он.       Рука скользнула по моей талии. Мне сразу вспомнились некоторые события, которые до сего момента я считал сном.       Это явно были не сны! Как я мог прозевать?!       Видимо, Зуас взял мое лицо за подбородок и тоже приблизился.       — Мы не навредим. Не надо нас бояться, — прошелестел он.       Ага, где-то я эту песню слышал. Все так начинается! Я не согласен! Я не по этой части! Да неужели вам своих не хватает?!       Вместо моей гневной реплики мне удалось нахмуриться и недовольно промычать.       — Мы глубоко уважаем тебя… учитель, ты наше сокровище, — продолжали шелестеть голоса.       Ах, уважаете? Вспомнили, что я учитель? Ну хорошо, с завтрашнего дня я вам устрою обучение!       Смущение охватило мою душу полностью. Нет, ну я правда не был готов ни к чему подобному. Это же сколько раз я игнорировал очевидные сигналы?       И что мне теперь делать с этим?       Видимо, всё же, вняв моему недовольству, меня подняли на руки и понесли, к счастью, в мою спальню. Ещё счастливее я оказался, когда оба нага уползли. Но посчитали своим долгом поцеловать на ночь в лоб. Гипноз же с меня сошел, когда они были далеко. Мои щеки сразу покраснели, голова шла кругом. Наивный дурак. Знал же о их вкусах с самого начала! Но я не думал, что кто-то посмотрит на кого-то вроде меня! Так… Не паниковать. Успокойся. Просто успокойся.       И вот как теперь спать прикажете?