Волк

Стайлз не определился, на что больше походило случившееся: на фантастический фильм или триллер. Он сидел в скорой, укутанный в одеяло, смотрел перед собой пустым взглядом и все никак не мог понять: привиделось ему или нет. Они вышли на убийцу. За пару суток перетрясли ближнее окружение всех погибших, узнали, для кого девушки покупали наркотики. А дальше все было до смешного легко. Странно даже, что не догадались раньше, не вышли на этого типа. Он мелькал на вечеринках. Сначала Кора обратила внимание на повторяющееся в рассказах имя: Мэтт. Потом на то, что вроде бы именно для него покупались наркотики. В это же время удалось найти момент, как похищали Аманду. Правда, видно было плохо. Парень в толстовке, на голову накинут капюшон, подошел к ней, что-то сказал, и они скрылись в переулке. А затем прибежала Эбби, всклокоченная, взволнованная, сказала, что видела в кампусе Мэтта, а тот попросил ее об услуге. Засаду организовали быстро. Проинструктировали Эбби. Заполнили улицу офицерами в штатском. Стайлз, нацепив джинсы, футболку, толстовку и кеды, притворился торчком, трясущимся без дозы, подвалил к дилеру сразу после Эбби, незаметно следя за ней. А когда подошел Мэтт — как всегда, все пошло не так, как планировали. Эбби завизжала, отказавшись куда-либо идти с Мэттом. Тот вышел из себя, ударил ее, и она сдала всех полицейских, находившихся там. Мэтт заозирался по сторонам, рванул с места — все за ним. Стайлз один из первых. Он не помнил, сколько они бежали, смутно понимал, куда направлялись, видел только перед собой серую толстовку и старался догнать Мэтта, который то мусорные баки сбивал, то через забор перелазил, то резко сворачивал. Кора появилась, словно из воздуха — внезапно оказалась рядом со Стайлзом, легко обошла его, повалила Мэтта на землю. Стайлз не заметил, как Мэтт достал нож, только услышал удивленный вскрик Коры, наставил на Мэтта пистолет и приказал не двигаться. Тот усмехнулся, сбросил с себя Кору и поднял руки, в одной из которых держал окровавленный нож. Кора, тяжело дыша, упала на спину. Белая футболка стремительно окрашивалась кровью. Стайлзу трудно было оставаться хладнокровным. Он действовал по инструкции: зачитывая права, обезвредил преступника, надел наручники, а когда обернулся, чтобы броситься к Коре, обнаружил, что она уже дышала ровно, сидела, привалившись к стене, и выглядела почти нормально. Вырубив на всякий случай Мэтта, Стайлз подошел к ней, бесцеремонно задрал футболку. На измазанном кровью животе была лишь крохотная царапина, и та затянулась прямо на глазах. Ошеломленный Стайлз грохнулся на задницу. — Что? Как?.. — Стайлз, потом. Сюда идут. Сам он услышал шаги только спустя минуту. Кора что-то наплела остальным, проводила Стайлза до скорой и куда-то смылась. Он же словно завис. В мыслях раз за разом проигрывая увиденное: царапина, которая исчезла. Царапина, хотя должно было быть проникающее ранение. — Молодец! — Лиам хлопнул Стайлза по плечу. Тот моргнул непонимающе, а потом вспомнил, что Лиама и Бойда дали для поддержки. Даже Арджент находился где-то здесь. — Вы поймали его! Стайлз кивнул. Так оно и было. Они молодцы, а он, похоже, слетел с катушек. А со службы его уволят потому, что псих, а не потому, что стала отказывать рука. — Пойдем, я отвезу тебя домой. Стайлз посмотрел на нерешительно замершую рядом Кору, обнаружил, что даже не заметил ухода Лиама, встал и, пошатываясь будто пьяный, направился к машине. Они молчали всю дорогу. Стайлз не понимал, куда Кора его везла, но ничего не спрашивал. Когда же она остановила машину около дома Дерека — как ни странно, это не удивило. Он вышел на улицу, Кора почти мгновенно оказалась рядом, подхватила под локоть и повела в знакомую квартиру. Дерек ждал их в дверях, стоял, скрестив на груди руки, хмурился и смотрел недовольно и в то же время обеспокоенно. Стайлз ухмыльнулся, помахал ему и, задев плечом, прошел в квартиру. На этот раз он не разувался, прошлепал грязными кедами по белоснежному ковру и плюхнулся на диван, неприлично широко расставив ноги. — Я должна была поставить Дерека в известность, что ты узнал, — произнесла Кора, присев. Замерла на самом краю дивана, ожидая, что ее сейчас прогонят. — Что узнал? — равнодушно переспросил он, изучая босые ступни Дерека, замершего рядом. — Ты же видел, что меня… — Ранили, да. Ножом проткнули. Рана затянулась за считанные секунды. Видимо, видел, — Стайлз стучал пальцами по бедру, не понимая, из-за чего больше волновался: из-за присутствия Дерека или из-за того, что Кора и, видимо, Дерек были какими-то особенными. — Видел, — уверенно произнес Дерек. Стайлз сразу перестал причислять себя к психам, отчего уже стало легче. — Мы оборотни. Стайлз посмотрел на Дерека, затем на Кору и вскинул брови, взглядом уточняя, правду ли говорит Дерек. — Да. Ты только не бойся, ладно? — умоляюще сказала она. — Чего уж бояться. Кора как-то неуловимо преобразилась. Ее лицо приобрело звериные черты, на висках появились бакенбарды, зубы превратились в острые, выпирающие из-под губ клыки, глаза вспыхнули бронзой. Перед Стайлзом сидела все та же Кора, просто немного другая, но по-прежнему красивая. Он недолго изучал ее, пытаясь определить, что теперь к ней чувствует, и понимал — все то же самое, что и до этого открытия. — И ты тоже… такой? — обведя в воздухе овал лица Коры, Стайлз посмотрел на Дерека. Кивнув, тот изменился точно так же, как и Кора, только глаза у Дерека стали красными. Стайлз сразу же вспомнил, как несколько раз ему казалось, что у Дюкалиона краснела радужка, а он списывал это на блики света. — И вы… — Стайлз взмахнул руками. — Про регенерацию я понял. Сил, полагаю, у вас тоже побольше. Еще что-то? — Слух. Нюх. Зрение. Выносливость, — послушно отчитался Дерек. — Как давно? — С рождения. Стайлз кивнул, откинул голову на спинку дивана, закрыл ладонями лицо. Принять то, что Кора, Дерек, скорее всего, все Хейлы и неизвестно кто еще из знакомых — оборотни, оказалось на удивление легко. Стайлз не испытывал страха к ним, не стал относиться иначе. Это были все те же — пусть не совсем люди, — но именно те, кого он знал. Кора оставалась его напарницей, и он надеялся, что еще долго ею будет. Дерек оставался мудаком и точно всегда им будет. Стайлз даже не обижался на них за молчание, понимая, что подобные секреты необходимо хранить ото всех, даже от тех, кому доверяешь свою жизнь. — Иди домой, Кора. Дальше мы поговорим наедине, — тихо произнес Дерек. — Уверен? — Да. Стайлз даже не шелохнулся. Так и сидел до тех пор, пока Дерек, проводив Кору, не вернулся в гостиную. — Ты как? — он сел рядом, задев коленом бедро Стайлза. — Отлично. Разве не видишь? — Стайлз убрал ладони с лица, дурашливо улыбнувшись, подмигнул. Дерек дернул рукой, будто бы хотел вытянуть ее, прикоснуться к Стайлзу, но в последнюю секунду передумал. — Ты собирался позвонить? — Звонил. У тебя телефон выключен. Стайлз изумленно вскинул брови, достал из кармана телефон — действительно, выключен. — Зарядка села. Значит, звонил. И что ты хотел сказать? — Я не хочу тебя потерять, — Дерек придвинулся ближе. — То, что произошло тем утром, ты был прав, я отвлекся, слегка забылся, но ни с кем тебя не перепутал. Скорее, это тебя я хотел заменить ею, представлял, как называю тебя деткой, а ты из-за этого бесишься, — он ткнулся носом в щеку Стайлза, сглотнул. — Я скучал по тебе, Стайлз. Не было и дня… — Почему же тогда ты меня бросил? — хрипло спросил Стайлз, даже не подумав отстраниться, хотя следовало. От близости Дерека голова начала кружиться, все данные себе обещания вновь позабылись. Стайлз был как тот чертов мотылек, что всегда летит на свет, не думая, что сгорит. — Пытался защитить. От себя же. — Стайлз скептически хмыкнул, стал отодвигаться, но Дерек не позволил, обхватив руками и прижав к себе. — Я не мог тебе сказать, что оборотень. Мама не разрешала, хотела, чтобы мы проверили чувства разлукой. Но даже это не помогло бы тогда. Мне надо было либо тебя с собой забирать, либо с тобой остаться на год. Это что-то вроде гона. Твое присутствие могло помочь, могло — нет. Я решил сделать тебе больно единожды, не позволив наблюдать за моими изменами. Стайлз не знал, что на это сказать. Ему необходимо было время все обдумать, разложить по полочкам, решить, как относиться к подобной заботе. И следовало ли вообще верить словам Дерека. Стайлзу нужно было изучить этот вопрос досконально, возможно, спросить у кого-нибудь, а потом уже принимать решение. — Ты сам сказал, что ненавидишь меня. — Потому что не мог перестать думать о тебе. Не мог выкинуть из головы. И злился, в первую очередь на себя злился за то, что все испортил и не в силах был исправить. Стайлз рассмеялся, недоверчиво покачав головой. — Просто дай мне шанс. — Мне нужно время. Я не могу так сразу. А сейчас, — Стайлз все же выпутался из объятий и встал, — я поеду домой. — Я отвезу тебя, и не спорь. Ты едва на ногах держишься. Стайлз не спорил — ему хотелось поскорее оказаться дома, — только подумал, что придется приложить усилия, чтобы не пустить Дерека в квартиру. С ним рядом все равно было уютнее. Стайлз испытывал невыносимое желание забраться с Дереком в постель и просто спать рядом, как той ночью. Перед тем, как Дерек назвал его деткой. Это воспоминание стало отличной шоковой терапией, позволившей собраться и отказать Дереку, когда тот предложил подняться вместе со Стайлзом и остаться у него.