Фальшь

День соревнований. С самого утра все фигуристы уже отрабатывали свои программы. После того незабываемого вечера Виктор и Аннабель не обмолвились и словом, вели себя так, будто друг друга не знают и видят впервые. Шульц была сосредоточена на выполнении программы с Люком. Однако после того вечера на катке ей было тяжело собраться. Карлос не внушал доверия, в отличие от Никифорова. Брюнет хоть и старался, всё равно не дотягивал до уровня россиянина. Во время перерыва Аннабель кинула короткий взгляд на Колсман. Как бы она ни старалась, ей не хватало огонька, который есть в Аннабель. Рыжая изо всех сил стремилась соответствовать своему партнёру, но увы. Шульц отлично поднимала себе самооценку, наблюдая за действиями напарницы Виктора. Но при одном взгляде на Люка она разочаровывалась. У них с Виктором не те напарники. Подошел конец тренировок, и фигуристы были отправлены отдыхать перед предстоящим соревнованием, которое решит судьбу Аннабель. Всё время перед выступлением, девушка убивала в интернете. Это было единственное место, где она могла успокоиться, просмотреть фото в инстаграмме, почитать твиты и поболтать онлайн с родителями, которые, конечно же, сидя у экрана телевизора, её поддерживают. Вот так, лёжа на кровати в ожидании нужного часа, Аннабель переписывалась с мамой. И вдруг пришло оповещение о пришедшем сообщении. От Виктора. «Ну как, волнуешься? c: » Тонкие пальцы быстро открыли экранную клавиатуру и набрали сообщение в ответ: «Есть немного. Всё же мне придётся свергнуть тебя с трона, Ваше Высочество XD» «Уже не смешно.» «Почему?» «А что весёлого в том, что меня затмит новый король?))» «Ох, простите, новая королева!)) <3» «Ты уж постарайся хорошо :З И да, первый раз ты сказал верно, я не королева, я король!!!» «Выкладывайся на 200%. 100 уже не поможет)) Если выиграешь, можешь не отдавать долг за еду и коньки с: » «Отличная мотивация, спасибо. Желать удачи не буду. <3» «А я тебе всё же пожелаю. Удачи! <3<3<3»

***

Время для выступления. Зал полный, конечно, при такой рекламе. Первыми выступают Андреа и Виктор, затем Кассандра и Филипп, Аннабель и Люк выступают последними. На этих соревнованиях всё не так, как бывает в соло. Ни одна пара не обмолвилась и словом, не пожелала друг другу удачи. Ставки на победу слишком высоки. Фигуристы отлично выглядят. Все костюмы подобраны идеально под программы. Виктор и Андреа двигаются плавно. Музыка отлично подходит. Их номер просто идеальный, словно танец нежных лепестков в полёте. Она выкладывается на полную, прикладывает максимум усилий, но это выглядит притянутым, наигранным. Он пропускает это через себя. Он и есть часть образа, он и есть тот герой, а она лишь играет роль героини. Настало время прыжков. Первый двойной сальхов, затем тройной флип. Оба фигуриста выполнили его синхронно и прекрасно приземлились на две ноги. Теперь Андреа оказывается на руках у Виктора, по программе идёт вращение. Никифоров бесподобен. Он держится слишком идеально. От наблюдений за ним внутри у Аннабель всё сжалось. А сможет ли так же сделать Люк? Девушка кинула сомнительный взгляд на своего напарника. Он сидел и что-то клацал в своём телефоне, полностью абстрагировавшись от происходящего в ледовом дворце. Аннабель обреченно вздохнула и перевела свой взгляд обратно на выступающих. — Что? Так сомневаешься в напарнике? — вдруг послышался женский голос сзади. Шульц дёрнулась от неожиданности и обернулась. Перед ней стояла девушка в спортивном костюме с заплетёнными в хвост волосами. — Да так, в мои планы входило выиграть здесь, но, смотря на эту пару… Понимаю, что наше место точно не первое, — пожала плечами Аннабель. — Мда уж, я и Андреа раньше дружили, но она никакая фигуристка. В ней нету этой лёгкости, да и Виктор, мне кажется, согласился на это лишь потому, что это отличный ход, чтобы удивить зрителей, — девушка стала рядом с Аннабель. — Меня, кстати зовут Рене Магритт, я бывшая подруга Колсман, — она представилась и даже не обратила внимание на то, что Шульц чувствовала себя немного неуютно в её компании. — Понятно, — улыбнулась Аннабель и тут же снова уставилась на фигуристов. — Они не займут первое место, это точно. Судьи не первый раз наблюдают за ней, и она не меняется, — продолжила Рене. — Почему? Андреа старается… — Потому что в этот раз никто не купится на её слезы. Ты думаешь, почему её напарник попал в больницу? Она надеялась, что ей дадут какого-то неудачника, но приехал Никифоров, и она изо всех сил старается не отставать от него, но она не привыкла. Ей не хватает опыта, — Магритт говорила это и сверлила Андреа взглядом. Аннабель посмотрела на рыжую фигуристку и на свою новую знакомую. Андреа, увидев Рене, споткнулась и упала, проехавшись по льду почти всем телом. На этом номер Колсман и Никифорова был окончен. Все были ошарашены сложившейся ситуацией. Андреа начала визжать и рыдать. Судьи стали между собой перешептываться, на лёд был вызван врач. Сам Виктор даже не понял, как так получилось, в один миг девушка просто упала на лёд всем телом. Рыжеволосая кричала, что во всём виноват Никифоров, и что если бы не он, то она бы выступила на отлично. Рене Магритт, довольно улыбнувшись, похлопала Аннабель по плечу и, шепнув на ухо «удачи», ушла. Тем временем на льду уже закончился спектакль, и Колсман вели под обе руки медработники. Виктор ехал следом, полностью ошалевший от ситуации. Он явно не понимал, почему Андреа обвиняла его в своем падении, если он был на другом конце катка. Был объявлен внеплановый перерыв. Никифоров, немного расстроенный, пошел снимать коньки. Он игнорировал журналистов, которые сразу же пристали к нему с кучей вопросов. Аннабель решила как-то приободрить русского фигуриста и направилась следом за ним. — Эй, Виктор, всё в порядке? — неуверенно начала немка, присаживаясь рядом. Парень ничего не ответил. Он расшнуровывал коньки так сосредоточенно, будто рядом с ним никого нет. — Виктор… Он поднял на неё свой взгляд. Его ясные голубые глаза даже помутнели, или, по крайней мере, так показалось Аннабель. — Я думал, мы напарники с ней… На тренировках даже и намёка не было на то, что она меня ненавидит, — начал парень. — А здесь по непонятно какой причине я стал виноват? Я же решил помочь ей, когда узнал, что её напарник был госпитализирован. Она выглядела такой растерянной и подавленной, когда узнала, что её могут дисквалифицировать. — Во время вашего выступления ко мне подошла девушка и сказала, что Андреа не та, за которую себя выдает, — Аннабель пожала плечами. Она не умела успокаивать, даже понятия не имела, что ей сейчас нужно сказать. Мысли о хорошем выступлении почему-то улетучились. — В любом случае, это был первый и последний раз, когда я помогаю человеку, которого не знаю, — констатировал Виктор, а затем, уже надевая привычные ботинки, добавил: — Аннабель, теперь ты просто обязана выступить так, чтобы вы заняли первое место. Я готов пожертвовать своей репутацией золотого медалиста, чтобы эта мадам Колсман не получила желаемого. Аннабель лишь улыбнулась уголком губ и покинула общество Виктора, так как уже прозвучало оповещение об окончании перерыва. — Мы решили судить мистера Никифорова и мисс Колсман до момента, когда она упала, общий балл 130.7, сейчас они занимают первое место. В тот же час рыжеволосая улыбнулась, поправила волосы и позвала Виктора к себе, делая вид, что вообще ничего не случилось. Парень улыбнулся уголком губ и пошел в сторону трибун, оставив девушку одну. Далее было выступление Кассандры и Филиппа. Публика всё ещё не отошла от падения Андреа, поэтому поначалу паре с трудом удавалось уловить довольные возгласы народа, но всё же во время прыжков люди стали поддерживать фигуристов бурными овациями. Их программа была не менее изящной и нежной, они выложились на полную. Судьи оценили старания пары в 129.5, Филипп и Кассандра занимают второе место. Теперь выход Аннабель и Люка. Волнение охватило всё тело. В голову ударили мысли, что же сделает с ней отец, если она не займёт первое место. Лёгкая дрожь пробила всё тело, и Шульц начала паниковать. Она кинула взгляд на Люка в надежде, что тот её поддержит, но тот стоял бледный как стена. Аннабель поняла, всё лежит на её хрупких плечах. Девушка осмотрела трибуны. Публика приветствовала её с кучей разноцветных плакатов, на некоторых было даже написано «С возвращением, Эн-шу!». Это грело душу, но уверенности не добавляло. Вот уже запустили музыку, и началась программа. Их тема сводилась к тому, что она является нежной и невинной девушкой, что попадает в лапы закоренелого ловеласа. Он так вскружил ей голову, что теперь она не знает, как ей быть. Агрессивность в программах Аннабель здесь играла против неё. Тут нужно отбросить страсть и желание взять под контроль лёд. Нужно стать той самой неженкой, которая не понимает, что происходит, и всецело доверяется партнёру. Шульц старалась пропустить музыку через себя, сосредоточиться только на ней и напарнике. Лёд, Люк, музыка. Сероглазая двигалась максимально плавно, но понимала, что этого недостаточно. Ей нужно что-то, что заставит её проявить нежность и невинность. В голове всё перевернулось кругом, Аннабель даже показалось, что она не контролирует своё тело. Все движения она выполняла машинально. Люк на странность тоже выполнял свою часть просто отлично. Шульц смогла найти источник нежности, то, что вдохновило её. Настало время прыжков. Люк и Аннабель разъехались в разные стороны катка, чтобы не мешать друг другу, а затем сойтись в центре. Первый прыжок, тройной сальхов — удачно. Это сопровождалось бурными возгласами со стороны зрителей. Вторым по плану должен быть тройной тулуп, но девушка решила пойти на самую крайнюю меру. Вторым она сделала двойной аксель, тем самым кардинально меняя программу и вводя в заблуждение тренера и напарника. Её окидывали одобрительными аплодисментами, кричали что-то подбадривающее, и Аннабель спустила своего внутреннего агрессивного зверя на волю. Только одна фигуристка смогла покорить четверной сальхов. Аннабель ничуть не хуже, и пусть она выдохлась для такого прыжка, она всё равно собрала всю волю в кулак и… Вы только посмотрите, знаменитая Эн-шу набирает скорость. Что сейчас сделает эта девушка — неизвестно. Она только что кардинально изменила программу, что удивило жюри. Она создает неплохую конкуренцию самому Виктору Никифорову, но не достает до его уровня. Хотя. Подождите! Она только что попыталась сделать четверной сальхов, но, к сожалению, потеряла равновесие и упала, какая жалость. Если бы мадам Шульц удалось бы выполнить этот прыжок, первое место было бы гарантированно. Что же, хорошо, что номер подошел к своему концу без остальных казусов. Ну, а теперь посмотрим, что скажут судьи. Сердце Аннабель будто перестало биться. Она не справилась с прыжком, на который сделала ставку. Теперь же неизвестно, на каком месте они будут сейчас. Голова шла кругом, и девушке хотелось реветь. Люк, как только покинул каток, сразу начал собирать вещи, ему было не интересно, кто победил, он своё дело выполнил и теперь мог спокойно возвращаться домой. С чистой совестью, так сказать. Шульц же осталась дожидаться результата. Внутри всё превратилось в удушающий комок, каждый глоток воздуха давался с титаническим трудом, не говоря уже о том, что приходилось держать серьёзное лицо и не впадать в истерику. Она делала глубокие вдохи и выдохи через раз, задерживая дыхание, пытаясь его выровнять и успокоиться. Руки дрожали, как у наркомана, пришлось скрестить их на груди, дабы этого никто не узрел. Губы тряслись, как бы Аннабель не пыталась скрыть это. Волнение полностью окутало её. Судьи не торопились оглашать результат, отчего становилось ещё хуже. Рядом не было никого, кто бы мог поддержать сейчас её. А ведь поддержка нужна как никогда. Прозвучала характерная мелодия перед озвучиванием результатов. Сердце стало биться в бешеном ритме, девушка затаила дыхание, боясь даже дышать. Результаты пары мистера Карлоса и мисс Шульц составляют 130,6. Пара Колсман и Никифорова занимает первое место с отрывом в 0,1 балл, несмотря на конфуз, который произошел. Поздравляем! В тот момент сердце Аннабель пропустило удар. Она проиграла… Дальнейшие события для неё были как в тумане. Она даже не поняла, как оказалась одна на льду держать медаль второго места. Не поняла, как в один момент всё бросила и убежала на улицу, позабыв о вещах в ледовом дворце. Она даже не накинула на себя пальто, хотя на улице было довольно-таки прохладно. Убежала прочь от ненавистного ей катка, людей, света софитов. Было так поздно, что вокруг ни души. Она дала волю своим эмоциям. Горький плач, пронзительный, полный боли крик. Вдобавок морозный ветер, который заставлял ежиться и сметал слезинки со щек. Ей не хотелось больше жить. Жизнь закончилась. Она так старалась, так старалась, тренировалась на износ, разбиралась в себе, попадала в кучу неловких ситуаций, чтобы проиграть? Она упала в своих же глазах на самое дно, откуда нет спасения. Аннабель шла, понимая, что возвращаться смысла нет. А зачем? Ради чего? Отец будет сильно недоволен и до конца её дней будет вспоминать этот провал. Попытаться жить нормальной жизнью, без катка, у неё не получится, она не умеет, да и пытаться не очень-то и хотелось. Всё рухнуло в один момент. Аннабель не обращала внимание на падающий снег, на ветер, который проморозил уже всё до костей. Ей не хотелось ничего. В голове выскакивали разные картины, даже физиономия Виктора промелькнула перед глазами, только он будто насмехался над ней. Она не могла этого терпеть. Она накручивала себя всё больше и больше. Аннабель дошла до моста, который из-за проблем с фонарями был временно не освещён. Вода внизу казалась манящей бездной, в которую Аннабель так и хотелось ступить. Провалиться во тьму, подальше от всех этих соревнований, подальше от конкурентов. Жизнь закончилась. Она аккуратно перелезла и вцепилась руками в бортик. Было холодно, очень холодно. Сила в руках пропадала, держаться было сложно. Аннабель не понимала, почему она не может сделать желанный шаг и наконец оказаться в объятьях толщи воды. Ветер развевал её волосы и холодил дорожки от слёз, от чего девушка поморщилась. Она снова начала вспоминать всё плохое, чтобы быстрее решиться прыгнуть. Аннабель закрыла глаза и сделала глубокий вдох, затем полный выдох. Её руки отцепились от опоры, удерживающей её на мосту, и тело рухнуло в воду. Раздался характерный звук, затем всё затихло. Очутиться в объятьях холодной воды оказалось не самой лучшей идеей. Дрожь пробежала по всему телу, нехватка кислорода вызвала боль в лёгких, а слабость, пришедшая с холодом, не давала даже шансов бороться за свою жизнь. Аннабель впервые чувствовала себя так противно. Ледяная вода обжигала гортань и лёгкие, в голове был странный шум. Сердце стало бешено колотиться от осознания неизбежного. Ещё немного, ещё чуть-чуть, и всё закончится. Но даже умереть у девушки не получилось. Кто-то схватил её за руки, а затем приобнял за талию и потащил вверх. Кто это был, Шульц не разглядела. Она просто чувствовала, что кто-то её спасает. Уже будучи на берегу и снова ощущая на себе холодные порывы ветра, девушка очнулась. У неё очень сильно болело горло, живот и спина. Аннабель поняла, что чьё-то колено упиралось ей в живот, и ладонь поступательными, сильными движениями била по спине, тем самым заставляя девушку выплюнуть остатки воды. А когда вода вышла и Аннабель смогла дышать, стало ещё хуже. Морозный воздух обжигал гортань от глубоких вдохов, всё тело дрожало. И всё же она не до конца понимала, что происходит. Человек, который её спас, имел такой знакомый голос, он говорил «Сейчас», «Подожди, скоро всё будет хорошо». Аннабель подняла голову и разглядела своего спасителя, который судорожно искал телефон и, найдя его, накинул своё пальто на девушку. — Я сейчас вызову скорую, подожди, всё будет хорошо, — шептал он. — Не… н-не нужно ско... рую, — хрипло пыталась сказать, но получалось очень тихо, парень явно не слышал. Он уже тыкал пальцами на кнопки, когда Аннабель внезапно обняла его и, потянувшись к уху, прошептала то же самое. — Но тебе нужна помощь, — ошарашенно ответил спаситель. Но девушка сжала своими ручками его рубашку и уткнулась носом в грудь парню. — Вик... тор, пожал… — на выдохе хрипела она, и Никифорову ничего не оставалось сделать, как отложить телефон и забрать девушку в тёплое место. Фигурист поднял её на руки и понёс в машину. Там во всю работала печка, но Аннабель даже не собиралась снимать пальто парня, она сильнее закуталась в него так, что было видно только глаза. Виктор, такой же мокрый и замёрзший, быстро сел в авто и, ударив по газам, поехал в гостиницу. Они оказались возле отеля за считанные минуты. Никифоров гнал машину, чтобы быстрее добраться до тёплого номера. Аннабель к тому времени уже заснула, хотя неприятное ощущение сырости от мокрой одежды делало своё дело. Виктор аккуратно взял спящую девушку и понёс к себе в номер. Ситуация была очень деликатная, он не мог оставить её в её же номере, так как не знал, что она ещё выкинет, и не мог оставить в мокрой одежде. В любом случае нужно было решать, и он принял решение отнести девушку к себе в номер, а утром разобраться как-нибудь. Уже в обители Никифорова Аннабель проснулась. Она почувствовала под собой мягкую перину кровати, а также то, что она до сих пор в мокрой одежде. В номере было достаточно тепло, но девушка не могла согреться. Откинув мокрое пальто, которым она была заботливо укрыта, Шульц встала с кровати и осмотрелась. Понимание того, что она не в своём номере, пришло сразу. Вопрос заключался в том, что сейчас делать. Сероглазая прошествовала в ванную комнату, откуда доносился шум воды. Дверь была не заперта, и девушка безо всяких мыслей вошла. Там стоял Никифоров, обмотанный полотенцем, он выжимал воду из своих промокших вещей. В комнате ещё стоял пар от горячей воды, зеркала запотели, пол был немого скользкий. — Я, наверное, пойду к себе в номер, — хрипло отчеканила Аннабель, обращая внимание Виктора на себя. Тот был чернее тучи. Во взгляде присутствовало недовольство, да и действия парня были очень резкие, как будто он злился. — Сегодня ты ночуешь у меня, — он снял полотенце, висящее на сушке и протянул его девушке. Немка стояла как вкопанная, ошарашенная заявлением фигуриста. — Ты ледяная, — прислонив руку к её лбу, обеспокоился тот, — быстро в горячий душ. Халат висит на крючке, я сейчас расстелю тебе кровать. — Виктор, подожди. Всё хорошо. Спасибо за твою заботу, но я пойду в свой номер. Не нужно со мной нянчиться, мне уже двадцать, и я не маленькая, — её голос хрипел, срываясь, а сама она потупила взор и рассматривала плитку под ногами, чтобы не смотреть своему спасителю в глаза. Но Виктор, казалось, не собиралась принимать во внимание мнение девушки. — Взрослая девочка, которая бросила все свои вещи в Ледовом Дворце, ревела всю дорогу, а затем и вовсе собралась покончить с собой. Думаешь, после твоей выходки я тебя отпущу в твой номер? Мало ли что тебе в голову взбредёт, а вдруг ты захочешь опять сделать такую глупость. Например, вскрыться! — по голосу парня Аннабель поняла, что он сильно злится, но это не злость от обиды, другая… — Точно, вскрыться… я теперь и в ванной тебя одну не оставлю. Утром обсудим твою выходку, иди в душ, я смотреть не буду. — Никифоров, ты совсем рехнулся? Ты вообще кто такой, чтобы мне условия ставить? — Шульц не на шутку разозлилась после последних слов фигуриста. Сейчас он походил больше не на спасителя, а на маньяка. — Не заставляй меня сделать всё самому, я же сильнее тебя буду, — он скрестил руки на груди и заслонил собой выход из ванны. — Я закричу сейчас. — Кричи, тогда я скажу, что ты пыталась убить себя, бросившись с моста, и тебя заберут в больницу, с тобой будут работать психологи и психотерапевты, поставят в известность родителей, ох, и, боюсь, желтая пресса не упустит шанса написать о таком случае статейку. Аннабель глубоко вздохнула. Её не устраивал расклад, какой предоставил ей Виктор. Не хотелось лишних проблем на публику, поэтому девушке ничего не оставалось делать, как принять условия фигуриста. — Ладно. Но завтра я уйду, — она попыталась сказать это грозно, но хрипящий голос сорвался на писк. — Мы завтра с тобой переговорим, а потом иди хоть на все четыре стороны, — отчеканил Виктор, закрывая дверь в ванную комнату изнутри. — Ну, давай, я спать вообще-то хочу, так что быстрее. — Ты обещал не смотреть… — смутилась девушка. Никифоров отошел от двери и сел на каменную подставку для сумок возле умывальника. Перегородка закрыла ему обзор на то, что происходило возле душевой. Аннабель потянулась руками к прилипшей холодной кофте и попыталась её задрать. Но сил в руках не было вообще, она еле сжала кулачки. Шумно выдохнув, Шульц не знала, как ей быть. Просить фигуриста о помощи ей хотелось в последнюю очередь, в особенности после такого разговора. Но других вариантов у неё не было. — Виктор… В ответ послышалось краткое «мм?». — Я не могу снять с себя вещи, в моих руках будто вся сила пропала… — Аннабель говорила это с заметным стеснением. — Ты не мог бы… мне… помочь? Виктор молча встал и прошествовал к девушке, которая уже покрылась румянцем. Его горячие руки скользнули под кофту, заставляя Аннабель прильнуть ближе и смутиться ещё больше. Он с лёгкостью снял мокрый предмет одежды. Она старалась избегать зрительного контакта. Всё же ей было очень и очень неловко. Далее была очередь за узкими джинсами, которые даже в сухом виде тяжело снять. Никифоров быстро справился с пуговицей и молнией. — Сама стянешь или помочь? — прошептал на ухо, обдавая горячим дыханием холодное ушко, табун мурашек пробежался по всему телу. — Помоги, — пискнула девушка, опуская голову ниже. В голове вертелась назойливая мысль: «Только не смотреть в глаза». Виктор, казалось, понимал всё стеснение Аннабель, поэтому не стал особо тянуть с помощью. В отличие от Шульц, он вполне спокойно переносил вид оголённого тела. Всё-таки у него было достаточно девушек. Аннабель осталась в одном белье. Она понимала, что мыться одетой абсурдно. Руки предательски слабые, и стянуть с себя белье ей всё же будет тяжко. Виктор, кажется понял всё без слов и лишних взглядов. Он расстегнул бюстгальтер, и тот был благополучно отправлен на пол. Аннабель интуитивно прикрыла маленькую грудь ручками. Парень, чтобы дальше не смущать девушку, затащил её в кабину душевой, где, уже сняв последний предмет одежды, он включил горячую воду, намылил губку и начал растирать мыло по телу Аннабель. Шульц сгорала от стыда. Она чувствовала себя такой беспомощной, и ей было так неловко. Никифоров старался сделать всё быстро, чтобы девушка ощущала дискомфорт не такое длительное время. Когда он почувствовал, что тело Аннабель стало тёплым, он выключил воду и, взяв большой махровый халат, накинул на немку. Затем взял девушку на руки и отнёс в спальню. — Ну, видимо, тебе придётся спать со мной на одной кровати, я слишком устал, чтобы раскладывать вторую и стелить постель. Не волнуйся, я к тебе и пальцем не прикоснусь, — заверил Виктор сразу же, как заметил немного испуганный взгляд Аннабель. Девушка сильнее укуталась в мягкий халат и кивнула. Никифоров достал одеяло и лёг рядом с немкой. Оба вырубились практически сразу.

***

Виктор проснулся первый. Поначалу он не сразу понял, как сложилась так, что в его постели лежит Аннабель, мирно посапывающая почти что у уха. Но память быстро вернулась, расставляя всё на свои места. Никифоров решил не будить и без того натерпевшуюся девушку, он тихо вылез из кровати и прошествовал в другую комнату, чтобы переодеться и заказать завтрак в номер. Соревнования окончены, и в ближайшее время нужно возвращаться обратно домой. От этого было одновременно грустно и радостно, что он сможет наконец-то отдохнуть. Фигурист планировал сразу после вечеринки, которую по традиции всегда устраивают после соревнований, отправиться к себе в частный дом в Норвегии, о котором не знают даже близкие друзья. Он просто любил приезжать туда, чтобы отдохнуть от навязчивой городской суеты, от пыли и серости, от вспышек камер фотографов. Там даже прислуга нанималась исключительно под контракт о неразглашении этого места. Минусом же было расставание с остальными фигуристами. Всё-таки все они неплохо провели время, гуляя по городу в вечернее время суток. Виктор впервые попробовал парное фигурное катание, и первый опыт, хоть и был с небольшим казусом, всё же прошел довольно гладко и оставил о себе хорошие воспоминания. Конечно, кроме попытки Шульц утопиться. Этого парень никак не ожидал, поэтому не мог просто так оставить это дело. За этими мыслями вещи были уже успешно собраны в сумку, а в номер был заказан завтрак на двоих. Виктору предстоял разговор с Аннабель. Flashback Никифоров сразу заметил изменения в лице Шульц. Она стояла, натянув на себя улыбку, её руки дрожали, губы сжались в тонкую полоску, глаза были наполнены слезами. Она держалась, из последних сил, но держалась. Парню стало даже не по себе, когда он увидел девушку такой, да ещё и одну, без напарника. Разве они не должны переживать это вместе? Виктор заметил, как Аннабель после церемонии сложила все вещи и бросилась прочь, оставив сумку, медаль, коньки на лавке в раздевалке Ледового Дворца. На улице слышал её протяжный крик, хотя она давно скрылась меж домов. После этого он кинулся к машине, чтобы искать убитую поражением фигуристку. И видел, как её тело полетело вниз в глубины чёрной ледяной воды. Было достаточно темно и холодно, а от увиденного пропал дар речи. В голове пронеслись ужасающие картины, как этой милой девушки больше не будет в живых. Что-то внутри ёкнуло. Возможно, просто желание спасти чужую жизнь, а возможно, он руководился другими чувствами, в любом случае, Виктор не растерялся. Скинул пальто и прыгнул вслед за девушкой, прекрасно понимая, что в такое время года они могут умереть оба. Ныне В спальне послышалось довольное зевание. Никифоров прошел в комнату. — Доброе утро, Аннабель, думаю, мы можем начать свой разговор до завтрака, — холодно отчеканил парень, от чего у девушки пошли мурашки по коже. Глаза тут же округлились, и желание поспать ещё пять минуточек улетучилось в одно мгновение.