Hey, man, save me.

      Встречаться с Чонгуком по меньшей мере охуенно. Нет, правда. Дружить с ним было потрясающе, а теперь, когда ко всем дружеским прибабахам добавились ещё и более интимные обнимашки, волнующие и ужасно сладкие поцелуи, а также прогулки по улицам города с рукой в руке Чона, теперь всё это кружило голову Тэхёну только так. Юнги с Чимином (они теперь будто бы по умолчанию шли «два в одном») иногда слегка раздражали. Особенно, когда снисходительно вздыхали, смотря на тэгуков (такое название парочке Тэ и Гука придумал с лёгкой руки Чимин), словно давно женатая чета. В их взгляде иногда читалось что-то вроде «Эх, молодо, зелено», что заставляло смущаться Кима, а Чонгука - возмущённо сверкать глазами.       - Эй, Чим-Чим! Ты мне не одолжишь на вечер свои браслетики и колечки? – Тэхён, залетев в комнату друга, начал беспокойно прыгать вокруг него. – Мне прям о-очень надо!       - Неужели? – Чимин как заправский актёр изобразил крайнюю степень удивления, слегка (сильно) переигрывая и выдерживая театральные драматичные паузы. – Неужели, свершилось? И Чон-нам-хватает-романтики-и-вообще-не-лезь-в-наши-отношения-Чонгук наконец–то стал мужиком и пригласил тебя на настоящее «не дружеское» свидание?       - Ну, хватит, Мини, - Тэхён возмущённо пихает друга в бок, не переставая, впрочем, светиться от счастья. – Да, возможно, я ныл тебе пару раз, что Гук-и совсем не романтичный, и мне хотелось бы чего-нибудь сопливого, как в женских романах, но он был безумно занят и ему просто не хватало сил и времени, чтобы организовать нам свидание.       - Ладно, ладно, - любопытство Чимина пересилило желание ещё потеатральничать, поэтому парень сразу же накинулся на Тэ с вопросами. – Куда вы идёте? Он тебе что-нибудь говорил? Неужели, вы наконец-то переспите?       Щёчки Тэхёна слегка порозовели, что заставило Пака хмыкнуть. Уж он то знал, что Тэ всегда ужасно стесняется всех откровенных разговоров о сексе, однако, как однажды поделился бывший партнёр Кима, когда доходит до основного действия, то… Словом, Тэ умеет удивить.       - Не знаю. Я думаю, да. Если всё сложится, - кротким выражением лица Чимина было не обмануть.       - Да ладно. Будто бы я тебя не знаю. Ты уже, наверняка всё спланировал и расписал у себя в голове. И бельишко, наверняка, какое-нибудь фирменное прикупил, - Пак хмыкает, закатывая глаза, на что, снова получает весьма ощутимый тычок в бок.       Тэхён счастливо хихикает и уносится «прихорашиваться», а Чимин лишь покачивает головой, безумно радуясь за друга.

***

      Тэхён обладал уникальным чувством стиля. Чимину справедливо казалось, что если бы кто-то другой надевал то, что носит Тэ, на этого человека смотрели бы, как на бомжа в абсолютно несочетаемых шмотках. Пак несколько раз примерял выбранные Тэхёном наряды, но то ли размер не подходил, то ли видение моды, однако вывод напрашивался сам собой: то, что носит Тэхён, может носить, зачастую, только он.        Другой человек смотрелся бы до ужаса нелепо в голубых, немного отдающих цветом «морской волны» штанах, разрезанных снизу смелой рукой великого кутюрье Тэ, с белыми полосками по бокам и в красной полосатой рубашке, сверху которой был накинут тёмно-синий кардиган. Рукава практически скрывали ладони, а на голове для полноты образа примостился любимый алый берет Тэхёна. И, чёрт возьми, Тэ смотрелся в этом наряде умопомрачительно, просто непростительно мило.       Другой бы надел что-то более сексуальное, чтобы наверняка соблазнить своего парня на свидании, но Тэхёну это было не нужно. Чимин уверен на все сто процентов, что Чон и так сойдёт с ума, когда увидит узкие плечики Тэ, покрытые тёмной тканью и длинные красивые пальчики, неловко теребящие края рукавов. Пак, зная любимый стиль одежды Чона, уже представляет, как восхитительно умилительно будут смотреться вместе брутальный Чонгук (который наверняка припрётся в чём-нибудь чёрном и буквально кричащем «я мужик») и уютный пингвинёнок Тэхён, глядя на которого тяжело удержаться и не потискать его.

***

      Так как погода благоприятствует, Тэхён уговаривает Чонгука не брать свою машину, а зайти за Тэ, чтобы вместе пойти туда, куда им захочется. Тем более что живут они не так далеко друг от друга, а Тэ хочется побыть жадным и заполучить полное внимание Чонгука, который не будет отвлекаться на дорогу по городским пробкам.       Когда до назначенного времени остаётся всего ничего, Тэ начинает слегка потряхивать. Конечно, всё это похоже на их обычное времяпрепровождение, однако в этот раз что-то неуловимо меняется. Тэхён чувствует сладостное томление и предвкушение сегодняшнего вечера. Сегодня они постараются ещё больше открыться друг другу с новой стороны: со стороны возлюбленных. Сегодня Тэхён собирается, завалить Чонгука комплиментами и всякой влюблённой чушью, ожидая, что Чон не будет отставать от него в этом вопросе.       Наконец, в дверь звонят, и Тэ бежит вприпрыжку, только у выхода из квартиры останавливаясь и переводя дыхание. Парень открывает дверь и, увидев того, кто находится за ней, начинает восхищённо пожирать его глазами. А за дверью стоит Чонгук, и, нужно признаться, Тэхёну всегда нравилось, как выглядел старший. Он, действительно, очень красивый мужчина, даже, после жёсткой пьянки, когда на нём были надеты странная потёртая футболка Юнги-хёна и спортивные, не менее потёртые треники, он выглядел привлекательно. Однако сейчас перед Тэхёном стоит бог. Аполлон, или, кто там самый невероятно красивый среди бессмертных. И ведь, Чон надел всего лишь чёрную футболку, с непонятной маленькой надписью слева, заправленной в обычные рваные тёмно-синие джинсы. Серая шапка и чёрный широкий ремень. Минимализм в действии. Удар под дых для Тэхёна. И опять же ключевую роль играет то, кто надел эти непримечательные по своей сути вещи. Потому что, короткие рукава футболки открывают неебический вид на мощные руки с переплетениями вен и играющими от любого движения мышцами, а джинсы очень волнующе обтягивают мощные бёдра. Слава богу, дырки на штанах открывают вид в основном на коленки, однако… Блять, даже на его коленки можно залипнуть, что Тэ успешно и делает.       В свою очередь, Гук старается не кинуться на Тэхёна и не затискать мальчишку. А ещё, ему хочется поцеловать Тэ. Нежно и мягко. А потом страстно и немного грубо. А потом… Чонгук прерывает свои мысли, пока они не завели его туда, куда не следует.

***

      После ресторана, где голодные парни сначала накинулись на еду, а потом болтали обо всём на свете, они вышли, когда уже вечерело. Тэхёну кардиган пригодился не только для образа, но и при прохладе, медленно наступающей на город. Чон же, заверил, что ему ничуть не холодно, и он закалён так, что может зимой в -20 в уличном бассейне купаться, на что Тэ, рассмеявшись, спросил, как мужчина собирается пробить на нём лёд. Чонгук, в свою очередь сказал, что Тэхён недооценивает его и силу его рук, при этом играя мышцами, как заправский бодибилдер, на что Тэ весело рассмеялся, незаметно сглатывая слюну, от невольно всплывших картинок, где эти самые руки крепко обнимают его и делают ещё с ним всякие непотребные (но такие приятные) вещи.       Чонгук предлагал всякие разные варианты продолжения их свидания, один необычней другого. Однако вечер был настолько умиротворённым, с закатным солнцем и немного прохладным ветерком, а разговоры двух влюблённых текли так плавно, что в итоге, они решили прогуляться вдоль реки Хан по парку Ханган. Они зашли в магазинчик неподалёку, купили небольшое покрывало и всякие вкусняшки с напитками и устроили что-то вроде пикника. Серьёзно, Тэхёну устраивали умопомрачительные свидания, продуманные до мелочей, невероятно романтичные, на которые неплохо потратились, однако это, однозначно, занимает лидирующую позицию. Потому что так уютно и легко, как с Чонгуком, Тэхёну не было ни с кем. Он чувствует себя пьяным этой атмосферой, своими чувствами нежности и восхитительным чувством единения душ. Ему так хорошо, что всё кажется ненастоящим, эфемерным, однако касания Чонгука, такие мягкие и трепетные, заставляют поверить, что всё это реально.

***

Eli And Fur – You're So High (Original Mix)       Вечер – время любви и робких трепетных прикосновений уступает место ночи - времени страсти и обжигающего дыхания. Парни заваливаются в пустую квартиру Гука и Юнги (старшего вежливо попросили проведать своего бойфренда, и не то, чтобы он был против) громко хохоча, над очередной глуповатой шуткой Чонгука, которая кажется Тэ невероятно забавной и остроумной. Парни скидывают обувь, а затем проходят в гостиную и плюхаются на диван.       Постепенно дыхание выравнивается, а игривость настроения сменяется чем-то более томным и расслабленным. Оба понимают, для чего они тут и как должно закончиться это свидание. Оба этого хотят. Однако, чёрт, как же это неловко. Чонгук предлагает выпить немного вина, бутылку которого он припрятал на всякий пожарный. Тэхён соглашается и топает на кухню, следом за мужчиной, и пока он достаёт припрятанный алкоголь, Тэ роется в холодильнике, вспоминая, что Чимин недавно покупал Юнги-хёну фрукты, к которым он, конечно же, даже не прикоснулся. Всё это ужасно по-домашнему, то, как Тэ крутится на кухне чужой квартиры, доставая тарелки и промывая фрукты под водой. Гук, в свою очередь, достаёт бокалы и переносит всё в гостиную, ставя журнальный столик перед широким диваном. Немного подумав и бросив взгляд в сторону кухни, где всё ещё возился Тэхён, Чонгук достаёт свечи, которые он ещё месяца два назад заметил у них в шкафу, но так и забыл спросить у хёна откуда они взялись. Хотя, наверное, для того же для чего и Гук сейчас ставит их на стол и на некоторые горизонтальные поверхности в комнате, зажигая. Для создания более интимной, трепетной обстановки.       Когда Тэ заходит с тарелками в руках, он на мгновение замирает. Ему всегда казались волшебными любые огоньки. Сейчас комната, которую Тэхён знает как свои пять пальцев, преобразилась. В такой комнате хочется окунуться во что-то таинственное, при этом разговаривая только приглушённым обволакивающим голосом. Иначе никак.       - Вау! Это…- Тэ ставит фрукты на стол и с восхищением смотрит на пляшущие огоньки. – Это потрясающе!       А Гук смотрит, как огонь отражается в глазах Тэхёна, превращая их в настоящие мини-вселенные. Смотрит и удивляется, как этот мальчишка умеет радоваться мелочам. Как умеет сам и учит других находить невероятное в чём-то обыденном. Ему хочется… Ужасно хочется утопить этого мальчишку в своей безграничной такой нежно-болезненной любви. И Чонгук понимает, что сегодня они не будут трахаться. Они не будут заниматься сексом. Они будут любить друг друга. Любить, переливаясь друг в друга по очереди. Выпивая друг друга, а затем наполняя до краёв. Так, чтобы вечная связь не только тел, но и душ. Halsey – Eyes Closed       Плевать на неловкость. Её уже нет. Чонгук в одно мгновение оказывается рядом с Тэ, притягивая мальчишку к себе ближе за талию и накрывая другой ладонью мягкую тёплую щеку. Касание губ, словно столкновение двух вселенных. Тэхён чувствует напор мужчины, который вовсе не сочетается с крепкими, но безумно нежными объятьями. Губы мягко пружинят, когда Гук посасывает сначала нижнюю, а затем и верхнюю губу, иногда оттягивая зубами, на что Тэ не может сдержать выдоха прямо в губы Чона. Динамика поцелуя невероятна. Резкое дыхание и сталкивающиеся языки. При этом поцелуй нисколько не грубый, в нём нет даже крупицы жестокости. Только страсть. При этом интуитивное отслеживание состояния партнёра. Немного мокро, слюна немного пачкает подбородки обоих, но это не страшно. Гораздо страшнее оторваться друг от друга.        Откуда-то из груди Тэхёна вырывается совсем неприличный стон, когда Чон поймав язык Тэ, начинает методично его посасывать, иногда проходясь горячим языком по приоткрытым губам парня.       Прерываются они через какое-то время, не отстраняясь, а, напротив, прислонившись друг к другу лбами и ловя судорожное дыхание. Чон, не проходит и минуты, вновь тянется губами к Тэхёну, однако врезаясь ртом в его подбородок. Тэ уже хочется пошутить, что Гук слегка промахнулся, и его рот находится немного выше, как смешок растворился в судорожном вдохе. А всё потому, что Чонгук начал посасывать подбородок, слизывая слюну после их прошлого поцелуя, иногда буквально вылизывая линию челюсти Тэ, плавно переходя к шее и ключицам.       - Ч-что т-ты делаешь? – Тэхёну кажется, что у него сейчас ноги подогнутся и он позорно присядет на пол. Кто же знал, что шея у него невероятно чувствительная.       - Ты такой потрясающий Тэ. С тобой я теряю голову, - Гук дышит тяжело, а его голос прибавляет чуть больше в хрипотце.       - Может, пойдём в спальню? - предложение принимается, после чего, парни оказываются на достаточно широкой кровати, продолжая целоваться.       Движения губ немного замедляются, но страсть никуда не исчезает. Она превращается во что-то нежное и тягучее, словно мёд. Это концентрированное чувство настолько приторное, что теперь Тэ понимает, почему иногда во всяких дорамах говорят о сладких поцелуях. Их поцелуи с Чоном, действительно, невероятно вкусные.       Тэхён ложится на кровать, опираясь на локти и слегка привставая, чтобы видеть, как Чонгук стоит рядом и, вынужденно оторвавшись от мягких губ Тэ, стягивает с себя футболку, отбрасывая затем её куда-то в сторону. И, честно, Ким встречался с парнями разной комплекции, и у него никогда не было пунктика по поводу идеальной физической формы партнёра. Теперь, кажется, будет. Потому что, увидев тело Чонгука, которое действительно идеально, он уже не сможет от него отказаться. Хочется огладить руками горячую кожу, проводя по рельефному прессу, хочется провести языком мокрую дорожку от груди к низу живота, иногда разбавляя её собственническими укусами и засосами. Тэ с удивлением думает, что никогда не видел Гука раздетым, за всё время их дружеского общения.       - Вау! Сегодня что, Рождество? – Тэхён всё ещё не может оторвать взгляда от тела Чонгука, скользя по нему жадным, тёмным, совсем несвойственным ему взглядом, невольно облизывая свои губы.       - Что? – Гук, стягивая штаны и оставаясь в одних боксерах, явно не сразу замечает тягучий взгляд своего парня.       - Просто, когда в шестилетнем возрасте я просил у Санты кубики, то никак не думал, что мне перепадёт через столько лет целый набор, - Чонгук наконец-то замечает, как облизывает Тэ взглядом мышцы живота.       - Жалко только, что с ними поиграть не получится, - хмыкает Чон, подхватывая игривое настроение и опускаясь на кровать, накрывая собой мальчишку.       - Ну, это как сказать… - хихикает в ответ Тэ.       И, блять. Чонгук – спецназовец. Победить его в рукопашном бою удавалось немногим. Их можно всех по пальцам пересчитать. И один пальчик (безымянный, например) можно смело закрепить за Тэхёном. Потому что этот щупленький, но невероятно гибкий мальчишка неожиданно одним рывком захватывает Гука ногами за талию и переворачивает старшего, оказываясь прямо над ним. Чонгук в шоке, но удивляться ему некогда, так как Тэ, резвенько стянув с себя рубашку, начинает неистово выцеловывать ключицы, грудь, кубики пресса, лаская и иногда сжимая кожу своими прекрасными пальцами.       Чон в шоке, потому что думал, что Ким будет робким и неуверенным, когда дело дойдет до постели, однако то, каким страстным и чувствительным любовником оказался милый паренёк, сносит крышу напрочь.       Тэ красиво выгибается дикой кошкой, когда горячие широкие ладони Гука властно прижимают за талию ближе и ближе. Они трутся друг об друга, словно им безумно необходимо, чтобы каждый сантиметр кожи Чона соприкоснулся с каждой частичкой тела Тэхёна. Поцелуи заставляют задыхаться, а руки впиваются в чужую кожу до синяков. Мыслей почти нет.       Касаний так много, что Гук не сразу замечает, что одна рука Тэ оказалась в весьма неожиданном месте. А точнее…рядом со сфинктером Чонгука! Длинные пальцы Кима незаметно проникли под ткань нижнего белья Чона, кружа вокруг колечка мышц и иногда, словно случайно надавливая на чувствительное местечко.       - Стой. Стой, Тэ, - Тэхён отстраняется от старшего, укладывая обе руки на его живот и продолжая восседать на уже твёрдом члене Гука. – Я…Ты… Что ты делал этой рукой?       Чонгук озадачен, поэтому слова никак не вяжутся в осмысленное предложение, в итоге собираясь во что-то глупое. Неожиданно в голове появляется образ Юнги, который говорит что-то вроде: «Что, что… Не видишь, что ли? Малыш собрался оприходовать тебя». И противненький хриплый смех.       -Так, я это… Думал помочь тебе подготовиться, - голос Тэ выражает небольшую степень удивления, а выражение лица можно расшифровать, как «а что, собственно, не так»?       - К чему? - Юнги в голове Гука хлопает себя по лбу, воздерживаясь от комментариев.       - Ну, тебе будет больно, если прямо так.       - Подожди, подожди. То есть… ты хочешь быть в активной позиции?       - Конечно, - Тэ смотрит на Чонгука, словно искренне не понимает: а как может быть иначе?       - А я, значит в пассивной… - в голове у Гука диссонанс. То есть, его миленький, нежный мальчик-цветочек собирается его нагнуть? Прям вот вставить ему? Оттрахать его, взрослого мужчину?       Тэхён лишь кивает, наблюдая, как бледнеет лицо Чонгука, а в голове постепенно выстраиваются мысли, которые успели разбежаться от такой новости. Через некоторое время (Тэ дал времени Гуку осмыслить всё и принять решение) Чон слегка привстаёт и стягивает с себя боксеры, всё ещё не до конца вынырнув из своих мыслей. Под внимательным взглядом Тэхёна Чонгук берёт одну из подушек и, подкладывая её себе под таз… становится раком, неловко выгибаясь и открывая своему парню вид на подкачанные ягодицы и слегка сжимающееся колечко мышц.       - Так ведь будет удобней, малыш? – в голосе Тэ готов услышать скрываемую злость, раздражение или другие негативные эмоции, но там только бесконечная любовь с небольшими вкраплениями волнения.       Чонгук ждёт, что его выставленной напоказ задницы коснутся тёплые ладони. А может даже Тэ сразу вставит в него свои красивые пальцы, на которые Чон иногда залипает. Смазка уже некоторое время лежала на покрывале вместе с презервативами, и Гук ждал небольшого щелчка крышечкой лубриканта, чтобы начинать морально готовиться, что вот-вот в нём окажется что-то чужеродное.       Проходит немного времени, за которое Чонгук успел немного успокоиться и даже расслабиться, прежде чем тишину комнаты нарушает шокированный и восхищённый голос Тэхёна.       - Блять, реально? Ты реально был готов, что я тебя трахну? Ахуеть, - детский восторг, с которым выпулил всё это Тэ совершенно не сочетался с содержанием слов. – Я думал, ты скажешь что-то вроде: «не сегодня, детка». А ты реально был готов принять меня?       Гук садится на кровать и недоумённо смотрит на блестящие глаза Тэхёна, который начинает счастливо лыбиться, пока Чонгук ищет слова, которые могли бы хоть как-то оформить мысли.       - Я конечно разное пробовал… Но по тебе же видно, что ты актив до мозга костей. А я больше предпочитаю снизу. Но теперь… - Тэ тянет свою прямоугольную улыбку, сверкая, как хрусталь на солнце. – Теперь я, действительно, хочу однажды нагнуть тебя. Блять, как представлю тебя голого, связанного и абсолютно беззащитного… Это реально горячо.       - А у тебя, я смотрю много кинковых заскоков, - Гук невольно заражается весёлой игривостью Тэхёна, притягивая мальчишку к себе и накрывая его яркую улыбку губами. – То есть, ты не против, если я сегодня всё-таки буду сверху?       - Однозначно, не против, - Тэ отвечает на поцелуи с не меньшим жаром, позволяя уложить себя на покрывало и стянуть уже надоевшие штаны вместе с нижним бельём. Поначалу Тэхён пытается слегка конкурировать с Чоном за лидерство, однако вскоре, властная и сильная натура Гука берёт вверх над мягкой сущностью Тэ. Чонгук прижимает руки мальчишки над головой, исцеловывая и помечая чувствительную шею и место за ушком. Когда мужчина начинает посасывать мочку уха, иногда легонько прикусывая её, Тэхён уже извивается змейкой, мыча и резко дыша. Ему хочется касаться Гука, водить руками по горячей коже, но мужчина не даёт это сделать. Он жёстко пресекает любые (скажем прямо: жалкие) попытки Тэ вырваться, на что младший недовольно хнычет.       - Ты такой красивый, солнце. Такой восхитительный. Такой безумно отзывчивый и чувствительный. А ещё, такой бессовестный, - Гук слегка опускает их руки, впрочем, не освобождая от захвата. Мужчина заметил, что Тэ очень ярко реагирует не только, когда он делает ему комплименты, но и тогда, когда Чон проявляет свою властную натуру, например, как сейчас, ограничивая его в движениях. – Знаешь почему?       - П-почему? – Тэхён плавится под горячим телом, а того, как его горячий влажный член трётся о бедро Чонгука безумно мало.       - Потому что ты так жестоко пошутил надо мной. Может мне до самого конца не давать тебе касаться меня в наказание? – Гук не сможет этого сделать, так как ему самому хочется блуждать руками по мягкому, словно пластилин телу мальчишки. Однако Тэ об этом не знает.       - Нет, пожалуйста. Мне нужно…       - Что тебе нужно, милый?       - Нужно… Очень, очень нужно, - мысли Тэхёна улетают далеко и надолго, когда Гук резко толкается бёдрами к Тэ, пах к паху, из-за чего члены безумно чувствительно трутся друг об друга, а у Тэхёна летят искры из глаз и взрываются петарды в голове.       - Да?       - Нужно… - глубокий стон Тэхёна смешивается с отчаянным хныканьем. – Тебя… Ближе… Коснуться.       Чонгук не хочет больше мучить юношу, который словно произведение искусства, потерянное в чувствах и эмоциях. Тэ раскрасневшийся с влажными светлыми волосами, раскинутыми по покрывалу вокруг головы и подёрнутым сладким туманом взглядом заставляет Гука сходить от желания и любви. А Ким сейчас уверен только в одном. Ему сейчас неебически хорошо. Однако, Чонгук решает, что недостаточно, поэтому оказывается между ног парнишки, проводя широким мазком языка от самого основания члена, до влажной головки.       Тэхён выгибается и мечется на кровати, сжимая и разжимая покрывало под пальцами, когда Чон начинает посасывать головку, одной рукой надрачивая в такт движению языка, а другой - лаская яички. И это слишком. Тэ чувствует себя оголённым нервом. Он мечется по кровати, иногда подаваясь тазом вперёд, на что Чонгук мягко прижимает его обратно к покрывалу, сжимая несильно пальцами бёдра.       - Гук-и… О боже, Гук-и. Я… Я сейчас, - однако Тэ, всё равно говорит слишком поздно и в следующую минуту он кончает прямо в рот Чонгука, который невозмутимо всё проглатывает, затем начиная выцеловывать зону паха и внутреннюю сторону бёдер.       Тэхён млеет от мягких поглаживаний и нежных поцелуев, отходя от сногсшибательного оргазма. Он перебирает волосы Чонгука и думает, что Гук даже в сексе идеален. Идеален для Тэ.       - Если хочешь, на этом остановимся. Сможем продолжить завтра, - Гук мягко касается своими губами губ Тэхёна, затем оставляя заботливый поцелуй на ключице.       - Ну, уж нет, - к Тэ постепенно возвращаются силы и он готов к новым свершениям. – Хочу...       - Чего хочешь? Скажи и я выполню твоё желание, - видеть, как засмущался Тэ, было очень увлекательно.       - Ты что джинн? – смех Тэхёна невероятно приятный и ласкающий слух.       Чонгук наклоняется к самому покрасневшему ушку Кима, как можно более эротичней выдыхая:       - Всё что захочешь, малыш.       Тэхён слегка краснеет, однако смело наклоняется к уху Чонгука, не менее возбуждающе выдыхая:       - Хочу, чтобы ты вставил мне свой красивый большущий член. Хочу, чтобы оттрахал меня так, чтобы завтра я не мог сесть на стул. А после секса, чтобы обнимал долго и нежно, своими сильными восхитительными руками.       Чонгук смотрит в глаза Тэхёна и они оба сгорают в страсти и любви, которые заставляют вспыхнуть, как бенгальские огни. Гук кладёт бережно Тэ обратно на кровать, нависая над ним и не прекращая ласкать руками, языком, взглядом, словами. Чон открывает флакончик со смазкой, выливая достаточное количество на руки и растирая её между пальцев.       Первый палец входит достаточно легко, и не вызывает у Тэхёна чувства дискомфорта, однако мягкие тугие стеночки плотно обхватывают фаланги Чонгука. Круговые движения помогают, когда Гук начинает медленно, миллиметр за миллиметром вводить второй палец. Тэ глубоко дышит, но не перестаёт поглаживать крепкие плечи старшего. Он иногда перебирает мягко волосы на голове, отвечая на мягкие поцелуи, когда Чон отвлекает его от не самых приятных ощущений внизу.       - Всё в порядке? – Гук, ужасно внимательный любовник. Он следит за малейшими изменениями в Тэхёне, иногда уточняя какие-то моменты и не забывая осыпать комплиментами.       - Да. Можешь попробовать добавить ещё один, - физического наслаждения Тэ пока не испытывает, однако всё это незначительно перед другим видом удовольствия. Он чувствует себя таким важным и любимым, что невольно хочется отплатить старшему тем же. – Ты такой красивый, Гуки. И ты самый лучший у меня. Я тебя так люблю. Безумно.       Кто-то скажет, что не самый подходящий момент признаваться в любви, когда твой парень ковыряется в твоём заднем проходе. Однако Тэ думает и чувствует иначе. Он сейчас ощущает себя полностью открытым и обнажённым и не только в физическом плане. И поэтому, говоря такие слова, Тэхён хочет показать, как полностью доверяет Чонгуку и, как тот ему нужен. И Чон всё это понимает, поэтому и расцветает счастливой улыбкой после признания Тэ.       - Мне кажется, уже достаточно. Если будет сильно неприятно, то останови меня, - Гук раскатывает по своему члену колечко презерватива и наливает сверху ещё лубриканта, размазывая его по всей поверхности.       После этого Тэ чувствует, как головка упирается ему в задний проход, постепенно, миллиметр, за миллиметром проталкиваясь в Тэхёна. Ким чувствует небольшое жжение и давление на стенки, однако Чон ужасно аккуратен. Он пресекает любое желание ускориться и резко войти в восхитительно горячего Тэ, отслеживая любое изменение в выражении его лица. Анус младшего непередаваемо потрясающе сжимает член Чонгука, когда он, наконец, оказывается полностью в Тэхёне, замирая и судорожно выдыхая. Ким под ним боится вздохнуть, так как чувствует себя невероятно наполненным. Он тихонько поскуливает, когда Чон на пробу покачивает бёдрами, не выходя из узкой дырочки. Однако это вовсе не от боли, а от умопомрачительного счастья.       - Двигайся. Боже, Гук-и двигайся, - голос хриплый, но такой умоляющий, что Чонгук не может ему отказать.       Он начинает медленно выходить и гораздо резче толкаться, когда слышит восхитительный стон Тэхёна. Тэ заставляет буквально лечь на него сверху, обнимая за шею и устраивая ноги на пояснице Чонгука, покрывая поцелуями лицо и шею старшего. Движения становятся всё размашистей, дыхание всё более сорванным, а движения всё хаотичней. Гук уже не сдерживает себя, резко и даже немного грубо врываясь в Тэ, раз за разом задевая простату, так как видит, что его мальчик находится в такой же эйфории, как и сам Чон. Одна рука Чонгука упирается рядом с головой Тэхёна, чтобы было удобней покрывать друг друга поцелуями, а другая резко надрачивает член Кима в том же ритме, в каком и движется таз Гука, вколачивая Тэ в постель.       Толчки становятся более короткими и мощными, а Тэ чувствует, что больше не может. Он громко кричит, абсолютно не контролируя себя, и кончает горячими белёсыми каплями прямо в руку Чона. Гук же рычит, и если мышцы Тэхёна сейчас медленно превращаются в желе, то в теле Чонгука каждая мышца напряжена, как перед финальным рывком. Он немного болезненно прикусывает плечо Тэхёна, вжимаясь сильно пахом в ягодицы Тэ и глухо стонет, прежде чем кончить.       После фееричного оргазма, Тэ ловит перед глазами мушки, а Чонгук, словно теряет все свои силы, наваливаясь на Тэхёна. Однако, Ким не против. Он первым приходит в себя, всё ещё выравнивая дыхание, и крепко и нежно обнимает лежащего на нём Гука, дышащего горячим сорванным дыханием куда-то в шею Тэ. Он перебирает влажные волосы старшего и чувствует такое счастье и умиротворение, что хочется лежать так вечность.       - Ты потрясающий Тэхённ-и. Я, кажется, без ума от тебя. Я готов поклоняться тебе, как божеству, потому что то, что я чувствую по отношению к тебе – однозначно, что-то в миллион раз круче, чем любовь, - голос Чонгука ещё не совсем разборчивый, однако то, с каким жаром он говорит эти слова, позволяют Тэ услышать и запечатлеть в сердце каждое произнесённое слово.

***

Утро. Время мягкой и тёплой, как первые лучи солнца любви. Время ленивых перекатываний по кровати, трепетных объятий и поцелуев, а также волнующего шёпота прямо в ушко. Время влюблённых взглядов, говорящих лучше всяких слов, когда вы лежите друг напротив друга. Время совместного завтрака и весёлого смеха. Время осознания и молчаливых клятв, не высказанных вслух, но смертельно важных для соблюдения. Утро – начало нового витка в истории двух парней, которые нашли своё спасение друг в друге.