Человеческий вид

Дорога осветилась яркими фарами. Нас ждали. Около машины стоял Макрири, Гайя, Телониус Джаха и шофёр, чьё имя мне неизвестно. — Почему ты её не связал? — подошёл к нам Пакстон. — Хотя я сам. Меня грубо дёрнули за руку. — Эй, полегче, — взвилась я. — Полегче? Ты угрожала моему ребёнку! С тобой у меня будет долгий разговор, — предвкушающее говорил бывший наёмный убийца. Я грустно улыбалась, пока он забирал моё оружие и связывал руки тугими верёвками. — Придурки! Даже оружие у неё не забрали! — ругался мужчина, затягивая последний узел. — Она добровольно пошла, не оказывая сопротивления, — заступился за меня Шо. — Она почти победила на Конклаве, Майлз! Двадцать четыре лучших бойца своими железными палками! Не думаю, что ваше оружие, которое вы, идиоты, убрали, остановило бы эту хитрую тварь! Он грубо запихнул меня в машину. Присутствующие молчали. Понятно, кто тут главный… Все заняли свои места. Машина направилась в сторону Малой долины. — Майлз, пожалуйста, пристегни меня, — прошептала я, но Макрири первый меня услышал. — Да, пристегни её, Шо. Она нужна мне живой. Я обменяю эту ведьму на полковника. Или убью, — сквозь зубы процедил Пакстон. Парень молча выполнил приказ и уставился в окно. — Как прошли переговоры, Джаха? — прервала я молчание в машине, задав вопрос лидеру Небесных людей. Телониус молчал. — Гайя? — снова молчание. Девушка смотрела в пол и о чём-то думала. — Неужели никто со мной не поговорит? — Я им запретил, — подал голос Макрири с переднего сидения. — Ты будешь разговаривать только со мной. Ты рада? — А то. Всю жизнь только об этом и мечтала, — улыбнулась я сквозь зубы. — Мы найдём общий язык, — издевался мужчина. — Непременно, Пакстон. Непременно. — У меня есть для тебя подарок, — сказал мужчина и достал электрический ошейник из своей сумки. — Шо, надень на девчонку. Знаешь, Винд, что это? Тебе понравится, я уверен. — Чудесная вещь, — процедила я, когда на шее раздался щелчок. — Хочешь, покажу, как работает? — Не стоит. У меня хорошее воображение. — Но я всё же покажу, — злорадно сказал мужчина и нажал на пульт. Ощущения были не самые приятные. Этот электрошокер первого класса, парализатор, мощностью более девятисот тысяч вольт вызвал у меня паралич конечностей, болевой шок и потерю сознания на полчаса. Я потеряла ориентацию пространства, сознание полностью перевернулось. Одновременное сильное мышечное сокращение вместе с подавлением нервных сигналов головного мозга вызвало резкое понижение уровня энергии, питающей мускулы (божечки, чего только не нахваталась, общаясь с Рэйвен и Фином!), проще говоря, я просто лежала и не могла пошевелиться от невыносимой боли во всём теле. В голове было пусто. Произошла перезагрузка мозга. Боль напомнила мне, что всё это реальность… — Ну как тебе? — спросил Пакстон, когда я очнулась. — Бодрит. — Да. Я помню эти незабываемые ощущения, команда Элигий-4 умела заставить работать три сотни Заключённых. — Вы вылечили болезнь лёгких? — спросила я первое, что пришло мне в голову. — Откуда? Хотя… Да. Жители Ковчега были столь любезны, правда, Джаха? — Спасти жителей Полиса, чья это была идея? — перебила я пытавшегося открыть рот Телониуса. — Ты задаёшь слишком много вопросов, детка. Хочешь, чтобы я снова нажал кнопку? — разозлился Пакстон. — Да, ладно, Макрири. Мне, правда, интересно, кто додумался использовать ночную кровь? Кто этот гений? Чья это была идея? — Наша с Дийозой. Она придумала план, я воплотил его жизнь. Правда, пришлось спасти попутно пару тысяч дикарей, чтобы получить образцы ночной крови. Но теперь, когда зима забрала большую часть жителей Малой долины, среди которых большинство землян, всё встало на свои места. Нас осталось примерно по триста человек от каждого народа, — спокойно рассказывал лидер Заключённых, и не только. — Ты не потерял ни одного своего человека? — с удивлением в голосе спросила я, и даже повернулась в сторону Макрири. — Я услышал в твоём голосе уважение? Или мне показалось? — тем же тоном спросил мужчина. — Так это правда? Все три сотни Заключённых живы? — Да, — медленно произнёс Пакстон. — Выражение твоего лица бесценно! Ты не знала? — Нет, — медленно произнесла я. — Хоть что-то ты не знаешь… — Зима была тяжёлым испытанием, — вступил-таки в разговор Джаха. — Почти все мои люди погибли. Я делал всё, что в моих силах, но когда пришла лихорадка, руки у всех опустились. Как вам удалось выжить, Кэтт? Мне не удалось поговорить с сыном… — Благодаря общим усилиям, Телониус. Мы разделили бункер и обязанности с землями. Вступили в Коалицию. Стали тринадцатым кланом. Дети-преступники, которых вы отправили умирать на Землю, оказались умнее своих родителей. Они объединились с Командующей Лексой, делились всем со своими соседями. Так и выжили. — У вас нет будущего. Эта Лекса не сможет возродить цивилизацию. Эта дикарка не способна управлять, — зло сказал Макрири. — А ты сможешь? — серьёзно спросила я. — Разве ты сама этого не видишь? Я контролирую Эдем, как вы называете Малую долину. У меня почти тысяча людей, которые пережили лихорадку, это самые сильные представители человечества. Тяжёлые времена объединили нас. Как только я получу свою дочь, живой и здоровой, можно будет подумать о возрождении человечества. Ты сомневаешься в моих силах? — Ну что ты, Пакстон. У тебя прекрасные планы на жизнь. — Так переходи на мою сторону, — серьёзно сказал мужчина, смотря мне в глаза. — Мне нужны умные осведомлённые люди, такие, как ты. Уничтожим дикарей вместе, КНС может присоединиться к нам, я не буду против. — Предавший раз, предаст и снова, Макрири. Ты не боишься, что я воткну тебе нож в спину? — Нет. Потому что ты не примешь моё предложение. Ведь так? — Не приму. — Но, ты всё же подумай… К полудню мы добрались до поселения Макрири. Меня разбудил Шо. Весеннее солнце нещадно пекло. Хотелось принять душ. Только и всего. Это был небольшой недавно выстроенный деревянный городок. Смесь культур. Заключённые охраняли и следили за общей ситуацией в городке. Земляне строили небольшие домики и не только. — Что это? — спросила я у своих сопровождающих, с трудом выбираясь из машины. В самом центре поселения строилось что-то громадное, двухэтажное. — Это штаб, мой новый дом, — с гордостью говорил Пакстон. — Похоже на замок. Хорошо живёте, — присвистнула я, представляя, какое красивое здание получится. Оно было уже почти достроено. Быстро они, однако. — Это место называется Зелёный город. Большая часть жителей, живёт именно здесь, — пояснил Майлз. И правда, зелёный город. Весна только началась, но трава уже пробивалась из земли, почки на деревьях готовы вот-вот распуститься. — Что делать с девчонкой? — спросил один из приспешников Макрири. Это был землянин, отвечаю. Длинные волосы, борода с кольцом на конце и татуировка на правой стороне лица. Наверное, он из Ледяного народа… Только винтовка через плечо портила этот образ. — Дай ей работу потяжелее, Атол. Хоть она и наш пленник, но лишние руки нам не помешают. Если будет капризной, выдрессируй, — бросил слова Пакстон, отдал пульт от ошейника и удалился вместе с другими лидерами. Или со лидерами? Или подчинёнными? Как назвать Гайю и Джаху? Они вроде и лидеры своих людей, но последнее слово всегда за Макрири. Точнее любое слово всегда за Макрири. — Шевелись! — толкнул меня мужчина в сторону тропинки, которая уходила в пролесок, на юг. — Да иду я, иду. Не толкайся. — Погори мне тут. — Ты из Азгеды? — задала я вопрос, переступая через поваленное дерево. — Да. Воин. Был посланником при короле Ниа. — Да, политика милитаризма и экспансии до добра не довели эту властолюбивую женщину. — Что с ней? — Тебе интересно? Ниа погибла в горе Везер, Лорелей ставила над ней опыты, опыт был неудачным, королева Азгеды погибла от радиации, но перед этим очень долго мучилась, такой судьбы даже я бы ей не пожелала. Я думала, ты, Атол, подчиняешься Макрири. — Всё поменялось, Кэтрин Винд. Макрири спас нас. Теперь мы служим ему. — А как же Командующая Лекса? — Она не смогла нас спасти. От Ледяного народа осталось всего семьдесят человек в Малой долине. — В Тондисе ещё сотня из клана Азгеды. Те войны, что пошли за Лексой в тот роковой день. — Я знаю, Гайя нам рассказала, что войско Командующей пережило зиму. И я рад. Надеюсь, что когда-нибудь мы объединимся, — грустно сказал мужчина. — Аминь, — прошептала я, взобравшись на пригорок. Передо мной предстала живописная картина. Люди, человек так сорок, скорее всего из Небесного народа, пахали поле с помощью какой-то самодельной техники. Остальные, полагаю земляне, коих было не меньше сотни, расчищали землю руками, работа лопатами и другими пахотными изобретениями человечества. Чуть в стороне располагался корабль Гагарин. Туда-сюда сновали люди, делая видимость работы. — Здесь ты будешь работать, — сказал Атол, развязывая мне руки. От верёвок на коже остались синие следы. Я растёрла их и взяла предложенную лопату. — Ошейник может, снимите? Солнце так сильно печёт. Он же расплавит мою шею… — взмолилась я. — Не расплавит. Ты здесь не одна в оковах. Посмотри, — воин Азгеды указал пальцем в сторону. В паре сотен метров от нас землю копало пара десятков человек. Все они были в ошейниках, но, похоже, это не доставляло им дискомфорта. — Кто они? Почему вы держите своих же людей в кандалах? — не понимала я. — Преступники. Убийцы, насильники, воры. Зима была очень тяжёлой… Но мы всем даём второй шанс. Идём, — он подтолкнул меня в их сторону. Мы подошли. — Это — Кэтрин Винд, знакомьтесь, — говорил Атол. — Она будет работать с вами. — Не лучше ли отправить девку на кухню? — раздался незнакомый голос. Я повернулась. Передо мной стоял принц Азгеды Роан с винтовкой через плечо.