Позови меня по имени (и каждый оттенок засияет) - say my name (and every color illuminates)

Пока Лэнс готовится встретить новый день, всё, о чём он способен думать — его соулмейт. На самом деле это не удивительно, Лэнс романтичный, но это перерастает в настоящую проблему, когда дело касается лекций. Он старается, честно старается, обратить внимание на профессоров, но не может перестать вспоминать лицо соулмейта. Он знает, что у него трудно читаемая мимика, выражение лица, требующее тщательного изучения для понимания эмоций, но это всё, что он помнит. Не то, чтобы Лэнс не помнил ничего. В памяти всплывают тёмные черты лица, но слишком расплывчато. Он перестаёт мучить себя попытками вспомнить лицо соулмейта сосредоточившись на имени. Если быть честным, Лэнс может справиться с безликостью его родственной души знай он хотя бы имя. Во-первых, его раздражает постоянно называть кого-то «мой соулмейт» и, во-вторых, Лэнс уверен, что имя может рассказать многое, а Лэнс жаждет узнать о соулмейте как можно больше. Он знает, что имя соулмейта начинается с какого-то глухого согласного звука и постоянно вертится на кончике языка, но в голову всё равно ничего не приходит. После провальных попыток вспомнить лицо или имя соулмейта, Лэнс сосредотачивается на том, что ему известно. Все эти соулмейтовские штучки заставляют его родственную душу нервничать, но когда он чувствует себя комфортно, ему нравится дразнить Лэнса. Ему нравится тренироваться, это заставляет почувствовать вкус жизни, и ещё они с отцом отправляются в поход смотреть на звёзды каждое новолуние. Лэнс пытается убедить себя, что маленькие детали говорят о соулмейте гораздо больше, чем имя или лицо, но это трудно, учитывая какой вклад они вносят в полноту картины о личности. И всё же, размышления о деталях успокаивают. Задумавшись, он не заметил, как закончились пары. Выходя из кабинета физики, Лэнс запрокинул голову и застонал. Позже придётся одолжить у одногруппника конспекты, он был слишком занят размышлением о пустыне и прорисовке деталей во внешности соулмейта, чтобы записать хоть что-нибудь, и это плохо, ведь на следующей неделе промежуточный экзамен. Лэнс возвращается в свою квартиру в тупом оцепенении. Его разум погружен в воспоминания о последнем общем сне, увиденном с родственной душой. Чем дольше он размышляет, тем путаней становятся мысли. «Это было… романтично», от этой мысли всё внутри трепещет и губы растягиваются в непроизвольной улыбке. Лежать, наблюдая за звёздами, бок о бок, играя в «двадцать вопросов»? Чертовски романтично. Щёки заливает румянец от одной мысли об этом. Раньше он не задумывался над этим, но после сегодняшней ночи понял, что их связь скорее романтическая, чем платоническая. Лэнс задаётся вопросом, считается ли свидание во сне настоящим? «Если так, то всё прошло хорошо», думает он, вспоминая как смеялся его соулмейт, когда они перекидывали друг другу камешки. Лэнс мечтает, куда он и его родственная душа пойдут на настоящее свидание, и от мыслей об этом на душе становится легко, он счастлив просто представляя их прогулки. Лэнс никогда не состоял в длительных отношениях, сердце поёт от осознания, что у него есть соулмейт, который будет его любить. Никто и никогда не любил его прежде. По крайней мере, не так. Остановившись, он опирается о стену офисного здания и закрывает лицо руками от переизбытка чувств. Он чувствует, как щёки горят, на губах играет глуповатая улыбка и еле сдерживается, чтобы не начать визжать прямо на публике. Он настолько погружается в свои весёлые, игривые мысли, что не сразу замечает звонящий телефон в кармане пиджака. Опомнившись, достаёт телефон, замечая незнакомый номер думает, что могут звонить с работы. Быстро отвечает на звонок и оказывается прав — звонит менеджер одного из магазинов, в который он подавал резюме. Менеджер вежливо представляется и спрашивает Лэнса, по-прежнему ли он заинтересован в должности. Тот утвердительно отвечает. — Отлично, мне понравилось резюме. У вас больший опыт работы в сфере обслуживания, это основная обязанность в этой должности. Есть ли возможность прийти на собеседование на следующей неделе? — сердце Лэнса заходится в волнении от вопроса. — Да, конечно! Я могу в любое свободное от учёбы время. — Отлично. Вы же приложили расписание занятий, да? — На другом конце провода слышится шелест перебираемых бумаг. — О, да. Хорошо… Как насчёт… Следующего четверга? В три часа, вы успеете добраться с учёбы? — Ага. Я точно успею! — Говорит Лэнс, пытаясь звучать дружелюбно и открыто. Голос — самая важная составляющая при общении с клиентами, поэтому он использует все свои умения. — Замечательно. Тогда увидимся в четверг. — Говорит менеджер и Лэнсу нравится, как тепло и по-доброму звучит его голос. — Прекрасно. Спасибо большое! — Точно. Спасибо, Лэнс. — До встречи. — До встречи. Лэнс кладёт трубку и смотрит на экран, продолжая улыбаться. Сегодня действительно хороший день.

***

— Я правда надеюсь, что получу работу, мой банковский счёт выглядит безнадёжно, если моей маме придётся снова перевести деньги в этом месяце, она меня убьёт. — Говорит Лэнс, сидя по-турецки на спальном мешке, глядя Киту в лицо. Последнюю неделю они видели общие сны каждую ночь, встречаясь либо в пустыне, либо на пляже. Когда они в пустыне, Кит учит Лэнса всем известным ему созвездиям, а когда на пляже — Лэнс показывает ему лагуны и рассказывает о всех маленьких существах, живущих там. В конце концов, Лэнс решает, что им предпочтительнее встречаться в пустыне, там Кит чувствует себя более расслабленно. Это едва заметно, но Лэнс может сказать с уверенностью, что Кит улыбается намного чаще и раскрывается намного легче именно там. — Возможно, не покупай ты все эти дорогие средства, тебе бы и не пришлось просить у мамы денег. — Говорит Кит с той самой ухмылкой, которая всегда играет на его лице, когда он дразнит Лэнса. Эта ухмылка быстро становится для Лэнса самой любимой. — Каждое средство незаменимо, Кит! Лучше я останусь без еды на неделю. — Я оправданно беспокоюсь из-за того, что ты так говоришь. — Слушай, чувак, я серьёзно. У меня жирная кожа, если я пропущу процедуры хоть раз, то всё испорчу. Это ужасно. Видел бы ты меня на первом году обучения в старшей школе… Моё лицо было покрыто прыщами. Полностью, Кит! Этого тебе хочется? Родственную душу с лицом как пицца? Правда? Кит смеётся и, от этого беззаботного мальчишеского смеха, внутри Лэнса всё переворачивается, а разум ищет способ услышать это снова. — Не может быть, что всё настолько плохо. — Ох, но это так! — Голос Лэнса звучит немного выше обычного. — Я прошёл через всё это. Теперь моя кожа гладкая словно шёлк, детка! Кит приподнимает бровь. — Вот как? — Стал бы я врать… — Тараторит Лэнс, но, замечая руку, приближающуюся к его лицу, тут же замолкает. Всё длится несколько мгновений, но ощущается целой вечностью. Кит медленно подносит руку к лицу Лэнса, и у того спирает дыхание. Его ладонь расслаблена, пальцы немного согнуты, Лэнс понимает, что он хочет дотронуться до его щеки костяшками пальцев. Кит не смотрит Лэнсу в глаза, взгляд сосредоточен на щеке, словно он под волшебным заклинанием. Если от смеха внутри Лэнса всё переворачивается, то от этого прикосновения его органы устроили грёбаный паркур. Ладонь всё ближе, — ещё немного и коснётся — Лэнс закрывает глаза в надежде, что Кит уловит зашифрованное сообщение как, да, мне это нравится. Но ничего не происходит. Вместо прикосновения Лэнс слышит разочарованный выдох Кита. Он открывает глаза и видит Кита с протянутой рукой, но прикосновения не ощущает. Лэнс устремляет взгляд ниже, смущаясь от увиденного. Кит прикасается к нему, но пальцы проходят сквозь, будто Лэнс голограмма или что-то вроде того. — Оу, — Разочарованно произносит Лэнс. Заклинание рушится, Кит быстро отдёргивает руку и отворачивается, смотря на звёзды. Сердце Лэнса проваливается в живот и бьётся, как крылья калибри. «Этого стоило ожидать», думает Лэнс, вспоминая, как все чувства притупляются во снах, но он всё равно не может не чувствовать разочарование. Это должно было быть мило… Следуя примеру Кита, он смотрит на звёзды и пытается успокоиться. Огни в небе ошеломительны, но это всего лишь сон, тоска заполняет сердце Лэнса. Он ощущает, что душа тянется к Киту всё сильнее с каждой их встречей и это причиняет боль. Она терпима, но хочется, чтобы тоска исчезла, Лэнс уверен, что это произойдёт, когда они встретятся в реальном мире. Лэнс очень этого желает. Странно, но за несколько встреч с Китом Лэнс осознал, что начинает что-то чувствовать. В данный момент он квалифицировал это как влюблённость, но он знает, со временем чувства будут становиться всё крепче и крепче. Это немного пугает, Лэнс не уверен ощущает ли Кит то же, но у него есть подозрения, что их чувства схожи. Искоса смотря на Кита, Лэнс уверен, что тот грузится из-за неудачной попытки и болтать не намерен. Последнее чего хочет Лэнс, видеть загруженного Кита. Ему хочется, чтобы Кит открылся и чувствовал себя в безопасности рядом с ним. Не раздумывая, он окликает Кита по имени. — Хм? — Кит наклоняет голову, смотря на Лэнса, тот собирает всё своё мужество, протягивает руку и аккуратно касается костяшками пальцев щеки, повторяя то, что делал Кит. Его пальцы проскальзывают сквозь, но это неважно, потому что Кит покрывается румянцем, а это стоит того. — Что ты делаешь? — Просто хотелось попробовать. — Отвечает Лэнс, позволяя ладони задержаться на щеке Кита. — Оу. С довольным хмыканьем, Лэнс убирает руку и снова смотрит на звёзды. Сердце отправляется в галоп, словно Лэнс занимался экстремальными видами спорта и он приходит к выводу, что знает, почему именно они соулмейты, и щёки заливает румянцем.