Тень Монолита

      — Так мужики, скоро преодолеваем барьер. Ночевать я здесь не собираюсь. Так что двигаемся быстро. Только нашу крошку нужно как-то замаскировать, а то свободовцы налетят как мухи. — Она на зомби похожа, скажем ведем на Янтарь нетипичную зомби. Научникам на потеху. Сержант задумался… — Ладно, может там никого и нет, мы на базу лезть не будем, отдохнем в деревне. — Там же кровососы, — подал голос Воробей. — Они ее увидят, и потеряют сознание от потрясения. Идем. Сержант шел рядом с сектанткой. — И все-таки имя-то у тебя есть? Монолитовка молчала — Не хочешь говорить… Жаль… — Словесный понос признак нервного перенапряжения, — девушка снизу, с важным видом посмотрела на него, подумала пару секунд. — Ага. — Напряжение я сегодня ночью не хило так сбросил, — свободной рукой он шлепнул ее по ниже спины. — Ага.       Воробей внимательно наблюдал за своим сектором, когда Сержант обратился к нему: — Видишь вагончик? Сходи посмотри, что за ним. Только внимательнее, не вляпайся в какашку.       Воробей спорить не привык, взяв автомат на изготовку, он осторожно, с правой стороны, обогнул невесть как попавший сюда товарный вагон. Все чисто, вот только… Головы. Высохшие мумифицированные головы на кольях, на мертвых лицах навсегда застыла гримасса нестерпимой боли, раззявленые в немом крике рты с вывалившимися ссохшимися языками… там же валялись растерзанные неведомыми садистами тела. — Ну как, круто? — Воробей вздрогнул, когда Сержант неслышно подошел к нему. — Седой, этого тебе не показывал, психику твою щадил. Думаешь кто это сделал? Контролер? Ты под контролем стерва? Может стоит грохнуть тебя прям здесь? Сержант сзади крепко обхватил подошедшую с Сухим сектантку. Его рука сдавила ее шею, так, что перед глазами у нее поплыли красные круги. Она захрипела. Все конец.       Почти уже потеряв сознание, монолитовка было уже обрадовалась, что для нее все закончится вот так быстро. Но тело среагировала вперед мозга. Она подняла руки и со всей силы вцепилась ногтями в убивающую ее руку. Зло матерясь, Сержант оттолкнул от себя сектантку, та упала прямо на растерзанное тело, лицом в зловонную кашу раздутых внутренностей. — Воробей, дай антисептик, пусть она пока поваляется, подумает над своим поведением. — Неверные получили по заслугам, ты тоже получешь, Сержант, — его имя она буквально выплюнула и рассмеялась злым смехом. — Смерть… Лютая смерть… — Заткнись! — звук удара. Пока в который раз ошарашенный Воробей доставал из рюкзака аптечку, Сухой подошел к монолитовке и помог подняться. — Ты верно сказал, Сержант, они, наверное, все под контролем. Помнишь тех двоих? Сержант кивнул, конечно помнил, тогда состоялось его первое знакомство с бойцами секты, о последующем вспоминать не хотелось.       Монолитовка тем временем, как ни в чем не бывало, взяла у Воробья влажные салфетки и старательно очищала с лица гниль, больше размазывая чем стирая. — Сейчас блевану, — Воробей позеленел. Сектантка удивленно посмотрела на него — И чего ты в зону полез? — А ты? — Воробей все-таки сблевал утренним завтраком, стоял теперь злой и надутый, прикладывался к фляге с водой,. — Надо значит было. - Хорош трещать, — к Сержанту вернулось обычное спокойствие. Он уже пожалел о своей вспышке, просто его бесила наивность Воробья, видите ли считает сектантку невинной жертвой, блядь. - Здесь всем надо было. Пошли. Взглянув на свою руку, сплюнул: — Теперь квиты, красавица. — Это только начало сталкер.       Монолитовка шагала сверля глазами затылок Сержанта. Представляла, как красиво взрывается черепная коробка, как пуля изнутри сметает недостойные мысли неверного. Глаза, если уцелеют, выпадут из глазниц, повиснут на щеках. Аккуратная дырочка на затылке, и развороченное лицо. Сержант, словно зная о чем она думает, ощущая на себе взгляд сектантки, обернулся и послал ей воздушный поцелуй.       Психи… Думал Воробей. Что он, что она. — Только психи здесь и выживают. Воробей не заметил, как сказал это вслух. — А ты псих, Сухой? — Еще какой псих. Я здесь уже давно, дольше Сержанта. — У тебя ж жена есть… — Есть и две дочки есть, которых вкусно кормить надо и красиво одевать. — Так ты ради денег в Зону полез? — Не только, хотя и за деньги тоже. — А Долг? — А что Долг? Сдулся твой Долг, вон и Сержант так считает. Неспроста он к наемникам тащится.       Значит к наемникам, те не прогадают, заплатят сколько Сержант запросит. В свою очередь наймиты найдут покупателя, на такой ценный товар. Не каждый день, в плен попадаются бойцы из "Монолита". Они предпочитают пускать себе пулю в висок или разбивать друг дружке черепа. Размышляя, Воробей чуть не прозевал группу весьма потрепанных жизнью или скорее смертью зомбаков. Пять существ увидя их заторопились, вытянули руки, что-то бормоча и подвывая. — Стволы вниз, не стрелять, — тратить зря патроны и светиться не входило в планы Сержанта. Скоро Барьер, а там до базы Свободы рукой подать. Наверняка Лукаш пошлет оставшихся бойцов проверить, кто это там веселится? Не монолитовцы ли пожаловали, устав искать ныкавшихся по подвалам Припяти сталкеров. Не торопясь вытащить нож, Сержант встретил первого зомбака, который жаждал полакомиться человечиной. Отступив в сторону, долговец, засветил крепкий пинок по гнилому заду, словно пас отправил его Сухому. Зомбак упал вниз башкой, которую сейчас же подрубил и оторвал сталкер. Быстро расправившись с мертвяками, группа продолжила движение.       По кустам тявкали собаки, шурудили плоти. Близко не подходили, видать толпа сталкеров, проходящая здесь три дня назад, преподала мутантам такой урок, что те предпочитали охотиться друг на дружку. Не то что тупые зомби.       Обращали на себя только новые аномалии. Зона изменилась, совершенно незнакомые образования теперь соседствовали, со ставшими какими-то родными электрами, воронками и жарками. Даже монолитовка вертела головой из стороны в сторону, а не надменно вышагивала, словно показывая, что долговцы, такие серьезные бойцы, лишь грязь на ее ботинках. Сектантка улыбалась, мол, что должане получили? Уничтожили Зону? — Чего такая счастливая? — Сержант опять прицепился к ней, как клоп прям какой-то. — Хочешь настроение испорчу. Они двигались осторожно, детекторы безостановочно вибрировали. — Скоро ты сдохнешь, вот и радуюсь. — Дерзкая, люблю таких. — Любишь "Монолит"? Сержант лишь хмыкнул.       Поведение монолитовки менялось на глазах. Ее равнодушность ко всему и суицидальные мысли, он заметил, как она смотрела на Изнанку, уже был готов схватить ее, исчезли. Вместо них появилась какая-то злая веселость. Он знал точно, что с судьбой она не смирилась и скоро выкинет что-нибудь этакое. Теперь он уже представлял, какой она была раньше, до "Монолита". Но та девушка давно погибла, остался лишь призрак. Манера говорить, жесты, походка… Как она подносит руку к голове, поправляя волосы, ставшими давно похожими на паклю. Морок. А в глазах решимость. Решимость защитить свой драгоценный булыжник любой ценой, Раздвинуть ноги перед целой группировкой, если так будет угодно Монолиту. Во имя мифического камня убивать смельчаков, рискнувших зайти на запретную территорию. — Все привал. Время ужина. Десять минут. — Сержант выбрал место, недалеко от обочины шоссе. Груда камней скрывала их со стороны дороги, а мутанты все еще предпочитали не нападать. Достав из рюкзака два пакета стандартного сухпайка, один кинул сектантке. — Не подавись. Монолитовка не стала выеживаться, разорвала упаковку и принялась с аппетитом хрустеть. Глядя на девушку, никто бы не сказал, что она еще вчера стояла на пороге смерти. А сегодня получила в лоб доской и была под воздействием псионика. Душа, напитав тело сектантки своими соками, забрала ее болезнь, превратившись в высохший мешочек, который она забыв видимо снять с себя утром, достала из-под комбеза сейчас. — Дай посмотрю, — доев, Воробей взял ее руку и осторожно начал снимать бинты. Рана уже начала затягиваться, воспаление исчезло, глубокая царапина на боку, тоже хорошо заживала. Чего не скажешь о синяках. Обработав раны, тем не менее решив, что антибиотик не повредит, сделал ей укол. — Голова не болит? Сектантка пожала плечами, попросила покурить.       Сержант наблюдал за действиями Воробья с мерзкой улыбочкой. — Хочешь, трахни ее сегодня, первым будешь. Я разрешаю. Воробей покраснел, но предпочел промолчать. У Сержанта, ранее обычного нормального мужика, после штурма обнаружились не самые приятные черты характера. Интересно, в меня он тоже воткнет нож, если я что-то сделаю не так. Хотя конечно воткнет, только полный псих рискнул бы пойти на переговоры с контролером. Воробей и про себя узнал кое-что. Он оказался труслив и малодушен. Мямля… Сухой же на монолитовку практически вообще не обращал внимания, специально не унижал, как делал это Сержант. — Мне надо в кустики, — монолитовка переминалась с ноги на ногу. — Давай, — Сержант указал на ближайший куст. — И помни, ты на прицеле. Вряд ли ты захочешь сдохнуть со спущенными штанами. Как-то недостойно для адепта воинственной секты. Так? — Так. Монолитовка скрылась в кустах. — Там арт, — быстро закончив свои дела, монолитовка вернулась. — Возьмете? Она уже будто часть нашего отряда… Размышляя над этим Воробей, смотрел как Сухой встал и пружинистой походкой направился в сторону кустов и… очередью срезал в полете утробно рычащего снорка. — Пиздец…блин, — протянула сектантка, с сожалением. — Жаль не сожрали… Получила затрещину. — Занять круговую оборону, Секта, не высовывайся! — Сержант четко отдавал приказы. Вот и имя у нее появилось… Воробей видел мелькавшие то тут, то там тела. По опыту зная, что снорки будут атаковать вместе не спешил стрелять. Снова рык. Гроза выплюнула три патрона, изменив траекторию монстра. Мутант перекувыркнулся и оказался рядом с сектанткой. Повалив девушку на землю, снорк стремился вгрызться ей в шею. Монолитовка, отчаянно матерясь, как могла защищалась руками, довольно безуспешно впрочем. А снорк старательно драл ее одежду и вероятно тело. Новая короткая очередь разметала уродливую башку. Кровь опять залила все лицо монолитовки. Отплевываясь, она извиваясь как змея, поползла к Сержанту, встала за ним. Слева плевался автомат Воробья. Снорки быстрые и прыгучие мелькали в траве, нормально прицелится было не возможно. Попасть можно только на излете. — Отходим к камням, быстро. Он толкнул монолитовку. — Лезь! Воробей прикрываешь! Ловко взбираясь на каменную гряду, Сержант, не забывал следить за сектанткой. — Сухой давай, Воробей быстро, быстро! Под камнями снорки сгрудились кучей, тупые мутанты не понимали, что представляют из себя сейчас легкую мишень. Скоро все было кончено, отряд обошелся без потерь. — Пошли уже отсюда.