Уйти и вновь вернуться

Засыпая, я никак не ожидал, что во сне мне предстоит узнать нечто весьма важное… — Здравствуй, мой милый потомок, — прошептала Хель, когда я пришел в себя. Здесь было довольно тепло, тихо и совершенно темно. Я не мог разглядеть даже пальцы своих рук. — Мое почтение, моя прародительница, — произнес я, склонив голову. — Грань между миром живых и мертвых начала истончаться. Скоро Самайн. Именно поэтому я и смогла позвать тебя. Пора, Гарри. Пришло время окончательно выполнить мою просьбу. На этот Самайн ты должен принять титул Главы Рода Певерелл. Я знаю, тебе совершенно не хватает времени на подготовку и я решила пойти тебе навстречу. Ко дню принятия в ритуальном зале все будет готово. Тебе останется лишь выполнить главную задачу — встать во Главе Рода. Но я пришла за тем, чтобы предупредить тебя — ритуал будет длиться пару дней и еще столько же тебе понадобиться, чтобы прийти в себя. Сам понимаешь, никто не должен догадаться о том, что тебя нет в Хогвартсе, особенно директор. Иначе, если он узнает, он попытается остановить тебя. Он попытается убить тебя, что сделать в это время будет довольно просто — всего лишь нужно будет вмешаться в ход ритуала. И поверь, его сил хватит на это. Ему даже не нужно будет присутствовать, стоит лишь затронуть струны твоей магии и все, ты мертв. — Он может сделать все, что угодно, — мрачно произнес я, — мне уже на ум приходят десятки разных вариантов: от попытки изменения контракта со школой, до попытки навредить моим змейкам. — Верно. В каждом из этих случаев твоя магия, пусть и на мгновение, но «всколыхнется» что тут же приведет к печальнейшим последствиям. Поэтому я и предупреждаю тебя заранее — будь готов к Самайну. К тому же, после ритуала в тебе начнет пробуждаться твое второе наследие, так что будь и к этому готов. Я бы хотела предупредить тебя о многом, но, увы, я и так рассказала тебе больше, чем допустимо. Будь готов, мой потомок, и ничего не бойся. Скоро все закончится. Распахнув глаза, я судорожно вздохнул, после чего устало прикрыл глаза и прошептал: — Скоро все закончится…

***

— Отец, ну как ты не понимаешь?! — Седрик, поверь, они оболгали Альбуса. Ты же знаешь, Дамблдор так ни за что бы не поступил… — Отец! — юноша уже не знал, какие доводы можно привести, чтобы уговорить отца от такого необдуманного поступка. Ему казалось, что он просто бьется о стену, безрезультатно пытаясь достучаться до отца. Уже несколько лет прошло с тех пор, как он и его семья покинули Англию. Причем он, Седрик, покидал ее весьма нетривиальным способом, оставив за спиной буквально все: свою жизнь, своих друзей, свою девушку. Ему пришлось бросить учебу, отказаться от дальнейших планов и все из-за Поттера. О, как же он первое время злился на него. Буквально ненавидел! Не добавляли любви и воспоминания о том, что Поттеру однозначно нравилась Чжоу, его девушка. Седрику даже одно время казалось, что гриффиндорец таким способом пытается устранить соперника. И лишь спустя время он осознал, какой участи он избежал благодаря Гарри. Что именно он получил, отказавшись от прошлой жизни. Осознал, что все его друзья оказались друзьями лишь на словах, а уж девушка… Чжоу выставила себя в очень неприглядном свете. Сначала Гарри Поттер, потом Майкл Корнер… Впрочем, не ему судить этих людей. Что ж, что случилось, то случилось, все имеют право на дальнейшую жизнь. Просто было отчего-то больно и неприятно. И лишь через пару лет пришло понимание того, какое же чудовище Альбус Дамблдор. И что он легко, без каких-либо сомнений может пожертвовать жизнью любого. Например, его, Седрика, жизнью. Гарри спас его. Действительно спас. И лучшее, что он мог для него сейчас сделать — это не попадаться на глаза Альбусу Дамблдору. Ну и, конечно, учиться. Вот только его отец, его кумир до недавнего времени, пример для подражания, оказывается до сих пор верил в непогрешимого и великого Альбуса Дамблдора. Как такое возможно, Седрик не понимал. Ведь им же рассказали правду, да еще и под Непреложным обетом, что исключало возможность лжи. И все равно его отец словно с ума сошел. Это было странно. Подозрительно. И Седрику ничего другого не оставалось, как позвать на помощь человека, который точно сможет ему помочь. Камин вспыхнул зеленым, отвлекая Амоса Диггори на несколько мгновений. Этого времени Седрику хватило. — Петрификус Тоталус, — и яркий луч заклинания летит в отца. — Даже так, — удивленно произнес Нойман Шварц, выходя из камина, — ты меня звал, Седрик? Надеюсь, не за тем, чтобы я сыграл роль отвлекающего фактора? — Нет, мастер. У меня проблема. Мне кажется, мой отец находится под каким-то воздействием. Не знаю, что это именно, но он ведет себя странно. Он… он хочет вернуться в Англию, — глухо произнес Седрик, сверля взглядом пол. Обращаться к мастеру, что наравне с Гарри спасал его, было неловко. Неудобно. Но другого выхода юноша не видел. Пусть лучше так, чем его отец вернется к Дамблдору и погубит всё, что можно. -Интересно, интересно. Хорошо, Седрик, давай посмотрим, что с твоим отцом не так. Но для начала ты должен снять с него заклинание. — Хорошо. Фините Инкантатем. — Седрик! Как ты мог! Ты! Ты мне больше не с… — Успокойтесь, мистер Диггори. Не стоит столь поспешно бросаться словами. — Это вы, вы виноваты в этом! Вы и этот ваш Поттер испортили мне мальчика. Ничего, скоро мы вернемся в Англию, и там Альбус вставит тебе мозги на место, сын. Слышишь?! — Сомнус, — произнес Нойман и Амос осел на пол. Следующие часы прошли в напряжении. С каждым вновь произнесенным заклинанием Нойман хмурился все сильнее и сильнее. И, когда после последнего произнесенного заклинания прошло пять минут, а Нойман так ничего вновь не предпринял, Седрик не выдержал: — Ну что? Что с моим отцом? — Сложно пока сказать однозначно, Седрик, но я… ничего не нашел. Никаких воздействий на твоего отца не было. Все, что я мог проверить, я проверил. Эти заклинания должны были выявить даже влияние зелий, рун и темных артефактов. Ничего нет. Есть одно зелье, которое точно сможет выявить любое воздействие, даже самое скрытое, даже ментальные вкладки. Но он запрещенное. На крови. И кровь должен будешь взять ты. Ты же понимаешь, что твоему отцу такое явно придется не по душе. — Я… да. Я понимаю. И готов на все, лишь бы помочь ему, — с тяжелым вздохом произнес Седрик. Ради семьи он был готов на все, да. Но если его отец не под влиянием, то… Это будет самый сложный выбор: семья или долг?

***

Мариам Стилз всегда чувствовала себя чужой. Не такой как все. И даже когда ей пришло приглашение в Хогвартс, ничего не изменилось. Нет, сначала она надеялась, верила в то, что чувствует себя чужой лишь потому, что она обладает магией. Но, поступив в Хогвартс, она осознала, что ничего толком и не изменилось. Ей порой вообще казалось, что она не в школе волшебства и магии, а в обычном частном закрытом пансионате. Магия, которую можно было использовать практически только на занятиях, бесполезные заклинания, совершенно обычные дети… Мариам пыталась ощутить саму Магию, но не получалось. Ей казалось, что ее пытаются обдурить и вместо волшебства показывают обычные фокусы. А потом она случайно разговорилась с одной из чистокровных девочек и осознала, что магия есть, она действительно существует, но надежно закрыта даже от большинства вроде как чистокровных магов, не говоря уже о магглорожденных и полукровках. И ей в тот момент еще раз повезло. Она столкнулась с Кассиопеей Фоммен и, разговорившись с ней, осознала, что они похожи. Что эта девочка тоже интересуется настоящей магией. Спустя годы Мариам поняла, что это знакомство ее спасло. Потому что она уже начала разочаровываться в тех знаниях, что им давали. Ей сложно было каждый день в потоках информации находить крупицы истинных знаний. И если бы не Касси, она бы совсем скоро превратилась в обычную магглу с палочкой. И все было вроде бы хорошо. Вплоть до окончания Хогвартса. Мариам вышла в мир и ее ждало не самое приятное открытие — ее в этом мире не ждали. Таких, магглорожденных, не любили, в ученики не брали, позволяя работать либо в Министерстве на довольно низких должностях, либо в Аврорате. Даже в больницу Святого Мунго предпочитали если уж кого и брать, то чистокровных. Или хотя бы полукровок. Было еще одно место. Лютный. Но Мариам знала, что это прямая дорога к скорой смерти. А ведь она так хотела заниматься рунами. Руны манили ее. И самой ее заветной мечтой было стать мастером-рунологом. Но магглорожденных в ученики не желали брать. По нескольким причинам, две из которых стали основными — нехватка магии и зашоренность подавляющего волшебства магглорожденных и полукровок. И если с первым Мариам ничего не могла поделать, то со вторым она была в корне не согласна. Она знала о трех сестрах, почитала их, проводила ритуалы и часто делала подношения. Но чтобы кому-то что-то доказать, она должна была заставить хотя бы выслушать ее. А этого не сделаешь без необходимой силы. В итоге до недавнего времени девушка работала помощником в магазине сундуков. Пока на пороге не появилась Касси с безумным, на первый взгляд, предложением. С предложением основать свой Род. И Мариам, несмотря на то, что всю свою жизнь считала себя рассудительной и здраво оценивающей свои шансы девушкой, тут же согласилась. Просто потому, что лучше смерть в шаге от мечты, чем жизнь с сожалением и завистью.

***

— … на площадь Гриммо, 12, пожалуйста, — произнес женский голос, заставивший Сириуса вздрогнуть и резко обернуться. Адрес своего бывшего дома он не смог бы забыть и после Обливейта — настолько прочно он засел в памяти. И вдруг произнесенный вслух, он навеял столько разных воспоминаний. Которые, впрочем, тут же удалились на задний план, стоило ему услышать: — Как скажите, мисс Блэк. Сердце сбилось с привычного ритма, ладони неожиданно вспотели, а в горле пересохло. Сириус медленно, будто преодолевая себя, повернулся в ту сторону, откуда слышались голоса и тут же наткнулся взглядом на девушку, что стояла к нему вполоборота. Каких усилий ему стоило не схватить палочку и бросить в незнакомку заклинание, не знает никто. В первое мгновение ему вообще показалось, что перед ним стоит молодая и еще такая яркая Белла Блэк. Но этого не могло быть, потому что Белла давно уже перестала быть Блэк. Да и после того происшествия в Отделе Тайн, Беллу поймали и вернули в Азкабан. И хорошо за ней следят. Так что нет, это не Белла. Это могла бы быть Нимфадора Тонкс, да вот только она свою тетушку терпеть не могла и даже под страхом смерти не стала бы превращаться в нее. Но кто она, та, что смело расхаживает в таком обличии, не боясь осуждения, та, что так естественно пользуется фамилией, что принадлежит его роду. Его бывшему Роду. Кто бы мог подумать, что простая прогулка по Косому переулку может обернуться вот так? Сириус поспешил к девушке, которая, не заметив его, направилась в сторону выхода. — Эй, девушка, постойте. Да постойте же, — Сириус, добежав до незнакомки, схватил ее за локоть, но тут же замер, пораженный двумя моментами. Во-первых, не успел он и прикоснуться к мисс Блэк, как тут же почувствовал, что чужая палочка упирается ему в горло. А во-вторых, на него смотрел ярко-синими, словно море, глазами, его брат, Регулус. В женском обличии. Он даже не сразу вспомнил, что его брат уже давно мертв. — Регулус… Регулус ваш отец? — хрипло спросил Сириус, осматривая девушку. — Не изволите ли Вы меня отпустить, — зло прошипела Кассиопея, а это была именно она. Сириуса, в отличие от него, она заметила сразу, едва только вошла в лавку. И она бы с удовольствием сбежала оттуда. Вот только Блэки никогда не бегут от проблем. Да и заказ необходимо было сделать срочно. — Ваш отец Регулус? Отвечайте, живо, — громко произнес Сириус, привлекая ненужное внимание прохожих. Но, похоже, он и сам это понял, потому что хватка в следующее мгновение ослабла, чем Касси и не преминула воспользоваться. Отскочив от мужчины, Касси хмуро взглянула на мужчину и, ничего не сказав, поспешила уйти как можно дальше. Вот только кто бы ей это позволил… -Девушка… Мисс Блэк, прошу, ответьте! Мне очень важно это знать! — Сириус и сам не понимал, почему это ему так необходимо. Он просто чувствовал, впервые за столько лет чувствовал, что ему хочется узнать о том, что произошло с его братом. Касси замедлила шаг, после чего и вовсе остановилась. Затем медленно обернулась и внимательно посмотрела на Сириуса. И что-то было в глазах ее отца такое, что она не смогла промолчать: — Нет, мистер Блэк, Регулус не мой отец. Хотя, я бы, наверное, хотела, чтобы такой человек, как он, стал моим отцом. Жаль, что он погиб раньше, чем я могла бы с ним познакомиться. — Погиб… Что же с ним произошло? Вы знаете, что с ним произошло? Касси приподняла бровь, выражая удивление: — Неужели вы не знаете? Вы могли бы спросить у Главы Рода Блэк. Насколько я знаю, Гарри является вашим учеником. Впрочем, чему я удивляюсь… Что ж, я вам отвечу. Регулус Блэк, выступил против Волдеморта. Правда цена у этого поступка оказалась слишком высокой — его жизнь. Он погиб в одиночестве, его домовик, Кричер, не смог его спасти. Жаль, что Регулус так и не нашел, к кому можно обратиться за помощью, — грустно произнесла Касси. Ей действительно было очень жаль своего дядю. Так глупо погибнуть… — Что? — прошептал Сириус. Он никак не мог поверить в услышанное. Его братец, Регулус, который казался жалким трусишкой, бросил вызов Волдеморту и погиб… А он, Сириус, все эти годы считал его предателем. Отчего-то вспомнилось глубокое детство, когда маленький Рег, проснувшись от ночных кошмаров, всегда бежал к своему старшему брату. Вспомнилось, как однажды Сириусу все это надоело и он накричал на младшего брата. — Я стану храбрым, Сири, клянусь, я буду очень храбрым. Я докажу тебе, Сириус, докажу, что достоин быть твоим братом. Что я достоин Рода Блэк… Вспомнилось, как чуть позже Регулус пытался защитить его от гнева родителей. Вспомнилось, как часто Рег тянулся за Сириусом, но тот всегда отталкивал своего младшего брата. Вспомнилось, как практически перед самой своей смертью Регулус пришел к нему и попытался просить о помощи. Сириус тогда рассмеялся ему в лицо и посоветовал самому решать свои проблемы… Все это вспомнилось так ярко, будто это было вчера. И стало так плохо, что захотелось умереть. Захотелось упасть и никогда не подниматься. Хотелось, чтобы хоть кто-нибудь бросил в него Круцио, чтобы физическая боль приглушила душевную… — Я докажу тебе, Сириус, что достоин… — в голове прозвучал голос Регулуса и Сириус, резко крутанувшись, аппарировал. — Вряд ли он что-то поймет, но может хоть в следующий раз подумает, прежде чем что-то сделать, — произнесла Касси, после чего, тряхнув головой, поспешила по своим делам, подумав о том, что об этом инциденте необходимо будет сообщить Гарри.