Человеческий вид

До леса я добралась очень быстро, если бы не караульные на каждом углу, которые замучили своими вопросами — кто, куда, зачем; добралась бы ещё быстрее. Как только покинула окрестности города, перешла на бег, больше всего, я боялась не успеть… Добралась до стоянки землян, её построили, как перевалочный пункт, чтобы собирать дрова для Тондиса, раньше на этом месте была деревня Трикру, жители которой бесследно исчезли, и сегодня неожиданно объявились. В поселении всё было тихо и спокойно, люди заканчивали свои дела и расходились по хижинам, их было не очень много, не больше пятнадцати человек, Шарлотты среди них, к сожалению не было. Заходить и здороваться я не стала, увидев огни неподалёку, направилась туда. Меня, очевидно, уже ждали. Я шла на запад, но огни удалялись от стоянки всё дальше и дальше. Пришлось пройти не одну милю, прежде чем я, наконец, приблизилась к своей цели. Первой я увидела Шарлотту, она стояла около дерева и тряслась. — Кэтрин, — плакала девочка. Я бежала к ней, но путь мне преградил один из Заключённых. Их татуировки ни с чем не спутаешь… — Не так быстро, — сказал мужчина, целясь девочке в голову пистолетом. Я выхватила меч и приставила к горлу его напарника, всё произошло за доли секунды. — Отпусти девочку, — говорила я спокойно. — Вам нужна я? Я пришла. Пусть Шарлотта идёт в стоянку землян. Не стоит впутывать в эти дела ребёнка. — У меня другой приказ, — ответил Заключённый. — Макрири передумает, свяжись по рации с его шофёром. Он даст другой приказ, — спокойно говорила я. Шарлотта плакала и жалась к дереву. — Ладно. Свяжись, — мужчина кивнул третьему напарнику, тот отошёл в сторону и о чём-то говорил по рации. Всего Заключённых было четверо. Двое других стояли позади и наблюдали за тёмным лесом, боялись, что я привела подмогу… — Понял. Так точно, — закончил разговор мужчина и подошёл. — Девчонка может идти, а ты останешься, Кэтрин Винд, или мы убьём её, — он указал оружием на девочку. — Без лишних движений и криков. — Иди, Шарлотта, — спокойно сказала я, крепче прижимая оружие к горлу Заключённого, чтобы он не выкинул чего-нибудь. — А ты? Как же ты, Кэтт? Я не оставлю тебя. Эти люди не оставят тебя в живых, — плакала девочка, прижимаясь к дереву. Темнота была кромешная, факел в руке моего заложника давал мало света. — Дай ей факел, — сказала я второму, что держал оружие и рацию. — Она не дойдёт в темноте. Он нехотя отдал источник света. — Иди, Шарлотта. Иди в лагерь. Я вернусь. Не беспокойся обо мне. Вот возьми, — я сдёрнула с шеи медальон. — Я вернусь за ним. Храни его для меня, хорошо? Обещай мне, Шарлотта, что сбережёшь его. Он мне очень дорог. Я победила в четвёртом туре конклава. А победу пятого отдала Луне. Сохрани его для меня. Хорошо? — спокойно спросила я девочку. Я говорила уверенно, чуть сама не поверила в свои слова. — Хорошо. Но обещай, что вернёшься, Кэтт, пожалуйста, — вытирая слёзы, говорила Шарлотта. — Я вернусь. Вы моя семья. Иди, — кивнула я девочке. — Как только дойдёшь до лагеря подай сигнал. Поднимись на самую высокую точку и помаши факелом, а потом потуши. Хорошо? — Да. Я поняла. — Иди. Девочка нехотя пошла в сторону лагеря, постоянно оглядываясь назад. — Может, уберёшь эту острую штуку от моей шеи? — спросил мой заложник. — Мы отпустили девчонку. — Как только Шарлотта будет в безопасности, уберу, а пока помолчи. Спустя двадцать минут девочка помахала факелом и затушила его. Я медленно убрала оружие за спину. — Что теперь? — безразлично спросила я у Заключённых. Теперь, мне действительно было всё равно. Хотелось только, чтобы этот день поскорее закончился. — Макрири будет ждать нас на пути в Малую долину. Давай руки, я их свяжу, — сказал мужчина и достал верёвки. — Что за детский сад? Зачем это? — воспротивилась я. — Чтобы ты не попыталась сбежать. — А смысл? Макрири контролирует Малую долину. В его руках люди Командующей. Я не дура. Идём, я замёрзла. На минуту Заключённый задумался. — Ночь на дворе. Я буду спотыкаться, и тормозить всех. Даю слово, что не буду пытаться сбежать, — сказала я, потирая озябшие плечи. — Она права. На улице дубак, — вступился за меня темнокожий парень. — Нас четверо, что она сможет? — Ладно, идём, — сказал мужчина, но не убрал пистолет. Мы шли через буреломы не долго, спустя час вышли на дорогу и прибавили шаг. — Возьми, — протянул мне куртку тот парень, что вступился за меня. — Ты замёрзла и еле идёшь. — Спасибо, Майлз. — Мы знакомы? — Нет. Но я слышала о тебе. — Макрири рассказал? — Нет. — И что же ты слышала? — Ты помог устроить восстание на Элигий-4. Освободил Заключённых. Вот только они убили весь экипаж. Но ты был им нужен и тебя оставили в живых. — Мне тоже о тебе много рассказывали. — Кто? — Земляне. Тебя помнят как ведьму, которую должны были казнить в день, когда Командующая Лекса пошла войной на Сотню. — Я не ведьма, — поджала я губы. — По тебе не скажешь, — посмотрев на мой внешний вид, сказал парень. — Тяжёлый день? — Да. Конклав, знаешь, забирает много сил. Потом ещё и гости, на ночь глядя, угрозы, ночная прогулка. Насыщенный день получился. — Конклав? Гайя рассказывала мне о таких мероприятиях. — Ты знаешь Гайю? — Да, мы ехали вместе на машине в Полис. А ты её знаешь? — Её мать, Индру. Но, о её дочери слышала. — Она должна была приехать в Полис, как посланник от землян. С ней всё в порядке? — Да. Я видела её мельком. — Жаль, что мы познакомились с тобой в таких обстоятельствах, — сказал Шо. — Почему? Эту встречу я запомню на всю оставшуюся жизнь. — Мы бы не тронули девочку. Не думай о нас плохо. Мы не так жестоки. Я грустно улыбнулась. — Ты, Шо, может быть бы и не стал. Но твои приятели не ослушались бы приказа Макрири. Разве не так? Парень молчал. — Я так и думала. — Мне, правда жаль. Вы похитили Дийозу, это был ответный удар. — Вы убили наших разведчиков. — Ваши люди пришли на нашу землю без предупреждения. — Ты слишком долго спал, Майлз. Земля больше не ваша. Малая долина принадлежит землянам. Они пришли на свои земли, а вы их убили. — Ты права. Но мы защищали наш дом. — Эдем слишком тесен для всех? Неужели там не хватит места ещё для полторы тысячи человек? Парень молчал. — Зачем я нужна Макрири? — прервала я тишину. — Заложник. Ты ценна, как для Коалиции, так и для КНС. Шарлотта многое о тебе рассказала. Ты выиграла конклав, значит, стала ещё ценнее. Ты многих интересуешь, Кэтрин Винд. Пайк просил привезти тебя живой, как и Джаха. Так ответь мне, что им всем от тебя надо? Почему им всем нужна именно ты? — Не знаю. Плохого я им не сделала. Майлз, почему ты здесь? Неужели не нашлось солдат выполнить эту грязную миссию? Тебе бы управлять Гагариным. А не вот это всё… — перевела я тему разговора. — Мне нашли замену. Но отрабатывать пищу я как-то должен… — Понятно. Как жизнь в Эдеме? — Не лучше, чем сто двадцать пять лет назад. Лидеры управляют. Солдаты подчиняются. Земляне готовят почву к посеву. Небесный народ лечит и строит. А Заключённые охраняют границы. — Как у вас всё слаженно. — Так было не всегда. Как только мы приземлились, были стычки и не только. Когда мы были в космосе, нас было много. Мы были единым народом, но как только все спустились на Землю, человеческое нутро взяло вверх. Нас всего осталось девятьсот человек, Кэтрин. Мы перебили друг друга за эти три месяца, голод, холод, ограниченность ресурсов и сделали своё дело. Много невинных погибло. Но к концу зимы, когда нас итак осталось мало, пришла лихорадка, она скосила очень многих, в том числе и детей. Тогда мы пришли к соглашению. Чтобы спастись, мы решили объединиться. Мы разделили власть. Так и живём. Пока Шо говорил, меня трясло. Я не знала этого… Их всего осталось девятьсот… Сколько же тогда погибло за эту зиму? — Мне жаль, Майлз. Я этого не знала. — Ничего. Нам всем пришлось не просто. Ты была в плену у Горных людей. Эти воспоминания не лучше. — Да. Но там было меньше пострадавших. Когда же это закончится? — Что? — Эти войны. Нас всё меньше и меньше. — Люди этого заслужили. Разве нет? — задал вопрос Майлз. — Не знаю. Это какой-то трэш. Чем Шарлотта заслужила это? — Всегда страдают невинные. Мы не можем этого изменить, Кэтрин. — У меня периодически получалось, до сегодняшнего дня. — Когда-нибудь это закончится. Война не может длиться вечно. Люди начали ядерную войну и запустили цепочку, последствия которой мы видим до сих пор. — Это не люди, Шо, — грустно улыбнулась я. — В смысле? — не понял парень. — Ядерную войну начали не люди. Это была прекрасная А.Л.И.Е. — искусственный интеллект. Нас было слишком много, по её мнению. Она хотела помочь планете. Минутка доброты и вот мы идём по тёмному безжизненному лесу, Майлз. — Я не знал, — тихо сказал Шо. — Теперь ты знаешь. Но разве что-то поменялось? Ядерное оружие создали люди. А.Л.И.Е. лишь сделала то, что должно было произойти рано или поздно. «В ходе всякой гонки вооружений, в конце концов наступает психологический момент, когда война является единственным средством освобождения от невыносимого ожидания катастрофы». — Да. Но это так грустно. Цивилизация погибла. Всё исчезло. Человеческий вид на грани вымирания. — Да. Хорошего мало. — Ты так спокойно об этом говоришь, как будто это пустяк. — Это пустяк, Майлз. Если кое-кто захочет, — я посмотрела на яркое звёздное небо. — Планету снова населят люди. Справятся и без нас. — Раньше ты хотела спасти всех, так мне сказал один землянин. Он был воином Лексы, ты предупреждала их о высшем пламени. Он тебе поверил и отправился в Полис, чтобы попрощаться с родными. Его звали Итон. Он умер от лихорадки пару недель назад. — Мне жаль. — Разве теперь тебе не всё равно, что станет с человечеством? — У меня не осталось эмоций, Майлз, на сегодня, по крайней мере. Мне жаль всех погибших. Но если каждую смерть пропускать через себя, то можно сойти с ума. «Постучите в гробы и спросите у мертвецов, не хотят ли они воскреснуть, и они отрицательно покачают головами». — У тебя на всё есть умные фразы? — Да. «За неимением довода приводят цитату». — Эта А.Л.И.Е. опасна? — Да. Хоть она и спасла четыре человека, якобы по доброте душевной, я всё же ей не верю. Есть в этом что-то странное… но доказательств у меня нет. Будь начеку. Ты с техникой в хороших отношениях, гляди в оба. Может, у меня паранойя, но лучше не расслабляться. — У меня нет доступа к Гагарину, там заправляют люди с Ковчега. — И как ты с этим миришься? Тебя устраивает роль охранника? — Нет. Просто Макрири мне не доверяет, он сильно «сдружился» с Пайком и Джахой. Которые имеют неплохих инженеров среди выживших Ковчега. — Нас всегда заменяю другими… — Но, я не согласен. Вскоре я заслужу доверие Макрири, и мне снова позволят вернуться на свою должность. — Удачи.