Человеческий вид

Почти все ребята спят, всего несколько человек заканчивают вечерние процедуры и ложатся на полный желудок. Кормят здесь однообразно, зато сытно. Подхожу к своему спальному месту. Как сладко спит Беллами на верхней полке соседней кровати… Напротив меня, на первом этаже Мёрфи. Кстати, почему это он на нижней полке? — Ты переехал? Ты же вроде был надо мной? — не поняла я логики его поступка. — Я, знаешь ли, тебя немного побаиваюсь после сегодняшнего, — беззаботно пояснил Джон. — Вот как. Я не кусаюсь. Зря ты так. — Проверять, знаешь ли, не хочется. Ты непредсказуемая. Я тебя боюсь. — Беспочвенные страхи! Я же ничего такого не сделала! — наигранно возмутилась я. — Тебе периодически срывает башню! И не хотелось бы быть рядом в такие моменты… — Я тебя правда так сильно напугала? — спокойно спросила я. — Да… Я был так беспомощен, ты знаешь, это чувство — ты не можешь двигаться и говорить, и на помощь к тебе никто не спешит. Жуть, — стряхнул голову Мёрфи. — Ты сказал мне сегодня кое-что, помнишь? — спросила я уже серьёзно. — «Кто не понял своего прошлого — вынужден пережить его снова», — повторила я слова. — Ты запомнила? — удивился Джон. — Думаешь, на этот раз человечество усвоило урок? Я про радиацию и прочую хрень, которая пыталась нас убить. — Не думаю. Сама же видишь, в какой мы ситуации. Хотя, если Горные люди нас отпустят с миром, я изменю, своё мнение на этот счёт, — ответил Мёрфи и лёг головой в мою сторону. — Пройдёт время. Наши потомки заполнят планету, снова. Будут ли они помнить, через что пришлось пройти их предкам? — Вряд ли. Я вот почти ничего не знаю о Второй Мировой Войне. А ведь она была. И погибло много людей. Они отдавали свои жизни ради нас, а мы не помним их имён, всё забыли. Нам просто некогда думать об этом. Каждый день — сплошная полоса препятствий, где одна награда — жизнь. И это нормально. Что там было пару тысяч лет назад? Кто сейчас вспомнит? Нас забудут, как и тех, кто жил до нас. Все эти земляне, кто вспомнит, что они девяносто семь лет жили на этих землях, любили, воевали, растили детей? Никто. — Я буду помнить, — тихо сказала я и отвернулась в другую сторону. Спокойно, Кэтт. Не реви. Не реви, бесхребетная! — Кэт, я знаю, что ты плачешь. Прости. Зря я про землян. Может, среди них и были неплохие парни, я не знаю. Не расстраивайся. — Всё в порядке, Джон. Ты прав. Человек неисправим. Мы забудем. Всё забудем. — Я не забуду, как ты спасла меня от землян, Кэтт, — сказал Джон серьёзно. Я повернулась и посмотрела с непониманием. — Когда это я тебя спасала? Ты нас спас всех, не говори только, что это не так, ты твердишь об этом по сто раз на дню, я сама слышала. — Я не о том. Если бы ты не попросила Лексу отпустить меня, то я бы не пошёл искать помощи у Горных людей, мы бы все погибли. — Возможно. Но спас нас именно ты. — Я спасал не этих придурков, что храпят сейчас со всех сторон. Я хотел сдержать слово, спасти Шарлотту, ты просила… — Спасибо. Я не забуду. Ты мой друг, Джон Мёрфи, только тебе бы я доверила свою жизнь. — Друг? Приятно это слышать. У меня не было друзей, только приятели, дружки. И все они чуть не убили меня за первый побег. — Забей на них. Ты правильно поступил. Сначала нужно спасти свой зад, а после и всех, кто зачет спастись. Ты это доказал, ведь мы сейчас все здесь, живые и относительно здоровые. — Рад, что хоть кто-то это понимает. Но, ты почему-то всегда поступаешь против этого простого правила. — Да. Но, я девушка, что с меня взять? Открою тебе секрет, Джон, у нас, у человеческих особей женского пола, настроение меняется по сто раз на дню, в лучшем случае. Наши эмоции, бывает, не дают нам мыслить логически, в отличие от вас, мужчин. Мы импульсивны. Важную роль играет и материнский инстинкт. Это заложено самой природой. Хочется спасти всех и каждого. — Да. Даже землян. Прости… Не будем об этом. — Да. Не стоит говорить плохо о тех, кто больше не с нами. — Можно личный вопрос? — Валяй. — Как ты относишься к Беллами? — Не понимаю вопроса. — Он к тебе неравнодушен. С первого вашего знакомства. Но он такой гордый, никогда не признается в своих чувствах. Тебе стоит к нему присмотреться. — Думаешь, это сейчас уместно? Время сейчас неспокойное, мягко сказать… — А когда? Хочешь ждать до очередного конца света? Сейчас или никогда. Завтра мы можем умереть. Чего ждать? Слышишь, меня, Беллами? Я знаю, что ты не спишь, хватит греть уши, сделай уже первый шаг! — беззаботно сказал Джон. — Чёрт! — выругалась я после последней его реплики и закрылась одеялом с головой. Стыдоба! Что теперь подумает обо мне Беллами? Чёрт! Мёрфи, скотина! На следующий день я старалась не попадаться на глаза к Блейку, но учитывая то, что мы все были в одной комнате, было не просто избегать встреч. — Я хотела поблагодарить тебя за то, что ты спасла Атома, — сказала Октавия. — И что ты так долго делаешь в уборной? Не привыкла к новой пищи? Это нормально, я тоже маялась с животом первые дни. Так вот, спасибо, в общем. — Не за что, Октавия. Рада, что у вас с Атомом всё в порядке. — Я боялась, что не смогу поблагодарить тебя. Мёрфи был так уверен, что ты мертва. — Мне повезло, что Джон оказался человеком слова. — Да. Я не ожидала от него подобного поступка. От кого угодно, но только не от Мёрфи! — Он не так плох, как кажется. — Да. Идём? — Да, — нехотя поплелась я в комнату. — Чем займёмся? — спросил Джаспер, спрыгнув с кровати прямо перед моим носом. — Осторожно! — прикрикнула на него Октавия. — Да ладно тебе, чего кричишь, — нехотя отреагировал Джаспер. — Я скоро сдохну со скуки! — он свалился плашмя на первую попавшуюся кровать. — Свали с моей кровати! — крикнула Рэйвен.- Брысь! — девушка скинула его на пол. — Ай! — почёсывал свой затылок захватчик чужих кроватей. — Чего такого-то? Все же свои. И вообще, Финн мне разрешает! — Финн! — рычала девушка. — Ты тоже? — пришла в бешенство Рэйвен, увидев, как что-то выпало из кармана Джаспера. Коллинз скрылся из вида. Мимо со всех ног пронёсся Монти, чуть не уронив меня на пол, но я успела отскочить и свалилась на кровать. Уэллс даже не обратил на это внимания, взял в охапку Джаспера и помчался следом. Атом тоже не отставал, виновато посмотрев на Октавию, поспешил за своими дружками. — Что тут происходит? — сказали мы с Кларк одновременно и побежали за ними. Парни закрылись в туалете, вход преградил Беллами. — Вам лучше этого не видеть! Они больше не будут, я уже поговорил с ребятами, — стал нести какую-то чепуху Блейк. — Вы обещали! — кричала на брата Октавия на брата. — Сколько можно? — Я достану тебя, Финн! Когда-нибудь ты выйдешь, и мы серьёзно поговорим! — шипела в дверь Рэйвен. — А ты! — обратилась девушка к Беллами. — Прикрываешь их! Зачем? — Да что тут происходит? — не понимала я. — Они притащили с собой на гору «орешки джаспера» и втихую их употребляют! — злилась Рэйвен. — А почему вы злитесь? Это же лёгкий наркотик, — не могла понять я реакции девушек. — Так они не делятся! — пояснила Харпер. — Втихую тратят стратегический запас! Мы взяли с собой небольшой мешочек, когда шли на войну, а эти придурки всё забрали себе, и делиться не хотят! Мы, видите ли девочки, нам вредно! Я сделала жест рука-лицо и пошла к себе. Пора нам всем валить отсюда, пока не поздно…