Начать сначала

      До сознания, словно через воду, доносились голоса. Знакомые, родные голоса, обсуждающие что-то на повышенных тонах. Гермиона попыталась открыть глаза, но тело будто налилось свинцом и не хотело подчиняться велению сознания.       С течением времени, когда голоса стихли, чувство тяжести начало покидать девушку, сменяясь болью, пронзающей до слез. Каждое мимолетное движение мышц отдавалось обжигающей волной по всему телу. С третьей попытки Гермионе всё же удалось открыть глаза.       Кое-как она приподняла голову и взглянула на себя. Представшая перед глазами картина повергла Гермиону в ужас. Большая часть тела была покрыта метрами бинтов, сочащихся кровью в районах ран, а открытые участки кожи были темно-фиолетового цвета. Ни одного целого места.       Тихонько повернув голову, девушка увидела Гарри. Он сидел на белом больничном стуле, а его голова покоилась на кровати. Его лицо было покрыто грязью и множеством маленьких ран. В руках он крепко сжимал палочку, словно готовый в любой момент к очередному бою.       — Гарри, — раздался тихий голос Гермионы по больничному крылу, заставляя парня очнуться от царства Морфея. Вскинув голову, Гарри посмотрел на Гермиону замутнённым взглядом своих зелёных глаз. Его лицо тронула лёгкая улыбка.       — Гермиона? Хвала Мерлину, ты очнулась. Как ты?       — Бывало и получше, — она попыталась улыбнуться. — Как ты? Как остальные? Что случилось?       — Чш, спокойно, — Гарри с теплотой смотрел на подругу. Даже находясь в таком положении, она ни капли не переживала за себя. — Всё хорошо. Мы победили.       — Хвала Мерлину, — облегчённо выдохнув, Гермиона посмотрела по сторонам, ища знакомое лицо. — А где..?       — Рон? Он внизу с семьей, потом придет, — слегка замявшись, ответил Гарри. После этого он взял руку Гермионы в свою и прижал её к своему лицу. — Мы все переживали за тебя. Я так испугался, что ты оставишь нас. Не делай так больше, хорошо?       — Гарри, я же не специально…       — Гермиона, обещай, — серьезно настаивал Гарри.       — Хорошо, хорошо. Больше так не буду.       — Отлично. А теперь поспи немного. Проснешься, а там и раны затянутся, и Рон будет с тобой, — сказал ласково парень, вставая со стула. — Я приду попозже.       — Хорошо, — закрыв глаза, ответила Гермиона и погрузилась в царство Морфея.       Гарри же выпустил руку девушки и ушел. Страх за подругу отпустил, давая возможность разуму отдохнуть от переживаний. Увидев тогда на поле боя окровавленное тело Гермионы на земле, его пронзила ужасная горечь и боль, раздирающая его изнутри. Грейнджер была Гарри ближе всех и всегда находилась с ним рядом, даже когда другие его покидали. Она была ему как родная сестра. После всего смерть Гермионы стала бы для него смертельным ударом, пережить который ему бы не удалось.