Упала, очнулась — Скайрим

      Путь держала я в условленном направлении, а точнее, тупо поднималась к верхней точке всех этих чудо-строений самого лучшего архитектора в мире. Не могу сказать, что город офигеть как процветает, но люди вроде на земле не валяются. Это все больше походило на средневековье, немного необычное, но все же.       Вскоре, на пол пути к Драконьему Пределу мой слух зацепился за нечто. — Ужасный и могущественный Талос! Мы, твои никчемные слуги, славим тебя! Только твоей милостью и щедростью достигнем мы просветления.       Мужик в балахоне ни доверия, ни благовения не внушал. Скорее, создавал желание скрыться с места пока флаера в руки пихать не начали. Хотя, величественная статуя позади него восхищение все-таки вызывала, искусная работа. Мастера своего дела были во все времена и во всех мирах.       Похоже, боги Скайрима несколько необычны для меня. Кто такой Талос? — Мы жалкие черви, ползающие в грязи нашего разврата! — Страсти за спиной накалялись, а я быстрее припустила по ступеням. — Ну что, ты тоже здесь, чтоб моему отцу сапоги лизать? — В дворце меня встречали не особо радушно. По крайней мере, нету красной дорожки и хлеба с солью. Есть ковер, похожий с тем, что висит у моей бабушки Гали на стене, колонны по бокам от входа и лестница прямо по периметру. — Должно быть, сапоги у твоего отца очень блестят, — я посмотрела на своего невольного собеседника, который ростом доставал до пояса. До чего же милое создание. Они бы с той девочкой, любительницей животных, спелись. Почему дети Скайрима такие сердечные? От хорошей жизни? — Ты странная, — мигом смутился малец, — никто так не отвечает. — А ты что ли отвечаешь за встречу гостей и слагание приветственных фраз? — Мальчик побледнел, потом покраснел еще больше, чем раньше и убежал вверх по лестнице. Я последовала за ним. Я, конечно, не особо любительница слежки за детьми, особенно, если это предположительно дети ярла. Нет, не то что бы если дети не ярла, то можно, вообще нельзя!       В голове всплыла картина как я подхожу к ярлу и выдаю: «Я тут проследила за вашим ребенком, он очень милый когда смущается, сразу убегает и прячется, но не волнуйтесь, я знаю где. А заодно и узнала где вы прячите деньги и когда родителей нет дома».       Поток идиотских мыслей прекратился с последней ступенькой лестницы, когда я сфокусировала взгляд на помещении.       Первым делом взгляд упал на костер. В помещении? Не удивлюсь, если они любят побегать с копьем. Наконечником к телу. От огня по бокам стояли два длинных стола, с кучей стульев. Может меня накормят?       Вообще, сама обстановка была довольно-таки помпезной в своих размерах: потолок метров пятнадцать, резные колонны, отделка камнем, деревом, хорошо хоть не золотом. В конце комнаты сидел мужчина в платье, справа от него находился лысый мужчинка, который, как говорится «один глаз на нас, второй на Кавказ», слева стояла женщина-эльф с мечом. И, похоже, она не особо рада меня видеть, весь ее напряженный вид показывал, что она вот-вот готова сорваться, вынуть меч из ножн и срубить мне голову. — Воу-воу, полегче, прошу вас, — я выставила руки вперед, в попытке успокоить темпераментную особу, которая медленным шагом двигалась ко мне. — Что за бесцеремонность? Ярл Балгруф не принимает посетителей, — надменно сообщили мне, а я облегченно вздохнула. Еще поживу. — Извиняюсь, меня отправили сюда сказать ему, что тут дракон неподалеку шастает, — на меня бросили скептический взгляд, — отвечаю, — предприняла я еще одну попытку в убеждении. — Ну тогда понятно почему стража тебя пропустила, — женщина успокоилась, хотя далеко не представляла почему меня стража пропустила, тем не менее рассказывать ей о наших с ярлом родственных связях не очень хотелось, — идем, ярл хочет лично поговорить с тобой.       Надо же, вмиг я стала желанным гостем. Как все просто. Похоже, в этом мире мошенников нету, раз всем так быстро доверяют. Думаю, тут больше по головорезам.       Я следовала за эльфийкой и чувствовала себя слегка неуютно. Слегка сильно. — Так значит ты свидетель нападения на Хелген? — начал разговор мужчина с диадемой, сидящий на большом стуле, я недоуменно моргнула. Если они и так все знают, для чего я здесь? Видимо, у кого-то есть ноги подлинее и попроворнее моих. Но стоит признать, что к двенадцати утра, пока я выспалась, многие уже могли доложить ярлу про Хелген и без меня. — И там действительно был дракон? — продолжал он. — Простите, а как вас зовут? — неприлично вот так, не познакомившись, о чем-то толковать. Тем более, мне к ярлу нужно. — Балгруф, — выдал нахмуренный, недовольный мужчина, а я поняла, что это и есть ярл. Значит будешь Богданом, так проще, — подметила я. — Да, там был дракон, своими глазами видела, смотрите, — я выставила руку вперед, — у меня царапина, меня имперцы казнить пытались, а потом Димон, ой, то есть дракон, меня спас и всех там раскидал, правда деревню немного поджог, но ноги я унесла через какие-то подземные ходы, меня Брат Бури вывел, права мне не очень хочется его братом называть, он симпотный, а я не приветствую инцест, все-таки не «Игра престолов».       В помещении воцарилась тишина, я недоумевала. Не хватало сверчков. Взгляд Богдана прямо-таки выражал незаданный вопрост: «Ты дурочка или что?». — Почему мы должны тебе верить? — омрачненным голосом нарушил тишину ярл. Поспешила я с выводами, решив, что все в этом мире сговорчивые. — Если я вру — пусть порвется моя розовая кофточка, — не будем уточнять, что моя любимая кофта красного цвета, — или…или пусть сломается ноготь, — я выставила вперед руку и посмотрела на своих новые ногтики со стразиками, которым срок — неделя. От плохой перспективы аж голова закружилась, а по щеке покатилась скупая слеза.

***

— Эх, — тяжелый вздох.       Вот что я такого сказала? Какие все обидчивые. Нужно быть проще и люди потянутся, а то сидят все в своем дворце как напыщенные индюки.       Я сидела на неудобной какой-то кушетке в подземелье, а на душе тоска зеленая. Меня второй раз за два дня хватали какие-то упыри и тащили непонятно куда.       Со всех сторон каменные стены, почти непроглядная темень. Один жалкий факел освещал темноту, не особо удачно. Но хватило что бы я смогла разглядеть обшарпанный комод без каких-либо вещей в нем. Нет выходов из этой ужасной ситуации, а значит и надежды у меня тоже нет. Кто ж меня теперь замуж возьмет? Отсидевшую-то.       За решеткой послышались шаги, и я кинулась к ней. — Эй, красавчик, — я взялась руками за брусья решетки и уставилась на стражника, который шел мимо. Парень критически меня осмотрел. — Да, ты в шлеме, — насупилась я, — но красивый же, я чувствую. — Допустим, — стражник сложил руки на груди, — что дальше? — Подойди, — шепнула, он настороженно сделал шаг, — ближе, — когда бедный паренек подошел чуть ли не вплотную к решетке, я сняла с него шлем. Мысленно окрестила Шреком и надела обратно. Не вариант. Объект соблазнению не подлежит. А просто уговаривать его выпустить меня — не прокатит. Я ж не идиотка, все понимаю. Но снова бегло оглядев свое временное пристанище я слегка призадумалась с выводами на счет своего умственного развития. Как же так? У меня же айкью сто пять.       Я понуро поплелась к дряхлой кушетке и откинулась на ней. Стала пробирать в голове моменты из своей старой жизни. Хорошо было. Никаких тебе драконов, никаких стражников с Богданами галимыми. Чем я заслужила темницу? Не била же никого и не воровала. Вроде.       Собственно, почему я сюда попала? Раньше, когда я задавалась вопросами типа «почему?», «что делать?», «можно ли есть цукаты с дверки холодильника?», особо не углублялась в тему, а тупо гуглила. Там умные люди уже все на форумах порешали со своими идиотскими советами. Но не примени Господь зайдете на форумы с мамочками, не надо, если не хотите узнать какого цвета какули чужих детей.       Не знаю, сколько я провалялась в отключке, но опомнилась когда стражник схватил меня за руку и потащил к выходу. Всучил в руки мои вещи, велел переодеваться и возвращать мешок, который все это время был на мне вместо одежды. Я лишних вопросов не задавала и не жаловалась, четко выполняя указания, не хватало еще, чтобы передумали отпускать.       Оказавшись на улице и вдохнув свежий, а не затхлый, как в темнице, воздух, я радостно улыбнулась и взглянула на небо. В этот момент желудок скрутило от сильного голода, и я, подпирая его рукой, поплелась в сторону рыночной площади, огибая ветхие домишки. Несмотря на то, что Вайтран теперь вызывал не самые теплые эмоции, а здешняя власть — тем более, я не могла избавить себя от надобности быть тут, я не имею представления о других городах в принципе. Даже примерно в какой они стороне. А после истории с волком не очень хочется разгуливать по здешним лесам одной, а значит придется пока кантоваться тут.       По пути случайно зацепив одного стражника, я получила совет — пойти в таверну. Он и правда был дельным, хотя совет и сопровождался словами о том, что я неважно выгляжу. Тоже мне джентельмен.       Насколько я знаю, таверна это что-то типа отеля, в котором кормят, а это именно то, что мне нужно. Если честно, я уже готова траву есть.       В «Гарцующей кобыле» по людям было не густо: девушка, стоящая за стойкой, видимо, работающая здесь, парень с барабаном и аватар, как я их называю, наяривающий с кружки что-то уже с вечера.       Костру в помещении я уже не особо удивлялась. В принципе, оно и практично, обогревателей-то нет, а проблема с холодными батареями не стоит даже как насущная: батарей-то нет. Комнату можно окрестить даже уютной, если с натяжкой и условием, что я забуду про свой дом из прежнего мира. — Чем могу помочь? — при ближнем рассмотрении девушка за стойкой оказалась женщиной лет сорока на вид, ее бы даже можно было бы назвать симпатичной, не будь она такой замучанной. Скайрим и время не щадят даже красоты. — Поесть и комнату, пожалуйста, — при мысли о еде желудок издал звук бурлящей магмы, а женщина мило улыбнулась, стянула с меня пятнадцать монет, всучила тарелку с едой и проводила в комнату.       Жизнь, кажется, налаживается. Как мало мне теперь нужно для счастья… А ведь раньше хотелось богатого, красивого мужа, жизнь со всеми удобствами и отношение людей ко мне максимально такое, как хочется мне, без вариантов. Хотелось искренности, без взаимной от меня. Хотелось все, сразу и на блюдичке. В лучших традициях.       Сейчас же в голове совсем другие образы. Муж нужен сильный, который может постоять за себя, а главное за меня. Желательно, чтоб хребет не переломался, если на руки возьмет. На этом пока все. На счет всех удобств, тут отдельная ироничная тема. Искренность я вообще манала, мне бы выжить, не оказавшись с ножом в спине от каких-то упырей.       Дорогие парни, у вас прихотливая девушка? — Не беда! Нужно всего лишь запихнуть ее в Скайрим, где она переосмыслит все ценности, пока будет уматывать от волка, хотя, с другой стороны, если совсем уж избалованная, то будет бежать и орать чтоб вы ее спасали, параллельно с этим формируя вам претензии о своих драгоценных нервах, которые сгорели из-за вашей нерасторопности. Вообще, любая девушка должна понимать, что ебать парню мозг можно не чаще раза в неделю, ну или один раз в месяц, но масштабно. В остальное время нужно держаться, даже если очень хочется. Конечно, если вы не гигант самоконтроля, тогда можно обойтись вообще без ссор.       Ну это я уже отклонилась от темы. Я люблю подумать о всяких жизненных мелочах, сытая и довольная лежа в кроватке. Это то чувство, когда вы до усрачки устали, а теперь расслабились и кайфуете, прокручивая в голове моменты, что произошли за недавнее время. Наверное, первый раз за эти несколько дней я смогла расслабиться, полностью довольная собой.       Мысли о возвращении домой, в свой адекватный и понятный мир были очень заманчивыми, но сильно давящими на психику. Пока я даже примерно не представляла как это можно провернуть. Даже не смотря на то, что здесь есть магия, пока что я видела ее только в проявлении огнедыщащего дракона и всяких молний из рук.        Преобразив волосы в косичку и натянув на тело уже и не особо чистую украденную одежду, я двинулась к выходу. Я не знаю, что собралась искать, кроме приключений на жопу, но нельзя же сидеть в этой таверне днями, так и деньги закончатся.       Приглянулась промелькнувшая в голове идея пошастать за стенами города, помню, там тоже были дома и люди. И даже лошади припоминаются. Может быть, возле них и принцы шныряют. Хотя, такое себе удовольствие — встретится с принцем, которого интересуют кони, в таком случае я бы насторожилась и стала выискивать в чертах лица такого кадра черты Алексея Вячеславовича.       В общем, сельская атмосфера, хотя я со своей косичкой, не накрашенная тоже недалеко ушла. Этакая сельская колоритная дамочка с не замазанными тоналкой веснушками. Коромысла нехватает. И русской народной песенки.       Вот так, пританцовывая и размахивая руками я и набрела на повозку. С, судя по всему, вечно нахмуренным мужчинкой за штурвалом. — Вы кого-то ждете? — я захлопала ресничками, местами нарощенными, местами уже отпавшими, со своими. — Тебя ждал, залезай, — хмыкнул патлатый и уставился на меня. — Окей, куда едем? — так же безоружно ответила я. — А куда надо? — Кста-а-ати, — мне в голову пришла просто чудесная мысль на счет того, куда я могу наведаться, — вы случайно не знаете где пристанище Братьев Бури? Там еще Ралоф… э-э-э Буревестник еще, плотненький такой мужчинка. — А тебе зачем туда? Непристало такой хрупкой женщине ввязываться в войны, — высказался водила. Хотя его мнения не спрашивали! Какое нафиг не пристало? Какая хрупкая? Я могу и втащить, если разозлюсь. И вообще! Что за дискриминация? Даже ярла охраняет женщина! Что-то я не заметила в этом мире половой неравности. — Ладно, ладно, залезай, не пыхти там, — рассмеялся противный, а я даже не обиделась. Обидеть художника может каждый! Хорошо, что я не художник. — До Виндхельма — двадцать золотых, — мужик озвучил цену. Недорого, но не идеально. — Десять и я не донимаю тебя историями из жизни всю дорогу, — ответа не было несколько мгновений, а потом он расхохотался. — По рукам.