Поиграем?

Глава 6.

Всегда одна на двоих дилемма, Я для неё решение и проблема.

Если бы я знала, чем может кончится все это, то вряд ли бы начала. Вру. Конечно, я поступила бы так снова и снова, из раза в раз, сколько бы это не повторялось. Я бы приняла такое решение и во второй раз, и в третий, и в тысячный. Возможно, снова наступила бы на те же грабли. А, возможно, вновь обрела бы своё маленькое и такое личное счастье, о котором никому не могла сказать. И я не знала сейчас, с чем сравнить свою сестру. Со счастьем или с самой большой бедой в жизни. Она заботливая, она милая и так смеётся, что просто невозможно сдержать улыбку. Но она курит, особенно много в последнее время из-за работы. Постоянно ругается с мамой. И уже третий раз за неделю забирается домой через мое окно. Боится сказать, что где-то потеряла ключи от квартиры. Уже в пятый раз. Первый такой случай случился ещё в школе. Я тогда училась в начальных классах, зато Тася перешла уже в пятый и считала себя очень взрослой и самостоятельной. Вот мама и попросила сестру встречать меня после уроков. Тот день был точно такой же, как и остальные: Тася зашла за мной, назвала моих друзей малявками, закутала в шарф и повела домой. Мы зашли тогда в магазин, купили чипсов и направились к дому, где нас ждало гигантское разочарование. Сестра не смогла найти ключи в своём рюкзаке, после не смогла найти ключи в кармане куртки и своего школьного пиджака. Мы сидели на лавочке около подъезда, поедая соленые чипсы и медленно замерзая. Я тогда ничего не сказала, потому что итак видела, как сильно сестра переживает и боится позвонить маме, чтобы обо всем сказать. Поэтому вечером, когда мы вдвоём встретили её около подъезда и поймали на себе крайне удивленный взгляд, я взяла всю вину на себя. Не знаю, поверила мне тогда мама или нет, но ругать нас все равно никто не стал. Она пожалела детей, которые просидели целый день на холодной лавочке. Единственное, нам досталось за то, что ей не позвонили раньше. Сейчас все повторялось из вечера в вечер, я выключала в комнате свет и только ложилась спать, как в окно тихонько стучалась сестра. Уставшая, отчасти довольна и порой слегка пьяная. Она хотела расслабиться после работы, поэтому частенько встречалась с Сашей или шла куда-нибудь со знакомыми с работы. Не могу сказать, что она хорошо отзывалась о них, но порой Тасе все равно было, с кем пойти и куда. Я не знала, такой сегодня вечер или нет, но снова открыла окно и впустила ее в свою комнату, как и ледяной воздух с улицы, который сопровождал сестру. Котёнок, лежавший на моей кровати, лениво поднял голову и глянул на Тасю, а после продолжил спать, урча до неприличия громко. — Привет, маленький мой! — сестра подошла к моей кровати и осторожно потрепала его за ухом, а после выпрямилась и тяжело вздохнула. Она медленно стянула с себя пальто, в котором уже давно было слишком холодно, и бросила его на мой рабочий стол. — Прости, я сегодня позже, знаю. На работе были нереально большие проблемы! Точнее, просто гигантские. А ещё точнее, на бывшей работе. Мой начальник — просто мудак какой-то! Я даже слова другого подобрать не могу! Вернее, могу, но ты ещё слишком маленькая для такого. Она усмехнулась, а я лишь закатила глаза в ответ и помогла ей снять толстовку. Тася постоянно жаловалась на своего придурка начальника, отзываясь о нем крайне неблагоприятно. То он задерживал на работе, то отбирал все ее чаевые, то заставлял выходить в чужие смены. Проблем было много и ни одну нельзя было назвать простой, как мне казалось. Порой я даже была рада, что пошла в институт и сейчас мучаюсь с преподавателями, а не с начальниками, которым и слова лишнего не скажешь. Да, многие из них тоже были зазнавшимися самодурами, но можно было хотя бы просто не пойти на пару и все. Работу проигнорировать невозможно. Поэтому мне было грустно за сестру. И грустно за то, что я даже помочь ей ничем не могла. — Я понимаю, правда. Судя по твоим рассказам, он самый ужасный человек в мире, наглый, глупый, зазнавшийся хам! — я старалась подобрать слова помягче, чтобы не разозлить Тасю ещё сильнее. Мне итак было прекрасно видно, в каком она сейчас состоянии. — Расскажи мне, что случилось сегодня? Почему работа так быстро стала бывшей? — Ой, а когда моя работа становилась бывшей не быстро? — она грустно улыбнулась и подошла к моему шкафу, широко распахнув дверцы. Медленно стянула свои джинсы и отправила их к пальто, вот только даже до стола докинуть не могла. Я терпеливо подняла их и, аккуратно сложив, положила на стул. В последнее время мы стали видеться гораздо реже, ведь Новый Год остался где-то позади, я переползла через первую сессию и спокойно отдыхала на заслуженных февральских каникулах. А она в это время все работала и работала, брала много смен, задерживалась где-то допоздна, а по выходным частенько ночевала у папы. Я же выбиралась к нему на неделе, поэтому даже там не удавалось пересекаться. — Он начал меня лапать! — неожиданно произнесла она и резко развернулась, посмотрев прямо мне в глаза. Я видела отблески страха в её взгляде, некоторой растерянности, какой обычно никогда не наблюдалось. Тася упорно скрывала все свои чувства и эмоции. Сейчас же был какой-то особенный случай. Да и меня саму ошарашили такие слова. Этот урод трогал ее?! Как он вообще посмел?! Я сжала кулаки до белизны костяшек, напрягаясь всем телом и ощущая, как на лице играют желваки. Мне не хотелось казаться сумасшедшей и ревнивой девицей, которая готова убить любого, кто обидел Тасю или даже просто прикоснулся к ней. Отводя глаза в сторону, мне казалось, что на лбу неоновая вывеска, по которой прекрасно понятно, что именно я сейчас испытывая. И от неё никуда не деться, не сбежать и не скрыться. Тася смотрела на меня, чуть наклонив голову и прищурившись, словно кошка. Она стояла в тени шкафа, уже раздевшись до одного нижнего белья и скрестив руки на груди. Я видела, как она спокойно дышит, улыбается уголками губ. Я видела, какая она красивая. Скользила взглядом по лицу, а после и по телу, по каждому изгибу, различая чёрные линии татуировок. — Ты чего? — мне казалось, что я услышала её шёпот совсем рядом. И что от него по коже пробежали мурашки. — Малышка, все хорошо, правда. Я отвесила ему приличную пощечину, он попытался ударить меня в ответ, но Федя вовремя подоспел на помощь. Собственно, из-за него я сегодня так поздно, гуляли долго. Так что, думаю, меня уволят все-таки. Я медленно кивнула, даже не понимая, успокоил меня рассказ про некого Федю или же напряг ещё сильнее. Конечно, было хорошо, что она смогла сначала постоять за себя и что потом кто-то помог ей избежать чего-то худшего. Но кто этот молодой человек? И чего они там гуляли так долго и так поздно ночью?! Ненавижу свою ревность и себя вместе с ней. Тася же улыбнулась и схватила мою огромную серую майку, повернувшись спиной. Она ловко стянула лифчик и набросила на тело одежду, я даже не успела насладиться её оголенной спиной. Либо же просто была слишком отвлечена собственными мыслями, отвлекавшими от всего. — Я быстро в душ и лягу сегодня с тобой, ладно? — она уже беззаботно улыбалась и выглядела такой простой и легкой, словно ничего и не произошло. Всегда буду поражаться этому умению, потому что сама так не могу. — Хорошо, я подожду тебя, может приготовить что-нибудь покушать? — стараюсь делать вид, что все хорошо. Стараюсь не тревожить её своими глупыми и никому ненужными чувствами. — Не стоит, я по пути купила всякой вкусной дряни в маке, так что вернусь из душа и вместе поедим. Ты только достань, пожалуйста, пакетик из моего рюкзака, а то завтра буду пахнуть картошкой фри и биг маком, — она усмехнулась и, чуть приоткрыв дверь, выскользнула в темный коридор. Мы с котёнком проводили её взглядом, а после занялись своими делами: он вновь лёг спать, а я принялась спасать рюкзак сестры от аппетитного, но крайне приедающегося запаха. Я чувствовала себя несчастной женой, которая круглые сутки ждёт мужа с работы и ревнует его к каждому столбу, а после выносит мозг по поводу и, естественно, без него. Мне не хватало её общества, не хватало ласки и любви. С каждым днём одиночество окутывало все сильнее и сильнее, душа и уничтожая меня. Угораздило же, дуру, влюбиться. Да ещё и в кого?! В собственную сестру! Казалось, что такое могло встретиться лишь в рассказах на излюбленном мной сервере фанфиков. Но сейчас это было прямо в моей жизни, я никому не могла сказать об этом. Не могла поделиться своим счастьем и своей любовью, не могла рассказать о переживаниях, чтобы стало хоть немного легче и спокойнее. Я ведь сама накручиваю себя лишний раз. Нужно гнать подобные мысли прочь. Я поставила пакетик с едой на небольшую тумбочку и легла на кровать, уставившись на практически чёрный потолок. Где-то за стеной спокойно спали соседи, под боком тихонько сопел котёнок, а в соседней комнате отдыхала мама, которая работала ради нас практически целые сутки. Весь мир словно замер вокруг меня, лишь стрелка часов лениво передвигалась по кругу, стремясь к половине второго ночи. Сегодня было удивительно тихо, даже ветер за окном затих и притаился до утра. Я лежала и не могла шелохнуться, проводила кончиками пальцев по мягкому одеялу. Казалось, что я упустила что-то безмерно важное. Что прошла мимо чего-то серьезного, волнительного. И теперь оно осталось позади, прожигало взглядом мне спину и заставляло вздрагивать, постоянно ожидая какого-то подвоха. Я лежала на кровати и даже не заметила, как погрузилась в сладкую дрему, оказавшись в каком-то темном и жутком лесу. Деревья шатались от ветра, который завывал и растрепывал мне волосы. Который толкал своими сильными порывами меня в спины, заставляя бежать вперёд. Мне казалось, что я вижу впереди свет какого-то дома. Вот только никак не могла добраться до него. С каждым моим шагом эта таинственная хижина все отдалялась и отдалялась. Ее было невозможно достичь, хоть я и рвалась вперёд сквозь колючие ветви, которые царапали руки и лицо. Я ощущала, как по щекам катились соленые слезы, скатывались по подбородку и падали куда-то вниз. Казалось, что я сейчас упаду вслед за ними, просто рухну на влажную землю и увязну в ней. Больше никогда не смогу подняться. И мне было страшно, я ничего не могла с собой поделать. Откуда-то сзади доносился чей-то голос, но я не могла разобрать его, не могла даже понять, чей же он. Просто слышала его где-то над ухом, такой до боли знакомый и успокаивающий. Я хотела найти его источник, но все равно бежала в сторону неизвестного и явно жуткого дома. Что-то резко врезалось в плечо, и я рухнула на землю, болезненно ударившись спиной и прикрыв от этого глаза. Меня словно парализовало, я не могла ни двинуться, ни встать. Но что-то вновь тряхнуло за плечи, а потом снова и снова. Я с трудом оторвала руки от земли и начала махать ими из стороны в сторону, отбиваясь от невидимого врага, который все сильнее и сильнее тряс меня. — Эй! — Тася слегка повысила голос, и мне наконец удалось разлепить глаза, недовольно сощурившись от яркого света фонарика, которым она светила мне в лицо. — Тебе чего снилось, странненькая моя? Ты дралась со мной во сне, чуть в глаз не зарядила! А мне, знаешь ли, синяки под глазами особо не идут. Я с непониманием уставилась на неё, даже не зная, что лучше ответить. Обычно я сплю крайне спокойно, даже не кручусь во сне, просто засыпаю, обхватывая подушку, и просыпаюсь в такой же позе. Но от этого жуткого сна что-то явно пошло не так. Поэтому я чуть нахмурилась и начала протирать руками глаза, чтобы окончательно проснуться и прийти в себя. — Блин, прости… — пробубнила себе под нос и наконец посмотрела на Тасю, которая лежала рядом и, судя по пустому бумажному пакетику из Макдональдса, уже все доела. — Я, вообще-то, не очень хотела драться с тобой, если честно. — Да-да-да, — отозвалась сестра и обняла меня, нагло положив голову на мое плечо и прикрыв глаза. — Ты в следующий раз, когда не захочешь со мной драться, постарайся сделать это как-нибудь иначе. Я лишь закатила глаза в ответ и тихонько хмыкнула, глянув на Тасю, которая уже мирно засыпала рядом. В комнате было прохладно, поэтому я прекрасно ощущала тепло, исходящее от неё. Дотянувшись до одеяла, легко накидываю его на нас, осторожно укрывая, чтобы не потревожить сестру. Пожалуй, это был единственный и самый неповторимый плюс того, что она возвращалась так поздно и через окно, чтобы не разбудить маму. После этого Тася всегда оставалась на ночь со мной, ложилась рядом, крепко обнимала и практически моментально засыпала. А я подолгу лежала и наслаждалась ей, наслаждалась даже такой близостью. И сейчас был как раз такой момент.

***

Со всех сторон до нас доносился громкий лай собак, которые терлись о прутья клетки и радостно смотрели на нас, активно размахивая хвостами. Мы шли за маминой подругой вдоль всего питомника, рассматривая и щенков, и уже подросших ризеншнауцеров. Мама попросила нас приехать сюда, чтобы помочь прибрать некоторые клетки, потому что многие работники болели в столь холодное время. Да и Аня относилась к нам всегда хорошо, поэтому мы с сестрой сами были не против помочь. К тому же, она сейчас не работала, а я была на каникулах, так что дома все равно было нечем заняться. Так хоть проведём время вместе и с радостью. Я всегда любила собак, особенно эту породу. Ведь несколько лет назад у нас самих было такое же огромное чёрное чудо. Марфа. Она обожала гулять и играть с нами в футбол, а мы как раз были маленькие и сами носились из стороны в сторону. Однажды я бежала от Таси с мячиком, а Марфа решила резко пересечь поле и сбила меня с ног. Сколько же было смеха! Я даже не успела понять, что со мной произошло, просто рухнула на спины и широко раскрыла глаза от удивления. А сестра повалилась вслед за мной, но уже от смеха. Именно благодаря Марфе мы выбирались гулять в любое время года и в любую погоду! Будь то дождь или снег, гололёд или жуткая грязь. Мама отправила нас троих на улицу, чтобы следили друг за другом и дышали свежим воздухом. Собака была относительно спокойная по сравнению с нами, поэтому мы с Тасей всегда пытались как-то раззадорить её. Покупали мячики, бегали за палками, пытались заставить Марфу догонять нас. Но порой она просто смиряла нас своим гордым и серьезным взглядом, а после шла заниматься нужными делами. Это была моя первая и единственная собака, потому что мама так и не смогла взять другую после того, как Марфу сбила машина. Никто тогда так и не смог понять, почему же она вырывалась и выскочила на проезжую полосу. Никогда раньше такого не делала, но в тот день с ней произошло что-то крайне странное и непонятное. И, наверное, смотря на всех этих собак, так похожих на неё, я до сих пор испытывала некоторую боль. — Так, девочки, мне нужна будет ваша помощь в последнем вольере, — женщина достала из кармана целую связку ключей и, быстро найдя нужный, отворила небольшую дверцу, пропуская нас внутрь. — Убирать будет тетя Галя, которая делает это уже очень быстро и опытно, а вы пока покормите щенят и проследите, чтобы каждый из них скушал по витамину! Она протянула мне небольшой пакетик, в котором лежало десять небольших белых таблеточек. Ровно столько же, сколько щенят сейчас бегало вокруг Таси. Хотя я уже не уверенна, кто именно бегал: она или все же они. Сестра всегда обожала животных, так что просто не могла сейчас устоять перед обаянием этих малышей, которые смотрели на неё глазами кота из Шрека. Все, кроме одной малютки, что сидела в дальнем углу клетки и смотрела на нас грустным взглядом. — Это Олливия, — Аня заметила мой вопросительный взгляд и слегка улыбнулась, хотя ее улыбка явно не предвещала ничего хорошего. — Она как-то не ладит с остальными щенками, да и хозяина для неё не нашлось, потому что все выбирают более активных и общительных. А она у нас маленькая, скромная и осторожная, не доверяет незнакомцам. Зато явно доверилась Тасе, смотри. И я посмотрела, как моя сестра тоже заметила маленькую Олливию и сразу же подошла к ней, присев на колени и протянув руку. Щенок осторожно вытянулся вперёд, обнюхивая пальцы девушки и осторожно облизывая их. Тася тихонько засмеялась и быстро взяла на руки своего нового друга, одной рукой прижимая к груди, а другой поглаживая между ушками. — Кто тут у нас хорошая девочка? — мы слышали, как она сюсюкается с собакой и лишь улыбались такому зрелищу. — Так, я тебе все объяснила, — женщина вновь обратилась ко мне, вмиг став крайне серьезной и сосредоточенной, какой мне было привычно видеть ее. — А ты передай своей непутёвой сестре и объясни, что можно делать с этими щенками, а что — категорически нельзя. Все, я побежала! Вы, как закончите, попросите тетю Галю закрыть вольер или дождитесь меня, как удобнее! Я вновь согласно кивнула и проводила женщину взглядом, уже прекрасно понимая, насколько нелегкий путь нас ждёт сегодня. Мне всегда с трудом удавалось совладать с целой кучкой маленьких животных, так сейчас нужно ещё и заставить их съесть таблетки! Будет весело.

***

Я с аппетитом уминала суп, который мама приготовила ещё на выходных, и слушала о том, как дела у неё на работе. В особенности интересно было узнать про секцию, что она совсем недавно начала вести для маленьких деток. Мама всегда любила заниматься с детьми, у неё был талант к этому и какое-то особенное желание, полное лишь хороших намерений. И я гордилась ей. Гордилась этой выдержкой и спокойствием, умением держаться даже в самых трудных ситуациях. Она улыбалась даже тогда, когда приходила домой после двух работ и валилась с ног от усталости. И мне хотелось бы уметь делать также. Вот и сейчас она увлекательно говорила о том, как она пыталась научить малышей слушаться ее и не отвлекаться ни на что. Хотя они были шебутные и непослушные, но к концу занятия у них получилось добиться некоторых успехов. И мама была рада этому, я увидела это сразу же. Увидела блеск в ее глазах и уставшую, но такую счастливую улыбку на губах. В детстве я ревновала ее к другим детям, потому что она не могла уделять нам слишком много внимания, ведь работала крайне много и долго. Да и папа был постоянно на гастролях, так что мы были предоставлены сами себе и крайне остро реагировали на других детей, с которыми мама проводила время. Сейчас же я понимаю, что она хотела дать нам все и, определенно, дала. — Спасибо большое, что помогли сегодня Ане, — мама устало улыбнулась и доела оставшийся салат. — Она просила передать вам огромное спасибо и сказать, что вы можете приезжать в гости когда угодно! Только предварительно напишите и узнайте, дома ли она вообще. Я бодро закивала, допивая оставшийся суп и аппетитно облизываясь. Мы сегодня хорошо провели день, бегая за щенками по всему вольеру и пытаясь заставить их скушать витамины. Активнее всего от нас удирала Олливия, которая разыгралась и просто не хотела останавливаться ни на секунду. Поймать ее удалось лишь Тасе, которая резко сократила путь и перехватила щенка на повороте. И потом сестра осталась там, дожидаться Аню. Она заявила, что души не чает в этих созданиях и что хочет провести с ними как можно больше времени. Ещё она добавила, что они гораздо милее, чем я. Зато потом, заметив мое недовольное лицо, быстро искупила свою вину. Вспоминая все эти события, на моем лице невольно начала появляться счастливая улыбка. Слишком счастливая, я думаю. Наверное, в последнее время мне просто везёт, потому что я начинаю чувствовать себя гораздо лучше. — Знакомьтесь, это Олли! И она будет жить с нами, — мы с мамой резко обернулись от неожиданности и уставились на Тасю, которая стояла в дверном проеме, прижимая к груди чёрного щенка и улыбаясь во все тридцать два зуба. Вот теперь наша жизнь точно станет веселой!