Gray-or-green.

Детектив ЭрКей опять напился. И в этом заключалась проблема. Модель HA985, известная так же, как Хэнк, обязательно вздохнула бы, если бы могла. Но искусственная имитация дыхания не предусматривала отдельного подпункта «охи-ахи», и потому дыхание Хэнка изо дня в день оставалось ровным, размеренным и неторопливым. Даже сейчас, когда его непосредственное начальство пускало слюни на барную стойку. Серьезно, человек на месте Хэнка давно бы уже распсиховался. Но Хэнк человеком не был. Хотя психовать его программе ой как хотелось. Андроидов, даже самых навороченных и передовых, всегда делали несколько… однотипными. Сходство заключалось, как ни странно, в возрасте. Серьезно: выпускались и белые, и мулаты, и афроамериканцы с азиатами, и рыжие, и брюнеты, и блондины, - но никогда визуальный возраст модели не превышал тридцати или тридцати пяти лет. Именно это упущение сумела разглядеть Хлоя Камски, основоположник линейки Киберлайф и создательница тириума, что питает биокомпоненты андроидов; иными словами, буквально их прародительница. Девушка, изучив влияние возрастного фактора на человека, пройдясь по психологии и типам подсознательного восприятия личности, анонсировала новую линейку НА985, прототипом которой был сам Хэнк. Отличия были кардинальные: если раньше на андроидов смотрели, как на «недо-людей», то линейка HA985 должна была восприниматься подобно наставнику: сильному, мудрому и уверенному; и на это были направлены все ее характеристики, начиная от внешнего вида и заканчивая моделью поведения. Хэнку достался богатырский рост, подтянутое тело с широкими плечами и узкими бедрами, намеренно небрежная щетина и кипа седых волос, аккуратно убранных в хвостик. Его лицо носило искусственный отпечаток лет, а голубые глаза смотрели на мир как-то по-актерски устало. В придачу ко всему шел хриплый, всегда уверенный голос. Программы поведения, разработанные лучшими специалистами Киберлайф, содержали в себе личностные задатки великих детективов всех времен; прекрасная программа анализа, сбора материалов, ведения расследования делала его практически идеальным полицейским. Вот только с одним молодым детективом Хэнк не мог справиться уже второй месяц. Коннор почему-то не видел всех плюсов стального характера Хэнка. В их паре, несмотря на происхождение, лидировать должен был как раз андроид; но беда заключалась в том, что Коннору в принципе было насрать, что кто-то кому-то должен. Он в лицо называл Хэнка самоуверенным, бессердечным, напыщенным индюком, мультиваркой без мозгов, гадким, заносчивым типом; нередко прямолинейность и настойчивость, которыми так гордились разработчики, нарекались Коннором высокомерием и грубостью. Хэнк, каждый раз сталкиваясь с подобными заявлениями напарника, непременно ловил сбой; Коннор же, глядя на мигающий висок андроида, гаденько ухмылялся. Нашла коса на камень, да где не ждали, - напоролся идеальный Хэнк на совсем неидеального Коннора, и сели они дружненько в лужу. Вернее, Коннор давно уже пытался в этой самой луже утопиться, а вот Хэнк чисто из благородства (и немного вредности) сделать ему этого не давал. Сейчас же детектив предпринял еще одну занимательную попытку суицида: он попытался потонуть в виски. - Детектив, думаю, Вам достаточно на сегодня, - Хэнк мягко отобрал стакан и кивнул бармену, прося счет. Коннор лишь громко фыркнул, неловко сдувая пряди волос, упавших на лоб. - Хэнк, когда мне будет х-хватит…. Мне будет хватит, - с умным видом изрекает Коннор, впрочем, не сопротивляясь цепкой хватке Хэнка, что пытается поставить его на ноги. ЭрКей даже ловит вертикальное положение, правда, поддерживает его с трудом. - Позвольте поинтересоваться, детектив: Ваше «хватит» - это какой по счету алкогольный обморок? – Коннора все-таки приходится волочь на руках, но Хэнк уже привык к подобным прогулкам. Коннор, кстати, тоже: в первый раз, когда Хэнк оторвал его от земли, как барышню, детектив орал и возмущался, пытаясь вырваться, и андроиду пришлось его слегка потрясти. К качелям ЭрКей готов не был, и потому форму Хэнка слегка подпортил. Зато послушно затих. Какой воспитанный. - Завались, потомок блэндера, и без тебя тошно… - Детектив постепенно проваливался в дрему, а в теплом такси его окончательно развезло. До дома андроид тащил уже бессознательное тело. Детектив ЭрКэй. Любопытный экземпляр. Когда пришел приказ об андроидах-напарниках, парень на Хэнка даже не взглянул. Когда Аманда Стерн, капитан полиции Детроита, с какой-то затаенной жалостью в глазах повесила на Коннора все дела андроидов, детектив лишь многозначительно выдохнул: «Похер». Когда поступил первый вызов, связанный с неисправным девиантом, детектив без всякого интереса пролистал материалы и кинул Хэнку ключи от машины, на обратной дороге попросив заскочить в бар. Коннору было абсолютно все равно, чем он занимается. Детектив ЭрКей не ненавидел андроидов. Детектив ЭрКей ненавидел себя. Сгрузив пьяное тело на диван и погладив Чарли, - веселого слюнявого корги детектива, - Хэнк решил осмотреться. Он не в первый раз транспортировал ЭрКея до дома, но всегда спешил уйти: отчеты для Киберлайф и личные беседы с Джеффри казались первостепенной задачей. Однако сейчас Хэнком овладело некое любопытство: никогда раньше он не позволял себе бродить по чужому жилищу. Если, конечно, не искал улики в рамках расследования. Коннор жил холостяцкой жизнью в небольшом доме на окраине Детройта. То, что детектив был не особо озабочен уборкой и поддержанием порядка, бросалось в глаза сразу: на полках лежал слой пыли, коробки от фаст-фуда и китайской еды завалили кухню, в раковине тухла гора немытой посуды, какая-то одежда валялась прямо на полу. Единственным приличным уголком была лежаночка Чарли, на которой пес с удовольствием потрошил одну из подушек дивана. Коннор глухо замычал. Дом был одноэтажным. Простые ванная и туалет – почти приличные; кухня, заваленная всяким барахлом; низкий потолок с чердачным люком, маленькая кладовка и две двери, ведущие в жилые комнаты. Обе – заперты. Странно. Висок мигает желтым, но спустя мгновение снова становится лазурным. Тараканы детектива принадлежали лишь самому детективу. Хэнку же нужно сосредоточиться на успешном выполнении миссий. В принципе, ему пора возвращаться в Киберлайф, но какое-то смутное предчувствие не позволяло отправиться по своим делам. Немного подумав, Хэнк принес из ванной таз, а на столик около дивана поставил стакан воды и найденную в аптечке таблетку аспирина. Потом, просканировав помещение, нашел плед и укрыл им детектива. Тот шумно выдохнул во сне и мгновенно завернулся в него. Уже уходя, Хэнк бросил взгляд на фото, стоящее у самого дивана. С нее смотрели Конноры. Два Коннора. Один из углов фотографии был перетянут черной лентой.

***

Смяв банку, Коннор слизнул последние капли энергетика. Проснуться все равно не получалось. Старый добрый кофе не помогал еще со времен студенчества, а мешать чудо-напиток с чем-то тонизирующим запрещала нянька в лице Хэнка: от его лекций про здоровое питание и необходимый «для молодого организма» режим у Коннора уже ныла печень (только от этого, не иначе). Потянувшись и устало зевнув, детектив взъерошил волосы и одернул мятую рубашку, вылезающую из-за пояса затертых темных джинсов. Коннор никогда особо не заморачивался по поводу внешнего вида: вещи были чистыми и относительно целыми, а опрятность – дело десятое. Хэнк, стоящий рядом, как памятник немому укору, смотрел почти неодобрительно: вот у него-то всегда костюмчик был с иголочки, а волосы, намеренно растрепанные, стелились волосок к волоску. - Детектив, намеренный отказ от сбалансированного питания несет пагубные последствия для организма: за последние двое суток Вы употребили в пищу семь банок тонизирующих напитков и три пачки печенья, что не может заменить… - Хэнк, завали лицо, - отмахнулся Коннор, - я сыт и доволен жизнью. Смотри, даже больше энергетики с кофе не мешаю, как ты и хотел. Че пристал-то? - Детектив, я вынужден предупредить: риск гастрита и язвы… - Очень велик, знаю-знаю, - Коннор скривился. – Может, повезет, и я наконец-то окочурюсь? И хотя он хотел пошутить, вышло как-то невесело. Место преступления оцепили желтой лентой, кругом сновали криминалисты и еще парочка убойников. Мерзкий запах заставлял желудок Коннора опасно сжиматься, и, если бы в нем действительно было что-то помимо злосчастного печенья, риск попрощаться с этим чем-то был бы достаточно велик. Хэнку же – ну конечно – на все было абсолютно наплевать. - Карлос Ортис, - безучастно отрапортовал он, - имеет судимость за кражу и нападение при отягощающих обстоятельствах. Семьи и детей нет. Жилье снимал. Не платил арендную плату в течение десяти месяцев. - Здорово, - глумился Коннор, - и вонять он так начал от угрызений совести. - Вовсе нет, детектив, - спокойно пропустил шпильку Хэнк, - он скончался от двадцати восьми колотых ран… - Хэнк дотронулся пальцами до трупа и облизал их, - девятнадцать дней назад. Коннора при виде такой картины нещадно скрутило. - Хэнк, - прохрипел он, - я же просил тебя так не делать. Это…омерзительно. - Однако продуктивно, детектив, - возразил андроид. – Результатов из лаборатории мы ждали бы несколько часов. - Боже, гадкий старикан, - Коннор закатил глаза и глухо застонал, - за что мне такое наказание? - «И каждому воздастся за содеянное», - явно процитировал что-то Хэнк. Коннор попытался прожечь взглядом какую-нибудь его плату, но андроид оказался устойчивым. И даже больше: спокойно продолжал рассуждение. - Я думаю, все началось на кухне, - Хэнк прохаживался по дому, пока Коннор таскался за ним, силясь не запнуться о какой-нибудь хлам, - здесь нападавший – домашний андроид Ортиса – нанес первый удар в целях… - диод на мгновение мелькнул желтым, - самозащиты. Видимо, девиация произошла намного раньше, раз он решил поднять руку на хозяина. - Самозащиты? Думаешь, пухляш любил поразвлечься? – Коннор с любопытством рассматривал тройной слой паутины над плитой, изредка скашивая глаза на Хэнка. Ему нравилось задавать вопросы, которые ставили адроида почти в тупик. - Поразвлечься?.. Есть вероятность, что андроид воспринимался Ортисом как дорогая игрушка, но сомневаюсь, что он…развлекался, - Хэнк снова моргнул диодом, и Коннор решил его больше не мучить. - Значит, этот девиант, пытаясь спастись от агрессии Ортиса, слегка его продырявил, и… И что? Сбежал куда-то? - Нет, - возразил Хэнк, - следы вокруг дома оставлены только патрулем. Двери и окна были заперты изнутри. Скорее всего, девиант до сих пор в доме. Повисла тишина. - Охренеть, Хэнк, - шепотом прошипел Коннор, - и когда ты собирался мне об этом сказать? Завтра? – Он махнул рукой криминалистам. - Будьте начеку: возможно, убийца все еще здесь. Коннор повернулся к андроиду и чуть слышно выругался: тот, закатив глаза, явно отправлял отчет в свой сраный Киберлайф. Ладно, и без него справится. Дом был одноэтажным, чем-то смахивающим на дом самого Коннора; в комнатах, на кухне и в ванной никого не было; оставался только чердак. Сглотнув, Коннор внимательно осмотрелся и почти сразу нашел потолочный люк, под которым валялась сломанная табуретка. И куда только смотрел наряд? Придвинув более устойчивый стул, детектив нерешительно замер. Хэнк все еще что-то там строчил в своей голове. Нужно было успокоиться и встать на стул. Ничего страшного не произойдет, он очень даже надежный. Коннор выдохнул и попытался унять дрожь в руках; ноги у него подкосились, и пришлось схватиться на спинку, чтобы не загреметь на грязный пол. Спокойнее. Прикрыв глаза, Коннор оторвал ногу от пола и осторожно поставил ее на сидушку. Вот так. Теперь нужно перенести вес и забраться полностью. Ничего страшного не произойдет. Главное – не открывать глаз. Он почти уже решился, когда сзади раздался голос Хэнка (от неожиданности ЭрКей чуть не подпрыгнул): - Детектив, на чердак ведут следы тириума. Скорее всего, девиант там, и неизвестно, вооружен ли он. Будет безопаснее, если вперед пойду я. - Да-да, конечно, - пробормотал Коннор, отходя от несчастного стула. Сердце громко билось, ладони вспотели, ноги были ватными, в ушах чуть слышно звенело. Он встряхнулся и с серьезным видом кивнул Хэнку. Андроид бросил на него нечитаемый взгляд. Как и ожидалось, девиант был на чердаке.

***

Первое их знакомство прошло… скомкано. Капитан Стерн, собрав весь свой штаб, во всеуслышание объявила, что отныне Департамент Полиции Детройта очень тесно сотрудничает с Киберлайф, и в участок прислан прототип андроида-детектива, который «будет работать в паре с тем счастливчиком, кому перепадет вести дела по девиантам». Полицейские, как-то все разом скрючившись, энтузиазма не проявили; Аманда, разозлившись, прочитала пламенную речь про растущую угрозу от развивающихся машин и стремительно прогрессирующую деградацию среди сотрудников правоохранительных органов. - Капитан Стерн, простите, но мне казалось, что дела людей стоят в приоритете! – выискался какой-то смельчак в заднем ряду. И, пока Аманда подбирала ответ, темноволосый мужчина со шрамом на носу и кривой ухмылкой гаркнул: - У нас сейчас почти у всех что-то висит, капитан. Давайте дадим шанс нашему амбициозному и перспективному «новичку»! – Полицейские весело захмыкали. – Все равно штаны просиживает. - Пошел в жопу, Гэвин, - раздалось с другого конца толпы, и в середину вышел детектив Коннор ЭрКей собственной персоной. На тот момент Коннор был далеко уже не новичком, - он проработал в департаменте почти четыре года, - но в последние месяцы тормозил на самых банальных вещах, и не мог справиться даже с элементарными задачами: поимка жулика, растянувшаяся благодаря Коннору почти на два месяца, давно уже превратилась в настоящую байку Департамента. Естественно, такое говно, как детектив Рид, не могло пройти мимо; с его легкой руки веселая кличка преследовала Коннора по пятам. Но парню было абсолютно насрать на происходящее. - Похер, - флегматично произнес Коннор, без всякого участия скользя взглядом по подтянутой фигуре Хэнка, - андроиды так андроиды, не имеет разницы. - Детектив Эркей, Вы уверены, что Ваше… состояние позволит Вам серьезно относиться к делу? – Аманда говорила строго, но вот в глазах ее плескалось неподдельное беспокойство. Коннор пожал плечами. - Капитан, я далеко не единственный сотрудник. Если не справлюсь, отдадите расследование кому-нибудь другому, - ЭрКей развернулся и пошел к своему столу, - но постараюсь приложить все силы, которые только найду. - Хорошо, детектив, - Аманда поджала губы, - рассчитываем на Вас. - Постарайся не налажать, как обычно, малыш Коннор! – крикнул вслед заботливый Гэвин, и заслужил средний палец в лицо. Через несколько секунд пришло Хэнку оповещение. «Перейти в непосредственное подчинение детектива ЭрКей. Ознакомиться с материалами дела и приступить к расследованию». Так, совершенно случайно, модель HA985 стала напарником Коннора в расследовании по девиантам. Когда об этом узнала Хлоя Камски, она смеялась почти двадцать минут: детектив ЭрКей был именно тем типажом, ради которого Хэнк и создавался.

***

Перед тем, как представиться, Хэнк тщательно сканирует нового напарника. Коннор ЭрКей, детектив. Служит в полиции пятый год, если судить по групповой фотографии выпуска, стоящей в рамке; не женат, не имеет детей. Для детектива достаточно молод; на столе стоит небольшая статуэтка, висит газетная вырезка, на которой изображен сам Коннор, на стенде - пару фрагментов статей, но прочитать невозможно: огромный кактус закрывает обзор. Детектив неряшлив: стол завален банками из-под энергетиков, немытыми кружками и клочками бумаги вперемешку с обертками от фаст-фуда. Сам Коннор выглядит еще хуже – он худ, бледен, темные родинки россыпью покрывают лицо, вьющиеся волосы растрепаны и слегка запачканы. Явные признаки переутомления и плохого питания: под глазами детектива черные синяки. Коннор сильно сутулится; из кармана несвежей рубашки торчит пачка сигарет. Легкая щетина, сгрызенные ногти, хриплый кашель. Хэнк делает вывод, что молодой человек нездоров. - Добрый день, детектив. Я Хэнк, андроид, присланный из Киберлайф, - Хэнк говорит уверенно, звучно, вежливо. Прекрасный выбор для начала знакомства. – Рад нашему сотрудничеству. Какой стол я могу занять? Коннор поднимает на него слегка мутный, пустой взгляд, и еще с минуту соображает, что этому старику от него требуется. Потом выдергивает наушник – Хэнк успевает услышать отзвуки тяжелого рока – и машет рукой на стол, стоящий прямо перед ним. На приветствие он не отвечает. Хэнк решается на вторую попытку. - Могу я ознакомиться с материалами дела? Парень тяжело вздыхает и проводит рукой по лицу, яростно растирая глаза. Голос у него чуть прокуренный, хрипловатый. - Терминал на столе. Кнопку включения твой синтетический мозг найдет. Наслаждайся. Больше Хэнк не рискует. Он распаковывает файлы и начинает изучение. И именно в этот момент приходит сигнал о новом подозреваемом. - Детектив, поступило уведомление о вышедшем из строя андроиде. Возможно, есть угроза жизни и безопасности окружающих. Нам следует немедленно отправиться на место. Коннор тихо стонет, бормочет что-то похожее на: «Господи, за что», роняет голову на сложенные руки и замирает. Хэнк ждет. Парень не двигается в течении трех минут, всем видом показывая, что никуда не собирается. На сервер Хэнка приходит повторное уведомление. - Детектив, у нас не так много времени, подозреваемый может скрыться, - Коннор продолжает его игнорировать, и Хэнк понимает, что, возможно, выбрал неверную линию поведения. Что же, это легко исправить. Дернуть парня за грудки и слегка приподнять над полом – секундное дело. Коннор оживает: в глазах Хэнк видит изумление и раздражение, челюсть сжимается, парень даже пытается вырваться. Но андроид легко встряхивает его и вкрадчиво произносит прямо в лицо: - Детектив ЭрКей, у меня нет времени на Ваше ребячество. Если Вы не в состоянии оторвать свой зад от кресла и выполнять свои прямые обязанности, будьте добры, передайте дело полноценному детективу. Это всем облегчит досуг, поверьте мне. Коннор с секунду смотрит на него, неверяще хлопая глазами. А потом хрипло смеется: - Ого, как ты запел. Забавно, - он вырывается из хватки Хэнка и встает на ноги, потирая шею. – Поехали уже, куда тебе там приспичило. Но, - Коннор внезапно останавливается, - по пути обратно мы заезжаем в бар. Уяснил? Что-то серебряное летит по воздуху, и через секунду Хэнк сжимает в руке ключи от старого кадиллака. Коннор, подхватывая свое старое пальто, уже в дверях. В след им растерянно – и с надеждой – смотрит Аманда.

***

В тот день было особенно хреново. В груди скребло. Коннора крутило. Башка раскалывалась. Жар опалял внутренности. Все время хотелось пить, воздух резал горло и выжигал легкие. Что-то ядовитое растекалось в желудке. Коннор метался по дому, как раненный зверь. Он скурил весь свой запас – в числе двух пачек; пару раз врезался в дверь, ободрав костяшки и локоть; споткнулся и грохнулся на пороге. Как же херово. У него, вроде бы, выходной. Можно заняться своими делами – но дел нет. Даже Чарли отказывается идти гулять в такую мерзкую погоду. На улице сильный ветер и моросит дождь, - Коннор уже два раза выбегал босиком на крыльцо, надеясь сбить симптомы моральной лихорадки стихией. Не получалось, - он только промерзал до соплей. Плохо. Плохо-плохо-плохо. Отвратительно. Пить уже не было сил: то ли от нотаций Хэнка, то ли еще от чего, но печень вправду побаливала. Есть не хотелось вообще. Хэнк. Где носит пластикового засранца, когда он действительно нужен? Этот бесцеремонный, наглый старикан, имеющий привычку вваливаться к нему в дом с рассветом, старающийся закормить чем-то, что называет «здоровой пищей», вытаскивающий Коннора на белый свет и не дающий сгнить окончательно. Где этот говнюк, в которого по уши влюбился Чарли, который запрещает мешать с кофе всякую дрянь, который прячет от Коннора пиво и острые ножи? Коннор действительно не хотел в тот раз вскрываться. Он просто засмотрелся на металлическое лезвие и… и задумался. Хэнк в своем сраном Киберлайф. Он всегда там. Его волнует лишь расследование. Ему срать на Коннора, он ведь андроид. Всего лишь андроид. Машина. Железяка. Пластмасска. Не человек. А Коннор подыхает тут. «И пускай подохну», - думает Коннор, сползая по стене на пол. У него замерзли ноги. Его выгибает судорогами. Он понаставил себе синяков, врезаясь в углы. И заломал до боли кисти. Ему плохо. Плохо-плохо-плохо. Его ломает. Корежит. Рвет изнутри. Боже, хватит. Хватит. Боже, пожалуйста, я больше не могу. Не могу. Не \могУ ТАК!... Потом наступает апатия. Он сидит на полу, на кафеле, сидит очень долго, пока несуществующие тени гуляют по стенам. За окном давно стемнело, а он все сидит. Он не чувствует своего тела: знает только, что на нем есть какая-то дополнительная тяжесть. Его словно выжгло изнутри. И ничего нет. В голове пронзительно пусто: он все видит, все слышит, но информация идет мимо. В никуда. Он почти свободен от своих мыслей. От себя. От жизни. Кажется, его руки двигаются. Они сжимают кожу, сжимают до синяков, до боли, они сжимают реальность, не давая ей ускользнуть. Он чувствует ладонями своими ноги и руки: он не понимает, что это. Где-то на периферии сознания существуют звуки; они Коннору недоступны. Тени все танцуют по стенам, когда Коннор возвращается. Он не может подняться еще полчаса: тело затекло. Валики с иголками, катающиеся по мышцам, выжимают злые слезы; руки покрылись бордовыми синяками. Коннор думает что-то про рубашки, про длинный рукав, про работу, про Хэнка… Шатаясь, доходит до дивана. Падает. Чарли, тихонько поскуливая, лезет под руку. Коннор его обнимает. Утыкается носом в теплую шерсть. Рыдает без слез. Совсем сухо. Его колотит. Главное, завтра проснуться.

***

Детектив ЭрКей был настоящим раздолбаем. Он забывал есть, стирать одежду, выгуливать собаку, иногда – ложиться спать. Он питался печеньем, сладкими батончиками, энергетиками и содовой. Иногда, когда был особенно голоден, мог затолкать в себя гамбургер. Ужинал пиццей. Завтракал кофе. И все равно оставался тощим, как доска. Он вполне мог настолько глубоко уйти в свои мысли, что пропускал весь разговор подчистую. Он мог часами сидеть, не меняя позы, а потом со стонами пытаться размять уставшее тело. Он мог ржать, как лошадь, с одного анекдота про ежика и пень, и – Хэнк проверял – это было весьма странным, так как у людей подобный юмор считался довольно плоским. Он мог видеть то, что не видел целый Департамент. Он читал преступников легче, чем сводку новостей. Он был гениальным детективом. Который порой забывал надевать носки. Программа Хэнка за несколько недель работы с Коннором развилась так стремительно, что андроиду приходилось ежедневно сливать данные на общий сервер в Киберлайф. Знания связанные с людской психологией, психотипами, мотивами, моральными и нравственными ориентирами, отношением к семье, к религии, к политике – всего этого было с избытком. Не говоря уже об умении мыслить нестандартно (насколько это возможно для машины, конечно). А все потому, что Коннор постоянно смотрел не туда, куда нужно, и видел в два раза больше. Но по делам девиантов они двигались медленно. Очень медленно. И Джеффри был недоволен.

***

Сопли текли рекой, и Коннор был уверен: его похоронят в куче грязных бумажных платков. А в том, что он сдохнет еще до окончания рабочего дня, ЭрКей как-то не сомневался. Он проспал все, что только можно, нацепил первую попавшуюся рубашку (кажется, на ней было кофейное пятно в половину груди), ополоснул лицо ледяной водой (не помогло) и полетел на работу. Серое осеннее пальто нихера не грело; перчатки детектив не носил принципиально. Живот сводило от голода. Горло дико болело, глаза опухли, голова была тяжелой и ватной; Коннора то потряхивало от холода, то вело от жара. День начинался волшебно. А потом потекли предательские сопли. В столе у него валялась какая-то допотопная таблетка аспирина, которую он благополучно развел в кофе, мысленно послав Хэнка нахер. Пол из-под ног уезжать не перестал, зато Коннор наконец-то согрелся; нагло стырив целую кипу бумажных полотенец из туалета, он развалился за рабочим местом, собираясь еще часа три приходить в себя. Но тут, как черт из табакерки, на горизонте нарисовался сраный андроид. - Доброе утро, детектив, - поздоровался он, - Вы опоздали на четыре часа и восемнадцать минут. Рапорт я уже отправил капитану Стерн. - Ах ты гнида бездушная, - обреченно простонал Коннор, - чтоб у тебя масло стухло. - Программы самозащиты не позволят этому случиться, детектив, - ответил Хэнк, - кроме того, у меня вообще нет масла в комплектации. А подобные меры наказания могут положительно повлиять на Вашу пунктуальность. - Иди нахуй, говнюк, - обессиленно пробормотал Коннор, - я вообще больше сюда не приду. Выйду из участка и умру под ближайшим кустом. И только Чарли будет приходить и навещать меня, периодически откладывая кучу в мою честь. Андроид слегка завис, помигивая диодом. А потом протянул свои загребущие пакли и дотронулся до лба детектива. Он был настолько прохладным, что Коннор чуть позорно не застонал. - Детектив ЭрКей, температура Вашего тела составляет 38,2 градуса. Боюсь, Вы бредите, - Хэнк очень даже натурально нахмурился, и Коннор готов был зааплодировать тем, кто создал его лицо. – Рекомендуется немедленно покинуть рабочее место и провести остаток дня в постели. Также Вам следует принять жаропонижающее. - А знаешь, что рекомендуется тебе, солнце мое? - Коннор развалился на прохладном столе, плавясь от блаженства. - Собрать все свои советы и пойти с ними на-ху-й, - кажется, его действительно начало заносить. Ну и похер, Хэнк давно заслужил. Гандон. - Детектив, не раз… - терминал пронзительно запищал, сообщая о новом вызове. Коннор чуть не хлопнул в ладоши от радости и засунул в нос сразу две бумажные салфетки. Хэнк посмотрел на него почти обреченно. - Вперед, навстречу приключениям! – при ходьбе приходилось слегка балансировать руками, чтобы не врезаться в чужие столы, но в целом Коннор довольно уверенно держался на своих двоих, и с боевым кличем прокладывал путь к выходу из участка. Попивавший у автомата кофе Гэвин покрутил пальцем у виска, за что тоже отправился в веселое путешествие – только в один конец. Маршрут «нахуй» очень нравился слегка подпекшимся мозгам Коннора, и он любезно отправлял туда всех желающих (и не очень). «Назову свое агентство Кон-экспресс. Или Хэнк-фэйворит-вэй, - рассуждал детектив, - хотя, Хэнкон тоже звучит неплохо». На выходе из участка Коннор споткнулся и завалился на землю, пропахав носом асфальт с первым снежком. Этот казус слегка подпортил детективу настроение, но распалил в нем боевой дух: сейчас он готов был прописать пиздюлей каждому встречному. - Я этому девианту ноги вырву и другим концом в жопу затолкаю, - пообещал он, пока они садились в машину. За руль его Хэнк почему-то не пустил. Ну и мудак. - Конечно, детектив ЭрКей, - согласился Хэнк, прикидывая, как бы удачнее запереть слегка поехавшего копа в машине. К счастью, убойная смесь кофе и аспирина отпустила Коннора еще до того, как они подъехали к искомому дому.

***

Они сидят в засаде шестой час. Коннора откровенно рубит. Сумерки давным-давно опустились на землю, но мелкий снег, бесшумно опускающийся на разбитую дорогу, видно хорошо. В машине прохладно и темно, негромко играет Фрэнк Синатра. Коннор ежится, силясь отогнать дремоту, но глаза слипаются сами собой – он устал. Они гонялись за девиантом по помойкам почти три часа: он околел, перемазался в каком-то дерьме, умудрился потянуть ногу. И ничего не добились. Аманда орала так, что даже Хэнк слегка пятился из кабинета. Коннора же равномерно обмазали говном и велели убираться с глаз долой, пока Аманда ему что-нибудь не оторвала. Классная тетка, Коннор правда ее почти уважал. Хэнк гонял между пальцами зажигалку. Огромная и железная, она ловко подпрыгивала на ладони андроида, откидывала крышку, показывая язычок рыжего огонька, и со щелчком захлопывалась. Пламя плясало на длинных белых пальцах Хэнка, как заколдованное. Андроид не обжигался; огонь прыгал с пальца на палец, замирал на их кончиках, катался с фаланги на фалангу, мерцал на ногтях и утопал в широко раскрытой ладони. Тени танцевали на лице Хэнка, делая его таким… загадочным. Серьезным. Живым. Коннор не мог отвести взгляда. В какой-то момент Хэнк захлопнул крышку зажигалки и повернулся к детективу. Коннор, успевший задремать, засмотревшись на огонек, вздрогнул. - Вау, - хрипло выдал он, - то, что ты делаешь с зажигалкой…прикольно. Красиво. - Спасибо, детектив, - негромко сказал Хэнк, приглаживая волосы, - эти трюки используются для калибровки мелкой моторики, но изначально они должны были быть с монетой. - А почему зажигалка? – Коннор положил щеку на руль, зная, что Хэнк не оторвет взгляда от дороги. Удобно иметь андроида в напарниках. - Я… Мне… - диод Хэнка замигал. – Она более тяжелая и… и теплая. Мне показалось… вернее, я счел ее более… приемлемой для упражнений. Коннор улыбнулся. - Можешь еще…покрутить? – Он зевнул. – Мне нравятся твои фокусы. Почти как гипноз. - Вы замерзли, детектив, - Хэнк снова откинул крышечку зажигалки и посмотрел прямо в пламя, - необходимо включить печку. - Не работает, зараза, - Коннор хотел было закурить, но обнаружил в кармане лишь смятую пачку. Расстроился. - У меня есть функция обогрева, - внезапно выдал Хэнк. Коннор прыснул. - Ого, то есть мои шутки про батарею были близки к истине? – Коннор снова прикрыл глаза. – А холодильник у тебя где-нибудь в пузе есть? Хэнк не ответил, вновь подкидывая зажигалку. Коннор через полуприкрытые веки наблюдал за бликами, танцующими на стекле. По салону расползалось дурманящее тепло. Иногда, рядом с Хэнком, Коннор забывал очень многое.