Из двух зол...

– Здравствуйте, – услышала Анна за плечом и оглянулась. Смутно знакомый мужчина стоял в паре метров от нее и улыбался профессиональной располагающей улыбкой. Дорогой костюм, дорогой парфюм, безупречная стрижка, начищенные до блеска туфли, внимательный доброжелательный взгляд. Анна невольно подобралась. Такие опрятные, вежливые люди всегда вызывали в ней смутную тревогу. – Здравствуйте, – ответила она, переходя на дежурный дружественный тон. – Я могу вам чем–то помочь? – О, я уверен, помощь будет взаимной, – улыбка мужчины стала еще более дружелюбной. – Я Май. Май Торринг. Мы с вами встречались два года назад, на приеме в альфианском посольстве. Помните, его организовывал ваш муж. Простите, бывший муж. Теперь Анна вспомнила, откуда ей знакомо его лицо, но беспокойство только усилилось. Май Торринг, юрист, как–то связанный с министерством обороны. Он тогда увел Криста, едва тот их представил. Анна еще отметила мельком, какое интересное знакомство могла бы приобрести, но каким-то шестым чувством уловила, что ее – юриста с небольшой частной практикой и прокурорским прошлым, не позовут в мир мужчин, войны, оружия и очень больших денег. Впрочем, ее это не очень удивило. – О, да, конечно. Здравствуйте, Май. – Анна сменила одну дежурную улыбку, на другую, как-то особенно отчетливо почувствовав, что встала рано, весь день бегала по разным службам и инстанциям и выглядит соответственно. – Жаль, что я произвел на вас такое бледное впечатление, – чуть пожал плечами он. – А я вот вас запомнил. Анна почувствовала желание отступить на шаг, а то и на пару. От затылка вниз пробежал легкий неприятный холодок. – У вас здесь дела? – спросила, надеясь, что сейчас этот ухоженный и неприятный человек, ответит, что, дескать, да, и можно будет сбежать под вежливым предлогом. – Да, и я уже их завершил. Я так понимаю вы тоже, – тут же повернул он. – Простите, я стал невольным свидетелем вашего телефонного разговора. – Да, я уже собиралась домой, –кивнула Анна, думая, что дети, ждущие дома, тоже вполне себе предлог уйти. – Выделите мне несколько минут? Мне рекомендовали здешнюю кофейню. Но я, как назло, не могу ее найти. – Он обезоруживающе улыбнулся и Анна поняла, что отвертеться не получится. – Это не просто, – согласилась она, принимая правила игры. В конце концов, зачем-то же этот занятой человек ломал тут перед ней комедию. – Но я вам помогу. Для начала придется обернуться. Строгая вывеска кофейни маячила за его спиной. Май даже не подумал сделать вид, что не знал о ней. Приглашающе кивнул головой. Анна вежливо улыбнулась и пошла к кафе. Собственно, это не было ни кафе, ни кофейней. Больше всего по оформлению и меню оно походило на переговорную. Далеко отстоящие друг от друга маленькие столики, дополнительно разделенные напольными цветочными горшками с густыми зарослями каких-то мелколистных темно-зеленых кустов – так чтобы отделить гостей друг от друга, создать дополнительную звукоизоляцию и не вызывать ощущения офисных кабинок. Анна прошла к окну, чуть наискось от двери, села спиной к стене, инстинктивно желая защититься. Остро и иррационально захотелось, чтобы здесь оказался Ник, резко перевесивший бы чашу весов в ее пользу. Чего она так нервничает? Можно подумать он на нее набросится. Такие люди действуют иначе. – Я слышал, у вас неприятности с офисом, – сказал Май после того, как им принесли кофе. – Некоторые, – отозвалась Анна осторожно, чувствуя, как начинает мелко покалывать пальцы. – Не думала, что это вызвало резонанс. – Ну что вы, есть вещи известные только в определенных кругах. Анна чуть качнула головой, молча ожидая продолжения. Разговор нравился ей все меньше и меньше. – Я подумал, возможно, вам нужна помощь. А я по старой памяти мог бы помочь. –Он улыбался располагающе и смотрел внимательно. Разговор все больше и больше походил на партию в пинг-понг. Сейчас этот человек явно ждал, пока она отобьет мячик. Анна же никак не могла избавится от ощущения, что пришла на корт со скакалкой и стоит, дура дурой, радуясь, что хоть не с шахматами. – А чем вы можете помочь? – столь же вежливо удивилась она. – Восстановление офиса юриста недешевое удовольствие. В конце концов, мы какое–то время сотрудничали с вашим мужем. Взаимопомощь в таких делах естественна. Естественна. Ну да. С мужем она в разводе, этого человека почти не знает, сколько лет они не виделись, так сразу и не сосчитать, но взаимопомощь естественна. Очень интересно. – Спасибо, но офис был застрахован. Ценю вашу заботу, но не совсем понимаю, откуда она. – Иногда просто приятно делать добрые дела. Я вам одолжение, вы мне. Час от часу не легче. Что ему надо? Вот уж маловероятно, что она может быть полезна человеку его положения. Здесь что-то не чисто. Или ее с кем-то путают или она не все знает. Процентов девяносто девять, что второе. – И чем же я могла бы вам помочь? – Я верю в ваше благоразумие, – змеиные глаза Мая не отрываясь смотрели на нее. – Я всегда благоразумна, – “вернула мячик” Анна. – Но все еще не понимаю вас. Чем я могла бы быть вам полезна? На лице Мая отразилась легкая тень недовольства. – Возможно, офис не единственная ваша трата, в которой мы могли бы вам помочь. “Мы” – еще лучше. Совсем прекрасно. Он что, хочет сказать, что причастен к разгрому и это еще не конец? Человек, связанный с министерством обороны? Может быть у нее просто галлюцинации? Объяснить это иначе не получается. – Я действительно вас не понимаю Вы не могли бы говорить яснее, пожалуйста. немного конкретики будет полезно для нас обоих. – Вы зря не хотите меня слушать, Анна. Я желаю вам только добра. – В его голосе было легкое раздражение. Анна поняла, что понятнее говорить он не станет. Не то уверен, что она все понимает, просто водит его за нос, не то хочет проверить, действительно ли она знает то, о чем он говорит, на всякий случай не раскрывая сути. – Я не сомневаюсь, просто меня всегда ставят в тупик малознакомые люди, бескорыстно желающие мне добра. А я не вижу, чем могла бы быть вам полезной. И пока вы не начнете говорить яснее, помочь вам я не могу. И помощи от вас принять тоже. – Анна встала. – Было очень приятно с вами увидеться. – Ее тон напрочь противоречил сказаному. – Это большая ошибка, Анна, – сказал Май. Сказано было спокойно, нейтрально, но слышалось, как прямая угроза. Женщина на миг посмотрела ему в глаза и зашагала к двери. Внутри все трепыхалось, горло перехватывал ужас. Этот человек ей угрожал – без сомнения. Он был как-то связан с письмами, угрозами, взломом ее дома… В горле застрял холодный ком. Анна вылетела из здания, поймала таксофлаер и только набрав домашний адрес слегка выдохнула. Может быть, она на нервах и совершенно нейтральный разговор восприняла превратно? Может быть, он просто всегда такой странный? И действительно просто хотел помочь, но ждал за это каких-то заверений, благодарностей, обещания остаться должницей? Да нет… разговор только выглядел нейтральным. С этим надо что-то делать. И срочно. Или эти раздумья сведут ее с ума. Она потарабанила ноготками по экрану видеофона и наконец набрала номер. Связи с абонентом не было и Анна начитала сообщение. Осталось надеяться, что старый друг болтается не в самых отдаленных секторах космоса.