Дети подземелья

Наступили очень морозные, но солнечные дни. Обычно в такое время территория замка, особенно двор и лужайка у берега Чёрного озера кишела студентами, которые высыпали на улицу и упивались настоящей зимой. Старшие трансфигурировали свою обувь в коньки и разрезали ими ледяную корку озера, младшие лепили снежные крепости и играли в снежки, а некоторые просто прогуливались по территории и опушке Запретного леса, пока от холода не начинали неметь конечности. Но сейчас был только второй день Рождественских каникул, и Хогвартс пустовал. Лишь изредка можно было увидеть, как профессоры Говард и Слизнорт медленно шагают к школьным воротам и дороге, ведущей в Хогсмид. Или как Филч расчищает снег у парадной двери, а Миссис Норрис тем временем сидит на перилах лестницы неподалёку. Из студентов на каникулы в замке осталось всего шестеро – один с Пуффендуя и трое с Когтеврана. Со Слизерина остались Джаспер Хенсли и Розалин Мур. В первый день они почти не пересекались, потому что обоим требовалось время как следует выспаться и отдохнуть от минувшего семестра, и встречались они лишь дважды – в Большом зале за ужином и в Больничном крыле, где мадам Помфри давала им ещё один дополнительный урок перед практикой. Зато весь следующий день они провели вместе – гуляли по территории замка, по Хогсмиду, а в замок вернулись уже к вечеру. Джаспер по возвращению сразу же направился в совятню, чтобы отправить Елене записку с неправдоподобной причиной его отсутствия дома на Рождество и поздравлением. Солнце уже садилось, когда он бежал к замку, то и дело поскальзываясь на ледяной корке на тропинке, кутаясь в шарф и пряча руки в карманы чуть ли не по локоть. И уже представляя, какой холод будет ночью в Слизерине, он вошёл в замок и сразу свернул к лестнице на подземные этажи. С Роуз он столкнулся неподалёку от прохода в Пуффендуй и на кухню. - Ой… - пискнула она, налетев на него и едва не выронив из руки свёртки, которые несла с кухни, а затем усмехнулась. – Ты в порядке? У тебя такое лицо, будто ты… - Просто я таким родился, тут уж ничего не поделаешь, - со смешком ответил он. Роуз засмеялась, и больше ничего не спросив, пошла дальше по коридору к гостиной. Джаспер шагал рядом, и покосившись на кучу пакетов с едой в её руках, осторожно поинтересовался: - Ты съешь всё это одна? Девушка закатила глаза и покачала головой, но ответила она таким же беззаботным, даже немного весёлым тоном. - Пуффендуйцы и Когтевранцы не приходили в Большой зал вчера, да и сегодня вряд ли соберутся. И если мы тоже решим поесть в гостиной, эльфам не придётся тратить полдня, чтобы приготовить нам ужин. Джаспер хмыкнул. - Так ты теперь тоже озаботилась судьбой эльфов-домовиков? – Роуз снова закатила глаза, улыбаясь. – Смотри, не перегни палку. А то станешь как Грейнджер. Или Софи. - Софи Кинг? – переспросила она. – Подруга Джека? - Да, - ответил Джаспер. – Она решила отказаться от использования палочки, потому что её сердцевина – частичка убитого волшебного создания. Продержалась почти два месяца. - Что же заставило её передумать? - Её чай остыл. Она подогрела его при помощи чар. Роуз рассмеялась. - Василиск, - произнесла она пароль, и Джаспер следом за ней вошёл в гостиную, на ходу снимая верхнюю одежду. – Надеюсь, эльфы не сильно расстроятся, но это не только ради них. Розалин свалила на стол свои «припасы», и когда Джаспер уже хотел спросить, что она задумала, как она вытащила из бумажного пакета закрытую бутылку «Джонни Уокера» и протянула ему. - С днём рождения! Она улыбалась. - Мерлин… - рассмеялся Джаспер, держа в руках свой любимый виски. - Роуз, где ты это достала? Только не говори, что из заначки мадам Розмерты. Она легонько пожала плечами и отвернулась, стала разрывать бумажные пакеты с какой-то едой – он заметил только её любимые сырные гренки и лакричные палочки. Сам он тем временем разжёг посильнее камин, так как боялся, что Роуз в своей кружевной маечке и укороченных джинсах заработает обморожение. Хотя её это мало беспокоило. Она уже открывала «Уокера». Джаспер взмахнул палочкой, и на столе появились стаканы. - Надеюсь, ты не против? – сказала она, подняв на него ярко накрашенные глаза. – Я решила, что это несомненно повод для праздника. Ведь до тебя ещё никто не заканчивал Хогвартс в девятнадцать лет. - Очень весело, о-очень, - с упрёком проговорил Джаспер. Роззи засмеялась. Она, наконец, справилось с пробкой, и рука её потянулась к стаканам. Но вдруг она замерла. - Ты специально это сделал? - О чём ты? - Для кого третий стакан? Джаспер вскинул голову. Пару мгновений он остолбенело пялился на неё, затем на стаканы, которых было действительно три. Для кого. Для кого третий? Джаспер понял это сразу, и про себя оправдался тем, что он впервые после того, как не стало Майкла, оказался с Роуз наедине в такой обстановке. И уж тем более после того, что она наговорила ему всего пару дней назад. Не то чтобы он думал, что нельзя никому говорить о своих чувствах, но Роуз явно его ошарашила этим. И что с этим знанием ему делать он понятия не имел, но всё же не собирался использовать это в своих целях. Однако после того, как он заклятием заставил треклятый лишний стакан исчезнуть, Роззи снова повеселела, и остаток вечера его внимание было приковано к ней даже больше, чем к виски. И когда ей надоела тоскливая магловская песня, воющая «…sing me to sleep», она встала с дивана, на подлокотнике которого утроился Джаспер, и подошла к тумбе в углу, где стоял проигрыватель, он неосознанно пошёл следом. Количество выпитого алкоголя уже сказывалось - копаясь в пластинках, Роззи слегка пошатывалась и иногда глуповато улыбалась. - Кажется, Бирс увезла с собой «Салемцев»… Вот чёрт… Джаспер издал громкий смешок, и Роуз обратила на него прищуренный взгляд. - О, не будь как Райт, пожалуйста. Они не так уж и плохи. - Да я не против, - пятернёй зачесав волосы назад, и упершись руками в столик, ответил Джаспер. - Просто я не понимаю, как помешательство на них так быстро приобрело столь внушительные масштабы. Вот например ты. Роззи выбрала пластинку и вытащила её из обложки, и глянула на него, слегка изогнув брови. - Ты за что их любишь? Она задумалась на несколько секунд. - Этот голос. Всё дело в нём. Джаспер поморщился. - И что в нём такого? - Просто он кажется мне знакомым. Будто я давно его знаю. Будто он всегда где-то рядом. И когда я слышу их песни, то чувствую, что это мой старый друг поет специально для меня. Он словно хочет сказать – «что бы ни произошло, мой голос всегда будет звучать для тебя». Это чувство, его ни с чем не сравнить. Понимаешь? Джаспер внимательно слушал каждое её слово, затем отодвинул стоящий рядом с ней стакан с недопитым виски подальше. - Кажется, тебе уже хватит. Розалин игриво улыбнулась, и в одну секунду опустила игру проигрывателя на пластинку и врубила его на полную громкость. Стены гостиной будто затрещали, а всё вокруг стало подпрыгивать и качаться. На самом деле, качаться стало всё вокруг, потому что Роуз схватила его за руку и утащила его на середину комнаты, где было больше всего свободного пространства. Если бы на её месте был кто-то другой, то он тут же остался бы без рук. Но ей Джаспер позволил это сделать. Да и себе позволить что-то подобное он смог впервые в её присутствии.

«All I ever wanted All I needed Is here in my arms Words are very unnecessary They can only do harm…»*

Музыка грохотала, извивалась и билась об стены. Спустя всего минуту они яростно громили собственную гостиную, разбрасывали всё вокруг, в танце носились по лестнице и по комнате. Всё это здорово помогало выпустить пар. Танцуя и кружась с новой открытой бутылкой в руках, Розалин то и дело роняла что-то на пол - книги, статуэтки и чернильницы, сбрасывала с диванов подушки и раскидывала их по всей комнате. Она прыгала так, что идеально причесанные волосы растрепались, бледные щёки порозовели. Роуз, пританцовывая и подскакивая, поманила его к себе, протянула вперёд руки, и Джаспер схватил её и быстро закружил, прижал к себе и оттолкнул так резко, что она отскочила в сторону и тут же запрыгнула на диван. Она прыгала и вертелась так яростно, словно хотела разломать этот диван и всё вокруг себя. Джаспер на ходу поймал бутылку, которую она перебросила ему, но тут же отставил её в сторону. - Прыгай! - крикнул он. Роуз разбежалась и прыгнула Джасперу на руки, обхватив его руками и ногами. Он поймал её, покрепче ухватил под коленками и закружился на месте так, что Роуз завизжала и зажмурилась. Но потом, не справившись с собственной координацией и алкоголем в крови, Джаспер оступился, а Роуз решила предотвратить падение, схватившись какой-то древний гобелен, но в итоге содрала его со стены, а они повалились на пол. Вот только падая, Джаспер покрепче сжал её, чтобы взять удар на себя. И теперь, когда они оказались на полу, оба взмокшие, растрёпанные и тяжело дышащие, она всё ещё обхватывала его бедрами и руками, и была в этот момент слишком близко, чтобы не поцеловать её, и он это сделал. Мозг совершенно отключился. Роуз выдохнула, жадно запуская пальцы в его волосы. Они целовались, больше кусая и хватая, чем лаская, дёргали друг друга за волосы и одежду, и сцеплялись опять, снова и снова, пока Джаспер не упёрся рукой в пол, чтобы не упасть, и ему в ладонь не воткнулся кусок стекла разбитого стакана. «Для кого третий стакан?» - Эй вы, двое, - они одновременно замолкают и оборачиваются на голос Майкла. – Почему я опять не участвую в разговоре? Нашли третьего лишнего? Он будто стоял позади них. Это заставило Джаспера резко отстраниться от Роуз. Он выдохнул. Розалин смотрела на него, грудь её тяжело вздымалась, губы дрожали. Это продолжалось секунд пять. А потом она сорвалась с места и почти бегом устремилась к лестнице. Джаспер пару секунд просидел в мучительной звенящей тишине, а потом со всей силы врезал рукой по каменной кладке пола. - Стой, Роуз, - крикнул он ей вслед. – Роуз! Дверь её комнаты захлопнулась у него перед носом. Щёлкнул замок. Ему стоило больших усилий в ту же секунду не разнести в щепки этот кусок дерева. Она должна была открыть её, должна была, чёрт возьми, выслушать, что это не из-за неё. Что она не причём. Просто он…идиот. Джаспер стиснул зубы и со всей силы ударил кулаком в дверь. - Открой, - процедил он, не сомневаясь, что она услышит. – Роуз! Тишина. Он снова заколотил кулаком по двери, рискуя сломать себе пальцы. - Открой эту чёртову дверь! Надо успокоиться... Взять себя в руки. Джаспер в последний раз саданул кулаком по двери, и развернулся, прислонившись к ней спиной. Мысли до этого напоминающие ураган, постепенно замедлялись. Ему ещё никогда не приходилось трезветь так быстро.

***

Стефан трансгрессировал прямо в коридор. Вид у парня был такой, будто он только что проснулся. - Лорси! – позвал он. Лорен уже ждала его, и сразу вышла навстречу. - Привет, - улыбнувшись, сказала она. – Спасибо, что отозвался так быстро. - Ещё бы! В твоей записке на одно предложение было три слова «срочно». Мерлин, я уж думал, у тебя тут армия инферналов или вроде того… Лорен засмеялась, хотя ей польстило, что Стефан был готов прийти на помощь, даже если речь шла об инферналах, которые его самого приводили в ужас. - Будь спокоен, Райт, всё не так серьёзно. Она пригласила Стефана пройти в гостиную, и войдя, он сразу же плюхнулся в кресло и закинул ноги в драных джинсах на подлокотник. - Рассказывай, что у тебя стряслось? - Ничего особенного, - ответила Лорен. Она утроилась на диване, поджав коленки. – Просто моей блудной мамочке вздумалось устроить рождественский приём. Она даёт бал в своём новом поместье. - И для кого этот бал? – хмыкнув, поинтересовался Стефан. - Чистокровных, видимо, - Лорен закатила глаза. - Твоя мама решила устроить парад зомби? - Нет, Райт. Речь идёт о живых. - Значит, на этом балу будет очень мало гостей. - Я так не думаю, - Лорен кивнула на журнальный столик, на котором лежало приглашение на её имя. К нему прилагался список гостей. Весьма внушительный список. Райт удивлённо охнул. - И ты позвала меня, чтобы… – Я хочу, чтобы ты сопровождал меня, - осторожно произнесла Лорен. Он медленно кивнул два раза, будто ждал продолжения. - Пожалуйста. - Бал, значит… - Да. - То есть, я должен буду надеть фрак и всё такое… - Да. Райт цокнул и покачал головой. - Это всё мне как-то не по душе. - Ты что, отказываешься? – огорчённо проговорила Лорен, уставившись на него. - Похоже на то, - он пожал плечами. - Райт, пожалуйста! Я не просила бы тебя, если бы это не было так важно, и я… - Готова умолять меня, чтобы я согласился. Девушка шумно вдохнула и стиснула зубы. - Если хочешь, - сказала она, вмиг изменившись в лице. Райт задумчиво почесал подбородок и вздохнул. - Я должен подумать. - Стефан! - Ладно, - хохотнул Райт. – А почему я? Чего не позвала Никки? - Это несколько неуместно, учитывая, что совсем недавно мы… Что мы уже… - Так это правда, - хмыкнул Райт. – А я не воспринял это всерьёз. - Зря. Всё действительно кончено, - сказала Лорен, не совсем довольная тем, что разговор перетёк в такое русло. – Конечно, это не значит, что мы никогда не станем разговаривать, да и вообще... Просто теперь всё будет как раньше, и только. Но просить его об этом…Нет. Райт помолчал. - К тому же Линетт не обрадуется, увидев его со мной. Да и вообще, увидев кого-то из Альто. - Как будто их осталось так много, - усмехнулся Стефан. Пару секунд они угрюмо молчали. – Ну, бал так бал, - сказал Райт, вставая с кресла. – У меня ещё дел полно, так что давай закончим с этим побыстрее. Когда и куда мне надо явиться?

***

Уилтширские леса были известны среди волшебников своими зарослями дьявольских силков, наверно, поэтому местность вокруг дома выглядела так недружелюбно. Хотя никто из гостей не представлял, что всего месяц назад этот большой, помпезный двухэтажный особняк вплотную обступали деревья, одичавший кустарник, а к парадным дверям вместо дороги вела лишь разрытая земля. Теперь заброшенная территория превратилась в замечательный парк, а к дому шла расчищенная и ярко освещённая фонарями тропа. Лорен и Стефан шли ко входу не спеша, хотя вечер, очевидно, был в самом разгаре. Нижний этаж дома был озарён ярким праздничным светом. В окнах мелькали фигуры, а у самых парадных дверей стояли эльфы-домовики. Лорен чуть крепче сжала пальцы на локте Стефана. Они поднялись по мраморной лестнице, и попали в холл, совершенно пустой, если не считать бра на стенах и двух широких лестниц, ведущих на галерею второго этажа. Справа были двери в зал, где, очевидно, и проходил приём, а слева почти не заметная, из дерева того же оттенка, что панели на стенах, узкая дверь в гардеробную. Туда и провёл их эльф, открывший им парадную дверь. Стефан снял пальто и взял у Лорен её коротенькую шубку, и она тут же оглянулась на зеркало. Простое чёрное платье в пол сидело на ней на удивление изящно. Однако оголённые плечи, от волнения покрывшиеся мурашками, едва не портили весь вид. Лорен сняла с волос красивую заколку, и выпрямленные блестящие тёмно-каштановые пряди заструились по плечам. Так было привычнее. В зал, где проходил приём, поместились бы два Больших зала Хогвартса, по меньшей мере. Полы и стены из дерева золотистого оттенка отражали в себе каждую свечу, каждую лампочку гирлянд, которые увивали стены и камин. Пахло печеньем с корицей и хвоей, раздавались плавные звуки классической музыки. Ближе ко входу располагались круглые столики с белыми скатертями, и у каждого столика были установлены декоративные деревца, сплошь покрытые снегом и завешанные фонариками. Туда-сюда сновали эльфы с подносами, полными напитков. Огненный виски и шампанское переливались на свету, точно расплавленные драгоценные камни. Гостей действительно было очень много. Традиционное чистокровное сборище в дорогих нарядах и бриллиантах, с лицами, скованными фальшивой любезностью. Абсолютно все, кто подходил к Лорен и Стефан, смотрели на них одинаково, произносили одни и те же слова, задавали одни и те же вопросы, разве что реакция на ответы отличалась – иногда она менялась с «Превосходно!» на «Великолепно!». Они даже одинаково восхищались роскошью приема, и одинаково заговорщически шептались, обсуждая хозяйку поместья и её мотивы войти в светское волшебное общество. Среди гостей были и знакомые лица – например, Лорен узнала сестёр Гринграсс и мадам Забини с сыном. Они со Стефаном обменялись сдержанными приветствиями с бывшими товарищами по факультету. Впрочем, Райту было знакомо гораздо больше гостей, и судя по его отстранённому виду во время беседы с ними, он не гордился этими знакомствами. Он держался великолепно, как будто эта обстановка была для него привычной. Лорен было несколько сложнее держать лицо, не запинаться и не спотыкаться о подол собственного платья, не смотря на уверенный в себе вид. Они медленно прохаживались по залу, отвечали на приветствия и украдкой высматривали эльфов, разносящих напитки, когда Райт заметил в толпе гостей Эдриана Пьюси и Миллисент Булстроуд. - Потрясающая публика, ты так не считаешь? – проговорил Райт, чуть наклонившись. Не смотря на одолженные у Блэр туфли с высокими каблуками, Лорен всё равно была ниже него дюймов на десять. – Странно, что здесь нет нашей Платиновой королевы. Малфой-мэнор ведь совсем не далеко отсюда. Лорен, хмыкнув, едва заметно кивнула и в очередной раз огляделась. Тогда она заметила Линетт. Она находилась в самом отдалённом от входа углу зала, у огромной рождественской ели, и беседовала с какой-то вульгарной старухой в красной мантии. Ткань её наряда, словно расплавленное серебро, струилась до самого пола, а плечи и грудь облепила не то паутинка, не то мелкий узор из серебристого кружева. Шею и запястья украшали бриллиантовые колье и браслеты, а волосы были собраны в сложную высокую прическу, лишь несколько завитых прядей обрамляли лицо. И снова – в её взгляде, голосе и жестах ей виделось что-то поистине королевское. Лорен невольно переполнялась гордостью от того, что эта королева - её мама. Но в то же время, она понимала, что заблуждалась, думая, будто они похожи. Теперь Лорен казалась самой себе лишь жалким её муляжом. Поэтому слова Стефана она не сразу приняла на свой счет. - Отлично выглядишь, кстати, - сказал он. – Даже очень. Ох, не будь это ты, я бы… - Не продолжай, - Лорен сдержанно засмеялась. - Хотя на мой взгляд, кое-чего не хватает. Ты позволишь?.. Лорен не успела и рта открыть, как Райт оказался за её спиной, а в следующий миг шеи и ключиц коснулось что-то холодное – серебряная цепочка и её медальон. Она восторженно посмотрела на Стефана. - Откуда он у тебя?! - Ты его потеряла в Хогвартсе, а я нашёл. - Я уж думала, что больше его не увижу. Спасибо, - горячо поблагодарила она, и добавила, после секундной паузы. - Не только за это, но и что согласился пойти со мной, да и вообще… - Брось, - Райт улыбнулся краешком рта. – Я ведь создан для того, чтобы блистать на публике. Это тебе спасибо за эту возможность. Лорен улыбнулась, и кажется, впервые за этот вечер - искренне. - Ну, раз так… Идём, представлю тебя своей матушке. Она взяла его под руку отработанным за этот вечер жестом, и они медленно направились в сторону Линетт, время от времени улыбаясь кому-то из гостей, приветствуя кого-то, кого видели в первый и последний раз – просто потому что так было принято. Временами на Стефана и Лорен таращились, не стесняясь, и обсуждали их, не понижая голоса. «Это ведь наследник Райтов, вы узнали его? И дочь мадам Бирс», «Они помолвлены, стало быть?». Они прошли мимо двух колдуний, одна из который прошептала им вслед «Недавно он унаследовал целое состояние, вы слышали?», - и Лорен заметила тень, пробежавшую по лицу Райта. Ему явно всё это надоедало. - Кстати, ты тоже очень хорош собой сегодня, - проговорила она. - Как и всегда, - самодовольно хмыкнув, подтвердил Райт. Аккуратный, причесанный, надушенный дорогущим парфюмом и – действительно, как и всегда - неприлично обаятельный. Недавно он подрезал слишком отросшие волосы и теперь падающие на лицо пряди пятерней зачесывал назад или на бок. Совсем как Джеймс, - вдруг промелькнуло у неё в голове. Лорен вздохнула. - Не будь это ты, я бы… - Продолжи, - процедил Райт. - Умоляю, продолжи. Лорен было трудно сдержать смешок, но они уже подошли к Линетт, а потому она поспешила спрятать эмоции. - Благодарю вас, мадам, вы очень добры, - ласково проговорила Линетт старухе, и та медленно удалилась, всё ещё произнося какие-то комплименты и восторги в адрес хозяйки поместья. - Мама, - обращая на себя внимание, произнесла Лорен. Это слово до сих пор звучало неестественно, оно всё ещё было новым в её лексиконе. - Лори, - Линетт улыбнулась ей и перевела взгляд на Стефана. – Ты, должно быть, хочешь представить мне своего спутника? - Конечно, - с максимально милым для себя видом отвечала Лорен. – Мой друг Стефан Райт. Мы вместе учимся в Хогвартсе. Линетт протянула ему руку. - Очень рада с тобой познакомиться, Стефан. В этот момент Лорен машинально опустила взгляд на левое предплечье Линетт. Она всегда носила длинные рукава, и только сейчас девушке удалось увидеть, что на её бледной, ровной коже виднеется лишь тонкий витиеватый шрам. Чёрной метки, которую Лорен ожидала увидеть после рассказов Александра, не оказалось. - Взаимно, мадам, - проговорил Райт и галантно чмокнул её ладонь. - Лорен столько от вас рассказывала... - Правда? - Линетт удивленно посмотрела на неё. - Нет, - отрезал Райт. Пауза длилась всего секунду, но этого хватило каждому, чтобы почувствовать себя не в своей тарелке. - Что ж, Стефан… Позволь выразить тебе соболезнования. Я слышала, что недавно произошло с твоей семьёй. Это ужасная трагедия. - Не стоит, - небрежно улыбнувшись, сказал Стефан, не обратив внимания, что Лорен в замешательстве переводит взгляд с него на мать. – Я не был близок со своей семьёй. - Напрасно, - отвечала Линетт. – Один человек как-то сказал мне одну очень важную вещь: «Семья – это последнее, что у нас остаётся». - Так вы поэтому бросили свою дочь на десять лет? Обычная пауза в разговоре превратилась в напряжённое молчание и ожидание. Лорен медленно вдохнула, судорожно пытаясь придумать, как разрядить обстановку, но Стефан сделал это сам. - Здесь подают шампанское? - О, разумеется, - ответила Линетт. - Талли! К ним подошёл домовой эльф и нёс поднос с бокалами, над которыми сама по себе летала бутылка и разливала напиток. - Прошу меня извинить, - поклонившись Лорен и Линетт, Райт взял наполненный бокал, отошёл от них в угол, где стоял большой старинный граммофон. Когда Лорен снова перевела взгляд на маму, та опустила глаза, сдерживая снисходительный смех. - Извини за это, - проговорила Лорен. – Уверена, он не собирался грубить. На самом деле, он замечательный, и… - Брось, - Линетт улыбнулась и неопределённо взмахнула ладонью. – Мне встречались люди гораздо хуже. А если ты считаешь этого молодого человека своим другом, то мне наплевать, насколько хороши его манеры. Шампанское? – предложила она. – Или ты хочешь чего-то другого? Должна заметить, у нас великолепный виски. - Виски? – Лорен, усмехнувшись, приподняла брови. – А ты не разочаровываешь. Репутация безответственной матери крепнет. Линетт ответила коротким смешком. - Думаю, мне не следует забывать, что ты уже давно повзрослела. К тому же, ты должна доверять мне, - сказала она, и положила руку ей на плечо. Лорен невольно вздрогнула, не только от прикосновения, но и от того, что в тот момент у Линетт был очень странный взгляд… - Ты должна мне доверять, - повторила она немного тише. Лорен кивнула и глубоко вздохнула, надеясь, что ей удалось сохранить спокойный и уверенный вид. На её удачу, в этот момент музыка в зале заиграла громче – начался медленный, плавный вальс, и гости постепенно переходили от столиков с закусками в центр зала и разбивались на пары. - Кажется, пора танцевать, - увидев на прежнем месте у граммофона Райта, сказала Лорен. Видимо, он и сделал музыку громче, чтобы привлечь её внимание. - Конечно, - Линетт и отняла свою руку от её плеча. – Наслаждайся праздником. Мы увидимся немного позже. Лорен ответила на её улыбку, и направилась к Стефану, думая, что именно тогда – когда настанет это «позже», после приёма, стало быть, - она и сделает то, зачем приняла приглашение Линетт. Стефан подал ей руку, и через миг они затерялись среди прочих пар. - Не сердишься? – усмехнулся Райт. - Нисколько, - ответила Лорен. - Не многие держались бы лучше тебя, говоря о своей семье с человеком, который, возможно, причастен к их убийству. - Ты заметила шрамы? – едва дослушав её, спросил Райт. - Да. - Кажется, это похоже на… Секундная пауза. Серые глаза встречаются с золотисто-карими, и в них одновременно проскальзывает одна и та же догадка. - Непреложный обет, - произнесла Лорен. - Именно. Кому. Когда. Для чего. Есть предположения? - Есть. Одно хуже другого. Например… - Лестрейндж. - Вообще-то, я думала не о нём, но… - Нет, - прошипел Стефан, крепче сжав её ладонь. – Я говорю о том, что он здесь. - Что?! - Не оборачивайся. Не смотри туда Райт продолжал медленно вести её в танце, в то время как она старалась не запаниковать. - Ох, чёрт… - выругался Райт, то и дело поглядывая куда-то поверх ей головы. Ей большого труда стоило сдержаться и не оглянуться. – У нас серьёзные проблемы, детка. Она поняла, что имел ввиду Райт, когда они сделали круг, и Лорен, выглянув из-за его спины, увидела, как Линетт беседует с каким-то незнакомым ей мужчиной. Он был высок и худощав. Каштановые с проседью волосы собраны в хвост, широкие острые скулы покрыты щетиной, а взгляд… В нём явно читалась жестокость. По коже прошёл мороз. Лорен представила, каково Линетт стоять к нему так близко, говорить с ним. Затем ей бросилось в глаза другое: одет Рабастан был явно не так, как полагается являться на бал – его ботинки оставляли на чистом полу мокрые следы, измятая чёрная мантия застёгнута под горло. Но вот что странно – никто из этих чопорных мумий даже не оглянулся в его сторону. А ведь здесь было по меньшей мере человек двадцать из бывших сторонников Тёмного Лорда. Неужели они не узнавали его?.. - Ты тоже заметила? – прошептал Райт, наклонившись к её уху. - Только мы его видим. - Но он здесь явно желанный гость, судя по тому, как сердечно беседует с ним мадам Бирс. «Ты должна доверять мне». Лорен захотелось бросить эти слова на пол и растоптать их. - Всё это явно не совпадение, - процедила она. - Надо уходить отсюда. - Поздно, - сказал Стефан, излишне широко улыбаясь ей. – Улыбнись, детка. Они следят за нами. Лорен подчинилась не думая. Затем Райт снова зашептал ей на ухо. - Наши волшебные палочки во внутреннем кармане моего пиджака. Попробуй вытащить их так, чтобы они не заметили. - Это как же? – раздражённо, но глупо улыбаясь, спросила Лорен. Стефан взглянул ей в глаза и усмехнулся – это была его естественная усмешка, а не спектакль. - Сделай вид, что обожаешь меня. Лорен тут же прильнула к нему, отняла ладонь от его плеча и медленно провела по груди, слегка прикрыв глаза. Она чуть всё не испортила, запаниковав – он ведь не сказал, в каком именно кармане! – но ей повезло. - Есть, - сказала она, когда держала в руки обе рукояти, и незаметно передала Стефану его палочку. Они медленно, будто продолжая танцевать, стали продвигаться в сторону дверей, но в какой-то момент Лорен поймала на себе взгляд Линетт, а затем и Лестрейнджа. Это было ошибкой, но она остановилась. Этот взгляд, он буквально пригвоздил её к полу. Это был будто транс, она не могла пошевелиться. А Лестрейндж смотрел на неё – сначала с любопытством, затем с непониманием, а потом… Потом его взгляд ясно дал понять, что если она останется на месте, то жизнь её продлится секунд пять от силы. Лестрейндж только вытащил палочку из кармана мантии, как она уже применила к нему обезоруживающие чары. И напрасно. Заклинание отскочило от него. От него, а не от чар, которыми он защищался. Она попробовала ещё раз, но результат был тем же. Значит, оставалось только рвать когти, и поскорее. Стефан выиграл для них несколько секунд тем, что взорвал шикарную хрустальную люстру, висящую в центре зала, и Лестрейнджа оттеснила от них толпа напуганных гостей. Что ж, хотя бы в одном Линетт не солгала: это действительно был всего лишь приём, а присутствующие там – кроме Лестрейнджа, конечно – всего лишь гости. Они недоумевающе озирались на Лорен и Стефана, которые едва не сносили их, унося ноги. - Бежим, бежим, бежим! – закричал Райт, хватая её за руку – в следующий миг на верхней ступеньке, туда, где мгновение назад была Лорен, ударило заклинание, подняв фонтан льда и камня. Кто-то что-то кричал, волшебные палочки плевались в небо заклятиями, и казалось, что вот-вот будет наложен щит, и они не смогут трансгрессировать. Но видимо, Лестрейнджа снова что-то задержало. Они чудом успели. Однако перед глазами Лорен всё ещё видела пресное, ничего не выражающее лицо Линетт, каким оно было в тот миг, когда она в последний раз посмотрела на неё.