We don't need no education

Доктор Чен, похоже, не собиралась больше с ним говорить. Или нашла себе кого-то поинтереснее. После первого разговора с Чимином Чонгук провел два совершенно бессмысленных дня, которые отсчитывал по появляющемуся подносу с пюре. Он ел, ходил по камере туда-сюда, потом засыпал, чтобы еще поговорить с Чимином и рассказать ему о своих полетах. Того интересовало абсолютно все, каждая мелкая деталь, каждый трюк, который Чонгук осваивал в своей комнате. Даже то неполучившееся сальто. И все это время Чонгук безостановочно думал о родителях. Он провел в Учреждении всего несколько дней, но для них они стали бы вечностью. Рассказали ли им, куда его забрали? Или они сейчас размещали его портреты на экранах рядом с домом и кинотеатром, а сами думали страшные вещи? Об убийцах детей, маньяках, подпольном рынке внутренних органов? Неужели Чимин говорил правду про «никогда не отпустит»? Разве в Юнионе было такое возможно? Конечно, научные исследования составляли важную часть жизни любого государства, но Чонгук раньше считал, что в них участвуют добровольцы. В их школе всегда находились те, кто записывался в разные списки и потом уезжал с уроков в разные институты. Но Чонгук никуда не записывался, он ничего такого не сделал. Почему с ним даже не говорили нормально? Временами его душила такая неожиданно сильная злость, что он принимался колотить матрас, будто именно тот мешал их встрече с доктором Чен. Чонгук хотел ее увидеть хотя бы для того, чтобы посмотреть внимательнее, проверить слова Чимина, который называл ее исключительно «эта сука». Хотя вряд ли он сумел бы проверить хотя бы что-то. Она говорила одно, Чимин другое, а кому верить Чонгук никак не мог решить. Единственное, что заставляло его приходить к Чимину – тот нуждался в помощи, просил о ней, и в этом точно не врал. Что бы там ни происходило в другой камере, где-то далеко от Чонгука, это не укладывалось ни в какие рамки. Мама всегда говорила, что нужно помогать другим – они с папой участвовали в благотворительных акциях, внимательно изучали информацию из расположенных по всему городу фондов помощи и, конечно, сдавали кровь. В крови Чонгука Чимин не нуждался, а вот в помощи очень сильно. Он, наконец, перестал создавать аквариумы и кровати, и большую часть сна они просто сидели в той голубой комнате на полу и разговаривали. - Доверяй мне, - каждый раз просил Чимин. И звучало это гораздо более убедительно, чем его приказы из аквариума. Чонгук хотел бы полностью доверять ему, но никак не мог заставить себя поверить до конца в то, что они находятся в кошмарном месте, откуда их никогда не выпустят, где будут вовлекать в эксперименты и издеваться. Да, санитар вел себя странно – но Чонгуку казалось, что просто раньше он конвоировал кого-то опасного, кого-то, кто вел себя агрессивно и непредсказуемо. Себя таким Чонгук не считал. Пару часов назад Чимин во сне сказал, что ему нужно не только доверие. Он хотел занять тело Чонгука на некоторое время. Занять и устроить им обоим побег. Все это звучало совершенно безумно, и Чонгук вышел из сна быстрее, чем Чимин успел спросить его согласия. Теперь ему чудилось, что комната вся пропиталась его сомнениями и страхом. Что собирался делать Чимин? Напасть на санитара? Но Чонгук никогда не использовал полеты для атаки и смутно представлял, как стал бы это делать. И что потом? Или выход был совсем близко, или им пришлось бы встретиться еще с санитарами? И с доктором Чен? Чонгук обхватил голову руками и съежился. Все ведь могло стать хуже. Не совершали ли они ошибки? Вдруг их побег окончательно перечеркнул бы его встречу с родителями? Вдруг он попал бы в разряд опасных? Вдруг… Раньше жизнь казалась простой и упорядоченной, а сейчас хотелось о стену биться от разрывающих голову сомнений. Но иногда страх одерживал верх – Чонгук боялся, что все сказанное Чимином правда. Тогда он уже попал в разряд опасных, а тычки санитара продолжались бы, однажды перейдя в удары. И неужели он будет ждать, пока доктор Чен или само это Учреждение подтвердят все сказанное. Он не хотел думать о том, как однажды заснет и не услышит Чимина. Ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю, больше никогда. Тогда у него останется только эта правда и бесконечные дни в одиночестве. И чувство вины за то, что не успел и упустил все шансы. Такое будущее иногда перевешивало страх и сомнения все испортить и обидеть доктора Чен, которая, возможно, вовсе не была «этой сукой». Чонгук выдохнул, принимаясь покачиваться вперед-назад на кровати. Это всегда его успокаивало во время подготовки к важным тестам. Он зажмурился и задал себе вопрос, который всегда помогал: что бы сделали его родители в такой ситуации? И тут же осознал, что ответа нет. Он даже представить не мог их в этой камере, борющихся с доктором или сотрудничающими с ней. - А чего я хочу? – спросил Чонгук шепотом. Рука будто снова ощутила ладонь Чимина, ледяную даже в созданном пространстве сна. Он хотел помочь ему сильнее, чем боялся. Родители поняли бы его, и потом – после побега – они все вместе придумали бы, что делать. А потом наступило бы будущее, о котором говорил Чимин. Он, наверное, ощущал страх Чонгука, со своими-то способностями, поэтому в конце первого дня привалился к его плечу и с немного безумной уверенностью принялся говорить: - Все закончится, и мы сядем в поезд. Там будут уютные купе, легкие занавески и стаканчики с кофе. За окном пронесутся города, леса, засеянные и опустевшие поля. И мы доедем до самой дальней станции, там, где нас никто не найдет. И Чонгук вдруг увидел этот поезд – он показался ему старомодным, ничуть не похожим на современные сверхскоростные, но ему действительно захотелось оказаться там. Вместе с Чимином – доехать с ним до той станции, где больше никто не попытается их запереть или обидеть. Если эта станция вообще существовала. - Доверяй мне, - просил Чимин. Чонгук не знал, как ему поступить. Никакой сверх-рациональный, разумный анализ не помогал. Но сердцем он действительно хотел помочь Чимину, он безумно хотел увидеть родителей. В детстве ситуация выбора могла сильно его расстроить – папе даже пришлось объяснять ему, что так устроена жизнь. Выбирая, мы чаще всего навсегда отказываемся от другого варианта. С этим ничего нельзя было поделать. Вот и сейчас Чонгуку пришлось отказаться от одного из вариантов – по ощущениям, точно прыгнуть без подготовки в ледяную воду. Даже дыхание перехватило на секунду. Он закрыл глаза и постарался быстрее заснуть. Он доверял Чимину. *** Наверное, он сошел с ума, раз решился на полный захват чужого тела. Чимин никогда не пробовал такого с испытуемыми доктора Чен – там он, скорее, выступал в роли кукловода, дергая за нужные ниточки и отдавая приказы. Но такой фокус мог свести с ума их обоих, мог оставить их навсегда в одном теле, как ментальных сиамских близнецов, мог мгновенно убить Чонгука или его самого. А ведь он просил Чонгука доверять себе, а сам… Сам решился на самое настоящее безумие. Чимин открыл глаза, на пробу сделал несколько вдохов и выдохов, потом поднял руку и опустил. Ощущения были совсем другие, чем с испытуемыми, ведь он никогда не заходил так далеко. Чужое тело казалось таким… удобным, гораздо более сильным, чем его собственное. Чувство невероятного облегчения захлестнуло его с головой. У них все вышло – безупречнее, чем Чимин мог представить. Чонгук маячил где-то совсем рядом. Он закрылся, будто боялся, что, оказавшись внутри, Чимин попытается покопаться в его голове и узнать что-нибудь очень личное. От этого самому Чимину начало казаться, что он, точно вор, проник в чужой дом, загнал хозяев в самую дальнюю комнату, и теперь они с ужасом наблюдают за ним, забившись в угол. Не самое приятное ощущение на свете. Знай Чонгук, чего могло стоить их слияние сознаний, ужас стал бы реальным. Чимин пообещал себе, что извинится потом – расскажет Чонгуку все до последней детали, о каждом неслучившемся варианте. Но потом. За пределами Учреждения, подальше от доктора Чен. Чимин нашел глазами камеру – он научился определять ее по едва заметному блику на стене, - опять толкнулся внутрь – через свое и чужое тело это вышло медленнее и тяжелее, чем обычно. К счастью, это тело хотя бы не отзывалось болью на такие эксперименты. «Ничего не происходит, все в порядке», - скомандовал он наблюдателю за мониторами. – «Все в порядке». На секунду его захлестнула злая радость от того, насколько хорошо его выучила доктор Чен. Когда он раз за разом пытался сбежать, он и половины трюков не знал. Когда она начала эксперименты, Чимин словно открыл двери в огромный арсенал с оружием, каждое из которых пугало его больше, чем предыдущее. И теперь все это разнообразие поворачивалось в сторону милейшего доктора – одна мысль об этом придавала Чимину сил, даже нормальный сон и еда не совершили бы такого чуда. Легко поднявшись – движение давно не доставляло Чимину такого наслаждения, – Чимин подошел к двери и изо всех сил ударил по ней кулаками. - Помогите, пожалуйста! Помогите! Здесь что-то в камере! Пожалуйста! Помогите! Оно здесь! Уберите его! Пожалуйста! Звук едва не выбил Чимина обратно в собственное тело, настолько неожиданно оказалось услышать настолько отличающийся голос. Пришлось сосредоточиться и продолжить умолять невидимого санитара, такие представления у Чимина всегда получались отлично. - Отошел от двери, - рявкнул появившийся санитар, дав Чимину законную причину шарахнуться к противоположной от двери стене. – Какого хрена орать? - Там, там, - Чимин протянул руку, указывая куда-то на кровать или под нее. Рука ходила ходуном, как и полагается. - Уроды ненормальные, - то ли охарактеризовал Учреждение, то ли заключенных санитар, заходя. Чимин ждал, пока он остановится ровно в центре камеры, чтобы посмотреть на невероятно пугающую кровать. Они с Чонгуком очень много говорили про его способность, пока Чимин не решил, как именно стоит ее использовать. Теперь он просто с силой оттолкнулся от стены – способность разворачивалась внутри с удивительной легкостью – оказавшись совсем рядом с санитаром, а потом прыгнул вверх, как будто хотел сделать сальто, и изо всех сил ударил двумя ногами тому в грудь. Ощущение было такое, словно он спрыгнул с высоты. Ступни прошибло болью, его все-таки завертело в сальто, ударив ногами о потолок и едва не расшибив о стену. Но все получилось – санитар отлетел назад, врезавшись в стену и кровать с неприятным звуком, от которого Чонгук глухо охнул в своем дальнем углу. - Он живой? - спросил он, пока Чимин восстанавливал равновесие и возвращался на пол. - Не знаю. Времени нет, - Чимин схватил карточку доступа, рывком сорвал ее с формы санитара и бросился бежать. Они сделали это! Он, связанный и лишенный возможности использовать силы, и новичок с самой безобидной с виду способностью, к которому даже санитара приставили одного. Он вылетел в коридор между двумя блоками, привычно натолкнулся на стену – такую гладкую и пустую с виду. Во время одной из попыток выбраться, когда Чимин еще мог куда-то побежать, он вылетел сюда, наткнулся на тупик и оцепенел от неожиданности. Этим и воспользовались санитары, скрутив его и выразив весь свой гнев. А потом стена отъехала в сторону, пропуская еще двух санитаров и открывая дверь в блок, и Чимин, закрывая лицо руками от ударов, все-таки заметил, где именно находится кнопка доступа. Нажать ее было делом секунды, пробежать до своей камеры еще десять – комната санитаров находилась совсем рядом, и они точно уже услышали шум. Дверь камеры открылась, и Чимин рухнул рядом с самим собой на колени, от этой картинки мгновенно теряя концентрацию. Собственное тело ныло так сильно, что Чимин застонал в кляп. Чонгук дрожащими руками развязывал рукава его смирительной рубашки, все повторяя, как заклинание: - Все будет хорошо, все будет хорошо, все будет хорошо. Он потянулся к повязке, и Чимин инстинктивно дернул головой. Ему совершенно невовремя пришло в голову, что сейчас Чонгук увидит его не во сне, а в реальности. Его лицо, синяки, царапины. - Все будет хорошо, - Чонгук неожиданно жестко зафиксировал его голову и быстро развязал повязку и расстегнул кляп. Время шло – Чимин чувствовал, как их удача утекает, как песок сквозь пальцы. - Выходим, - скомандовал он, когда смог нормально дышать и переборол рвотный рефлекс, который всегда следовал за освобождением от кляпа. – Быстрее, времени мало. Чонгук замолчал и помог ему встать – Чимин чувствовал, как его мелко трясет от напряжения, но сейчас это стоило оставить на потом. Они вышли в коридор – ноги не слушались, каждый шаг отдавался куда-то в бок, Чимин еще никогда так не скучал по чужому телу – и увидели санитаров, целящихся в них из пистолетов. - Стоп, - сказал Чимин. Губы ощущались, как после наркоза. – Стоп оба. Теперь ничто не закрывало ему глаза, и эти санитары просто не успели отвести взгляды в сторону. Он обхватил их своей силой, схватил за руки, медленно заставляя их повернуть пистолеты и поднять руки к виску. Выше, все выше, сквозь сопротивление и инстинкт самосохранения. Чимин и сам не заметил, как начал повторять их движение. Глаза у одного из санитаров закатились, но Чимин не давал ему упасть, все сильнее и сильнее давя на руку. Оставалось только сделать последнее движение, нажать на курок, вынудить этих ублюдков в последний раз пораскинуть мозгами прямо на стены Учреждения. - Нет! Нет, не делай этого, - Чонгук повис у него на руке, едва не завалив на пол. Сейчас только сила держала Чимина на ногах. – Пожалуйста, они уже отключились, отпусти, пожалуйста. Не делай этого, не нужно! Санитары рухнули на пол – Чимин не знал, очнутся ли они или впадут в кому, но тут уж ничего было не поделать. Чонгук подхватил его, не давая упасть – он выглядел точно привидение: мертвенно-бледный от страха, с синяками под глазами. - Все будет хорошо, - упрямо повторил он каким-то механическим голосом. – Куда идти? - Дальше, к следующему блоку. Раньше за такое вмешательство Чимин превратил бы чужие мозги в омлет, но сейчас ему показалось, что Чонгук сделал все правильно – иначе случилось бы что-то страшное. Они опять оказались в тупике. Чонгук в растерянности повернулся к нему, но Чимин быстро нажал на нужную кнопку. - Они хотят, чтобы мы верили, что одни, - зачем-то пояснил он Чонгуку. Чонгук только кивнул, или может просто мотнул головой. Они открыли камеру телекинетика – еще минута до появления очередных санитаров у них была. Высокий, даже слишком высокий на вкус Чимина, парень выглядел настороженным и чуть менее, но все-таки потрепанным, как и Чимин. - Телекинетик, - голос звучал недостаточно властно, но Чимин не стал использовать силу. Ее стоило поберечь для санитаров. – Если хочешь выбраться отсюда, идем с нами. Нам нужна твоя помощь. - Здесь есть другие, - ответил тот после секундной заминки. – Выводить, так всех. Всех? Чимин посмотрел на него, потом на Чонгука… Его силы не хватило бы на постоянные стычки с санитарами во всех блоках. При мысли о возвращении в камеру его охватило такое отчаяние, что ноги почти перестали держать. - Всех? – переспросил он, и телекинетик кивнул. Он выглядел сильным – может, и не пришлось бы одному биться со всеми. К тому же по глазам Чонгука читалось, что он был полностью согласен с таким планом. - Тогда нужно больше времени, - Чимин повернулся к ближайшей камере, надеясь, что успеет раньше санитаров. А ведь доктор Чен даже не подозревала о границах его возможностей. Чимин опять втолкнул себя в камеру, током растекся по всему Учреждению, стал его частью, оплел его своей паутиной. «Смотрите», - велел он. Он видел всех санитаров, даже тех, что застыли в центре коридора совсем рядом, так и не успев выстрелить из своих мини-автоматов, медсестер, наблюдателей, ученых. Видел, как скрывается в изолированной комнате доктор Чен, чтобы избежать встречи с ним. Он ощущал биение жизни каждого. «Смотрите», - повторил он, и каждый повернулся к ближайшей камере. – «Отрубите связь, закройте двери. Отключайтесь». Чимин почувствовал, как, не выдержав, лопнули несколько струн, и это почему-то дало ему вспышку силы, новой и мощной, но он не успел даже прикоснуться к ней. Все потемнело, пол под ногами поехал в сторону, как во сне. Чонгук поймал его. И все погасло. *** Сначала Намджун услышал шаги, слишком торопливые и тихие для санитаров, а затем снаружи что-то пикнуло, и дверь с привычным грохотом открылась. На пороге стояли двое в пижамах Учреждения – такие же, как и сам Намджун, босые и безоружные. - Телекинетик, если хочешь выбраться отсюда, идем с нами. Нам нужна твоя помощь, - сказал один из них, стараясь выглядеть уверенно и властно. Намджуну становилось страшно только от одного взгляда на синяки на его лице, страшно за Тэхена, который не всегда умел вовремя придержать язык. - Здесь есть другие, - помедлив, начал Намджун. Он не понимал, что именно сейчас происходит и насколько доктор Чен имела отношение к происходящему, поэтому не стал прямо называть Тэхена. – Выводить, так всех. В глазах вошедшего заплескался настоящий ужас, словно Намджун предложил немедленно сдаться доктору и прекратить любые попытки сопротивления. - Всех? – переспросил он, видимо, надеясь, что Намджун пошутил. Пришлось кивнуть, чтобы подтвердить свою мысль. И у Намджуна нашелся неожиданный союзник – второй пленник согласно закивал. Он, похоже, еще не встретился с разозленным санитаром и не испытал на себе методы доктора Чен – может, потому что даже здесь не трогали школьников, а пленник выглядел точно старший школьник, случайно потерявшийся на экскурсии. Парк Сверхъестественного периода, чтоб его. Столкнувшись с таким душевным единением, вошедший побелел, но выдавил из себя: - Тогда нужно больше времени, - и вышел в коридор. Намджун тоже покинул камеру, но не успел сделать и шага за порог, как его буквально накрыло ощущением чужой силы, огромной, развернувшейся на все здание, мешающей нормально вдохнуть. Намджун привалился к стене, словно в замедленной съемке наблюдая, как сгибается напополам школьник, как застывают в центре коридора санитары с узи, как становится совершенно невыносимо находиться в Учреждении. Словно кто-то медленно заливает его смолой. Санитары упали, точно картонные декорации к какому-то боевику. Сила вокруг пропала, давая возможность, наконец, вдохнуть. - Поймал, - выдохнул школьник, несмотря на неприятные ощущения, мгновенно подхватив отключившегося товарища. Намджун впервые встречал настолько сильного «контролера», обычно они могли управлять одним человеком, максимум пятью, но не выключить же персонал на нескольких этажах. - Молодец, - с трудом оттолкнувшись от стены, хрипло сказал Намджун. – Сможешь в двух словах объяснить, что произошло? - Я - Чон Чонгук, - представился школьник, осторожно поднимая контролера на руки. – Меня забрали сюда, потому что я летаю. Это Чимин, он связался со мной в камере, а потом мы вместе… Он запнулся и закусил губу. В его глазах плескался настоящий ужас. - Мы напали на санитара, забрали ключ. И вот теперь есть шанс вернуться домой, - скомкано закончил он, смотря на Намджуна так, будто ожидал, что тот его осудит. - Я - Ким Намджун, телекинетик, - ответно представился Намджун. – Вы молодцы. Теперь нужно найти остальных таких, как мы, и убраться отсюда побыстрее. Ты точно сможешь долго его носить? - Я выносливый, - Чонгук сказал об этом так, словно заполнял резюме. Намджун едва смог сдержать улыбку – такого особенного он видел в первый раз. Обычно все они вели себя гораздо более нестандартно. - Отлично. Где ключ? Чонгук мотнул головой на Чимина – даже в отключке тот не выпускал обычную белую ключ-карту из ладони. Пришлось аккуратно разжать ему пальцы и забрать ее. Его руки выглядели так же чудовищно, как и лицо – два пальца отекли после ударов, с остальных синева уже сходила, но вокруг ногтей запеклась кровь. - Он говорил, - вдруг трясущимся голосом начал Чонгук, обратив внимание, куда смотрит Намджун. – Он говорил, что эта сука не отпустит нас никуда. А я не хотел верить. Я не думал… Намджун положил руку ему на плечо и легко встряхнул, услышав нотки приближающейся истерики. - Чонгук, сейчас нужно уйти отсюда побыстрее. Мне нужна твоя помощь, ты же теперь знаешь правду, верно? Не сомневаешься? - Нет, все так, как он говорил, - мгновенно вытянувшись по струнке точно солдат, уже совсем другим, каким-то взрослым голосом ответил Чонгук. – Мы пришли с той стороны, Чимин говорил, что здесь таких, как мы пятеро. Не считая нас. - Отлично. Тогда идем. В какой-то момент Намджуну показалось, что он разговаривает с моделью школьника в натуральную величину. И только покрасневшие глаза и синяки от усталости под ними намекали, что Чонгука не собрали на заводе, а растили и воспитывали. Видимо, в совсем других условиях, чем самого Намджуна. Намджун открыл дверь в конце своего блока и оторопел на секунду, оказавшись в тупике. - Обманка, - пояснил Чонгук, осторожно выбираясь в проем так, чтобы Чимин не задел ногами створки. Он нажал на стену слева, где-то на уровне пояса – кнопка мягко вдавилась внутрь, открывая им путь в новый блок. – Чимин показал. Похоже, контролер находился здесь довольно долго. Намджун старался не думать о том, что все происходящее все равно могло оказаться ловушкой от доктора Чен. Ловушкой для него, для Тэхена, для Чонгука, для них всех. Наверное, его недоверие было связано с тем, что в жизни везло ему редко. Один раз подкинув ему Тэхена, в остальные удача просто игнорировала его. В те моменты, когда другие оказывались в нужное время в нужном месте, Намджун обязательно застревал в начале самого длинного и извилистого пути к цели. Вот и сейчас подтасовывать счастливые случайности в мелочах она отказывалась, поэтому в следующем блоке они обнаружили не Тэхена, а какого-то высокого парня, который выглядел даже старше, чем Намджун. - Это очередной эксперимент? – спросил он у них с какой-то обреченностью в голосе. - Все в порядке. Мы уходим отсюда, - подал голос Чонгук раньше, чем Намджун успел сообразить, как именно убедить его доверять им. Видимо, он сумел найти верные слова, потому что парень безропотно покинул камеру и пошел за ними. Они с Чонгуком пока что оказались единственными, с кем доктор Чен не работала своими убедительными методами – это ли обеспечивало им душевное родство или что-то другое, Намджун даже думать не стал. - Я - Чонгук, это Чимин, это Намджун, - пока Намджун искал кнопку на очередной двери, ввел новичка в курс дела Чонгук. – Ты в порядке? - Да, - тот вздохнул. – Я думал, что один такой, но вы же… вы же тоже? Особенные? - Я летаю. Мне она тоже сказала, что я один такой, мутация, - Чонгук тоже вздохнул, но Намджун больше не слышал в его голосе дрожащих ноток. Это внушало надежду. - Я не хотел верить, но это место… О, и я Ким Сокджин, но все называют меня Джином. В следующем блоке у самых дверей они нашли двух санитаров – проверять пульс Намджун не стал. Тем более что он, наконец, нашел того, кого искал – ощущение присутствия Тэхена стало сильнее, словно что-то дергало в груди. В окошко на двери камеры Намджун не мог ничего разглядеть, он провел карточкой по считывателю, и дверь открылась с душераздирающим скрежетом. *** Санитары бежали к его камере – Тэхен слышал их торопливые шаги и короткие отрывистые «быстрее». Возможно, случилось бы что-то плохое, но они не успели дойти. Тэхена буквально отбросило назад от двери, воздух сгустился, и все накрыло чужой силой, гораздо более опасной, чем телекинез и пирокинез. Какой-то контролер буквально накрыл каждый метр Учреждения, заполнил его своими приказами, по ощущениям даже высосал воздух. Но раньше, чем Тэхен всерьез начал задыхаться, сила пропала, словно ее никогда и не было. Только тяжело упали санитары, и все стихло. Хотелось бы Тэхену, чтобы за контролером стоял Намджун, но что-то подсказывало – такие ребята предпочитали действовать в одиночку. Люди, умеющие всех вокруг заставить плясать под свою дудку, редко работали в команде. Они сами себе становились командой, а окружающие только инструментами в их командной работе. Тэхен снова сел на пол и принялся ждать. Рано или поздно до него кто-нибудь дошел бы, так что стоило просто еще немного посчитать воображаемых овец, прыгающих через воображаемую изгородь на совсем не воображаемой двери. Он досчитал до пятидесяти девяти овец – все из-за той паршивой, Долли, которая никак не могла перемахнуть через забор с первого раза – когда дверь медленно открылась. Будто в счастливом сне, на пороге стоял Намджун. - Отлично, самое время, - поприветствовал его Тэхен, поднимаясь на ноги. Чего он не ожидал, так это того, что Намджун сделает размашистый шаг вперед и стиснет его в объятиях с такой силой, что у Тэхена опять закончится воздух. Если бы Тэхен знал, насколько испуган Намджун, ему самому не хватило бы смелости просто ждать. Наверное, хорошо, что он осознал это только в эту секунду. - Нужно идти, - глухо сказал Намджун, уговаривая больше себя, чем Тэхена. – Идти сможешь, как ноги? - Переживу, - Тэхен похлопал его по плечу, только сейчас заметив что они не одни. – О, привет! Вышло неловко, Тэхен уже отвык не обращать внимания на зрителей. Когда он пытался избавиться от огня на стройке на него постоянно приходили посмотреть, но с тех пор у него остался только его самый преданный поклонник. Другие уже казались лишними. - Что с рукой? – спросил он у Намджуна, заметив чудовищный синяк на сгибе локтя. - Неудачная инъекция, - тот пожал плечами, не собираясь вдаваться в подробности, поэтому Тэхену пришлось поймать его за руку и коснуться его силы своей. Вместо привычного ответа пришел едва ощутимый отголосок. - Блок? - быстро спросил Тэхен. - Найдем всех и вернем, - Намджун звучал очень уверенно, и Тэхен ему поверил. Конечно, они смогут вернуть ему силы – вдвоем они вообще смогут все, что угодно. – Нужно идти. - Конечно, - дважды просить Тэхена покинуть эту чертову камеру и не нужно было. Он вышел в коридор, отсалютовав еще троим таким же бывшим пленникам. – Привет. Я Тэхен. Ого, его что машина сбила?! Это он контролер? Вопрос он задал на самом деле просто так, пытаясь подавить неприятную дрожь в коленях от открывшихся перспектив их с Намджуном будущего в Учреждении: Тэхен не сомневался, что парень в отключке устроил санитарам веселую жизнь. Остальные совсем не походили на контролеров. - Он… контролер, - запнувшись об это слово, подтвердил тот, что держал его на руках. – Я - Чон Чонгук. - Ким Сокджин, - следом за ним представился второй. Тэхен прямо ощутил себя на официальной встрече. Похоже, эти двое понятия не имели о своих способностях до Учреждения, раз вели себя как нормальные люди. Нормальные, оболваненные этим тупым государством люди. - Может, возьмем узи? – спросил Тэхен, указывая Намджуну на санитаров. Того эта идея явно не обрадовала. - Ты умеешь из него стрелять? - В кино видел. - Тогда нет. Оставь оружие здесь, - Намджун повернулся к Чонгуку и спросил: - Получается, еще двое осталось? - Да, если Чимин почувствовал всех. Тэхен проглотил вопрос о том, что им делать, если он почувствовал неверно. Он, конечно, с радостью бы свалил подальше от доктора и ее уродов, но мысль о каком-то нормальном или таком же, как он, чуваке, обреченном на побои и смерть из-за ошибки, не давала этого сделать. - А за что вы сюда попали? – Тэхен раскрыл ладонь и выпустил немного огня на волю. - Я летаю, - Чонгук смотрел на огонь так, будто не видел ничего интереснее в своей жизни. Стоило попасть в окружающее их безумие, чтобы стать популярным – Тэхен выпустил еще несколько языков пламени, наслаждаясь эффектом. Джин замешкался с ответом, точно не зная, как объяснить свои способности или не решаясь их открыть посторонним. Но Намджун уже входил в камеру в новом блоке, и, конечно, Тэхену хотелось заглянуть внутрь. На кровати, скрестив ноги и руки, сидел парень с тяжелым взглядом человека, повидавшего разного дерьма с запасом. Судя по синякам, часть дерьма с ним случилась уже после встречи с доктором Чен. - Есть желание выбраться отсюда? – спросил Намджун. - Возможно, - ответил тот. – Вот только не понимаю, не очередной ли это эксперимент. И пока не пойму – никуда отсюда не двинусь. - И как мы можем доказать тебе это? – Намджун выглядел спокойным, но Тэхен ощущал его раздражение. У них действительно не было ни минуты на уговоры. Может, стоило просто оставить дверь открытой и двинуться дальше? Хотя, конечно, Намджун никогда бы так не поступил. - Никак, - парень криво улыбнулся. – Разве что сверху знак подадут. Сверху действительно что-то щелкнуло, а потом раздался протяжный вой сирены. Если кто-то умудрился включить тревогу, то значит контролер вырубил не всех – Тэхен нервно оглянулся, пытаясь прикинуть, откуда на них начнут нападать. - Знак, - Намджун указал пальцем куда-то вверх. – Идем. - Это сирена внутренней тревоги, - парень хмыкнул, но послушался. – Собирают персонал… о! Так вот что это было за ощущение. Его санитары тоже пытались куда-то добежать, но сила контролера уложила их ровно вдоль стены. - Тогда зачем сирена? – спросил он то ли сам у себя, то ли у Намджуна. - А есть еще какая-то сирена? – вопросом на вопрос ответил Намджун. - Конечно, - тот посерьезнел. – Есть военный отряд вне Учреждения, который должен зачистить все, если произойдет такая ситуация, как сейчас. - Понятно. Нужно быстрее забрать последнего и убираться, - Намджун махнул рукой и быстро направился в следующий блок. Только военных им сейчас и не хватало. - Похоже, ты много знаешь про это место. Давно тут? - Тэхен решил не выпускать этого хмурого парня из виду. – Кстати, я Тэхен, это Намджун, это наши новые друзья Чонгук, Чимин и Джин. - Я все знаю про это место, - коротко ответил тот. Кажется, он не собирался становиться их новым другом. Они зашли в очередной блок и на мгновение все остановились. Если предыдущие части бесконечной тюрьмы тюрьму и напоминали, то здесь все выглядело, как больничная палата. Обычный коридор, обычные двери, стены и ковролин приятного и не раздражающего цвета. Одна из дверей была приоткрыта, и Намджун пошел к ней, беззвучно ступая босыми ногами по полу. - Хрень какая-то, - выразил общее мнение их новый не-друг и пошел следом. Тэхену даже показалось, что он пытается прикрыть Намджуну спину, но он все равно протиснулся между ними, сделав Чонгуку и Джину знак оставаться на месте. Умение летать им точно в критической ситуации не пригодилось бы. - Привет, - сказал кто-то, увидев Намджуна на пороге. – О, и вам привет! А вы тоже здесь на лечении? Тэхен думал, что уже давно разучился действительно удивляться, а не имитировать удивление, чтобы разбавить обстановку. Но в этот раз доктору Чен удалось ошарашить их всех. За незапертой дверью размещалась обычная с виду палата, только без окон. И в ней совершенно спокойно рисовал какой-то абстрактный шедевр на мольберте рыжий, похожий на лису парень. - На лечении? – уточнил не-друг и зачем-то еще раз повторил. – На лечении? - Так, - Намджун отодвинул их в сторону. – И тебе привет. Знаешь, тут небезопасно. Думаю, тебе лучше пойти с нами. - Мне нельзя отсюда никуда уходить, - кажется, «лис» всерьез озадачился. – А что случилось? - Некоторые сотрудники этого места, - Намджун очень тщательно подбирал слова, пока отодвинутый в сторону не-друг отчетливо артикулировал «нахуя?». – Они обращались с пациентами жестоко… В общем, мы хотим уйти отсюда и найти безопасное место, пока все не исправят. - Ты можешь здесь остаться, только дверь запри, мало ли что случится, - включился Тэхен. Судя по лицу «лиса», мысль о том, чтобы остаться здесь одному после таких новостей, не слишком его прельщала. И хорошо. - Я иду с вами, - он кинул кисть в стакан с водой и выскочил в коридор. Вид Чимина, похоже, только убедил его в правдивости только что сказанного. – Ужас! Что случилось? Он жив? - Он жив, - ответил Чонгук. – Только холодеет и дыхание становится более поверхностным. Может, здесь есть аптечка? Ему нужна помощь. - Нужно идти в комнату управления. Там я смогу посмотреть, когда послали внешний сигнал тревоги, что происходит в Учреждении. И там есть все для санитаров – аптечка, еда, вода, - не-друг вздохнул. – И двери наружу все после сирены закрылись. Нужно разблокировать. - Идем, - Намджун кивнул. «Лис» вполголоса знакомился со всеми остальными, кланяясь, словно не в Юнионе вырос, и повторяя: «Хосок, Хосок». Кажется, его манеры озадачили даже Чонгука, который и сам вел себя странно. - Называйте меня Шуга, - наконец, представился не-друг. – Я знаю короткий путь. Хоть кто-то в этом бесконечном сплетении коридоров знал короткий путь. Тэхен заблудился бы тут после первой же развилки. Тот, кто строил Учреждение, явно не хотел, чтобы пленники могли найти выход быстро. Или другие отсеки быстро – Тэхен заметил, как хитро спрятали кнопку, открывающую дверь – сумей он выбраться из камеры, сразу бы остолбенел в тупике и так и не нашел бы Намджуна, только пулю получил бы в лоб. Теперь оказалось, что из каждого тупика вела отдельная дверь в служебные коридоры – ни один пленник не увидел бы, как конвоируют другого. - По лестнице вернее, - пояснил Шуга, открывая дверь рядом с лифтом. – Лифт тут отцепляется достаточно быстро. И падает тоже. Такие познания заставляли Тэхена заподозрить в нем или архитектора этого места или подающего надежды помощника доктора Чен. Может, это им стоило волноваться? Хотя на самом деле Тэхена больше заботил другой вопрос, не менее важный – не знал ли Шуга, в какой стороне находилась комната с одеждой? Ему ужасно надоело ходить босиком. *** На лестнице Чонгук запнулся о ступеньку и едва не упал: в животе неприятно ухнуло, будто он уже летел вместе с Чимином вниз по ступеням. Хорошо, что Джин и Хосок успели подхватить его с разных сторон. - Спасибо, - Чонгук уже почти не чувствовал рук, а ноги с каждой минутой становились все тяжелее и тяжелее. Похоже, он себя переоценил – раньше ему приходилось носить только одноклассников на спортивных занятиях и то не дольше пятнадцати минут. Главное, чтобы этот телекинетик, Намджун, не посчитал его бесполезным и не оставил их с Чимином здесь. Чонгук очень старался выглядеть полезным, но каждый раз Намджун почему-то смотрел на него, как на говорящую собаку. - Его избили? – спросил Хосок, мельком взглянув на Чимина и тут же отвернувшись. Чонгук и сам с трудом мог вынести вид синяков и отеков – в части точно была его вина. Если бы он быстрее принял решение, Чимину пришлось бы страдать хотя бы немного меньше. А теперь он выглядел так, словно его загримировали для фильма ужасов, вот только его боль была настоящей, а не киношной. - Я не знаю, я сам не видел, - ответил Чонгук. – Но он лежал в такой рубашке… с длинными рукавами, завязанными на спине, в повязке и с чудовищным кляпом. - Похоже, у него были другие условия содержания, - вдруг сказал Джин. Его передернуло, но, увидев вопросительный взгляд Чонгука, он пояснил: - Она сказала мне – если я не буду слушаться, не покажу, что умею, у меня будут другие условия содержания. И они мне не понравятся. Чонгук на мгновение остановился, борясь с накатывающей тошнотой. Вот что могло произойти с ним – но он-то слушался, он делал все, как говорят. Как ее послушная марионетка. Его поэтому и отложили в ящик, занявшись другими, более строптивыми куклами. Он видел синяки у Намджуна, видел разодранные ноги Тэхена, Шуга вообще напоминал боксера, который провел самый неудачный матч в своей карьере. Чимин оставался здесь дольше, чем другие. И сейчас ему срочно требовалась медицинская помощь – Чонгук видел похожие симптомы у одного из своих одноклассников и знал, во что они могут вылиться. - Тут уже недалеко, - бросил Шуга через плечо, выходя на этаж. Чонгук кивнул, хотя тот вроде как не к нему обращался. Ему нужно было просто еще немного потерпеть, это он умел – вся его жизнь состояла из терпения и усилий. Этаж выглядел точно кусок самого обыкновенного офиса. Тут даже автомат с кофе и бутербродами стоял, разве что двери казались такими же массивными и непробиваемыми, как и в их блоках. - Нам сюда, - Шуга указал на одну из дверей. – Карточка? Намджун кивнул и провел карточкой по считывателю, но вместо того, чтобы открыться дверь издала мерзкий писк. Он провел снова, судя по лицу, уже понимая, что ничего не выйдет. Чонгук не мог вспомнить, были ли еще карточки доступа у санитара, которого они оглушили. - Может, я могу помочь, - неожиданно то ли спросил, то ли сказал Джин, протискиваясь вперед. И, прежде чем ему успели что-то сказать, он коснулся двери ладонью. По металлической поверхности пошла отчетливая рябь, а потом Джин нырнул в дверь. - Этот… - Шуга постучал по двери, переставшей рябить. – Этот парень проходит сквозь стены? - К счастью, да, - ошарашено подтвердил Намджун. За дверью не было слышно ни звука, и Чонгук начал нервничать. Могла там прятаться доктор Чен? Могла она поймать Джина? Чонгук уже привык к его присутствию и не хотел его терять. За дверью пикнуло, и путь наконец-то открылся. Улыбающийся Джин помахал карточкой с красной полосой и пояснил: - Нашел около компьютера. Похоже, эта открывает больше дверей. - Почему ты сразу не сказал? – спросил Намджун, пропуская вперед Шугу, нацелившегося на мониторы в самом центре комнаты управления. - Я еще не привык – это появилось совсем недавно. Может, месяца два назад, - признался Джин. – Я каждый раз не уверен, что оно сработает. - Месяца два? – повторил Намджун с очень странным выражением лица. Чонгук остался бы послушать, чем именно он так удивлен, но заметил в углу диван. Он дошел до него и осторожно положил на него Чимина – тот едва слышно вздохнул, но не очнулся. - Ого! Да тут туалет есть, - радостно сообщил всем Тэхен. – Да еще и с дверью! От дивана Чонгук видел еще кусок какой-то лаборатории, безжизненную руку лаборанта, упавшего в проход во время атаки Чимина, а еще нечто напоминающее зону отдыха в офисах: с кухней и холодильником. На его дверце висело объявление: «Осторожно препараты! Храните обеды в холодильниках раздевалки!». Именно препараты могли сейчас помочь. Чонгук открыл холодильник и остолбенел – такого количества ампул с кислотными жидкостями он в жизни своей не видел. Он ожидал столкнуться со знакомыми названиями, а нашел какую-то подпольную лабораторию. - Вот этот препарат возвращает силы, - Намджун мгновенно оказался рядом и взял ампулу с синей жидкостью внутри. – Кто-то может сделать внутривенную инъекцию? - Я могу, - Чонгук присел на корточки и вытащил из коробки ампулу с названием «Ю-Энерг». Именно такую медсестра вводила его однокласснику. – Только сначала нужно помочь Чимину. - Есть что-то, чего ты не умеешь? – странным голосом спросил Намджун. Чонгук открыл ближайший ящик и, порывшись в шприцах, нашел нужный объем инъекции и жгут. - Я брал курс продвинутой медицинской помощи, чтобы добрать средний балл. Так все делали. Намджуна его объяснение, похоже, только развеселило. Может, его никогда не волновал средний балл? - Многие мои одноклассники принимали стимуляторы, а потом с ними случалось нечто похожее, - зачем-то продолжил Чонгук. Он встал на колени рядом с диваном, сделал медленный вдох и выдох – руки все еще тряслись после нагрузки, а должны были оставаться спокойными. – Я видел, как медсестра вводила это лекарство. Но одного стимулятора не хватит – ему нужно поесть, выпить воды и много отдыхать. - Выберемся, и все будет хорошо, - пообещал Намджун. – А ты принимал стимуляторы? Я думал, что такое только в неблагополучных школах случается. - Важен средний балл, - Чонгук затянул жгут выше локтя Чимина и принялся осторожно искать вену. – С его помощью составляется рейтинг учеников, чем выше ты, тем лучше. Моих родителей никогда не волновал рейтинг, поэтому мне хотелось оказаться в нем как можно выше. - Я думал, что в вечерней школе плохо, а, оказывается, в обычных школах кипели такие страсти, - в голосе Намджуна Чонгук услышал сочувствие. Это раздражало – Чонгук никогда не считал свою жизнь достойной жалости, он просто старался, даже меньше, чем остальные. Укол вышел практически идеальным – только Чимин опять вздохнул и попытался убрать руку, но Чонгук не дал ему этого сделать. Он быстро прижал место укола салфеткой и согнул ему руку, чтобы остановить кровь. - Все хорошо, все хорошо, это я. Сейчас будет лучше. - Хорошая хватка, - Намджун сел рядом с диваном на пол. – Моя очередь? - Да, - Чонгук вернулся к холодильнику. – Сколько вводили? Воцарилась такая тишина, что даже Хосок и Джин, рассматривающие инструкции на стене, обернулись. - Блока обычно вводят около десяти миллилитров, - подал голос Шуга. Точнее, один из них. Чонгук потряс головой, но он действительно видел, как тот раздвоился и теперь работал с мониторами и компьютерами из двух кресел. - С ума сойти, - выразил общую мысль Джин. – Но вы же не синхронные… - Мы и не должны, - ответил ему второй Шуга. – Кто сказал, что должны? Джин выставил вперед руки, извиняясь. А Чонгук снова повернулся к ящику и нашел нужный шприц. Ему пришло в голову, что он наконец-то доказал свою полезность Намджуну, так что тот точно не бросит их в Учреждении. Конечно, он не выглядел тем, кто бросает ненужных членов группы, но доктор Чен тоже на первый взгляд казалась довольно милой. - Если буду орать и дергаться, не реагируй, - предупредил его Намджун, когда он начал накладывать жгут. - Не буду. Нас учили, что болеющий и страдающий человек может вести себя неадекватно. И иногда нужно его удержать, - пояснил Чонгук, снова пытаясь дыхательной гимнастикой успокоить руки. Когда он снова поднял глаза на Намджуна, то наткнулся на изучающий взгляд. - Что? - Иногда ты звучишь довольно… пугающе. Ты ведь знаешь это? – спросил он. – Видимо, я слишком давно выпал из обычного мира. И теперь он кажется мне немного странным. - Я не хотел быть пугающим, - покаялся Чонгук, вводя иглу. Стоило нажать на поршень, как Намджун дернулся и захрипел, но Чонгук навалился на него, не давая двинуть рукой. Не хватало еще ко всему прочему сломать иглу. - Зверская вещь, - посочувствовал Шуга номер один, открывая какие-то окна на рабочем столе и что-то яростно в них набирая. Шуга номер два деловито копировал файлы на внешний жесткий диск, вытащенный из ящика стола. - Они могут заблокировать любые способности? – спросил Чонгук, все еще удерживая содрогающегося Намджуна. - Нет, только телекинез. Остальное им на блюдечке не принесли, - Шуга номер один повернулся к ним. – Остальное за них делают стены. - Но… - начал Чонгук, убирая шприц и прижимая рану стерильной салфеткой. Намджун похлопал его по плечу, прося отпустить, и он вернулся к Чимину. Лечебная инъекция то ли не действовала, то ли работала слишком медленно. - Кажется, нужно, чтобы ты рассказал нам об этом месте, - Намджун вытер с лица пот рукавом пижамы. – Мы… А где Тэхен? – спросил он, оглядываясь. - Он со мной, не волнуйся, - Шуга номер один махнул рукой. – Не знаю, с чего бы начать… *** Темнота убаюкивала. Чимин больше не чувствовал боли, глаза отдыхали от чересчур яркого света, а грудь наполняло удивительное спокойствие. Где-то совсем рядом в этой темноте пульсировал новый источник силы, которого в прошлый раз Чимин едва коснулся. Он ощущал, как этот источник поддерживает в нем жизнь, но все равно не решался потянуться к нему. Сразу несколько струн – чужих жизней - лопнуло, когда Чимин приказывал каждому в Учреждении – и тогда и появился этот свет. Думать в эту сторону Чимин боялся, как никогда. - Все в порядке, - повторял и повторял Чонгук где-то вне темноты. И ему хотелось верить. Звук его голоса заставил Чимина шевельнуться, а затем с сожалением покинуть эту уютную тьму. Он приоткрыл глаза, тут же поморщившись от боли. Под веки словно песка насыпали, еще и все синяки снова заныли. - С возвращением, - поприветствовал его телекинетик, нервно баюкающий руку с синяком от инъекций. Сейчас его сила чувствовалась отчетливее, чем в камере. Похоже, он просто надул Чимина – его способности были заблокированы, значит, он зря потратил силы на отключение персонала. - Как себя чувствуешь? – быстро спросил Чонгук, точно считав эмоции Чимина. – Я сделал тебе инъекцию стимулятора, извини. - Ничего, все в порядке. Чувствую себя отвратно. Попить бы, - признался Чимин, буравя телекинетика взглядом. – Телекинетик, твои силы заблокировали? - Да, - спокойно признал тот. – Но после твоих они мне и не понадобились до настоящего момента. - Вот урод, - мгновенно завелся Чимин, даже ощущая прилив сил. Но Чонгук, вернувшийся с каким-то батончиком и водой, быстро заслонил собой телекинетика. – Эй! - Я вообще-то хотел сказать «спасибо», - спокойно продолжил телекинетик. – Ты нас всех спас. Прости, что сразу не сказал про способности. Чимин оглянулся – комната, в которой они оказались, напоминала мешанину из разных помещений - и заметил еще двоих в пижамах у стены с бумагами – их способности казались совсем безобидными, разве что рыжий «мерцал». Такое обычно бывало с теми, у кого сила еще дремала, но он не подходил для такого эффекта по возрасту. У мониторов устроился астральщик, причем проекции свои он раскидал не только в этой комнате, но еще и в нескольких комнатах Учреждения. Пиро двигался в их сторону, и Чимин хотел коснуться его, чтобы удостовериться, что его силы тоже не заблокированы, но внезапно заметил изменения в своем восприятии. Каждый в этой комнате и за ее пределами, кроме раздражающих проекций, раньше воспринимался им сферой с определенными характеристиками – «огоньком». Теперь же рядом с этим самым огоньком появилось что-то еще. Что-то, напрямую отвечающее за жизнь каждого. - Чимин? Не тошнит? – Чонгук сел рядом на диван, сбив силу с толку. Чимин потряс головой, пытаясь избавиться сразу ото всех огоньков. – Выпей воды. И у них есть сверх-питательные батончики, этот со вкусом ветчины. - Звучит пугающе, - Чимин ощутил, как у него дернулся уголок губ, но так и не понял от нервов, или же это была слабая попытка уместно улыбнуться. - Я - Намджун, - как ни в чем не бывало продолжил телекинетик. – Это Шуга, Джин и Хосок. Тэхен сейчас вернется, куда бы он там ни пошел, - в его тоне проскользнула нотка раздражения. – Что насчет объяснений? – спросил он у астральщика. - Я знаю так много об этом месте потому, что я родился тут, - пояснил тот. Он встал с кресла, чтобы дать свежей проекции продолжить работать с компьютером. - Но это невозможно, - вырвалось у Чимина. - Возможно. Я тоже тут родился, - вступился за него рыжий, Хосок. – А что не так? Чимин только махнул рукой и откусил от батончика. Он никогда не думал, что заменители еды могут быть такими потрясающими на вкус после проклятого пюре. - Это место раньше не было таким. Тут был человек, который хотел изучать и развивать наши способности. - Как профессор Ксавье? – Чонгук тут же закрыл себе рот рукой и замотал головой, показывая, что не хотел перебивать. Но Шугу он не сильно-то и расстроил, скорее, обрадовал: - Точно. Потом его не стало, и я оказался за пределами Учреждения, - как-то поспешно свернул рассказ он, а следом в комнату ввалился пиро, Тэхен, толкающий перед собой огромную телегу, вроде тех из супермаркетов, на которых работники развозят упаковки с продукцией. Она была доверху набита одеждой в пластиковых пакетах. Чимин сложил и свою в такой же перед тем, как попытался сварить мозги санитара. - Разбирайте свои шмотки, - велел он. Его конвоировала невозмутимая астральная проекция Шуги. – Твоя способность, чувак, просто снос башки. - Спасибо, - тот взял самый верхний пакет. – В общем, я знаю об этом месте все – она многое изменила, но основа осталась. Разве что понятия не имел, как выбраться из чертовой камеры, когда санитар отплясывает на моих костях. Он посмотрел прямо в глаза Чимину – редкий самоубийца решился бы на такое: - Спасибо, контролер. Таких сильных я еще не встречал. - Я хороший ученик, - Чимин отвел взгляд, чтобы случайно не увидеть ничего лишнего. Лучше бы астральщик проекцию ему сунул вместо себя, самоубийца хренов. Чонгук вытащил свой пакет, а потом, обернувшись, спросил: - А твой? - Ищи синие джинсы и красную толстовку со смайлом, - батончик кончился даже слишком быстро на вкус Чимина, но после него он впервые за этот месяц почувствовал себя сытым. Интересно, надолго ли после Учреждения вкус еды и воды останется для него потрясающим. - Это сколько же… - каким-то чужим голосом спросил Джин, быстро выдергивая свой пакет и стараясь не касаться других. – Сколько… И где же… Казалось, что мысли в его голове сталкиваются друг с другом и вылетают изо рта уже осколками. - Больше пятидесяти или даже шестидесяти, - Намджун забрал свой пакет. – Конечно, на глаз. И лучше нам сейчас об этом не думать. Потом будет время. - Кстати, о потом, - Шуга натянул футболку и все проекции тоже сменили верх от пижамы на нее. – Если заберем грузовик и сможем отъехать достаточно далеко, приглашу вас в гости. Там, где вас не найдут. - Я не… - начал Чонгук, но Чимин помотал головой. «Передохнем там, и вернешься к родителям. Нельзя же сразу бросаться туда – так тебя сразу поймают». - Там она нас не найдет. Времени на поиск машины и открытие дверей у нас – шесть часов. Через шесть часов они должны подать сигнал группе быстрого реагирования. Если пропустят – сюда десантируется спецназ и превратит нас в воспоминание, - Шуга настаивал, но пока Чимин не понимал, какую цель он преследует. В головы другим он пока предусмотрительно не лез, пытаясь не обострять отношения. Хотя он уже начинал мечтать о том, как они с Чонгуком останутся вдвоем. К нему он уже привык. - Мне нельзя уходить, и одежды у меня нет, - подал голос Хосок. - Здесь не самое безопасное место, - Намджун вздохнул. – Но если ты не захочешь уходить, то мы не будем тебя заставлять. Это твой выбор. - А вот одежду всегда можно подобрать, - подозрительно радостным голосом поддержал его Тэхен. – Никто, думаю, против не будет. Переодевшись, Чимин почувствовал себя намного лучше, чем раньше, несмотря на то, что вещи теперь болтались на нем, как на вешалке. Не физически, конечно, лучше. Все-таки в темноте было намного приятнее – там он не ощущал, как кисть перестала слушаться его с первого раза, а в виске точно лупят молотками. Чонгуку возвращение его вещей тоже пошло на пользу, он начал улыбаться, похоже, представляя скорую встречу с родителями. И Чимин чувствовал в себе неодолимое желание сделать все, чтобы она состоялась. Динамик на стене издал странный высокий звук, а потом они услышали голос доктора Чен: - Милые мои, думаю вам пора вернуться обратно на свои места. Обещаю, что никто не будет наказан. В противном случае я буду вынуждена принять меры. Чимин с трудом поднялся с дивана – ноги в кроссовках казались тяжелыми и неповоротливыми – подошел к мониторам и закрепленному в центре стола микрофону, мимоходом подвинув одну из проекций, нажал на кнопку включения и сказал: - Доктор Чен, это Чимин. Слышите, доктор Чен? – он улыбнулся. - Доктор Чен, я приду и убью вас, слышите? Где бы вы ни прятались. - Стремновато, - заключил Тэхен за его спиной и поаплодировал. *** Намджун буквально кожей ощущал силу, исходящую от Чимина, и она ему сейчас не сильно-то и нравилась. Если бы он мог, то свалил бы из Учреждения вместе с Тэхеном прямо сейчас. Он никогда не сталкивался с сумасшедшими контролерами, но слышал историю про больницу, которую один такой превратил в ад – пациенты, врачи и посетители убивали друг друга самыми изощренными способами, пока полиция пыталась сделать хотя бы что-нибудь. Теперь Намджун верил в реальность произошедшего – всем им хотелось уничтожить милейшую доктор Чен, но в голосе Чимина звучала такая искренняя, незамутненная радость, от которой мурашки бежали по спине. Так говорили о званом ужине, а не сообщали про далеко идущие гомицидные планы. Правда, кажется, Тэхена он совсем не напугал, но тот любил коллекционировать впечатления от странных людей. Вот и сейчас пребывал в восторге от происходящего. После слов Чимина доктор Чен ничуть не изменилась в голосе: - Чимин, мое упрямое создание, мне будет очень не хватать тебя. Тот вернулся на свой диван, точно ничего и не говорил. Кажется, дальше он действительно планировал искать, куда она успела спрятаться, и размениваться на дальнейшие угрозы не собирался. Что Намджун пропустил, так это выражение лица Хосока, который, пошатнувшись, отлепился от стены с инструкциями, у которой переодевался. Он сделал несколько неуверенных шагов вперед, чтобы оказаться ближе к динамику, а потом спросил: - Я ничего не понимаю. Мама, что происходит? Первым отреагировал Шуга: - Мама?! Какого же… - он повернулся к компьютеру, видимо, пытаясь оборвать аудио-связь, но ничего не вышло. Голос доктора даже стал громче: - Хосок, дитя мое. Ты был самым успешным моим экспериментом. Зачем только ты покинул свою палату. - Экспериментом, мама… Намджун ощутил приближение чего-то, но не смог даже пошевелиться или издать звук, чтобы предупредить остальных. Чимин схватился за виски и тряс головой, точно пытаясь что-то вытрясти из нее. Остальные замерли точно так же, как он – Джин вообще сравнялся цветом с белой стеной. - Успешным экспериментом, дорогой. Прости, но я тебе не мама. У тебя нет мамы. И как любой эксперимент – даже самый успешный – который пошел не так, тебя нужно уничтожить. Вас всех нужно уничтожить. - Мам… - повторил Хосок, голосом человека, за секунду до падения в бездонную пропасть. - Попробую объяснить еще раз, милый. Шуга пытался сдвинуть руку с места, чтобы нажать что-то на клавиатуре, но казалось, что он намеревается сдвинуть гору. - Мы создали тебя в этой лаборатории. Заразили этими проклятыми способностями, как ученые заражают лабораторных крыс болезнями. И они прижились, более того, мы до конца не знаем, сколько их, понимаешь? Мы хотели бы дальше проводить эксперименты, но ты же нарушил правила. Никто не будет сохранять жизнь взбесившемуся лабораторному животному. Намджун видел, как бессильно сжимаются и разжимаются кулаки Хосока – он единственный мог шевелиться, потому что он и порождал это состояние в окружающих. - У тебя было не так уж и много правил, милый. Но такие, как вы, они рано или поздно срываются с поводка. Я думала, если мы установим с тобой контакт, эксперименты пройдут намного легче. Но я разочарована. Ты просто еще одна взбесившаяся лабораторная крыса, которой мы пожертвуем. Возможно, мы используем опыт, накопленный с тобой, чтобы создать еще одного мутанта. Может, и нет. Ты отработанный материал. Я с тобой закончила. Динамик заскрежетал, точно сама техника не выдерживала больше ее слов. На секунду Намджун почувствовал, что его тело снова подчиняется, но не успел сделать и шага к окаменевшему Хосоку. Перед глазами точно взорвалась бомба – вспыхнули цветные полосы, заломило в висках, из носа хлынула кровь. Но главное – сила вырвалась на свободу. Намджун пытался схватить ее и не дать наделать глупости, как когда-то давно, в детстве, но она развернулась вовсю. Мебель затрясло, в лаборатории начали сами собой взрываться пробирки и стеклянные колбы. - Я не могу больше это контролировать! Намджун! – Тэхен успел вовремя повернуть ладони вверх, чтобы струя огня не спалила Чонгука и Чимина, а била в потолок. – Намджун! Хотел бы Намджун ответить, но его трясло так, что он мог только клацать зубами – сила плясала и внутри него, пытаясь разорвать органы на части. Посреди этого безумия в голову вдруг пришла холодная, разумная мысль: «Да она же использовала его против нас. Она запустила его, как бомбу». Из шкафа с грохотом вылетел ящик, едва не убив Джина. - Помогите, - крикнул тот. Ему в каком-то смысле повезло, он тонул в полу, словно в болоте. Его сила тянула его вниз, вот только Намджун не был уверен в том, что он сможет в этом болоте дышать. Шуга скорчился на полу, пытаясь что-то сказать, но каждый раз только задыхаясь – его астральные проекции то втягивались в него, как дефекты на фотографии, то вылетали и принимались корчиться рядом. Чонгук подлетел к самому потолку, прямо как космонавт в невесомости – он пытался махать руками и ногами, но его сила упрямо тянула его вверх, точно воздушный шар. - Я не могу больше управлять этим! – крикнул он, охнув, когда ударился кулаком о потолок. Хосок не разжимал кулаков, хотя сам выглядел расслабленным, как кукла, из которой вынули поддерживающий стержень, сгорбившийся, с низко опущенной головой и так странно согнутыми, будто надломленными ногами. Чимина колотило, как во время припадка – у него носом тоже шла кровь, почти неразличимая на его толстовке. Несмотря на это, он рванулся вперед, сваливаясь с дивана, а потом пополз вперед, к Хосоку. Ноги того больше не держали, так что он тяжело осел на пол. Лицо Хосока сейчас напоминало безжизненную и пустую маску, которую так и не успели расписать и вдохнуть в нее жизнь. Намджун в последний раз попытался придушить собственную силу, слыша, как идет трещинами холодильник с препаратами. Только осколков и неизвестных веществ им всем и не хватало перед смертью. Чимин упорно полз, передвигаясь совершенно механическими рывками. Намджуну показалось, что он сейчас убьет Хосока, уничтожит, как угрозу, как минуту назад сказала доктор Чен. Но Чимин обхватил его ладонями за лицо, остающееся все таким же безучастным, а потом все напряжение пропало, сила ушла. Намджун рухнул на пол, пытаясь понять насколько пострадал от собственного умения ломать предметы. - Все, все, все, - шептал Чимин, и его шепот, казалось, покрывал все помещение целиком. – Все закончилось. Жизнь дерьмо. Посмотри на меня, Хосок. Слышишь? Жизнь дерьмо, а она самая большая сука в этом дерьме. Звучало не очень оптимистично, и Намджуну вряд ли бы в такой ситуации помогло. Но Хосок уже не пытался поубивать их всех, он просто плакал, трясясь всем телом и стискивая плечо Чимина. - Жизнь дерьмо, - послушно повторял он. – Жизнь дерьмо. - Посмотри на меня, - Чимин не убирал ладоней с его лица, словно боялся повторения вспышки. – Моя жизнь еще большее дерьмо, но мы выберемся. Главное, барахтаться в нем не одному. - У меня… у меня же нет ничего, - жалобно сказал Хосок. – Совсем ничего. - У тебя есть мы, мы такие же, как ты, - Шуга тоже оказался способен доползти до него. – У тебя есть прошлое, есть семья, и мы попытаемся ее найти. Хосок вцепился и в него тоже, словно пытался удержаться на плаву. Намджун поймал его взгляд, растерянно блуждающий по комнате, и кивнул, показывая, что согласен. В конце концов, это он убедил Хосока покинуть его палату и беззаботную жизнь лабораторного кролика, значит, нес за него ответственность. - Помогите кто-нибудь, - Джин так и не мог выбраться из пола, поэтому Тэхену и Чонгуку пришлось тащить его обратно. Компьютер издал длинный, не говорящий ни о чем хорошем сигнал. - Что за… - начал Шуга, не делая попыток подняться или отцепить руку Хосока. Проекция уже спешила разобраться. Но Намджун и так видел, что происходит. «Запущена программа «Чистильщик»», - бесстрастно сообщала надпись на экране. Кажется, у доктора Чен существовал еще и план Б.