Тайна истинных

Это происходит спустя несколько месяцев после пятнадцатилетия близнецов Мэлоин. Первая ссора. И оба сына по разным комнатам. Когда их родители узнают об этом впервые за завтраком, то очень сильно расстраиваются. Но это не представляло из себя большой проблемы, пока близнецы самолично не приходят на аудиенцию к королю. — Ваше величество, прошу простить нас за наше поведение, — хором сказали братья. — Ничего, продолжайте раз уж пришли, — мягко сказал король, махнув рукой. — Прошу, отпустите нас из замка хотя бы на месяц! — Опять хором просят парни и переводят суровый взгляд друг на друга. — Зачем же вам понадобилось мое дозволение? — Спрашивает их Фридрих с прищуром. — Я хочу съездить в деревню к эльфам. — холодно отвечает омега. — А я хочу на землю демонов, — следом чеканит альфа. — Зачем? — Не скрывая удивления интересуется правитель, — Что вам здесь не нравится? И к тому же, вы никогда раньше не покидали друг друга.— король всё больше дивился детям. Их поведение его расстраивало. — Я знаю, отец, но я так больше не могу, — отзывается Уильям, поворачивает голову к брату итого кивает, раздражённо прикрыв тяжёлые веки. — Хорошо, я дам вам ровно два месяца, но при одном условии, — Фридрих хищно ухмыльнулся, — вы не будете всё это время общаться вообще и не имеете права вернуться раньше, чем истекут два месяца, – холодно закончил он, смотря на потрясённые лица сыновей. Кристиан и Уильям перекинулись парой взглядов и покорно ответили отцу: – Как прикажете, ваше величество! — отозвались они. Король смотрел на это невольно умиляясь такой слаженности и пониманию без слов. – Тогда отправляетесь завтра с миром, на рассвете, — король вздыхает и слегка покачивает головой, будто задавая себе безмолвный вопрос, когда его сыновья успели так вырасти? За день до произошедшего в тронном зале. На одной из двух кроватей, что ближе к окну сидят двое. Они невероятно похожи, но в тоже время различны. Это было заметно в рубиновых глазах каждого. У одного в них была страсть — дикая, необузданная. У другого любовь, требующая ласки, нежности. Вампиры, страстно целуются, переплетая язки во рту. Лёгкие уже горят от нехватки кислорода, но остановиться трудно. Хочется большего. Тогда альфа наконец отстраняется первым, наблюдая, как несмело омега слизывает с губы тянущуюся ниточку слюны. Кристиан, обладающий ароматом крепкого алкоголя, припадает страстными поцелуями к шее омеги, что нежный запах мяты и прохладного дождя источает. Альфа касается уха Уильяма и тот невольно роняет протяжный стон. Кристиан, довольный этим, кусает краешком клыка чувствительную мочку. — Как же я хочу тебя, но до первой твоей течки нельзя, а она ещё не скоро, — наигранно грустно выдыхает Кристиан куда-то брату в шею и отстраняется. Альфа переживает свой первый гон почти сразу после того, как ему исполняется пятнадцать, а вот его младший брат все никак не мог достигнуть и первой течки. У омег она случается позже, чем у альф и возможно, Кристиана это немного раздражало. Он не любит ждать. Очень не любит. — Ну уж извини, — обиженно фыркает Уильям, — я и сам не меньше тебя хочу. — Не обижайся, малыш, — альфа притягивает к себе насупившуюся омегу, — мы просто немного подождем, а потом именно я сделаю это с тобой. И никто другой, запомни. — Кристиан целует брата в макушку и втягивает носом дурманящий аромат. Они истинная пара. И альфа это знает. Зато Уилиям нет. Но Кристиан не медлит, все ему рассказывает, а младший счастью своему не верит. — Прости, я так хочу почувствовать нашу связь, — немного грусно тянет омега. — Не торопись, придёт время и ты это почувствуешь, — он прижимает Уильяма к себе ещё сильнее, — ожидание ещё ничего по сравнению стем, что однажды мне придётся оставить тебя и отправится на поле битвы, ведь Лардиния может напасть на нас в любое время, хотя они и не представляют большой угрозы, но как будущий правитель, я должен буду участвовать в сражении, — он опускает голову и смотрит в ошарашенное лицо брата, — что с тобой, малыш? — Что со мной?! — взвизгнул омега, — Ты оставишь меня ждать тут? Не возьмёшь с собой? Я ведь думал, что мы поедем вместе… — тихо пробормотал омежка. — Не сходи с ума! Я не возьму тебя на поле брани, потому что беспокоюсь о тебе, — парирует старший и выпускает брата из объятий. — Я не ребёнок и смогу постоять за себя и помочь тебе! — возмущается Уильям. — Ты там не помощник, пользы от твоего прибывания много не будет, а вот переживаний и тревог… — не заканчивает альфа. — Ах, значит я тебе только мешаю? — Да, ты будешь там лишним, не здесь, — он прикладывает ладонь к сердцу и с нежностью смотрит на младшего. — Ты не доверяешь мне — едва слышно подводит итоги парень. — Не думал, что после того, что было ты так поступишь. — Прости но… — Я не принимаю отговорок. — Грубо отрезает омега и подрывается с кровати. — Подожди, послушай! — Окликивает его брат, но Уильям не слушает. Уходит, оставляя за собой только аромат, с ума сводящий. Он долго ищет его, но так и не находит. Смог узнать только, что отец назначил брату аудиенцию на завтра. К ночи Уильям так и не возвращается в комнату и Кристиан остался в ней один. На утро, уже за завтраком он наконец смог увидеть брата, который выглядел неважно. Его глаза и без того цвета рубина, были ещё краснее, а веки приопухли. Даже молочная кожа, кажется, стала белей. Кристиан чувствует боль в сердце и хочет было сказать, то что не успел вчера, но Уилл вдруг внезапно исчезает, схватив со стола лишь один бутерброд.

***

После аудиенции у короля и условий, которые он им выдвигает они оба начинают жалеть о своей выходке, но от слов своих не отступаются. Уильям опять не ночует в комнате и встречаются они с Кристианом только за обедом, толком не разговаривая, потому что каждый из них знает — стоит им заговорить и они уже не смогут расстаться на целых два месяца. На рассвете, как и было велено они прощаются с родителями и отправляются каждый своей дорогой. Обеспокоенный Мио тяжело вздыхает и кидает прощальный взгляд из-под полуопущенных век им вслед недоумевая, почему его супруг разрешил им уехать. Заметив беспокойство своего мужа, Фридрих осторожно наклоняется к его уху и приобняв омегу шепчет: — Не беспокойся, они привыкли всё время быть вместе, вот и вспылили, — король усмехается, — ещё увидишь, как только примчатся через два месяца, кинутся обниматся с порога никого и ничего не замечая. Фридрих искренне смеется над глупостью своих сыновей, которые ещё не знают насколько пожалеют о своем решении расстаться. — Надеюсь ты прав и ничего плохого не произойдет. — Всё будет хорошо, — с этими словами король отводит супруга в замок.