вне игры

      Все шло своим чередом: близнецы продолжали время от времени совершать что-то невразумительное, от чего Феде казалось, что он поседеет гораздо раньше положенного, а потом совместно извинялись и чаще не в словесной форме.       Так и жили они втроем, находясь в постоянных разъездах на сборы и матчи. Леша и Антон все же больше времени проводили вместе, но про своего любимого не забывали: все-таки скайп и различные мессенджеры просто невероятно нужная и удобная вещь.       Однако приближалось 9 февраля, и Миранчукам надо было решить, что же подарить Смолову на его двадцатидевятилетие. — Братик, у Феди скоро день рождения, — изложил Леша, поудобнее устраиваясь на груди Тоши в их общей кровати. — Нужно что-то подарить. Конечно, лучший подарок, то есть мы, у него уже есть. Какие-нибудь еще идеи? — Может сделаем что-то своими руками? — нежно поглаживая старшего по волосам, предложил Антон. — Не, — Леша утянул брата в поцелуй. — Ты же знаешь, он руками не любит. Только ртом.       Оба усмехнулись, но дальнейшие попытки обсудить подарок на этот вечер себя исчерпали. Были дела, так сказать, поважнее. Дата неминуемо приближалась, и в последний момент(а именно 8 февраля) было принято неожиданное решение. — Федь, закрой глаза, — Смолов послушно закрыл глаза, когда дверь квартиры за ним закрылась, а близнецов нигде видно не было. Похоже, готовились. — И протяни руку.       Менее уверенно парень протянул ладонь вперед и сразу же почувствовал, как что-то в нее опустилось. — Сюрприз, — одновременно и счастливо проорали Леша с Тошей, целуя его в обе щеки. — И не забудь про волшебное слово.       В руке красовалась коллекционная игрушечная модель BMW M5 и ключи от настоящей. Федя начал смеяться: сначала сдержанно, а позже во весь голос. — Ограниченная версия? — не удержался от вопроса Смолов, утирая слезы от смеха. — Это не волшебное слово, — обиженно заявил Антон, наклоняясь к Леше. — Братик, кажется, ему что-то не нравится. — Все мне нравится, — Федя, усмехаясь, приподнял одну бровь. — Что насчет волшебной благодарности?       Все-таки пара недель без своих мальчиков далась ему нелегко. Смолов чувствовал, как знакомые руки расстегивают его куртку, пробираясь теплыми пальцами к холодной коже, как родные губы накрывают его собственные, даря самый лучший поцелуй, как постепенно они перемещаются в спальню и как из одежды на них остается ровным счетом ничего.       Федор прекрасно знал, какие на вкус губы у Антона, а какие у Леши. Совершенно разные, но до боли привычные. Ощущение прикосновений подушечек пальцев, выводящих его многочисленные татуировки и заставляющие хотеть близнецов невероятным желанием. Младший не разрывал поцелуя, языком дотягиваясь до нёба, в то время как старший отпускался ниже.       Наверное, лучший свой подарок он, как указал Леша, получил более полугода назад в виде двух волшебных и любимых засранцев.