вне игры

— О, Леша пришел.       Старший Миранчук только что вернулся из ближайшего продуктового с баночками колы. Понятно, что напиток со всеми своими свойствами — настоящая катастрофа для желудка любого человека, что уж говорить об организме футболистов. Но иногда так отчаянно хочется побаловать себя запретным, что противостоять просто невозможно.       Именно на Лешу выпала участь быть доставщиком, так как идея изначально была его: купить каждому колу с их именем. — Сейчас займемся нашим любимым делом, — протянул Тоша, забирая свою баночку. — Каким же? — поинтересовался старший братик, скидывая обувь и кофту и оставаясь в одной футболке. — Будем ждать, когда ты свалишь, — Антон нагло усмехнулся, но вовремя чмокнул брата в щеку и ушел в гостиную, где его уже ждал Федя, чтобы открыть банку для него.       Да, Антон в свои неполные двадцать три года не умеет открывать баночки с газировкой. Точнее, после того, как в детстве сильно поцарапал палец при попытках проделать сие действие самостоятельно, Тоша больше подобным не занимался.       Вскоре к ним присоединился Леша, уже попивая отвратительный, по-мнению Смолова, напиток. — Братик, как ты думаешь, кто в здравом уме назовет своего сына Алеша? — Антон разглядывал надпись на баночке близнеца с нездоровым интересом. — Ну, серьезно, Лешка-лепешка. Я, конечно, понимаю, что у близнецов обычно имена на одну букву начинаются, но почему не Александр или там Аркадий. Ужас какой. — Антон-гандон, я бы с вами поспорил, — старший Миранчук негодующе вылил немного жидкости на футболку брата, отчего тот просто фыркнул и стянул ее с себя. — Плохого человека Лехой не назовут, — встрял Федор, поглаживая обоих братьев по волосам. — Согласен, — как бы то ни было, но они всегда прислушивались именно к мнению Смолова, считая его старшим. — Только хуевого, — добавил Тоша, получая в ответ смех от любимого и обиженный взгляд от Леши. — Дядя Федор, спокойнее, — встав с дивана, старший братик быстрым шагом удалился из комнаты.       Весь вечер Леша упорно игнорировал обнаглевшего в край Антона: не отвечал на его вопросы и делал вид, что вовсе не слышит. Федя, закатывая глаза при виде таких детских обид, ничего не предпринимал: знали, видели, больше не трогаем.       Прежде чем пойти спать, Смолов все же обратился к младшему близнецу, услышав, как старший многозначительно хлопнул дверью в спальню. — Тош, я думаю, стоит поговорить. У каждого есть право на ошибку и все такое, но у тебя, блять, походу безлимит.       После этих слов Антон с тяжелым вздохом поднялся, по пути запинаясь об пустую баночку с колой Леши и по-доброму усмехаясь. Братья как-никак.       Когда Федор, выключив во всех комнатах свет и собрав самый видный мусор по всему дому, отправился к своим любимым мальчикам, те уже крепко спали в объятиях друг друга, не оставляя ему его излюбленное место посередине.       Честно слово, как дети.