Пятый шанс

      - Я тебе вот что скажу: моя старшая сестра была жуткой грязнулей: вечно заталкивала свою скомканную одежду в наш общий шифоньер, а на обеденном столе собирала толпу немытых чашек. И не только чашек. А еще она платья у меня таскала, а потом прятала их, чтобы не стирать... Или это младшая, Ольга таскала? Наверное, все-таки Ольга. А Надежда, та наоборот мне кофточку подарила со своей первой зарплаты. Она вообще-то добрая была, хоть и грязнуля... Вот младшенькая тащила все, что ни попадя... Подлюка...       Mary нравилось слушать монологи хозяйки. Героинями её длинных, однообразных и повторяющихся историй были тупые овцы - в эту группу входили сестры и старшие родственницы, подколодные змеи - две невестки, а также некоторое количество пронырливых сучек, пытающихся окрутить единственного внука. Удивительным образом, вспоминая об этих отбросах рода человеческого и их отвратительных деяниях, старуха светлела лицом, успокаивалась и приходила в приятное расположение духа.       - А ты хорошая у меня. Слушаешь вот. И сидишь тихо, как кошка. Но кошки хуже. Жрут и жрут, а потом гадют. Хоть бы сдохли...       После упоминания о кошках хозяйка, как правило, постепенно засыпала. С этого момента Mary оставалась предоставленной самой себе, потому что кроме них с хозяйкой и пары тех самых кошек в доме никого не было.       Примерно полгода назад не то старшему сыну хозяйки, не то его супруге пришла в голову светлая мысль о покупке киборга-сиделки. В фирменном салоне они на пару засыпали молоденького продавца-консультанта вопросами: "Почему в отличном состоянии? А насколько в отличном? Всего четыре года эксплуатации? Это она продавалась долго, а эксплуатировалась на самом деле мало? Нет, ну если был только один хозяин... Что, уже сменила двух хозяев? Хозяева у нее долго не задерживаются?" В этот самый момент продавец понял, что явно наговорил лишнего и окончательно скис, а вот покупательница, напротив, неожиданно оживилась и легко убедила мужа в том, что именно эту сиделку Mary надо брать.       С того дня прошло несколько месяцев спокойного и безмятежного существования. Вот и этим поздним вечером в доме было так хорошо... Старуха тихонечко похрапывала. Сытые кошки вылизывались и тоже явно собирались спать. Цветы политы, полы протерты, посуда чистая - всё идеально.       На следующее утро хозяйка не проснулась. ***       Mary сидела на табуретке у кухонного стола. Кошки устроились рядом с ней. Ни им, ни ей не хотелось покидать кухню, потому что весь дом наполнился малознакомыми и вовсе незнакомыми людьми. Все были серьезны и говорили негромко, не замечая киборга. Хотя... вон те две женщины средних лет (идентифицированы как подколодные змеи, пригретые на груди) все-таки обратили на нее внимание.       - После похорон эту себе заберешь? - спросила та, что помладше.       - Ни в коем случае, - старшая поежилась, - пускай сын ее на папину фирму отвезет в административный корпус. Пристроит там в столовую или в буфет. Вообще-то, она во всем административном корпусе убираться может, а остальных болтушек уволить надо. В принципе, это - хорошее оборудование.       - И, между прочим, в отличном состоянии, - согласилась собеседница.       Неделю спустя внук бывшей хозяйки, энергичный и приятный молодой человек, все-таки доставил Mary в административный корпус фирмы своего отца. Забежал во все кабинеты, рассказал пару анекдотов секретаршам, отпустил несколько шуток в бухгалтерии, пожаловал всем дамам право управления второго уровня с барского плеча и напоследок напутствовал киборга:       - И смотри, следи, чтобы они не загнулись от своих дурацких диет!       На этом месте дамы дружно рассмеялись, а Mary почувствовала что-то нехорошее. Наверное, это было то, что ее вторая по счету с начала хозяйка обозначала словами "смутная тревога". Будут неприятности. Будут? Нет, уже есть - в буфет, слегка сутулясь, тихо пробралась девушка лет... Проблема с определением возраста... Индекс массы тела на нижней границе нормы. Девушка попросила стакан воды, отпила глоток, быстро осмотрелась вокруг и... жестом фокусника извлекла из рукава шоколадный батончик.       - Ты же никому не скажешь? - спросила она, ухитряясь одновременно быстро работать челюстями. Mary кивнула.       - Мне просто нужен праздник. Маленький праздник. Ты почему на меня так смотришь? Думаешь, что я толстая? А я нашла в инфранете новую эффективную диету. Хочешь на нее посмотреть?       Mary начала было отказываться, сопровождая слова жестами, и тут с ней произошло что-то странное. Как будто бы ее выключили на долю секунды и снова включили. Казалось, что она сейчас потеряет равновесие. Система срочно производила самодиагностику, на внутреннем экране возникали и исчезали сообщения... Девушка же ничего не заметила, потому что ей в этот момент надо было срочно прятать обертку от съеденной шоколадки и убегать - в коридоре послышался бодрый перестук множества каблучков. Обеденный перерыв.       Отдать управление процессору. "Мне первого не наливать. А мне второго не накладывать..." Отключение - включение - самодиагностика. "Можно мясо без гарнира? По-моему, слишком много соли. Ты думаешь, что самое страшное - это соль. Нет, самое страшное - это сахар." Отключение - включение. Почему? Конфликт приказов? "У меня сегодня вообще разгрузочный день. А чего тогда в столовую приперлась? Чего-чего... за кефиром! Налей ей кефира и больше ни крошки съестного!" ...включение. Что они со мной делают? Отключение... "Нет, дамы, чтобы у вас у всех наконец-то заработали мозги, вам всем надо пересесть на безглютеновую диету..."       Обратный отсчет. Три минуты. Две минуты пятьдесят девять секунд. Две минуты пятьдесят восемь секунд. Они завизжали. "Она что, отключается? Дергается как... Отойдите, это опасно!" Одна минута тридцать две секунды. Одна минута тридцать одна секунда. Почему? Почему?! Я же могу ещё... "И полдня не проработала! Так и знала, что барахло нам привезут..."       Да сами вы барах...