Упала, очнулась — Скайрим

      Дорога выдалась не самой приятной, мало того, что любые неровности на дороге печатались на моей пятой точке с помощью скамейки, на которой я подпрыгивала, так еще и холодно в какой-то момент стало неимоверно. Я продрогла, зубы стучали, но старалась обнимать себя руками и не унывать. В конце-концов, бомжи же как-то и зимой выживают, чем я хуже? Фактически, я сейчас тоже бомж. Кем-кем, а им я еще не была, неплохой был бы образ на костюмированной вечеринке, а то я обычно наряжалась в костюм зайки. Вот тебе и зайка, Алина, вот и конечная станция. Конечная… и конченная. Как говорится, из зайки в бомжа. Девочки обзавидовались бы, гадюки подколодные.       Приехали к Виндхельму мы затемно, шофер оторвал у меня от сердца обещанную плату и вытолкал возле конюшни. Да что ж такое? Одни кони.       С каждой минутой становилось все темнее и темнее, снег лупил как не в себя, я деревянной походкой, с поджатыми на ногах пальцами направилась в сторону каменной арки. Там меня ждал еще, по ощущениям, километр каменных стен по бокам и только на конце этого маленького, холодного круга ада находился вход в этот злосчастный Виндхельм.       Не обращая никакого внимания на стражников, я с покерфейсом и сжатыми зубами отворила ворота, проскальзывая внутрь. Я не знаю, кто тут у них ярл, а потому облапошить стражу как вайтранскую не получится, но стражники и не пытались меня останавливать. Хоть в чем-то этот злой мир мне благоволит.       — Вы приехали туда, где вас не ждут! — сначала я испугалась, что эта фраза кинутая в мой огород, но потом заметила кучку людей, стоявших немного дальше. Подслушивание входит у меня в привычку.       — Едите нашу еду, отравляете наш город своим присутствием и отказываетесь помогать Ульфрику, — продолжал пресовать эльфийку мужик в чепчике, а это хороший вариант если голову не помыл. Хотя куда там голове, представитель мужского пола и сам был не особо помытым.       В секунду у меня что-то щелкнуло в голове и пронеслось: «Ульфрик Буревестник… истинный король Скайрима…». Е-е-ептеть, почему-то в тот момент эта фраза как-то не воспринялась вообще. А сейчас что же получается? Я пришла проситься стать нахлебницей к истинному королю Скайрима? Недолго музыка играла, недолго Алина танцевала.       — Но это не наша война, поэтому мы и не встаем ни на чью сторону, — женщина попыталась успокоить буйного, вернув меня из раздумий в суть разговора. Начали закрадываться подозрения по поводу скайримского расизма.       — Так, может, эти серокожие не хотят воевать потому, что они — шпионы Империи? — попытался отслужиться перед дружбаном еще один участник беседы.       — Шпионы Империи? Ума лишился? — эльфийка возмутилась, а я вместе с ней, почему-то она вызывала эмпатию, в отличии от быдловатых мужиков, которые есть в наличии и в моем мире, просто эти без адидасовских штанов и не в макасинах.       — А вот сегодня ночью мы это и проверим. Мы знаем, как добиться правды от маленького шпиончика, — вот на этой угрозе у меня и подгорело. Хотя бедная пресуемая ничего не ответила, я не собиралась все так оставлять, в голове играла музыка из «двадцатого столетия фокс», а я как в замедленной съемке подошла к ним, представила на себе крутые солнцезащитные очки.       — Я сосчитаю до десяти и, если ты не уберешь свою мерзкую, гнусную, трусливую задницу с моего порога, я набью твои кишки пулями, — я поправила волосы, — а сейчас вы должны сказать «Ладно, Джони, я ухожу» и умотать отсюда, я ясно выражаюсь?       — Она ненормальная, идем отсюда! — потянул за руку братана второй расист, который без чепца. А лысому-то и голову мыть не нужно. Зло сверкая глазами они стали отступать вглубь города.       — Сдачу оставь себе, грязное животное, — зло зыркнула на прощание.       — Ты странная, — эльфийка тоже немного удивилась защитнице в моем лице, но в целом вражды по отношению ко мне не ощущалось.       — Знаю, — примирительно улыбнулась, — напоследок можно еще говорить «Решти не треба, тварюко», — женщина только недоуменно моргнула, — ладно, проехали, все равно прикола не поймешь, — и стало так тоскливо, кто ж теперь будет понимать меня? Вся моя жизнь прошла не здесь. Я вообще не должна быть тут, я не понимаю правил этого мира, все чужое, друзей нет, никого нет. Ведь дома наверняка все за меня переживают, шутка ли, так внезапно пропасть. А родители… Бедная моя мамочка.       Нет! Так не пойдет! Нельзя унывать! Я встряхнула голову и осознала, что моим конечностям не так много осталось до окоченения.       — Где здесь таверна? — обратилась к спасенной мною женщине, та лишь хмыкнула и кивнула в сторону вывески, висевшей у нее за спиной. Со вздохом ликования в связи с тем, что мое спасение находиться совсем рядом, я побрела в сторону помещения, мысленно взывая к наличию костра в таверне. Как же быстро человек может приспособиться.       По пути оглядела доступные взору черты города: много камня, много снега, все холодное и неприветливое. А люди тем более, ожесточенные какие-то. Впрочем, ничего нового. Закрадываются подозрения, что у всего Скайрима одна похожая харизма, вот только стоит проверить наличие евреев в местных лавках.       Больше выводов делать не хотелось, я быстро юркнула за дверь местного постоялого двора и меня обдало разочарованием. Тут было немногим теплее улицы, и я понуро поплелась к «барной» стойке.       — Это очаг и свеча, — начала женщина, стоявшая за стойкой.       — То-то я и вижу у вас только свечи, — тяжелый вздох, — а костер где?       — Наверху главный зал, а на первом этаже комнаты, что можно снять на ночь.       — Я сниму комнату на одну ночь, — всучила хозяйке десять монет, потом деньги за еду и грустно опустила взгляд во все пустеющий мешочек с деньгами. Завтра пойду искать Ульфрика. Все-таки не чужие люди, а то у меня абсолютно нет идей как подзаработать. Разве что одна…       — Вам случайно подавальщица не нужна? — я с надеждой взирала на женщину, а она оглядела меня неприязненным взглядом и скривилась.       — Милочка, нам самим денег мало, в Скайриме война, число путников сократилось, а с пьянчуг много не заработаешь.       — Неужели и сюда кризис добрался?       Совсем раздавленная, побрела в главный зал на второй этаж, чтоб хоть немного развеяться. Настроение быстро поднялось до метки «Давлю улыбку» когда там обнаружился камин и немного бесхозной еды.       — Милый мой, кто ж тебя тут одного оставил? — прошептала я рулету, который оказался позже сладким. Я присела возле камина и съежилась. Ну, думаю, из-за кражи сладкого рулета никто не расстроится. А если и да, то не надо было его оставлять! Вдруг ему одиноко!       Сам по себе этот «главный зал» не был шибко уютным. Потолок, конечно, не такой внушительный как в Драконьем Пределе, но холодному воздуху, все же, есть где разгуляться. Тем уютнее возле камина. Маленькие столики были расставлены не очень плотно, но и посетителями, судя по полученной информации, таверна не кишила.       Откинувшись на спинку кресла, я прикрыла глаза и блаженно улыбнулась. Сон начал морить и я нехотя поплелась в свою комнату. Завтра ждут новые… проишествия. Приключениями назвать это все язык не поворачивается.       На счет комнаты, выданной мне, ничего сказать не могу, как только добралась до кровати — отключилась, особо ничего не разглядывая. А как проснулась — обследовала комнату на наличие хоть какой-то одежды. И, слава Талосу, нашла. А что? Комната пока что моя, а значит и то, что находится в ней тоже мое.        В двойном комплекте одежды на улице уже было не так холодно. Хотя, прямо скажем, выглядела я не комильфо. Едва ли Ульфрику захочется иметь дело с оборванкой, но мы это исправим. Влюбим его в себя, а там уже и дела не будет в чем я.       В моем мире в любви мне не везло категорически. Это просто была унылая череда напыщенных индюков, менее напыщенные, которых я все же пускала в свое окружение, мне просто из раза в раз разбивали сердце. Не знаю, может я просто слишком влюбчивая. Уровень чсв-шности современных парней видно из космоса, хотя и девушки не отстают. Не скажу, что все такие, но со многими дело обстоит так.       Вдруг в голову закрались предательские мысли о том, стоит ли туда возвращаться? Несколько долгих минут именно эта идея будоражила мое сознание. Но готова ли я отказаться от всего комфорта, близких людей, любимой работы и навсегда остаться в враждебно настроенном против меня мире? Отказаться от инстаграма, сто грамм, депиляции, от косметики, любимой еды? Список можно продолжать до бесконечности. Нет, не готова. Это как принять другую веру. Я на это не способна. Я вернуть в свою зону комфорта и там и останусь. Нужно всего-то лишь найти Ульфрика!       Первым планом было прицепиться к стражнику, но не успела я и рта раскрыть, как мне выдали:       — Держись подальше от усадьбы Аретино. Это место проклято, — если бы не чертов шлем, я могла бы поклясться, что стражник сощурил глаза.       — Что? Почему? — Я была искренне обескуражена, но мужчина молчал как партизан, ничего не отвечая по этому поводу. Я так и стояла, забыв спросить об Ульфрике, пока он в гордой тишине шел к воротам из города. Это что?! Это вызов?! Стражник взял меня на слабо чтоб я не пошла к усадьбе Аретино? Никто не смеет мне указывать! Сразу после Ульфрика наведаюсь и в эту усадьбу!       Следующим человеком которого я остановила был мужчина по имени Каликсто. Тьфу ты, конечно, видимо, родители его не особо ждали, раз наградили таким именем, что лишний раз здороваться не захочется, чтоб язык не сломать. Он смотрел на меня с хитрым прищуром и ото всех моих вопросов отмахивался, приглашая к себе в музей. В момент, когда он меня схватил за руку и попытался потащить непонятно куда, я вышла из себя.       — Да я ж тебя русским языком попросила! — Вырвала руку из захвата, заехала ногой по мужской голени и зло прорычала: — Иди ты нафиг со своим музеем, Каглиста, мне нужно узнать где Ульфрик! Чтоб ему неладно было!       — Буйная ты какая-то, — Каглиста прижал руки к груди, в расстроенных чувствах, — Да в Королевском дворце он! Где же еще?       — Бляха! Точно! — ляпнула себя рукой по лбу, — Ладно, бывай, — я помахала ему ручкой, — И не смей приставать к девушкам, а то я тебя найду! — рявкнула на мужика, смотрящего на меня в священном ужасе.       — Не буду, обещаю, — сипло прошептал Каглиста.       Не стану вдаваться в подробности, как нашла Королевский дворец, но поблуждать пришлось. В конце концов, я просто зашла в огромную махину, чем-то напоминающую дворец, потому что рядом шныряли стражники, и я уверилась в том, что пришла по адресу. Не будут же стражники тупо стоять возле чьего-то дома.       — Он настоящий норд, — донеслось с конца зала, открывшегося для моего взора, когда я вошла в ворота королевского дворца. Не знаю, какие эмоции преобладали больше: то, что это был голос Ульфрика или что я снова попала на середину разговора. Вот не люблю я подслушивать… когда кто-то видит!       — Он образумится, — продолжал мой будущий муж, а я расплылась в улыбке. Естественно, как только я тебя захомутаю в нашей с тобой жизни все образумится. Нужна ли я Ульфрику? Это вопрос пятой, а то и десятой очередности. Сейчас я не нужна ему, это как бы само собой разумеющееся. Но он нужен мне. Все остальное — мелочи.       — Я не был бы столь уверен, — перечил ему второй мужской голос, обладателя которого я не могла хорошо разглядеть из-за довольно большого расстояния между нами. Впрочем, это можно быстро исправить. Я резвым шагом двинулась к говорящим.       — Мы перехватили курьера из Солитьюда, империя сильно давит на Вайтран, — рычащим голосом втирал что-то Ульфрику мужчина в странной одежде, похожей на Кигуруми-медведя. «Добрался кризис, доберутся и пижамы» — промелькнула мысль.       — И что по-твоему я должен делать? — Ульфрик.       — Если он не с нами, значит он против нас!       — Правильно! Кто не с нами — тот под нами! — Я широко улыбнулась и подняла кулак вверх. Мужчины синхронно повернули головы ко мне и моя улыбка немного сползла, но я ее тут же подтянула. Мои идиотские фразочки иногда мне выходили боком, стоит уже чему-то научиться после вайтранского подземелья. Но это уберет львиную долю самоиронии из моей жизни. Самоирония сменится самобичеванием, а оно мне надо? Горбатого могила исправит.       — Я тебя помню. По Хелгену! — Ульфрик меня вспомнил, а я просияла, сменив фальшивую улыбку на искреннюю, неужели мне рады? — Хочешь воевать? Поговори с Галмаром.       — Какой там воевать?! — Надула губки, — Я к тебе пришла!       — Ко мне? — Да, мне удалось удивить и истинного короля Скайрима. Он даже растерянно хмыкнул, улыбнувшись.       — А то! Когда война закончится Скайриму нужен будет наследник! — вывалила единственный веский аргумент, который смогла придумать, чтобы Ульфрик не выгонял сразу на улицу. Не могла же я заявиться со словами «Теперь я твоя женщина!», хотя вышло что-то очень похожее.       А он… А он! Расхохотался! Вот все мужики козлы!       — Стало быть, ты претендуешь на место моей жены? — Мужчина с лукавым блеском в глазах уперся спиной в свой «трон» и несколько долгих мгновений изучал меня взглядом. Включил обольстителя! Тоже мне! Хотя красивый, скотина.       — А шо? Не пропадать же добру, — решила действовать до конца, взобралась по нескольким ступенькам к сидящему королю и нагло уселась к нему на колени, под не просто изумленный, а ошарашенный взгляд самого Ульфрика, и не менее — всех находящихся здесь.       — Хочу сразу предупредить, главный в доме тот, кто громче орет во время ссоры, так что ты без шансов. Меня не зря прозвали домашним Гитлером.       — Кто такой Гитлер? — прошептали у меня возле уха, а я хитрюще улыбнулась, почувствовав руки, потянувшиеся обнимать меня за талию. Попался!       — Это неважно, — я слегка отстранилась и взглянула в зеленые глаза верховного короля Скайрима, — когда приступаем к свадьбе?