Человеческий вид

— Можешь убрать свои игрушки, — сказала Индра на первой тренировке. — Они больше тебе не понадобятся. Вот возьми, — кинула мне в руки свой меч. Я, конечно же, его не поймала, подняла тяжеленный кусок железа под хохот землян, которые они пришли полюбоваться на это зрелище. Хотелось бы и мне быть в качестве зрителя… — Стойка. Это основа, — говорила женщина. — Но, тебе и это ещё рано, — бросила воительница, наблюдая за тем, как тяжело я дышу, держа меч двумя руками. — Сначала научись держать оружие нормально, тогда и займёмся тренировками. Я, тяжело вздохнув, пошла прочь. А точнее в некое подобие спортзала, где можно подтянуть физическую форму. Подобное помещение нашлось в бункере, вот только его облюбовал земляне… Я не обижалась на слова Индры. Я действительно очень слаба, но в последнее время было, мягко говоря, не до тренировок. Теперь же свободного времени у меня вагон и маленькая тележка. Ну что же, начнём… В спальню после душа и тренировок я приходила, как выжитый тюбик от зубной пасты, это когда выдавил всё до последней капли, но если разрезать, хватит ещё на два раза… короче тяжело прошли первые дни. Беллами тренировки были не нужны, он не потерял форму за время пребывания на этой планете, а стал ещё сильнее и выносливее. Поэтому приходилось заниматься вместе с землянами, которые, то и дело, смеялись над тем, как я еле-еле делаю тридцать подъёмов в минуту… Эх, далека я от спорта, далека… Иногда компанию мне составляли ребята из КНС, но это было редко, они работали в бункере и обучали землян, как поддерживать работу некоторых приборов. Мы дорожили тем, что имели. Эдем — это наша мечта, и неизвестно, исполнимая ли. А вот бункер — это наше настоящее, без него мы бы все умерли этой зимой. — А ты упёртая, — сказал мне Линкольн на двадцать пятой тренировке. Он приходил сюда раз в пару дней и занимался по несколько часов, иногда гонял некоторых землян, которые приходили поглазеть на то, как небесная девчонка пытается поднять меч и продержать его хотя бы пять минут… — Я целеустремлённая, — поправила я Линкольна, убирая штангу на место. Прошёл почти месяц после моего фиаско с Индрой. Каждый день, открывая глаза, я шла в спортзал и занималась физическими нагрузками по несколько часов. Было тяжело. Нет. Было невыносимо тяжело. Нет. Было так ужасно, в первые дни! Я хотел плакать, убежать куда подальше, забиться в угол и никогда его не покидать! Но мысли об Эдеме и мирной жизни заставляли вставать с тёплой кровати, через боль и слёзы, и идти работать над своим бренным телом… И вот спустя три недели, я могу собой гордиться. Я стала сильнее физически. Теперь, я смогу держать трёхкилограммовый меч в своей руке, или даже в обеих одновременно… — Я передам Индре, что ты готова, — сказал землянин, отжавшись двести раз от пола. Он даже не запыхался. Да, я завидую… И что с того? — Спасибо. Но не мог бы ты показать мне парочку основных моментов? Я устала быть посмешищем для всех вокруг. — Ты не посмешище, — серьёзно сказал воин Трикру. — Нет. Я посмешище. Сейчас ко мне относятся терпимее, но если я буду такой же неуклюжей на общественных занятиях Индры, твои люди намекнут Лексе, «что такую неумёху как я, стоит держать подальше от поля боя, иначе враги умрут от смеха, и не с кем будет воевать…» — Ты преувеличиваешь… — Нет. Мне вчера так сказала Луна. — Я с ней поговорю, — сжал кулаки землянин. — Это была шутка. Я не обижаюсь. Так ты поможешь? Луна мне кое-что показала, но этого недостаточно, чтобы впечатлить Индру. Вот Беллами это да, он её любимчик. Мне даже завидно. Три недели занятий, а он уже достиг «уровня пятнадцати летнего землянина» — процитировала я Индру. — Я же ещё на уровне пяти лет. И то, полагаю, что Индра и этого не даст… — Хорошо, показывай что умеешь, — сдался Линкольн и начал тренировку. Впечатлить Индру я не смогла, но и смешки за спиной прекратились. Я думала, что первые дни тренировок были самыми тяжелыми… Как же я ошибалась! Индра была беспощадна. Она заставляла заниматься по пять часов в день, иногда и по два раза. Моё тело превратилось в один сплошной синяк. Я не чувствовала рук, ног, пальцев, спины, попы. Кажется, что болит абсолютно всё тело. Но это давало свои результаты. Спустя месяц, я могла выдержать десять минут в бою с Беллами, но думаю, что он поддавался, всё же он был любимчиком Индры и обучался очень быстро, это мне нужно было объяснять всё по десять раз, прежде чем до меня дойдёт. С Линкольном я тоже тренировалась, он показывал мне свои приёмы, благодаря которым я всё же смогла победить одного из воинов землян. Тогда, мной уже занялась Лекса. Она находила для меня час, чтобы обучить своим умениям. Всё-таки она выиграла Конклав, круче неё только помидоры. Ну и Луна, конечно же… Эта девушка занялась мной в последние недели весны. Тогда я была «уже почти воином» — сказала девушка. — Ты дерёшься так, как будто боишься причинить мне боль, — говорила Луна во время тренировки. — Ты должна быть беспощадной к своим врагам. — Но ты не мой враг, — оправдывалась я, отбивая очередной удар. — А ты представь! — снова наступала девушка. — Представить что ты мой враг? Нет. Я лучше пойду, повешусь. Ты лучшая среди землян. Это даже Лекса признаёт. Куда уж мне, — говорила я, лёжа на земле. Девушка уделала меня за минуту. Вот так удача. Раньше я и пять секунд бы не продержалась. — Вставай! — Я устала. Дай мне минуту. — Своему врагу ты скажешь также? — Да. — Тогда ты труп. — Я уже труп. Ты мне чуть попу пополам не поделила. Дай передохнуть, — умоляла я. — Ты не выносима. Я сочувствую твоим врагам, — сказала девушка, присаживаясь рядом. — Мне говорили, насколько ты можешь быть безрассудна… — Анья? — Да. Зачем ты вышла к целому отряду воинов без какого-либо оружия? Ты хотела покончить с собой? Есть менее кровавые способы. — Ради своего народа и не на такое пойдёшь… — Да. Я бы всё отдала, чтобы спасти клан Флоукру, — тихо сказала девушка. — Жаль, что у них не было ни шанса. Надеюсь, что это был последний раз, когда пострадали невинные люди. — Ты безнадёжный оптимист, Кэтрин из КНС. Но есть ли смысл во всём этом? Зачем ты хочешь научиться воевать? Желаешь поквитаться с врагами? Ищешь внимание, уважение и славу? — Боже упаси! За кого ты меня принимаешь?! Луна, я делаю это по приказу Лексы, она хочет видеть в своих рядах воительницу, а не полудохлую улитку. — Только ради Лексы? — Нет, не только. Я хочу мира. Всегда говорила, что война это не выход. И сейчас не отказываюсь от своих слов. Но есть те, кто захочет уничтожить любого, кто посягнёт на Малую долину, я сейчас говорю не о Небесных людях и не о Горных нелюдях… — Мне говорили, что ты знаешь больше нас всех, но я не верила. Кто ещё? Кто враг Лексы? — Эти люди должны прилететь сюда только через пять-шесть лет, но всё идёт не по плану. Всё всегда идёт не так! Я ещё никому не говорила, даже Кларк, которая знает почти всё, не осведомлена. Это преступники из двадцать первого века. Они сейчас в космосе далеко отсюда, спят вот уже девяносто семь лет. Но они прилетят и проснуться. И тогда будет мясо. Эти люди захотят себе Эдем, любой ценой. У них есть все шансы победить. Я не знаю, буду ли жива к тому времени, но если что-то подобное произойдёт, у Рэйвен и Финна есть инструкция, я написала её на такой случай, ещё, когда мы были в плену у горных Нелюдей. Но они не открывали. Меньше знаешь, крепче спишь… — Мой сон тебя, очевидно, не волнует, — нервно улыбнулась Луна. — Лучше бы ты рассказала это Лексе, пусть ломает голову. — Сама ей расскажи, — ушла я от разговора. — Боюсь, что у Командующей ко мне нездоровый интерес… — Нет. Ты в этом плане её не интересуешь, — успокоила меня девушка. Я выдохнула, этого мне только не хватает… Фемслэш? Ктулху, упаси!!! — Тогда к чему столько внимания к моей скромной персоне? — Не могу сказать. Я дала клятву. Но если пропавшие люди столицы вернуться, она забудет про тебя. Не бери в голову. Отдохнула? Тогда поднимай свою задницу, продолжим делать из тебя война! — Я тут думала, — сказала Луна после тренировки за ужином в общем зале в бункере. — Стоит ли игра свеч? Зачем нам Эдем? В бункере есть всё, чтобы жить не голодая. Мы пытаем, убиваем, предаём. Притворяемся, что делаем что-то значимое, чтобы потешить своё самолюбие. Но это всё ложь. Война никогда не закончится. Всегда найдутся те, кто захочет забрать долину, если не Небесные люди, так Горные, если не Горные, так те преступники. Неужели мы будем убивать всех, кто захочет забрать наш дом, который даже ещё не наш? — Твои пацифистские взгляды мне близки. Но с этим надо обращаться к Командующей. Вопросы войны и мира решает человек с пламенем в голове, не я. Мы дали присягу Лексе. Я верю в её мудрость, и пойду за ней, какой бы выбор она не сделала. — Будешь убивать себе подобных? — Если придётся… Или ты, или тебя. И на этот бункер найдутся желающие, Луна. Мы должны защищать свой дом. Свой народ. Мир, где каждый будет добр друг к другу, где не будет войн, это — утопия. — Считаешь, что это невозможно? Человечество вообще достойно жить? Может, стоило очистить планету от нашего присутствия? — серьёзно спросила девушка. — Друг мой, — взяла я Луну за руку. — Что за крамольные мысли бродят в твоей рыжей пушистой головке? Не пугай меня. Человек, конечно, сволочь порядочная, но есть и исключения, достойные, такие как ты. Ты, Луна из Лодочных людей, не стала убивать подругу на Конклаве. Ты всегда была миролюбивой, но в тоже время очень сильной личностью. Буколический образ жизни это конечно хорошо, но сейчас, это непозволительная роскошь. Мы должны заслужить мир и покой… — Но это не правильно, «воевать ради мира — это как трахаться ради девственности» или убивать убийц. — С этим не поспоришь. Но к несчастью, человеческая история доказывает, что война — это обычное состояние человечества; что людская кровь должна проливаться повсюду на земле, и что мир для любого народа, является лишь передышкой. Мы воюем на протяжении всего нашего существования. Это естественно. Но это неправильно. Сейчас мы будем воевать за свой дом. Земля принадлежит землянам, а не Небесным людям. Судьбу Малой долины должны решать вы. Но возможно, мы сможем решить всё мирным путём. Может, Небесные люди останутся жить в космосе, а заключённые никогда не проснуться, — мечтала я. — И всё же меня пугает эта двуличность человека, — сказала Луна после тренировки. — «Как можно плакать над увядающим цветочком, а потом идти и выпускать кишки своим соседям?». — Это болезнь, Луна. Полагаю, общественная шизофрения. За годы эволюции человек набрался альтруизма, способностей к сопереживанию и милосердию. Но какой от этого толк, если есть люди, готовые уничтожить наш покой, наших людей, нашу семью? Чтобы всё это защитить, придётся заткнуть свою совесть. — Заткнуть совесть? Тогда чем мы будем отличаться от Горных нелюдей, Кэтт?! — Главное не переступить границу. Защита, вынужденная жестокость и бессмысленное истребление, геноцид. Во всём нужна гармония…