***
Карина таяла на глазах. Из-за недостатка еды она просто исчезала. Девчонки уговаривали ее покушать, но она не хотела. У нее появились синяки под глазами. Нет, их оставил не Хозяин. Их оставил голод и стресс. С каждым днём ее уверенность в Мироне таяла. Она всё больше отдавалась мыслям о том, какой он предатель. Хотя нет. Ее ведь предупреждала та соседка… Почему она ее не послушала?! А теперь уже поздно сожалеть. Ей разбили сердце и отняли свободу. И это, похоже, навсегда. Этот урод по-прежнему приставал к ней своими тупыми фразами. Он пытался быть дружелюбным, но вызывал обратные чувства. Теперь она глубоко несчастна. — Кариночка, может ты всё-таки покушаешь? Ты же так погибнешь! — Нет. — А может… — Не-ет. Я ценю вашу поддержку и старание, но я не хочу. Жизнь потеряла смысл. — Хозяин даже сладости и выпечку купил… Он стал гораздо добродушнее! Пощади его, ты ему небезразлична! Эти слова вывели Карину из себя. — Что?! Пощадить?! Может его ещё и простить? Выйти замуж?! Ты с ума сошла? Он мой насильник, и ты должна понимать это! Неужели ты этого не осознаешь?! Мы взаперти! — кричала Карина, а в это время Хозяин сидел в своей комнате и слышал всё это. Эти слова связывали его шею все туже с каждым днём, как петля. Девушки не обижались на такие нелестные слова. Они и сами такое чувствовали и вели себя так на протяжении нескольких месяцев. Но постепенно охладели и смирились. Слабохарактерные. Примерно так и проходил их день.***
Вдруг к Мирону постучались. Это были они. Он пошел открывать. В номер вошли несколько крепких смуглых мужчин в строгих костюмах. Они небрежно оглядели Мирона и пошли дальше. — Итак, расскажите вашу историю. — Меня зовут Мирон, а ее Карина. Мы приехали сюда на операцию. У нее был рак. Получилось так, что она шла домой из клиники одна. Но ее похитили. Я выяснил, в каком доме это случилось. Зайти туда не удалось. — Хорошо, мы вас поняли. Мирон, скажите, когда вам будет удобно наведаться туда с нами? — Да хоть сейчас. Ее надо вытащить как можно скорее. Сами знаете, в их стране это нормально, но не в России. Они утвердительно закивал головой. — Хорошо, тогда можем зайти туда сейчас. — Идём. Мужчины покинули отель и двинулись в сторону коттеджей. Уже издалека маячил и мозолил глаза тот самый кирпичный дом. — Вот этот. Вдруг где-то сзади начала звучать сирена. Огромная машина подъехала к ним и остановилась. Оттуда мигом выбежала команда ОМОНовцев, и он стали штурмом брать дом. Команда состояла из мужчин в черных бронежилетах и специальной форме. Все они были в шлемах с касками. В руках оружие. Они открыли калитку, и один из них стал кричать в рупор что-то на здешнем языке. Остальные стали пилить дверь. Когда она была на последнем издыхании, один из них пнул ее ногой, и она отлетела. Все вбежали в дом, а Мирон за ними. ОМОН вбежали в первую попавшуюся комнату — к Баширу. Тот мирно лежал на кровати и спал. Те быстро подняли его, буквально выкинули на улицу и побежали дальше. Башир буквально вылетел из крыльца и плюхнулся на землю. К нему подошёл разъяренный Мирон и набросился на его. — ТАК ВОТ ТЫ КАКАЯ ГНИДА! ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КОМУ ПЕРЕШЕЛ ДОРОГУ?! ПОЛУЧИ, МРАЗЬ! — Мирон поднял ногу и пнул его в живот. Башир закашлял и схватился за живот. Но Мирон не останавливался, и вместе с двадцатиэтажным матом продолжал его бить. Он ударяет его по голове, от чего тот летит вниз, уже истекая кровью. Мирон начинает его пинать ногами. Башир превращается в кровавое месиво. Изрядно кашляя, тот просит остановиться. Но кто же остановит злого еврея? Из дома выходит один ОМОНовец и оттаскивает Мирона. Тот всё ещё пытается вырваться, но ОМОНовец держит его крепко. — Успокойтесь, пожалуйста. Ваши чувства мне близки и понятны, но вы его так можете убить. Спокойствие. В это время команда влетает на второй этаж. Там уже сидит загнанная и испуганная таким внезапным появлением Карина, которая укуталась в одеяло и пыталась держаться. Один из мужчин взял ее и поднял на руки, после чего понес. — Отпустите меня. Мне только одеться. — Как знаете. — он опускает ее на пол. Остальные девушки пошли за Кариной. Омоновцы вышли, забежали с Баширом в машину и уехали. Карина ликовала. Ее чувства были довольно смешанными. Такая депрессия, а тут внезапно свобода. Ей не терпелось одеться и выскочить на улицу, к Мирону. Она наспех натягивает джинсы и рубашку и бежит к выходу, снося все на своем пути. Оставалось несколько метров до свободы. Когда она выскочила из двери, ее обдал теплый ветерок, и встретило солнце. Она улыбнулась и побежала дальше. А Мирон к ней. Он развернулся, и увидев ее, подхватил на руки. Та взвизгнула и чуть не задушила от радости. Слов для описания не хватало, поэтому они просто выкрикивали что-то непонятное и закружились в этом вихре. Радости было предостаточно на один квадратный метр, как говорится. Когда он устал, то они просто легли на траву и принялись обнимать и целовать друг друга, издавая неистовые звуки. Они буквально облизывали друг друга. Вот она — любовь!***
Мирон и Карина ворвались в номер и сразу же заказали всякие сладости. Пока Мирон, еле сдерживая, смех пытался объяснить, что им надо, Карина хохотала от души на заднем плане. У нее громкий и звонкий смех, прямо как у ребенка, что приводило Мирона в полный восторг. «Моя девочка!» Они заказали огромное количество всяких вкусностей. Торты разных мастей, мороженое, кексы и эклеры — всё это уже через несколько минут они уплетали за обе щеки, радуясь как дети. Мирон был тем ещё весельчаком, поэтому специально намазал кремом из эклера лицо в форме усов котика. А потом замурлыкал. Карина нагнулась к нему и принялась слизывать все это. — Мур, мууур — *хлюп* *хлюп* После всего съеденного они легли в постель. Больше их ничто не тревожило. Теперь всё будет хорошо.