Я не могу без тебя дышать

— Ты такая забавная, — Стас валялся на моей кровати, подложив руки под голову, и хитро улыбался. — В смысле? — шпилька упорно не хотела держаться на нужном месте и выпадала из косы. — Ты так тщательно собираешься на какую-то сельскую тусовку. Хотя да, нужно выглядеть достойно в глазах местного бомонда, состоящего из трактористов, конюхов и свинопасов, — хмыкнул парень, поднявшись с кровати и подойдя к окну. — Жду тебя через пять минут около дуба. И лучше распусти волосы, а то ты как какая-то деревенская Аленушка выглядишь. — А ты тогда, выходит, мой братец Иванушка — Ну так, а что, я тот еще козел, — он коротко хохотнул и виновато пожал плечами. — И кстати, чудачка, поторопись, мои родаки вряд ли поверят, что я решил в девять лечь спать, — Стас ловко вылез в окно и начал спускаться на землю. — Аккуратнее, дурак, не убейся. — Конечно, зайка, спасибо за заботу, — снова съязвил он и, улыбнувшись, ушел в темноту. Стас не особо изменился после всех этих разговоров, но хотя бы унижать меня он перестал. Только постоянно лазает ко мне в окно. За сегодняшний день он успел разбудить меня в шесть утра, чтобы преподнести букет ромашек, которые он, оказывается, позаимствовал у соседей. Мама Вадима все утро возмущалась, что какие-то гады оборвали ей весь куст, а я сидела и тихонько хихикала, вспоминая, как весь взлохмаченный и сонный ко мне постучался Стас. В середине дня, когда я лежала в комнате, перечитывая смску Андрея, он ввалился через открытое окно, плюхнулся рядом со мной на кровать, отобрал у меня телефон и швырнул его на стол со словами: — Господи, разве стоит убиваться ради какого-то мудака, который все равно к тебе не вернется? — Это немного не твое дело, если что, — я потянулась к столу, но Стас навалился на меня и навис сверху. — Раз уж я решил немного разнообразить твою скучнейшую жизнь, чудачка, то все, что касается тебя, мое дело, — потом он весело вскочил и продолжил. — Я просто не понимаю, как ты так живешь. Сидишь то дома, то на берегу. Где хоть какой-то драйв и веселье? Типо гулять до рассвета, смотреть на звезды, выпить с подружками и перемыть косточки всем знакомым парням! Я хотела возмутиться, что сплетни это не мое, но Стас меня опередил: — Все вы девчонки так делаете, даже не отпирайся. — Ты прямо генератор идей, — тихо сказала я и отвернулась к стене. — Только вот подружка у меня одна, да и та всё лето предпочитает проводить в каких-то сомнительных компаниях, каждую неделю с новым парнем. А я все это не понимаю. — Классная подружка, надо бы мне с ней познакомиться, — хмыкнул Стас, снова привалившись рядом со мной. — Брюнетка? Блондинка? В моем вкусе? Ощущение его близости и то, что я чувствовала тихое дыхание парня на своем затылке, меня смущало и выводило из равновесия. Казалось, я могу повернуться к нему и оказаться прямо в объятиях этого сумасброда. — Думаю, как раз ты не в ее вкусе, — хмыкнула я, отодвигаясь подальше от него. Стас проигнорировал мое замечание и поправил браслет на руке. Я раньше никогда не обращала особого внимания на него, но Стас носил его, не снимая. Кожаный, в два оборота вокруг руки и с вставками из темного дерева. У него неплохой вкус. Я никогда не понимала, да мне и не нравилось, когда парни носят перстни, браслеты или вообще серьги, но Стасу определенно шло. Я потянулась к нему и хотела дотронуться до браслета, чтобы получше его рассмотреть, но Стас резко одернул руку и зло на меня взглянул. — Не трогай, хорошо? — потом он тут же перевел тему, видимо, чтобы я не решила задать никаких вопросов. — Короче, ты говорила про какую-то дискотеку? Я иду с тобой, понятно? Надо тебя хоть как-то расшевелить. Придется учить тебя веселиться, поэтому я весь в твоем распоряжении, чудачка. Он быстро чмокнул меня в щеку, ущипнул и собирался выйти через дверь, но остановился и, нахмурившись, вылез в окно. Как у него все просто. Я не могу так быстро менять свое отношение к людям, а он запросто. Поцеловал меня, улыбается и забавляется со мной как с ручным зверьком. Моя подружка бы сейчас точно закинула ногу на ногу и со смехом сказала, что я в него влюбилась. Но нет. Мы с ним слишком разные, а он пугает меня своей непостоянностью и переменчивым настроением. Хотя именно из-за него сейчас я не читаю книгу, а собираюсь на какой-то движ. И это меня нисколько не радовало. Зато родители с радостью меня отпустили, мол, я хорошо повеселюсь. Если бы они знали, с кем я туда иду и какими идеями одержим Стас, думаю, меня бы оставили дома. Я надела единственное более менее парадное платье и спустилась вниз. Попрощавшись с родителями, я вышла на крыльцо, где меня уже ждал Вадим. Чувствую, это будет не совсем приятный сюрприз для Стаса, но, надеюсь, он не обидится. — Красивое платье, — сказал Вадим и подал мне руку. — Спасибо. Меня жутко смущают комплименты. Сразу язык отнимается. Но платье действительно было замечательное. Темно-синее без бретелек с юбкой-колокольчик. Единственное, что мне не нравилось, это длина. Оно безумно короткое, из-за этого я постоянно одергиваю юбку. Не умею я носить такие вещи. Стас стоял под деревом, стуча пальцами по коре. Сначала он увидел меня и быстро пошел навстречу, но, переведя взгляд на Вадима, нахмурился и замедлил шаг. Он подошел ближе ко мне, медленно оглядывая меня от ног до головы, поджал губы и убрал руки в карманы джинсов. — Эй, чудачка, а платье тебе в каком классе купили? В первом? — Стас, видимо, снова включил режим «хамство». — Зачем ты вообще его с нами позвала? — возмутился Вадим, который не сводил со Стаса злой прищуренный взгляд. — Да, действительно, лучше было никуда не идти. Особенно с местными свинопасами. Видимо делать выводы по поводу Стаса еще очень рано. Что у него опять на уме? Одно я знаю точно, вечер мне он уже испортил. — Я тебя не заставляла никуда идти, — тихо сказала я, задумчиво водя носком балетки по траве. Скоро роса появится. — Пойдем, Вера, — Вадим взял меня за руку, и мы пошли по пустой дороге. Стас тащился следом, бормоча что-то себе под нос. Он наверняка удивился, увидев, что местные называют клубом. Одноэтажное кирпичное здание, которое раньше было сельским магазином, стояло на бетонном возвышении рядом с поселковым советом. Тут же стояли какие-то парни, вяло затягиваясь сигаретами. Вадим с каждым поздоровался и о чем-то разговорился, пока я со Стасом отошла в сторону, ближе ко входу. — Чудачка, надо предупреждать о том, что ты идешь с этим свинопасом. Чао, думаю, он тебя и развеселит! — Стас возмущенно цокнул и спустился по ступенькам вниз. Он медленно прошел мимо местных, но потом развернулся и коротко бросил какую-то фразу Вадиму, а в ответ получил лишь смех и громкий гогот всей компании. Его это никак не задело, он удивленно поднял бровь и презрительно фыркнул, пнув камешек в сторону парней, а ушел за ворота. Вадим быстро с ними распрощался и подошел ко мне. — Этот городской индюк еще получит. Больно много он на себя берет, — раздраженно сказал он и дернул челюстью. — Да ладно, не обращай внимания! В клубе играла громкая музыка. Какой-то бит, но я никогда не понимала этого стиля. Слишком громко и никакого посыла. Ощущение, что дятлы стучат по голове, каждый на свой лад. Вадим быстро забыл обо мне и пошел в пляс с местными девчонками. Я лишь стояла в стороне и немного качала головой в такт музыке. Я совершенно не умею веселиться, в этом Стас прав. И пришла я сюда только из-за того, что он предложил пойти со мной. За это время мне даже понравилось находиться в его обществе. Природного обаяния у него было навалом. А в итоге все как всегда. Я как послушная овечка пошла за ним, а он просто в очередной раз поиздевался. Наивная и глупая Вера. Почему я решила, что он может измениться за несколько дней. Такие не меняются. Когда я решила уйти, Вадима я не нашла, поэтому решила остановить кого-нибудь из его знакомых. Пусть передадут, что я ушла, а то вдруг волноваться будет. — Сеня, Вадику скажи, что я ушла, хорошо? — прокричала я встретившемуся мне брюнету. — А? Ничего не слышу, пойдем, выйдем. Он сверкнул безупречной улыбкой, и мы, проталкиваясь сквозь кучу народа, вышли на улицу. Сеня не нравился мне никогда. У него был очень неприятный и скользкий взгляд. Поэтому оставаться с ним наедине я никогда не стремилась. На улице было свежо и даже прохладно. Клуб был совершенно не большим, и душно там было ужасно. — Так что ты говоришь? — он сложил руки на груди и с вызовом посмотрел на меня. А взгляд все тот же. По коже пробежали мурашки от его пристальных глаз. — Вадиму передай, что я пошла домой, — я быстро улыбнулась и собиралась уйти, но Сеня резким движением схватил меня за руку чуть выше локтя и притянул к себе. — Неужели ты так быстро уйдешь? Даже не потанцевала со мной. У тебя шикарное платье, — от него пахло алкоголем и дешевыми сигаретами. — Отпусти, а? Иди обратно к своим, а я домой пойду, — я судорожно пыталась выпутаться из его лап, но ничего не получалось. — Птичка застряла в клетке, — он громко и быстро засмеялся, а потом резко взял за шею и притянул еще ближе к себе, пытаясь поцеловать. — Отстань! — громко закричала я и пыталась отвернуться от него. — Да успокойся ты, дура, — он еще крепче схватил за руку и встряхнул меня. Другой рукой он провел по моему бедру и задрал платье, тяжело дыша на ухо. От шока я не кричала, а только тихо плакала. Надо кричать и вырываться, а я совершенно не соображаю, что делать. — Какая же ты классная, — парень как куклу оттащил меня за угол и прижался губами к шее, проводя мокрую дорожку языком. Как же мерзко. Его рука дотронулась до ткани моих трусиков и начала стягивать их с меня. В этот момент я резко дернулась, Сеня от неожиданности отпустил меня, и я упала бы, если бы меня не поймал Стас. Стас? Увидев над собой эти хитрые карие глаза, я немного окаменела. Он же ушел, разве нет? Сейчас я бы его испугалась. Зрачки расширены, он тяжело дышит и крепко прижимает меня к себе. Весь взъерошенный и злой как черт — Ты охуел? Ты к кому полез? — Стас отставил меня в сторону как ненужный стул и вплотную подошел к Сене. Они столкнулись лбами и зло смотрели друг на друга. — Она моя, понял? Моя. — Своих шалав надо держать при себе, — прошипел ему Сеня. Стас даже не дослушал до конца, тут же бросился в драку. У него было явное преимущество. Я стояла как вкопанная, только одернув платье вниз. Драка скоро закончилась. Из дверей клуба повалила толпа парней, явно не настроенных к Стасу дружелюбно, и их быстро разняли. — Тут что наших бьют? Эй, городской, а ты не попутал чего? — парни стояли полукругом вокруг Стаса и сверлили его взглядами. Кто-то харкал на землю, другие жадно присасывались к бутылкам пива. Стас даже не думал уходить. По нему явно видно, что сейчас он в бешенстве. Весь всклокоченный и нервный. Парень сжимал кулаки, расчётливо оглядывая своих соперников. Я понимала, что эта драка бессмысленна, Стас один, а их куча, еще и остальные выбегут из клуба. Я подошла к нему и опасливо провела рукой по его плечу, готовая к любой реакции. Но он даже в лице не изменился. Продолжал быстро дышать и злобно сверкать глазами. — Стас, я тебя прошу, давай уйдем, — я сказала это максимально тихо дрожащим от страха голосом. Боюсь даже не за себя, а за него. — Чудачка, ты бегаешь быстро? — А что? — Потому что сейчас придется бежать. И очень быстро, — он быстро пришел в себя, улыбнулся своей обворожительной улыбкой и взял меня за руку, мгновенно рванув с места. Успевать за ним у меня получалось плохо. Балетки так и норовили соскочить с ног, а это дурацкое платье не переставало задираться. Все-таки он действительно занимается в спортзале, потому что я чувствовала себя улиткой. Стасу приходилось почти тащить меня за собой. Наконец, когда мы немного оторвались, парень нырнул в ближайшие кусты и утащил меня за собой. — Молчи, — остановил он меня, когда я собиралась что-то сказать. Удостоверившись, что никто не гонится за нами и не мечтает набить Стасу морду, мы вышли из кустов. Парень взял меня за руку и окинул взглядом. — Всё в порядке? — он вытер черные от туши дорожки слез на моих щеках и проницательно взглянул в глаза. — Да, да, — я обняла себя руками и пошла дальше. Он развернул к себе и поцеловал в макушку, ничего не говоря, а потом взял за руку и вывел на дорогу. Мы свернули на поле, чтобы срезать путь, и тут настроение Стаса кардинально изменилось. — Ну что, повеселилась? Со всеми успела потанцевать, пообжиматься, а, чудачка? Может, я чего-то не знаю? Может, это у вас принято с ним так? — он будто отчитывал меня, как провинившегося ребенка. — Что ты несешь? — буркнула я, сорвав сухую травинку и накручивая ее на палец. — Я очень испугалась. И вообще ты же ушел домой, зачем вернулся? — Вечно тебе надо докапываться до мелочей. Лучше скажи: «Спасибо, Стас, за то, что защитил от одного придурка и за то, что разнообразил мою скучную жизнь побегом от деревенских гопников», — он тут же сменил свое настроение, задорно улыбнулся и щелкнул меня по носу. Я недовольно сщурилась и отвернулась. — Хватит тебе обижаться, лучше посмотри, какая романтика, звездное небо и прогулка по лугу. Я, совершенно не думая, сказала: — Да, романтика, но было бы куда лучше, если бы рядом был кто-нибудь другой. Этих моих слов Стас явно не желал пропускать мимо ушей. Он остановился, отпустил мою руку, которую схватил еще во время побега от Сени и всех остальных, и, мягко проведя пальцами по щеке, поднял мое лицо за подбородок, пристально вглядываясь мне в глаза. Улыбка на его лице не предвещала ничего хорошего. — Ах, ну да, я же забыл, что совершенно не похож на принца из твоих мечтаний. Только вот и ты не забывай, что я не обязан был тебя защищать. Кто знает, может, ты уже со всеми там перетрахалась. Я совершенно не понимаю, что творится у него в голове. Сначала спасает, даже сказал: «Она моя», это звучало так мило, потом начинает отчитывать непонятно за что, будто ревнует. Что с ним происходит? Временами он идеал, милый, смешной и добрый, а в большую часть времени дерганный и как пес, которому только дай повод, чтобы кинуться. — Пожалуйста, прекрати, так со мной обращаться, — глотая слезы, сказала я, но Стас все равно видел, что я плачу. — Чао, чудачка, я пошел, рыдай тут хоть до рассвета, только смотри, чтобы волки не съели. Он, не оборачиваясь, прошел шагов тридцать, и я зачем-то закричала ему вслед: — А говорил, что ты не такой, как я о тебе думала. Да ты полный придурок, Стас! У тебя раздвоение личности, ты шизик какой-то! Сначала «Она моя», потом наезжаешь, будто ревнуешь, теперь кидаешь, — мне так хотелось, чтобы он показал хоть какие-то эмоции, кроме вспыльчивости и насмешки, чтобы ему тоже было плохо. Стас остановился и ждал, когда я подойду, но я завалилась на траву и беззвучно рыдала. В конце концов я услышала тихие шаги рядом, и Стас, обняв меня за талию, поднял на ноги и снова посмотрел в глаза. Эта его привычка меня раздражала, мне было некомфортно под его взглядом, который, казалось, улавливал каждую мысль, проносившуюся в моей голове. Но это были мелочи, другое дело, что мне безумно хотелось обнять его и прижаться к нему изо всех сил, чтобы он прошептал мне какую-нибудь ерунду и заставил улыбнуться. Но это невозможно. — Пойдем, я, конечно, мудак, но не настолько, чтобы оставить такую девчонку одну в чистом поле. — Какую «такую»? — спросила я, хлюпая носом и отряхивая локти от травы. — Красивую, чудачка, красивую, — теперь он снова улыбался и вытаскивал травинки из моей прически. Я никогда не пойму его смену настроения. Как только его родители терпят. Стас пытался снова взять меня за руку, но я постоянно одергивала руку и шла на расстоянии от него. Пока он не извинится, и я не пойму, что Стас действительно больше не будет устраивать подобные сцены, я не буду позволять ему так собой манипулировать. Хватит.